Его Высочество Пятый Принц всё ещё обманывает себя

После кровавой рвоты прошлой ночью Цзин Фэйжун уснул у пруда с лотосами, прямо перед дворцом. Когда Чу Яньчуань разбудил его, Пятый Принц убрал с лица зелёный лист лотоса, отбросил его в сторону и открыл глаза. Его лицо было измождённым, а взгляд — тусклым. — Я не ожидал, что Ваше Высочество окажется настолько непопулярен, — сказал Чу Яньчуань. — Вам некуда пойти, и вы можете только провести ночь у пруда. Его слова так разозлили Цзин Фэйжуна, что он едва не свалился в воду и воскликнул: — Разве всё это не потому, что Ди-цзюнь занял мою кровать?! — Да, я тоже об этом подумал, поэтому немедленно вернусь к себе. Вчера вечером я оскорбил Ваше Высочество. — Неужели Ди-цзюнь действительно собирается уйти? — Лицо Цзин Фэйжуна мгновенно озарила нескрываемая радость, но затем он в замешательстве спросил: — Если это так, то почему Ди-цзюнь вообще согласился на этот брак? Чу Яньчуань с сомнением посмотрел на него. Поскольку сейчас существовало ещё кое-что, о чём пока нельзя было говорить, особенно Пятому Принцу, он неопределённо ответил: — Я давно восхищаюсь Вашим Высочеством. Его никогда не волновали подобные вещи. Этот бог мог беззастенчиво лгать о чём угодно и сколько угодно, лишь бы от этого всем было легче. Незачем слишком много спорить, особенно с Пятым Принцем. Но кто бы мог подумать, что Цзин Фэйжун покраснеет, услышав это? Он отвёл взгляд и пробормотал: — Ди-цзюнь уже видел меня раньше? «Иначе как бы ты в меня влюбился?» — Да, — для разнообразия Чу Яньчуань сказал правду, — тогда ты произвёл на меня глубокое впечатление… — И чем же таким я был занят тогда? — с надеждой спросил Цзин Фэйжун, но сделал вид, что ему всё равно. — Ты громко плакал и мочился на руки Небесного Императора. Лицо Цзин Фэйжуна слегка напряглось, когда он медленно сел, выбравшись, наконец, из лотосовых листьев. — Ди-цзюнь, ты можешь идти, я тебя не буду провожать, — он стиснул зубы и проговорил это слово за словом. Чу Яньчуань кивнул: — Тогда я пойду. * * * Покинув Небесное Царство, Чу Яньчуань направился в Земли Иссохшего Болота, и его генерал уже ждал его там: — Приветствую Ди-цзюня. — Там всё убрали? — спросил Чу Яньчуань. — Мы сражались с ними всю прошлую ночь, — сообщил тот. — Но к рассвету мы обнаружили, что магия этих разрозненных демонов становится всё сильнее и сильнее, и, думаю, теперь с ними будет трудно справиться. — Я понимаю, — ответил Чу Яньчуань. Этот барьер был создан им с помощью собственного совершенствования и потому тесно связан с каждой божественной жилой в его теле, питаясь его духовной силой. Чу Яньчуань остро ощущал всё, что происходит с барьером и даже поблизости от него, как бы далеко ни находился. Прошлой ночью он почти не спал в спальне Цзин Фэйжуна, изо всех сил пытаясь контролировать барьер, пока его люди не подавили всех демонов, пытавшихся прорваться через него, одного за другим. Чу Яньчуань подошёл к барьеру, поднял руку и коснулся его. Прозрачная стена мгновенно проявилась в воздухе перед ним, мягко мерцая и медленно поднимаясь всё выше над Иссохшим Болотом. Ярко-голубой свет, распространившись по ладони Чу Яньчуаня, постепенно утих под действием его духовной силы, превратившись в быструю и лёгкую дрожь. Вскоре и она затаилась где-то в его точке пульса на тонком запястье. Чу Яньчуань удивлённо приподнял бровь и задумался. Без всякого предупреждения мягкое мерцание внезапно обернулось ослепительным светом, и прогремел взрыв, осветив половину тёмного неба над болотами. Чу Яньчуаня отбросило назад, и он отлетел на добрый десяток шагов. — Ди-цзюнь! — крикнул генерал и бросился к нему. В клубах пыли Чу Яньчуань с трудом поднялся. Он нахмурился и ошарашенно потёр грудь. Затем опустил голову и сплюнул кровь. Синий свет в его руке разгорелся снова, быстро собираясь в центре ладони, и в конце концов превратился в круг синего талисмана, который был точно таким же, как тот огромный талисман, застывший в воздухе над печатью. Талисман на мгновение появился на его ладони, а затем беззвучно ушёл под кожу и совершенно исчез. Генерал остановил Чу Яньчуаня и настойчиво воскликнул: — Ди-цзюнь?! Чу Яньчуань покачал головой, и вдруг чья-то рука легла ему на спину. Юй Цан осторожно приобнял Чу Яньчуаня и передал ему немного своей духовной силы. — Это бесполезно, — Чу Яньчуань вытер кровь с уголка губ. — Я уже привык. — Мы не можем больше ждать, — сказал Юй Цан. — Да… — Чу Яньчуань поднял бледное лицо, с кровью на губах и болезненно-прекрасным взглядом. Он посмотрел на печать, которая всё так же виднелась за барьером. Смутная человеческая фигура дрожала внутри этой печати. Чу Яньчуань тихо ответил: — Он не может больше ждать. * * * Цзин Фэйжун был недоволен весь день. Старший и третий братья, увидев его, сразу же спросили: — Как тебе понравилась вчерашняя пышная свадьба? Цзин Фэйжун развернулся и пошёл обратно. Старшие братья, ничуть не смутившись, зашагали рядом с ним. — Я слышал, что он плакал, пока его не вырвало кровью, — сказал третий брат. — Все слышали, — с готовностью подтвердил старший брат и добавил с некоторым сомнением: — Думаешь, стоит спросить у него, как прошла первая брачная ночь? — Думаю, это он чудил исключительно от счастья! И видел бы ты, с какой радостью Ди-цзюнь сегодня ещё до рассвета покидал дворец! — Боюсь, Клан Драконов больше не дееспособен, — заключил старший брат. Вчера вечером Чу Яньчуань заявил, что он ни на что не способен, а сегодня его высмеяли собственные братья. У Цзин Фэйжуна появилась иллюзия, что он действительно ни на что не способен, вероятно, это была ещё одна смерть перед достижением успеха. Он внезапно обернулся: — Если Клан Драконов больше не дееспособен, вам обоим, определённо, пора выйти из тени младшего брата и спасти ситуацию! — А, я ещё не женат, — тут же опомнился старший брат, — так что вопрос о том, способен я или не способен, пока совершенно меня не касается. Третий брат молчал, с превеликим вниманием разглядывая тучку на горизонте. Маленький вопросительный знак в голове Цзин Фэйжуна, давно беспокоивший его, наконец развеялся — его третий брат был тем, кто внизу. Видя, что Цзин Фэйжун мрачно смотрит на него, третий брат раздражённо закатил глаза, а потом сказал старшему брату: — Пойдём, у нас ещё есть дела. Старший брат понятия не имел ни о каких тайнах между ними. Он раскрыл складной веер и элегантно взмахнул им: — Эн, раз Пятый Брат неспособен, не стоит над ним слишком много смеяться. Боюсь, это только усугубит проблему. Несчастный Ди-цзюнь… Он ждал семь тысяч лет, чтобы в конце концов получить вот это. * * * Цзин Фэйжун скрежетал зубами, разгневанно возвращаясь в свою опочивальню. Сегодня утром, услышав о внезапном отъезде Чу Яньчуаня, Небесный Император снова отругал своего бесполезного Пятого Сына и велел ему вернуть Ди-цзюня обратно любыми правдами и неправдами. Цзин Фэйжун задрал подбородок и с возмущением воскликнул: — Не буду! Его поведение было настолько идиотским и несвоевременным, что Небесный Император чуть не свернул ему шею. Не то чтобы Цзин Фэйжун не знал о репутации Чу Яньчуаня. В конце концов, тот был древним богом. Когда мир был ещё только создан, он участвовал во многих великих сражениях. Он также сотрудничал с Владыкой Подземного мира, подавлял демонических мятежников и на протяжении тысячелетий устанавливал мир во всех шести Царствах. Будучи младшим, он должен был восхищаться и уважать такого бога, но Небесный Император внезапно даровал ему брак и заставил его сделать это быстро и без всякой моральной подготовки. Хотя для Клана Драконов можно было бы считать большим достижением женитьбу младшего сына на таком боге, как Чу Яньчуань, Цзин Фэйжун, как назло, находился в своей мятежной стадии. Кроме того, слова Чу Яньчуаня лишь кажутся мягкими и любезными, но на самом деле они всегда были душераздирающими и довольно обидными. С какой бы стороны он ни думал о своей семейной жизни, дракон чувствовал себя очень огорчённым. Но раз уж дело уже дошло до этого, вместо того, чтобы спорить и ежедневно терпеть побои и нагоняи от родного отца, лучше бы ему подумать о том, как договориться с Ди-цзюнем и вместе с ним стать фальшивой парой, счастливо живущей, не мешая друг другу. Цзин Фэйжун наконец все обдумал. Он решил вздремнуть, а проснувшись, отправиться на поиски и попросить Чу Яньчуаня вернуться. Это не должно быть сложной задачей. В конце концов, сам Ди-цзюнь сказал, что давно им восхищается, так что он обязательно с радостью вернётся во дворец вместе с ним, хе-хе. Цзин Фэйжун с благодушной улыбкой на губах закрыл глаза. Открыв глаза, он обнаружил, что поставленная им перед собой задача оказалась ещё более простой, чем он думал. Пятый Принц ещё не пошёл искать его и уговаривать, а Чу Яньчуань уже сидит у его кровати! — О, Ди-цзюнь, — Цзин Фэйжун потянулся, выдавил из себя очень вежливую улыбку и сказал: — Я как раз собирался пойти и пригласить тебя вернуться. Чу Яньчуань улыбнулся, но почему-то эта улыбка выглядела несколько пустой. Он спросил: — Зачем Ваше Высочество хотел пригласить меня? Цзин Фэйжун сел, поправил длинные волосы и уверенно ответил: — Мне нужно, чтобы Ди-цзюнь был со мной. И ещё я хотел кое-что предложить Ди-цзюню… Прежде чем он успел изложить свою идею о фальшивом браке, Чу Яньчуань мягко наклонился, положил руку на его плечо и проникновенно сказал: — Ваше Высочество Пятый Принц, вам больше не нужно ничего говорить. — Что… Что?! Цзин Фэйжун посмотрел на лицо, которое сейчас оказалось так близко: оно было красивым и спокойным. От воротника Чу Яньчуаня исходил лёгкий аромат. Он был прохладным и чарующим. Цзин Фэйжун в панике широко раскрыл глаза, чувствуя себя ошеломленным и беспомощным. — Я-я-я… я не это имел в виду! — заикаясь, пробормотал Пятый Принц, почувствовав, как сердце провалилось в желудок. — Но я имел в виду именно это, — тихо сказал Чу Яньчуань. Слабый золотистый свет вспыхнул на кончиках его пальцев, и Чу Яньчуань сделал жест рукой. Цзин Фэйжун очень хорошо знал этот трюк, поэтому совсем не удивился, когда в следующее мгновение он уже не мог ни двигаться, ни говорить. Всё закружилось у него перед глазами, когда Ди-цзюнь повалил его на кровать. Его поясница прогнулась, и Чу Яньчуань, эффектно приподняв полы халата и задрав ногу, сел на него верхом. — Ваше Высочество, извините, — Чу Яньчуань наклонился вперёд и оперся на Цзин Фэйжуна. Он зацепил его пояс и развязал его тонкими пальцами, затем ладонь Ди-цзюня скользнула вниз. Чуть прохладные кончики пальцев коснулись тёплой кожи, прикосновение было непривычным. Низ живота Цзин Фэйжуна тут же напрягся, а лицо и шея мгновенно покраснели. Кончики волос Чу Яньчуаня задевали ухо Пятого Принца, тихонько покачиваясь при каждом движении. Видя, что тот вот-вот ударится в полнейшую панику, Чу Яньчуань не выдержал и мягко заговорил, чтобы успокоить его: — Ваше Высочество Пятый Принц, всё в порядке. Просто думайте о чём-нибудь приятном, скоро всё закончится. Глаза Цзин Фэйжуна мгновенно налились кровью, и он так разозлился, что едва не выскочил из собственной кожи.