«Капитан, вы обещали...»

— flashback —

      — Ренейн, ты слышала, что мы… — Криста влетела в казарму и замерла, заметив хмурую подругу, что сидела на кровати, поджав ноги под себя и пристально рассматривая запечатанный конверт в своей руке.       — Судя по всему, она уже в курсе, — лениво подметила вошедшая следом Имир и прохрустела затекшей шеей. — Собственно, о чем я и говорила. Кстати, раз ты не пришла на обед, то Саша слопала твою порцию.       — На здоровье, — угрюмо ответила девушка.       — У-у-у, кто-то не в духе, — протянула Имир и мягко ухмыльнулась. — Шадис? Зачем он, кстати, тебя вызвал? Посвяти нас.       — Ничего особенного, — Рени положила конверт поверх одеяла и посмотрела на подруг. — Сказал мне тоже, что и вам – мы отправляемся в Трост.       — Эх, наконец-то нормальный город, нормальные кровати и нормальная еда! — с воодушевленной улыбкой воспела Браус, входя в комнату и закрывая после себя плотно дверь. — Ближайшие два дня точно никаких тренировок!       — Вам сообщили, что наш выпуск пройдет через 2 недели? — Вайс откинулась на спинку кровати.       — Да, — Криста ухнула на жесткую мебель и расстегнула первые пуговицы белой рубашки, под которой кожа зудела и горела от пота и сухости. — Это даже как-то грустно, что все закончится через 2 недели, и мы все разбежимся кто куда. Я, если честно, пока даже не задумывалась о том, какой корпус стоит выбрать.       — Военная полиция, и точка, — грубо отчеканила Имир и кинула косой, полный напряжения и давления взгляд. — Это самый безопасный вариант. С твоей способностью попадать в проблемы, Криста, корпуса лучше не найти. Я тоже туда пойду, если меня впишут в десятку лучших.       — А я вот пока не решила, — сквозь зевок, сказала Браус и потянулась руками вверх. — Может тоже в полицию.       — Если мы все пойдем в полицию, то получается… — Ленц опустила виноватый взгляд голубых глаз на Ренейн и, выдержав короткую паузу, продолжила. — Получается, что это наши последние 2 недели вместе с тобой, Рени.       — Нужно будет обязательно как-нибудь оторваться в Тросте! — с опасным запалом в голосе громко произнесла Имир, и девушки одобрительно кивнули.       — Боюсь, что времени у нас меньше, чем 2 недели, — уголки губ Рени поползли вниз. — Я пробуду в Тросте только несколько дней, а потом меня и еще нескольких кадетов отправят внутрь стены Розы. Так распорядился Шадис, — пояснила девушка.       — Вот как…       Неприятное послевкусие от этой новости протянулось с девушками вплоть до отъезда в Трост. Дорога, ведущая за стены города, тоже прошла в тихом и напряженном молчании. Обрадованные скорым выпуском кадеты все никак не осмеливались заликовать в полный голос из-за давящей ауры инструктора, что сопровождал их. Его молчаливое присутствие в начале строя, холодный и строгий тон, натянутые мышцы спины словно напоминали им, что предстоящее событие не повод для радости и не должно вызывать у них счастье и восторг. Время от времени кто-то пытался нарушить тишину шуткой, но мгновенная тень на лице инструктора быстро заставляла всех замолкать. Кажется, каждый из них чувствовал, что не все так просто, как хотелось бы. Только когда копыта коней пересекли главные ворота, ведущие в город, довольная улыбка озарила лица солдат.       С наступлением вечера, всех кадетов, а их насчитывалось около 218, дошедших до выпуска, вывели на площадь перед главным штабом Троста, в котором они остановились. Несколько мужчин в военной форме вместе с Кисом Шадисом выстроились на своего рода трибуне, представ перед солдатами. Один из тех, что стоял во главе, сделал шаг вперед и басистым голосом громко произнес:       — Отдать честь! — стук сапог о каменный гравий и шуршание одежды эхом разнеслись по территории. — Через две недели у вас, кадетов, будет выбор из трех подразделений. После выпуска вы можете вступить в Гарнизон, оборонять стены и защищать города. Присоединиться к Разведкорпусу, рисковать своей жизнью во имя человечества и совершать вылазки на земли титанов. Или же вступить в военную полицию и посвятить годы службы во благо Короля и его защиты, а также заниматься поддержанием правопорядка и спокойствия жителей внутри стен. Однако, спешу вам напомнить, что в военную полицию смогут вступить лишь 10 лучших кадетов, которые проявили себя и свои безукоризненные таланты за время подготовки, — мужчина с зализанной назад прической, опустил взгляд на солдат, что стояли в первом ряду. Ренейн, находившаяся в центре строя, тоже машинально осмотрела спины кадетов.*       — Что? Взгрустнулось, что не попала в десятку лучших? — шепнула рядом стоящая Имир.       — Меня вполне все устраивает, — тихим голосом ответила Рени и посмотрела на подругу. — А вот что ты тут забыла – у меня вопрос. Ты вроде бы тоже собиралась в полицию, разве нет?       — Я подталкивала Кристу, — девушка поймала карими глазами силуэт Ленц. — Она бы ни за что не пошла в военную полицию, если бы знала, что мы тоже туда не пойдем. Да и сама знаешь же, что она не выживет в любом другом корпусе. Кишка у нее тонка, так что пусть наслаждается. Может тоже пойти в Гарнизон вместе с тобой? — подруга игриво подмигнула.       — Только там мне твоей рожи не хватало, — отшутилась Рени, и улыбка смягчила черты ее лица.       Сбор закончился, и кадетов отвели в просторную комнату, где их ждали щедро накрытые столы. Уставшие с дороги и измотанные долгими тренировками, они набросились на еду, словно дикие звери. И неудивительно — приготовленные блюда разительно отличались от сухого, неприятно пахнущего пайка, которым их кормили в кадетском училище. Жареная курица с овощами и пюре, свежий, ароматный хлеб, даже салаты и холодные фруктово-мятные напитки — все выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой. Бедная Саша, сев за стол, на несколько секунд застыла, не зная, за что ухватиться первым. Постепенно, насытившись, кадеты расслабились, и давящая атмосфера сменилась оживленным ликованием и громкими обсуждениями.       Снятое напряжение подействовало даже на Ренейн. Она подперла голову рукой, чувствуя, как длинные темные волосы мягко соскальзывают с плеча. Девушка расслабленно выдохнула, слабо осознавая, что этот шестимесячный ад действительно подходит к концу. Еще каких-то две недели, и они действительно разойдутся по разным корпусам, уже вряд ли встречаясь так часто. Ренейн подняла глаза на Кристу, которая пыталась вырвать из зубов Саши кусок мяса, ту самую добычу, что та успела стащить с ее тарелки, и на Имир, пытающуюся разнять подруг. Девушка мягко улыбнулась. Эти трое стали ей удивительно близки, и в их компании она порой забывала о тяжелых тренировках и ноющей от боли спине. Но назвать их друзьями… она боялась. Словно стоило только придать их отношениям такое значение, и связь становилась бы слишком прочной, а вместе с ней росли бы и страхи. Да и тараканы в ее голове уже сходили с ума, нашептывая, что, возможно, они и вовсе не считают ее своей подругой.       — Может поможешь мне, а? — застонала беспомощно Имир, крепко удерживая голову Саши от того, чтобы та не свернула себе шею в попытках вырваться.       — Она мне палец откусит! — Рени отодвинулась дальше. — Давай ты как-нибудь сама.       — … У тебя нет и шанса! — громкий голос заставил всех присутствовавших смолкнуть и обернуться на источник шума. — Ты же и сам знаешь, как много людей уже сожрали титаны. Потеряв пятую часть населения, мы усвоили урок, — уже чуть тише продолжил Томас, разговаривающий с Эреном. — Людям не победить гигантов.*       Невидимые молнии побежали по комнате, заряжая воздух и наполняя его вязкостью, перемешанной со страхом. Кадеты молча наблюдали за словесной перепалкой, плотно поджав подбородки и хмуро опустив головы.       — И что? Теперь мы просто сдадимся? — начал Эрен. Он крепче сжал пальцами ушко чашки, которую держал в руках, и на его лбу пролегли глубокие морщины.*       — Ну началось, — Имир раздраженно цокнула языком. — А ведь так все хорошо было.       — Люди действительно постоянно проигрывают титанам, потому что мы ничего о них не знаем, — заводился Эрен. — Количеством их не взять. Верно, мы проиграли! Но это поражение дало нам полезные для будущего знания. Как мы можем бросить прогресс, достигнутый множеством жертв наших товарищей, и просто дать гигантам сожрать нас?! Издеваетесь? Я.. — от злости его тело начало трясти. — Уничтожу всех гигантов и обязательно выберусь за стены. Это моя мечта. Человечество еще не уничтожено!*       Йегер пристальным взглядом оглядел ошарашенных его словами кадетов, и, яростно зашипев, вышел из зала прочь.       — Опять ему моча в голову ударила! — недовольно прокомментировал Жан. — Да пусть шурует в свой Легион и сдохнет там смертью храбрых. Скатертью дорожка! — Кирштайн скривился, сидя за столом. — А я пойду в полицию.       — Может он прав… — тихо пробубнил Конни и с грохотом опустился на скамейку.       — Ну вот, — Имир присела рядом с Рени и убрала короткие волосы за уши. — Испоганил все настроение и слинял.       — Я почти не общалась с Эреном, — Вайс выгнулась и отпила фруктовый напиток, смакуя на языке приятную мяту. — Но даже не думала, что его так заклинило.       — Те, кто встретились с титанами делятся на два типа: одни начинают ненавидеть титанов и мечтают их уничтожить, другие же больше никогда в своей жизни не желают с ними встречаться. Ты, я, Криста и несколько ребят как раз относимся ко вторым, — Имир оглядела кадетов.       — Знаете, мне кажется, что просто такие, как Эрен, уже устали бояться, — вдруг тихо подала голос Ленц. Она обхватила чашку руками и опустила голову, зарывая лицо во взъерошенные после «боя» с Сашей волосы. — Мне бы такую решимость. Может тоже… в легион пойти?       — Ой, прекращай уже строить из себя бесхребетную овечку! — разозлено ответила Имир. — Какое дело до других? О себе подумай, Криста. Легион? С чего бы вдруг? Тебя же от одной мысли о титанах трясет, как осиновый лист. А завтра кто-нибудь еще толкнет тупую речь про Гарнизон, и что? В Гарнизон пойдешь? Хватит уже слушать других. Живи ради себя, сколько раз мне это еще повторять!       — Ты чего завелась-то? — Рени подняла удивленные глаза на Имир, заслонив собой Ленц.       — Да ничего! — подруга отмахнулась. — Эрен, Криста… И ты тоже, — она метнула взгляд на Вайс. — Занимаетесь какой-то херней. Один притворяется Мессией, который хочет спасти всех от титанов. Другая же прикидывается милой, слушает кого не попадя и потакает желаниям всех вокруг, не обращая внимания на свои собственные. А ты, — девушка встала из-за стола. — Благородствуешь и якобы хочешь отплатить Пиксису, хотя на деле просто пыталась себя покалечить, чтобы таким изощренным способом сбежать от чего-то, прячась в боли. Лучше бы взяла себя в руки и уже встретилась с этим, чем продолжала бегать из стороны в сторону, как на тонущем корабле!       — Да что с тобой?! — Вайс подскочила, нахмурив брови. — Какая муха тебя укусила?       — О! Смотрите, видимо я попала в точку! — Имир надменно хмыкнула.       — Хватит, Имир! — Ленц стукнула рукой по столу, и одним хлопком заставила все летающие разряды разбиться о пол.       — Да к черту! — выругалась девушка и резко развернулась, уходя прочь.       — Не принимай ее слова близко к сердцу, — Криста приподнялась с места и подошла к Рени, приложив руку к ее напряженной спине. — Она всегда такая, когда я бросаю такие фразы. Они почему-то выводят ее из себя, да еще и Эрен с этой речью. Имир всегда считала подобное фальшью и маской, а это она ненавидит больше всего.

      — the end of flashback —

      Имир была права, и признать это Ренейн было невероятно трудно. В конце концов, она действительно сбегала, упрямо отрицая очевидное — этот мир стал для нее новой реальностью, и пути назад, скорее всего, не было. А еще… ее родители погибли. Тогда, в той аварии. Потом, в Шиганшине. Их больше нет. Стоило это признать уже давно и перестать тешить себя надеждами на волшебную палочку, которая исполнила бы ее желания. И чтобы не думать о том, что никакого волшебства в итоге не произойдет, как и сказала Имир, Вайс и правда изводила себя тренировками и болью, которая заполняла раны в ее сердце. Чертова Имир и ее проницательность! Рени тяжело ухмыльнулась, когда снова открыла глаза в камере и события того дня расплылись перед ее глазами. С тихими стонами она приподнялась и зацепилась рукой за койку, пытаясь удерживать равновесие. Несколько несчастных шагов по камере заставили мир закружиться в разные стороны, и слабость опустилась на ее плечи. Вайс присела на край и томно выдохнула, старательно игнорируя дрожащий от голода желудок.       Блять, почему именно сейчас это всплывает в ее подсознании? Прокручивая все сказанное подругой, Рени принялась с силой кусать пересохшие и потрескавшиеся губы. Смешно, как ужасно она была права, потому что Вайс, сидя в этой клетке уже неделю, поняла, что как раз таки поэтому она и отказывалась называть Пиксиса собственным дядей. Не только из-за их некровного родства и боязни предать родителей, но и потому, что это означало бы принятие происходящего. Может, ей уже стоило хотя бы попытаться смириться с тем, что бежать уже некуда? Девушка провела руками по лицу и поморщилась, нащупав припухлость на подбородке. Кажется, тесный допрос с Аккерманом оставил пару синяков на ее лице.       — Выглядит скверно, — с улыбкой на лице произнесла женщина. Ханджи вышла из тени коридора, подойдя ближе к камере.       — Ханджи.. Зое? — Рени прищурилась, пытаясь сфокусироваться.       — Она самая! — Зое довольно хлопнула в ладоши. — Как себя чувствуешь?       — Как побитый мешок с дерьмом, — вяло усмехнулась Вайс. — Что? Смена вахты?       — Слышу в твоих словах воспитанницу Киса! — женщина засмеялась и подставила стул, на котором пару часов назад сидел капрал, ближе к решетке. — Не переживай. Рукоприкладством, как Аккерман, я не занимаюсь. Воды? — она достала фляжку из-за пазухи и протянула вперед.       — Новый способ допроса? — девушка посмотрела на жестяную склянку, и сухость сковала ее горло.       — Нет-нет, — Зое отрицательно замотала головой. — Я пришла с миром. Ты можешь попить, — офицер наклонилась к прутьям и подбросила сосуд, закидывая его к ногам заключенной.       Вайс недоверчиво покосилась на флягу, а потом на женщину-солдата.       — Вы думаете, что после недели заточения здесь и допросов, лишения меня еды и воды, я поверю, что в этой фляжке просто вода?       — За кого ты меня принимаешь? — Ханджи откинулась на спинку стула, сложила руки на груди, и, надувшись, задрала нос. — Я не травлю людей, и как ты уже поняла, сейчас нам нет никакого резона тебя убивать.       Выдержав несколько секунд, Ренейн наклонилась к сосуду и подняла крышку. Ничем не пахнет. Похоже, это и правда вода. Она прикоснулась губами к горлышку и закинула голову, ощутив единственную каплю, что тотчас же растворилась на ее языке.       — Ой, прости, — солдат поправила очки и такая, казалось бы, добрая улыбка на ее лице вдруг превратилась в кривую надменность. — Кажется, я перепутала флягу, и в этой совсем нет воды, — Зое положила ногу на ногу. — Чтобы в следующий раз я не была такой рассеянной, может дашь мне мотивацию? Будет славно, если ты расскажешь, что ты знаешь про превращение Эрена в титана. Твой ответ станет о-о-очень хорошей мотивацией для меня принести тебе воды.       Вайс обессиленно опустила руку, выпуская флягу, и сдавленно засмеялась.       — Здорово я придумала, скажи же, — подхватила смех Ханджи. — Ну так что? Расскажешь мне, что ты знаешь?       — Боюсь, что в следующий раз вам действительно придется принести яд, потому что я, итак, все рассказала капралу, — уже без улыбки начала Рени. — Я ничего не знаю.       — Очень грустно, — Зое поджала губы. — А мне казалось, что мы можем с тобой подружиться, Ренейн. Рукоприкладством я, конечно, не занимаюсь, а вот новые подопытные в моих экспериментах мне нужны. Что думаешь? Не хочешь побыть волонтером?       — Я думаю, что вам всем пора оставить меня в покое, — Вайс легла на жесткую койку и прикрыла глаза. — Просто дайте мне уже спокойно умереть.

— flashback—

      С тех пор как Имир устроила словесную перепалку с Ренейн и ушла из штаба, оставив подруг в напряжении, они не разговаривали почти неделю. Да и поводов не было — всех четверых распределили в разные секторы для помощи военным Гарнизона и Полиции Троста. Первые пару дней Ренейн занималась восточной частью: поднималась на стену и ремонтировала оборудование, ходила в ночной патруль по городу, разносила приказы и бумаги вышестоящих лиц. Однако, сегодня она наконец отправляется вглубь стены Розы и сможет встретиться с Пиксисом. С самого утра Вайс спрятала во внутренний карман формы письмо, порученное ей Шадисом, и дневник, который забрала из кадетского училища. Стоило отдать его Доту, потому что совсем скоро она вернется.. домой. Ближе к полудню они выехали в город Гермина — один из тех, что отделяет стены Сина и Роза. Он был конечным местом назначения, куда они направились в сопровождении приставленного офицера.       Спустя пару часов их лошади пересекли внутренние территории и остановились перед одним из зданий. Вайс соскочила с коня, нежно похлопав массивное животное по жесткой гриве. Ветер, гуляющий между узкими улочками, принес с собой запах древесного угля и легкую дымку, скрывающую очертания ближайших домов.       — Сюда, — скомандовал мужчина и махнул рукой в сторону входа, где на двери висел старый металлический герб Гарнизона. — Двое отправятся в Полицию, — продолжил он. — Трое пойдут за мной получать распоряжения от Гарнизона.       — Я позабочусь об этом кадете, — хриплый голос старого командора раздался за спиной Рени, и его теплая рука опустилась на ее плечи.       — Главнокомандующий Пиксис! — офицер выпрямился и отдал честь вместе с другими кадетами. — Как прикажете! Тогда, вы двое, — он указал на оставшихся. — За мной.       Ренейн обернулась на Дота и подняла взгляд, а уголки губ непроизвольно дрогнули в тоскливой улыбке. Знакомый запах алкоголя, сена и дерева разлился по венам теплым спокойствием, а сердце, переполненное радостью, вдруг забилось быстрее.       — Что? Не рада снова видеть старого военного? — Дот нежно улыбнулся, и его усы слегка приподнялись, как и всегда.       — Нет, я очень рада, — она расслабилась, позволяя мужчине крепче прижать ее к себе. Девушка глубоко вдохнула, чувствуя, как тяжесть спадает с ее души и тоска по командору растворяется в глазах, что смотрят на нее с родительской любовью.       — А ты стала шире в плечах, — Дот засмеялся. — Кажется, Шадис подправил твою физическую форму! Но я совсем не ожидал увидеть тебя здесь, — мужчина отпрянул и посмотрел вслед уходящим кадетам. — Разве вы не должны были провести еще около недели в Тросте?       — Изначально, так оно и было, но некоторых отправили дальше вглубь стен, — Вайс внимательно осмотрела Пиксиса, пытаясь уловить хоть малейшие изменения. Ничего. Он все тот же, и это, почему-то, словно бальзам на душу. Значит, с ним и правда все в порядке, как он писал в своих письмах.       — Я уж думал и сам поехать в Трост, — военный смущенно усмехнулся. — Хотел посмотреть на твой выпускной из училища, но я рад, что у нас получилось встретиться даже раньше. Та-ак вас сюда отправили в помощь Гарнизону и Полиции?       — Почти, — Рени машинально прикоснулась к форме, прощупывая конверт во внутреннем кармане. Она подняла глаза на Дота, а потом с опаской огляделась по сторонам. — У меня другой приказ.       — А-ага, — задумчиво протянул мужчина. — Пойдем за мной. Поговорим в тишине и подальше от лишних глаз, — он двинулся ко входу.       Пару минут и несколько пересеченных быстрыми шагами коридоров, и они вошли в свободную комнату. Как только Ренейн пересекла порог, Пиксис плотно закрыл дверь. Забавно, что почти все кабинеты любого штаба выглядят одинаково: стол в конце комнаты, стеллажи и шкафы, диваны по центру. Дот быстро присел, подзывая Вайс сесть напротив себя, и сразу же сложил руки в замок. Следуя его предложению, Рени разместилась лицом к мужчине и просунула руку в скрытый карман.       — Для начала я бы хотела отдать вот это, — девушка достала дневник. — Я хочу вас попросить взять его с собой, когда вы будете возвращать домой. В кадетском училище у нас хотя бы были тумбочки, куда я могла его положить, а вот в штабе Троста такие удобства для кадетов не предусмотрены. Боюсь, что в ближайшую неделю до выпуска я могу его потерять, если буду брать постоянно с собой.       — Я положу его в твою комнату, — тепло ответил мужчина и спрятал протянутый предмет внутри своей формы.       — И еще, — Рени зашуршала бумагой. — Инструктор Шадис просил меня передать это вам, — она протянула письмо. — Он не сказал от кого оно и не рассказал мне о содержимом письма. Все, что он просил это передать конверт вам лично в руки и без лишних глаз.       — Понятно, — сухо ответил мужчина и, взяв бумагу в руки, сдавленно усмехнулся. — Услуга за услугу… — загадочно прошептал командор.       — Я слышала, что вы поддержали Легион на совете в столице, — вид Ренейн стал строже. — Все в порядке?       — А что может пойти не так? — Пиксис засмеялся. — Не беспокойся обо мне, Рени. Лучше расскажи мне уже лично, как проходила твоя подготовка, а то я подозреваю, что не все так гладко, как хотелось бы, — его глаза замерли на уже сходящих синяках Вайс, и он поморщился.       — Все в порядке, — кадет натянула рукава рубашки пониже. — Это уже остаточное. Да и все было точно так, как я писала вам в письмах. Но, знаете, меня смущает ваше решение отправить меня именно к Шадису. Он…       — Монстр, — подхватил мужчина и громко рассмеялся. — Да, знаю. В какой-то степени я надеялся, что жесткая подготовка Киса заставит тебя вернуться и бросить эту затею, — командор взял ладони Рени в свои. — Но, отбросив мою эгоистичность, я действительно доверяю инструктору Шадису. Он отличный военный и человек. Анка тоже выпускалась под его руководством, так что у меня нет сомнений в уровне подготовки его кадетов. Да и, судя по твоим письмам, ты встретила там замечательных друзей. Кажется, Имир и Криста? Вроде бы была еще одна… Как же ее там…— он почесал свою блестящую лысину. — Та, что вечно голодная.       — Саша Браус, — и смех сорвался с ее губ. — Да, они сейчас в Тросте.       — Вот как, — и снова широкая улыбка озарила его лицо, собрав морщины в уголках глаз. — Я рад, что ты смогла найти себе друзей.       — Они и правда.. хорошие, — смущение выступило на ее щеках. — Совсем скоро мы выпустимся и…       Вибрация земли побежала по ногам. Главнокомандующий Гарнизона тут же нахмурился и рефлекторно вскочил с места, выпуская ладони Ренейн.       — Трост! — закричал кто-то снаружи. — Трост прорвали титаны!       — Что? — девушка крепкой хваткой вцепилась в обивку дивана, едва ли веря в услышанное. — Титаны? В Тросте? — прошептали губы. И в следующую секунду, словно жесткая пощечина, реальность этого мира, которую она уже успела позабыть, заставила Рени широко раскрыть свои глаза, а рот безмолвно открыться. Вся радость от теплой встречи с командором в один миг растворилась, уступая место холоду, что потом обдал ее спину.       — Оставайся здесь! — нежный и мягкий тон голоса Дота резко сменился на четкие приказы и жесткую собранность.       — Но.. — голубые глаза Ренейн заметались в разные стороны, а страх сжал горло. Воспоминания четырехлетней давности тяжелым градом обрушились на нее, и кончики пальцев дрогнули. — Там… В Тросте Имир и Криста с Сашей! Они сейчас там!       — Рени, прости, — стойка командора стала напряженной. — Но это была не просьба, а приказ, — он обернулся на девушку и подошел ближе, опускаясь перед ней на одно колено. Дот провел рукой по собранным на затылке волосам племянницы, и его глаза, полные тревоги, внимательно на нее посмотрели. — Я не отправлю тебя в город, кишащий титанами. Проси все, что угодно, но только не это. Мы отправимся в Трост за твоими друзьями, когда там станет более или менее безопасно.       — К тому времени… К тому времени их уже сожрут… — рука матери, торчащая из пасти титана забытым ночным кошмаром всплыла в ее подсознании, и сердце сжалось от ужаса.       — Все будет в порядке, — успокаивал мужчина. — Мы сейчас же займемся мобилизацией войск. Твои друзья это кадеты, что готовились 3 года у лучшего инструктора. На случай, если ситуация станет критической, я сам отправлюсь в Трост.       — Нет! — Вайс неожиданно схватила мужчину за ворот формы. — Не надо! Пожалуйста..       — Не переживай, — он крепко обнял девушку за плечи. — Если такое случится, то мы поднимемся на стены и я буду заниматься дислокацией и организацией войск сверху.       — Тогда я с вами! — воспротивилась Рени. — Я пойду с вами! Там.. Там мои.. Мои друзья. Если и вы отправитесь туда, то я не останусь здесь, — она уже даже не знала, что пугает ее больше: возможная встреча с гигантами или мысль о том, что она может потерять всех людей, которые уже стали ей дороги. Только не опять. Больше переживать подобное, что было 4 года назад, она уже будет не в силах.       — Ладно, — словно заставляя себя это сказать, тяжело ответил Пиксис. — Тогда, если ситуация станет критической, ты поедешь со мной, но мы тут же поднимемся на стены. Ты не будешь заниматься спасением своих друзей, а предоставишь это мне! И это не обсуждается!       — Хорошо..