«Капитан, вы обещали...»

      — Леви в роли инструктора? — Зое подняла взгляд своих карих глаз на капрала, и ее улыбка стала шире. — А это уже что-то новенькое, — она оглядела мужчин, стоявших в душном кабинете Киса Шадиса, куда они переместились с тренировочного поля пару минут назад. Их беседа с Эрвином прилично затянулась, а несчастные кадеты, жарясь под солнцем, становились все шумнее. Так что, в итоге, Шадису пришлось оставить воспитанников под присмотром помощников и увести незваных гостей в штаб корпуса.       — Только на 3 дня, — сдержанным тоном заключил Эрвин, поднимаясь с диванов. — Инструктор Шадис нужен нам для поддержки на совете, — он обернулся на Киса, и солнечный блик скользнул по его гладко уложенным волосам. — Поэтому сейчас нужен кто-то, кто сможет держать кадетов в ежовых рукавицах в его отсутствие.       — А что, я для этой роли не гожусь? — такая постановка вопроса даже как-то цепляла Ханджи.       — Нет, — холодно встрял Леви, кидая на девушку весьма очевидный взгляд. — Если ты три дня будешь рассказывать кадетам, как проводишь эксперименты над титанами, то отсутствие желающих попасть в Разведкорпус будет определенно не из-за меня и моего «дружелюбия». Так что лучше возвращайся к своим подопытным, очкастая.       — Ну, не больно то и хотелось, — играя фальшивую обиду, ответила Зое и хмыкнула.       — Как только закончится собрание, мы сразу же вернемся, — Смит посмотрел на Аккермана и, дождавшись его одобрительного кивка, снова обратился к Шадису. — Такой расклад вас устроит?       — Вполне, — на удивление спокойным тоном ответил мужчина и, сидя за столом, отодвинул сложенные в замок руки от своего лица. — У капрала Леви достаточно знаний и опыта, чтобы справиться с этой мелюзгой.       — Тогда закончим на этом, — Эрвин завел руки за спину. — Если вы готовы, то мы можем выехать уже сегодня.       — Выезд за пределы кадетского училища не входил в мои планы, — Шадис поднялся со стула и обошел стол, едва ли пересекаясь взглядами с присутствующими. — Поэтому дайте мне пару минут. Я должен предупредить других солдат и своих помощников, — и он ушел, оставив этих троих в полной тишине.       Леви отпрянул от стены, которую подпирал все это время спиной, и опустил взгляд на солдат, слоняющихся без дела на поле за окном кабинета. Быть заменой Кису Шадису, пусть и на пару дней, — совсем не тот исход событий, который ожидал капрал. Точнее, он вообще ничего не ожидал. Под командованием Эрвина Смита это уже вошло в привычку. Главнокомандующий Разведкорпуса редко посвящает подчиненных в свои планы, если только они не касаются вылазок за стены. Да ему этого и не нужно — по крайней мере, от Аккермана он давно заслужил беспрекословное доверие и уважение. Чего нельзя сказать о жирных толстосумах, стоящих у власти. Эти свиньи никак не успокоятся и продолжают подрывать деятельность Разведкорпуса при любом удобном случае.       Нападки с их стороны особенно усилились после падения Шиганшины и стены Мария. А миссии корпуса, которые раз за разом не приносили видимых результатов, лишь усугубляли ситуацию. Теперь, вместо того чтобы заниматься спасением человечества, они вынуждены оправдываться на советах, пытаясь успокоить жадные до власти рты в королевском правительстве. Ненасытные ублюдки. Вот почему пару недель назад Леви и Эрвину пришлось посетить штаб Гарнизона для встречи с Дотом Пиксисом. Хотя будь Аккерман на месте Смита, главнокомандующий Гарнизона определенно не был бы первым в списке тех, к кому он решил бы обратиться за помощью. Глупо отрицать, что Дот весьма мудрый военный, но его тесная связь с правительственными крысами вызывала у Леви желание помыться. Однако Эрвин все-таки решил заручиться его поддержкой, но для большей уверенности им нужен был кто-то еще. И Шадис, который когда-то занимал пост командующего Разведкорпусом, подходил для этого как нельзя лучше.       — Не вижу радости и энтузиазма в твоих глазах, — усмехнулась Ханджи, глядя на суровый вид капрала.       — Я в восторге, — почти что безэмоционально ответил Леви.       — Твой отряд пока что отдохнет в столице, — Эрвин поправил форму и принялся осматривать кабинет Киса. — Я уже предупредил Джина об этом, так что они в курсе.       — Так ты уже знал, что все так обернется? — и почему-то Леви был абсолютно этим не удивлен.       — Предполагал, — сухо ответил Смит. — Шадис не понаслышке знает ситуацию внутри Разведкорпуса и согласился бы присутствовать на совете только при условии стоящей ему замены на это время.       — А-ага, — задумчиво протянула Зое и обхватила свой слегка выпирающий подбородок. — Но даже так нет никаких гарантий, что в правительстве не решат затянуть время на рассмотрение. В конце концов, они будут искать любой способ, чтобы притормозить нашу деятельность, — и эти слова пустили раздражение по телу Леви.       — Они уже с жиру бесятся, сукины дети, — капрал цокнул языком, и злость побежала по его венам.       — Значит сделаем все, чтобы закончить с этим побыстрее, — Смит подошел к товарищу и положил руку на плечо Аккермана, крепко сжав.       — Ты уж будь помягче тут с ними, — следом подоспевшая Зое с силой хлопнула мужчину по спине, отчего взгляд Леви лишь потемнел. — Они еще совсем маленькие.       — Я сама мягкость, — прошипел Аккерман.

***

      Рени уже несколько минут елозила ложкой по тарелке, пристально уставившись в похлебку. М-да, на фоне кадетской еды она даже начинала скучать по вареву Пиксиса, потому что есть одно и то же на протяжении трех недель уже вызывало у нее рвотный позыв. Но больше всего ее сейчас беспокоила не отвратительная столовая еда, а появление капрала, мысли о котором спускали крючок к новой головной боли. Его темный взгляд и стального оттенка глаза, полностью лишенные эмоций, все еще заставляли горячие мурашки бегать по затылку. Они были похожи на те, что Вайс находила на фотографиях в рабочих папках матери. Амелия Вайс, мама Рени, была не просто адвокатом по бракоразводным делам. Она работала государственным защитником и нередко участвовала в уголовных процессах, о чем Ренейн не особенно любила распространяться.       Потому что, как только она заикалась об этом, первым же вопросом был:

      «— Твоя мама и убийц защищает?».

      И даже не знаешь, какой ответ был бы правильным. Да, иногда защищает и добивается смягчения приговора. Возможно, будь она частным юристом, то могла бы отказаться от таких дел, но, будучи государственным защитником, почти не имела на это права. Она была обязана защищать виновного клиента так же добросовестно, как и невиновного. Конечно, Амелия Вайс не всегда имела дело с подобными людьми, и не каждый ее процесс касался уголовных дел. Однако одним из последних клиентов матери был мужчина, совершивший нечто подобное. Этот мужчина внешне едва ли был похож на Леви, да и Ренейн уже смутно его помнит, но в их взглядах есть что-то странное. Что-то, от чего по телу пробегают мурашки. И пусть и рано судить о его личности лишь после второй встречи, да и это было бы весьма предвзято, но чутье подсказывало – от него лучше держаться подальше.       — Над чем так задумалась? — Криста бросила косой взгляд на Рени. — Ты эту похлебку уже двадцать минут мешаешь.       — Да так, — Вайс поднесла ложку ко рту и поморщилась. — Я уже не могу переносить этот запах.       — Если ты не будешь, то уже знаешь кому можно отдать свою порцию, — Имир посмотрела на Сашу, которая усиленно запихивала в рот еду, разрывая щеки. — Вот кому точно всегда будет мало, — и девушка улыбнулась.       — Вот это новость! — дверь столовой открылась и в нее влетел запыхавшийся кадет. — Шадис уезжает в столицу на три дня и нас будет тренировать капрал Леви! — громко закричал парень.       — Что за бред? — возмутился кто-то со стороны. — Шадис ни за что бы не покинул училище, особенно в разгар тренировок.       — Да я своими ушами слышал, как он подозвал своих помощников у штаба и отдал им приказ! — не унимался кадет. — Ближайшие несколько дней нас будет тренировать капрал!       И взбудораженные шепотки солдат начали разноситься по столовой, наполняя пространство шумом. И пока кто-то, не унимаясь, повторял: «Ничего себе, да он же самый лучший в своем отряде!», другие обескураженно переглядывались между собой.       — Вот так сюрприз, — Имир отпила глоток воды, откинув свои короткие волосы в сторону. — Теперь нас будет колотить не Шадис, а сам демон.       — Может все не так уж и плохо? — с ноткой нервозности бросила Криста, оглядывая возбужденных новостью кадетов. — Его же не зря считают лучшим.       — Я просто в восторге от того, сколько в тебе позитива, — засмеялась Имир. — Кличку демона он заслужил не только благодаря своим способностям, но и своей жестокости и беспощадности как к титанам, так и к людям. Так что вы весьма четко ощутили с Рени его хладнокровную ауру тогда, на поле. Опасная и притягивающая, — она быстро зашевелила пальцами в воздухе, изображая страшную гримасу на своем лице и пытаясь напугать Кристу. — Сомневаюсь, что эти три дня он будет гладить нас по головке.       — Не вижу ничего притягательного в хладнокровии, — бросила Рени, отставив тарелку с похлебкой подальше от себя. — Черт знает, что у таких в голове творится.       — Да, с такими как он, я бы на рожон не лезла, — и Имир откинулась назад. — Интересно, как же он будет нас тренировать?       И ответ на вопрос девушки не заставил себя ждать, потому что спустя пару часов после того, как Шадис покинул корпус вместе с Эрвином Смитом и Ханджи Зое, их увели в лес неподалеку от тренировочного лагеря. За эти три недели Ренейн успела побывать там лишь пару раз, отрабатывая с другими практику на устройствах маневрирования. Это было одно из самых удобных мест близ корпуса: огромные деревья с широкими кронами и пышной зеленью создавали естественные укрытия, а их массивные стволы служили отличными опорами для тренировок.       Однако сейчас лес выглядел иначе.       Всего пару часов назад солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая игру тени и света, а теперь, казалось, что сами деревья сгустились в непроглядную стену. Тишина давила, и даже ветер, обычно игриво шелестящий меж крон, затих. Вайс взглянула украдкой на остальных. Кто-то нервно переступал с ноги на ногу, усердно поправляя газовый механизм УПМ, кто-то, как Жан, наоборот, стоял, скрестив руки на груди со скучающим видом и полным отсутствием заинтересованности происходящего. Имир, как всегда, сохраняла свою ленивую усмешку, предвкушая дальнейшее развитие событий. И пока напряжение нарастало, Леви стоял в тени одного из деревьев, подпирая спиной его широкий ствол. Мужчина выглядел расслабленным, оценивающим взглядом пробегаясь по всем кадетам.       — П-с! Блатная, — в полтона обратился Жан к Рени, и уже привычная ему надменность в разговорах с ней проскользнула на его губах. — Походу ты уже сегодня на поля отправишься.       — Ты уже три недели это говоришь, — прошипела в ответ Ренейн. — Может уже достанешь свою интуицию из задницы, — и напряжение в ее теле смешалось с раздражением, озлобляя взгляд.       — У-у-у, — шепотом прыснула Имир. — Теперь уже 7:12, но все еще в пользу Жана, — да, ей доставляло странное удовольствие вести подсчет их словесных перепалок.       — Стройся! — низкий голос капрала прорезал тишину леса, и кадеты выпрямились.       Мужчина отпрянул от дерева, медленными шагами подходя ближе. Черные кожаные ремни обтягивали его тело, сминая под собой белую рубашку с коротким рукавом и плотно прилегающие штаны. Сменные лезвия, находившиеся в кейсе для хранения, шумно зазвенели, когда он встал напротив строя и привычным движением размял мышцы плеч. Леви крепко сжал свою шею сзади, пальцами надавливая на кожу, и ,опустив голову, взглянул на кадетов из под темных бровей.       — Ближайшие три дня я буду проводить тренировки вместо инструктора Шадиса, — спокойным голосом начал Аккерман, но тон его был пронизан холодом. — Вопросы?       Тишина.       — Впереди вас ожидает 100 метровая полоса препятствий с несколькими целями для поражения, — и нотка скуки проскользнула в его словах. — Используйте свое устройство УПМ, чтобы преодолеть полосу в течении 15-20 секунд.       — Это шутка? — подал голос Жан, обращая на себя внимание всех собравшихся. — За 20 секунд невозможно преодолеть полосу с препятствиями и целями для поражения. Это просто невозможно.       — Если ты не прав, будешь готов ответить за свои слова? — мужчина замер и пристально уставился на кадета. — Если ты ошибся, то я пришью твой язык к твоему небу, а потом и рот зашью, чтобы всякое дерьмо из него не лилось.       — Что? — Кирштайн побелел, и его голос заметно дрогнул. — Но я…       — Эй, ты, справа, — и глаза капрала остановились на Марко, желудок которого скрутился в тугой узел от напряженности обстановки.       — Марко Ботт, Капрал! — громко выкрикнул парень и прижал кулак к груди, принимая приветствующую стойку.       — Часы есть? — Леви просунул пальцы в рукояти привода, разворачиваясь лицом к лесу.       — Так точно, Капрал! — Марко поднял руку, на которых красовались часы с маленьким квадратным циферблатом в железном корпусе. — Но зачем вам..       — Засекай, — приказным тоном ответил мужчина.       Молниеносным движением Леви сорвался с места, зажимая спусковой механизм и приводя в действие гарпунные захваты. Потоки газа, с силой вырвавшиеся из устройства, подняли в воздух облако пыли, и кадеты громко ахнули. Марко поспешно опустил взгляд на часы, наблюдая за дрожащей стрелкой циферблата на своей трясущейся руке. Треск ломаемых веток раздавался один за другим каждый раз, когда Аккерман менял направление, парируя в воздухе. Его движения были отточены до автоматизма — резкие, точные, без единой лишней секунды. Когда первые мишени выскользнули из-за крон, он сильнее зажал кнопку подачи газа, взмывая вверх. И как только достиг нужной высоты, механизм сматывания тросов издал резкий металлический визг.       Рени подняла ошарашенный взгляд и, уловив силуэт капрала, зависшего в воздухе, с шумом втянула воздух. Клинок блеснул в темноте, и в одно мгновение Аккерман снес мишени крученым ударом, вращаясь вокруг своей оси. Он выпустил очередной гарпун, круто заворачивая за широкий ствол дерева, и рывком проскочил между ветками. Сильный замах — и следующая цель разлетелась в щепки. Кадеты едва успевали следить за ним глазами, изредка даже теряя его из виду на доли секунд.       — Невероятно… — прошептала Криста, затаив дыхание. — Я его даже не вижу.       Капрал снес последнюю цель с пугающей точностью, ловко преодолел препятствие маневром и выпустил финальный гарпун. Поднялся выше, в движении вонзая клинки обратно в кейс, затем резко затормозил, легко попуская курок подачи газа. Едва его ноги коснулись земли перед строем, как Марко удивленно прошептал:       — 12 секунд…       — Что? — шокировано произнес Жан и схватил друга за руку, опуская глаза на часы. Ровно 12 секунд. — Быть не может…       — Да он просто монстр, — хмыкнула Имир, скрестив руки на груди. — Кто бы сомневался.       — Ты предпочитаешь больше тонкие или острые иглы? — голос капрала был ровным, даже не запыхался.       — Я..я.. — Жан пошатнулся в сторону, делая шаг назад. — Прошу меня простить, Капрал! Я ужасно ошибался! — он громко стукнул кулаком в грудь и, вытягиваясь по струне, плотно зажмурил глаза.       — Трепло, — сухо отчеканил Леви и устало покрутил головой, играя натянутыми и напряженными мышцами. — Если тебе так дорог твой язык, то я найду ему другое применение. Закончится тренировка и пойдешь у меня отмывать им конюшни, — глаза сверкнули раздражением. — И чтобы до блеска.       — Так точно! — плечи Кирштайна дрогнули.       — Если хотя бы приблизитесь к моему времени, то будем считать, что вы выше уровня мусора, — Аккерман подошел ближе. — А теперь начнем с тех, кому больше всего не терпится, — Леви обернулся на толпу кадетов, среди которых страх пополз темными нитями. — Вы двое.       Глаза солдат обернулись на Рени с Имир, и воздух стал гуще. Глотнув пересохшим горлом, Вайс ощутила сильные покалывания в подушечках пальцев и подняла голубые глаза на капрала. Леви выпрямился, и кожаные крепления скользнули по его телу.       — Особое приглашение ждем? — он вопросительно вскинул бровь.       Девушки переглянулись.       — Ну тогда я сам выберу, — Аккерман сделал тихий шаг вперед, и солдаты расступились, пропуская его. Вайс быстро заморгала, опустив глаза вниз в попытках избежать зрительного контакта. Напряжение перекатывалось на языке с каждой секундой приближения капрала в их сторону, и Рени услышала четкий звук остановившихся сапог, что ударились друг о друга. — Блатная?       Имир подавила вырывающийся наружу смешок.

      «Ну все… Теперь мне точно пиздец».

      — Племянница Пиксиса, я так понимаю, — низкий голос Леви вибрировал у нее в ушах. Ренейн крепче сжала кулаки, мысленно уже начиная проклинать Кирштайна за его длинный язык. В какой-то степени она даже жалела, что не особо интересовалась работой Пиксиса и его связями с другими военными. А что, если у них с Аккерманом какие-то терки? Тогда это будет хуже, чем с Шадисом. Только этого ей не хватало. Она закусила губу, судорожно блуждая в собственных мыслях, и подняла глаза.       Опять этот взгляд.       Холодные, блекло-голубые глаза с серым оттенком смотрели на нее сквозь темную челку, которую всего несколько минут назад успел растрепать порывистый ветер. Ничего не выражающий, абсолютно пустой взгляд, в котором едва ли можно было что-то прочитать. Рени инстинктивно затаила дыхание, сбитая с ног напряжением, которое витало в воздухе с того момента, как они пришли на эту тренировку.

      «Мне бы с капралом не было бы страшно».

      Да куда уж там. Как раз-таки рядом с ним и страшнее всего. Он смотрел настолько обезличено, что, перережь он ей глотку в эту секунду, даже мускул на его лице не дрогнул бы. Она даже не знала, что именно вызывало у нее это легкое чувство страха и настороженности. Его взгляд? Или то, с какой яростью и скоростью он только что преодолел полосу? А может, то, как он без колебаний угрожал кадету пришить язык к небу и зашить рот? Наверное, все вместе.       — Я долго еще ждать буду? Или может мне ковровую дорожку постелить? — едва уловимый шлейф язвительности.       — Нет, — тихо ответила Рени, активно пытаясь сопротивляться давлению, сковавшему ее тело.       — Тогда в чем проблема? Привилегированность мешает пойти первой? — мужчина сложил руки на груди, и на мышцах предплечья виднелись царапины, оставленные ветками деревьев во время очередного маневра. Однако, казалось, капрал совершенно не обращал на них внимания. — Мне что, как в детском саде начинать обратный отсчет?       Рени сглотнула. Черт бы его побрал, почему не Имир? Вайс, конечно, сдала тест на УПМ, но в отличие от остальных еще держалась не так уверенно. За это время она так толком и не смогла нормально попрактиковаться на устройстве, поэтому в ходе всех тренировок в конечном итоге путалась в спусковых крючках и оказывалась подвешенной на очередном дереве вниз головой. 20 секунд? Ей даже минуты не хватит, чтобы преодолеть всю полосу.       — Один, — хрипло начал мужчина и закатил глаза.       — Давайте я пойду первым, — Армин неуверенно поднял руку, стараясь даже не смотреть на капрала.       — Два, — пропустив мимо ушей, продолжал Леви.       — Блять, — почти неразборчиво зашипела Вайс, крепко стиснув зубы. Она с силой зажмурила глаза, и запустила руки в рукояти привода, закрепленного на ее поясе. Девушка сделала шаг и мужчина тот час же рефлекторно отступил, словно не желая с ней соприкасаться или просто пропуская вперед. Глядя на то, как он проигнорировал Арлерта, Ренейн поняла, что он не отцепится. Уж не знает выбрал ли он ее специально вместо Имир или нет, но услышанные им слова Жана определенно сыграли роль. Остановившись перед строем, Рени бросила злобный взгляд назад. Кирштайн, который чуть ли не сходил под себя от страха минуту назад, уже смотрел ей в спину глазами полными азарта. Гондон.       — Помни про баланс! — закричала Криста.       — Ботт, — Леви обратился к Марко. — Засекай.       — Первый спусковой – гарпун, второй – газ, третий – смена лезвий, — прошептала Рени, и нервная дрожь побежала по спине.

      20 секунд.