Lacrimosa

***

— Мне очень жаль. Простите, что испортил праздник. Я не знаю, как объясниться. Это в любом случае будет дерьмовым оправданием. Я готов возместить полную стоимость и доставку нового зеркала. Просто сообщите, какой нужен размер, я все оплачу. Он отправляет сообщение и выдыхает на диване. Так будет правильно. Дин испытывает глубокую вину перед Джоди, Алекс и Клэр за произошедшее в доме. Он повел себя как псих, разбив зеркало, разоравшись и смывшись. Он обещал себе так не делать. Обещал, ещё тогда, после смерти Каса, после возвращения Каса. Поэтому хотя бы так загладит вину.

***

Проходит несколько дней. Посреди ночи Дин опять чувствует что-то странное. Он не хочет раскрывать глаза. И всё же какое-то тревожное чувство заставляет его поморщиться и проснуться. Очнувшись, он видит, что над ним нависло существо с черными глазами, оно тянулось к нему. Изо рта лилась черная субстанция и практически капала на Дина. Этим существом был Кас. Дин в ужасе отталкивает его, спрыгивает с постели и ищет лампу. Включив свет, картинка сильно меняется: Кас теперь лежит животом на кровати и от включенного света недовольно щурит глаза, просыпаясь. — Что за?.. Что за херня? — сердце Дина колотится как бешеное. Кастиэль лежал, как ни в чем не бывало. — Дин? Что-то случилось? У тебя опять лунатизм? — он меняет позицию, переворачиваясь на спину и приподнимаясь. Дин отворачивается и щупает свое лицо, переводя дыхание. Он уходит в ванную, чтобы умыться. Кас идёт за ним. — Дин, ты что-то увидел? Он пытается взять Дина за плечо, но тот его отталкивает. Кас выглядит, как побитый щенок, и Дин тут же чувствует себя виноватым. Он дал себе клятву больше не задевать и не отталкивать Каса. Никогда. — Я просто... увидел нечто странное. Как тогда, в доме у Джоди. Мне кажется, это галлюцинация. Может, сонный паралич. — Что это было? Дин прикусывает губу. Он раздумывает об этом. Жидкость, что текла изо рта Каса, была очень похожа на Пустоту. Вероятно, ему просто действительно приснился очень реалистичный кошмар на фоне травмы. Такое уже бывало в прошлом, с адом и прочими ужасами жизни. У охотников редко бывают спокойные сны. — Просто... не бери в голову. Это просто очень реалистичный кошмар был. Я в порядке. — Дин... — Кас сочувственно смотрит. — Если тебя это так беспокоит, может, записаться ко врачу? К психотерапевту? — Нет, я просто... Он не знает, что ответить. Он отмахивается от этой идеи. Ему просто не нравится сама мысль ходить к мозгоправу. Как будто с ним что-то не в порядке. С ним все, черт возьми, в порядке. — Мне нужно освежиться, ладно? — он пытается выйти из ванной, протискивается через Кастиэля, но тот преграждает ему дорогу. — Дин. — Кас. Со мной все в порядке. — По тебе не скажешь. Дин, ты плохо спишь и просыпаешься посреди ночи, сообщая мне, что что-то увидел. Я не прошу тебе рассказывать подробно, что это было. Но я беспокоюсь за тебя. Может, всё-таки запишешься ко врачу? Хотя бы, чтобы тебе прописали снотворные. Дин отводит взгляд. — Ты же знаешь, я больше не могу исцелить тебя или погрузить в сон. К тому же, если повторится тот эпизод с лунатизмом... — Не повторится. Все под контролем. Но так уж и быть, я запишусь. Многого не надо, чтобы Дин сдался.

***

Дину сняли швы. Лицо ощущалось как открытая рана; смотреть на себя в зеркало было невыносимо, поэтому он еще больше избегал отражений и взаимодействия с людьми. Как бы не хотелось признавать, но это расстраивало. К тому же, у него пошло нагноение в глазу, которое плохо лечилось. Врачи говорили, что восстановление идёт хорошо. Хотя лицо буквально опухло, будто его покусали пчёлы. Спустя ещё неделю Дин находит садовые щипцы Каса в крови в том самом сарае. Это пробивает у него пот. Он зовёт Каса, в онемении держа окровавленный инструмент. Кас объясняет это: — Я отбивался от енота. Недавно наткнулся, когда тебя не было. Не хотел тебе говорить и в очередной раз заставлять волноваться... Лицо Дина отражает все, что он думает. Кас пытается его успокоить, и это вроде срабатывает. На их участке ничего не нашли тогда: животные не были заражены бешенством. Да и случаи с трупами теперь происходили реже, как отметил Дин.

***

Однажды Кас жалуется на головные боли. Дина это удивляет: до этого только он жаловался, и казалось, на Каса это не влияло. — Да, в последнее время... сильная мигрень. Прямо у висков. Дин глубоко вздыхает. Он знает, с чем это связано. Грибок. Они находились в гостиной и смотрели Доктора Секси. Шли титры на экране после серии. — Наверное, это потому что теперь ты чаще тут задерживаешься. Обычно ты либо в церкви, либо у своих домохозяек, либо ещё где-то. — Тебя это напрягает? — Нет, нисколько. Занимайся, чем хочешь. Просто подметил, что теперь ты тут чаще. Дин знает, почему так. Кас за него переживает и не хочет оставлять одного. — И я... заметил кое-что странное, — как будто нехотя признает Кас. Дин удивлённо разворачивается к нему на диване. — Возможно, я тоже вижу что-то. — Что именно? — тут же напрягается Дин. — Тот енот, который ещё напал на меня недавно... Мне могло просто показаться, но я видел нашего соседа у забора в тот момент. Он будто что-то держал в руке и скрывался с этим. Но я не успел разглядеть. — Дин поднимает брови. — Это еще не все. Один раз я в окне ночью увидел очертание руки... Но как только я подошел, ничего не было. Как будто я моргнул, и все исчезло. — Ты надо мной сейчас стебешься? — спрашивает Дин с подозрением. — Нет, — хмурится Кас. — С чего ты взял? Действительно. Дин понимает, что Касу врать незачем. Что ж, теперь из-за речи Каса в голове Дина поселился новый паразит. И это мысль, что все происходящее как-то связано с соседом. Пути назад нет. — Надо будет выяснить, действительно ли что-то промышляет этот... сосед. Дэн, — Дин пробует его имя на языке. Ему с самого начала парень не понравился. — Только помягче с ним, Дин, пожалуйста. Он может быть вообще непричастен. — Что, ты думаешь, я завалюсь к нему сразу с ружьём? — Зная тебя — да. Дин мотает головой и собирается включить следующую серию, но Кас перехватывает его руку. — Обещай, что ты не собираешься натворить в одиночку каких-то глупостей. — Это ты вроде спец по глупостям, — усмехается Дин. Кас прожигает его взглядом. — Мне могло показаться. Это мог быть вообще не он. Дин вздыхает. — Кас, обещаю, я не наделаю глупостей. Просто наведаюсь к нему в гости, изучу домашнюю обстановку. Может, мы вообще разговоримся и станем лучшими друзьями. Тут он, конечно преувеличивает. Кас на это качает головой. Дин включает следующую серию.

***

Он начинает подозревать своего странного соседа в жертвоприношениях. У парня была определенная рутина: он выходил из дома ровно в 6:45 и возвращался в 12:15 с тремя тушами зайцев и третями утками. Всегда с одной и той же добычей. Всегда во вторник, четверг и воскресенье. В 17:45 он с перекинутым за спину мешком выходил из дома и садился в свою машину. И уезжал в неизвестном направлении. Через пару дней наблюдений сквозь новосделанную дыру в заборе Дин замечает этого парня, сидящего на крыльце дома в кресле-качалке. Как в гребанных фильмах про Дикий Запад, его ружье лежало на коленях. Отрешенное лицо, смотрящее в их забор. На нем нет ни унции эмоций; глаза стеклянные. Дин уже устал стоять в такой позе и немного сдвигает ногу, когда чувствует, как она вязнет в грязи, и на секунду отвлекается. Вернув взгляд обратно, Дэна уже нигде нет. Он вздрагивает. Как бы невзначай на следующий день Дин пересекается с Дэном на опушке леса, недалеко от их участка. — Хэй, Дэн, — зовет он. Дэн останавливается. — Привет, — хриплым голосом отвечает мужчина. — Я тут подумал... Как насчет того, чтобы узнать друг друга получше за чашечкой кофе? Я мог бы заглянуть к тебе на досуге, — Дин пытается включить свое обоняние. Дэн смотрит на него нечитаемым взглядом и наконец говорит: — Почему бы и нет, — он опять перекидывает ружье на другое плечо. — Отлично, — разводит Дин руками и старается натянуть обоятельную улыбку. — Вопрос в том, когда. Дэн хмыкает. — Можно сегодня после обеда. К часу дня. Как раз после охоты, про себя подмечает Дин. — Чудно. Тогда договорились. Охотник ему кивает, словно солдат на службе, и разворачивается. Дин качает головой на этого парня. Довольно быстро наступает час икс. Дин мнется у калитки. Прождав пять минут, во время которых он нервно проверял часы на руке, он не выдерживает и отпахивает ее. Раздается протяжный скрип. Он поднимается по ступенькам чужого дома, оглядываясь вокруг и вслушиваясь в тишину. Ничего. Может, Дэн опаздывает. Он стучится в дверь, но ничего не происходит. Дин опять топчется так какое-то время, но прокашливается и решает повернуть ручку. Дверь подается, тоже со скрипом. Внутри темновато. Если посмотреть на все под другим углом, возможно, он назвал бы этот дом даже уютным. Чем-то напоминает дом Бобби — такое же количество непонятных книг и безделушек, но в каком-то стариковском стиле. Сколько лет было этому парню? Может, он ровесник Дина, а может, старше лет на десять. Зловещее ожидание в коридоре держит его в напряжении. Из глубин дома раздаются тикающие часы. Со стен смотрят чучела животных: кабаны, лисы, даже лось. Он прохаживает внутрь и останавливается, слыша приглушённый напор воды. Должно быть, всё-таки тот в доме. Дин решает изучить предметы. Одна комната перетекает в другую. Непонятно, то ли это коридор, то ли гостиная; то ли кухня, то ли уже спальня. Его дом построен странным образом. — Сейчас, я отмою коврики и приду, — кричит ему голос из, по всей видимости, ванной. Дин про себя думает: «Какие ещё коврики? Ну точно к маньяку попал». Благо, он с собой взял складной нож. Вскоре Дэн выходит, и Дин скользит взглядом по его худощавому телу. Он поразительно напоминает ему Эша. — Извини, припоздал. Чай, кофе, виски? — спрашивает тот. — Виски, — усмехается Дин. Хозяин дома послушно достает две рюмки из ближайшего серванта и ставит их на придиванный столик. Дин садится на кресло, а Дэн на диван. — Итак, почему вы решили переехать именно сюда? — спрашивает Дэн, наливая виски. Этот вопрос кажется Дину знакомым. — Я сам из Лоуренса. Решил вернуться к тому, с чего все началось, но выбрать местечко ещё тише, — решил ответить Дин. — Хочешь сказать, не задерживался где-то надолго до этого? — Дэн подвигает к нему рюмку и сам отпивает из своей. Дин не спешит пить. — Можно и так сказать. А что насчёт тебя? — Я вырос охотником благодаря отцу. Но большую часть своей жизни не задерживался тоже на одном месте. Десять лет назад я решил, что с меня хватит, и решил осесть здесь. Дину показалось, будто парень говорил его словами. Это пугало. Если поменять их местами, Дин буквально может сказать тоже самое. Но они говорят не об одном и том же. — А где ты охотился? — спросил Дин, подвигаясь ближе, располагая свои локти на коленях. — Считай, почти во всех штатах. Возможно, более южных, — Дэн плескает жидкость в рюмке и печально смотрит на нее сквозь стекло. — Как вам здесь с мужем? Нравится? Дин даже не поправляет его. — Нравится. Разве что смущает кое-что. — Животные на участке, да? — спрашивает Дэн. Он все ещё бесстрастен. На его лице будто все время скучающее выражение лица, и Дина это бесит. — Да. Кажется это странным, — продолжает Дин. — Особенно то нападение енота. — Я слышал. — И, должно быть, видел. Дэн поднимает бровь, но молчит, ожидая пояснения. Он поставил рюмку на стол. Дин к своей так и не притронулся. — В те разы ты был на нашем участке. Что ты сделал? — спрашивает в лоб Дин. — Просто стоял и смотрел, или ты как-то натравливаешь животных? У Дэна все такое же выражение лица, по которому ничего не понять. Он откидывается на диван. — С чего ты взял, что я там был? — Это неважно. Ну? Тебе понравилось стоять и смотреть? Дэн качает головой. — Я к этому никак непричастен, — сухо отвечает хозяин дома. — И что я мог сделать с енотом, чтобы натравить его на тебя? — Ты мне скажи, — Дин пытается держать себя в руках. — Я знаю, что ты с этим связан. Дэн смотрит на него с минуту, а затем встаёт. Дин в ожидании держит руку на боку, готовый достать нож. Мужчина стоит к нему спиной, копаясь в каких-то книгах, что-то достает оттуда и молча кидает это на стол. Фотоальбом. Дин в недоумении. Дэн открывает его и начинает листать. — У меня не так много друзей или знакомых, но в тот вечер я как раз был в баре «Ласточка» на Рэд-Роудс. Вот этот человек, — он указывает сухим пальцем на фото, и Дин присматривается, — и вот этот человек могут подтвердить, что я там был. Брови Дина разглаживаются, хотя общее внутреннее напряжение все ещё гудит в нем. Он убирает руку с бедер. Дин внимательно разглядывает фото, запоминая лица. Дэн смотрит на него исподлобья. — Твой муж сказал, что я там был? — Да. Он не может ошибаться. Может, ты и был в том баре, но в каком часу? Ответ он не получает. Что-то громыхает с другой стороны дома, и Дэн настораживается. — Я сейчас приду, — с этими словами он выходит из комнаты. Дин решает его не останавливать. Он понятия не имеет, куда именно тот пошел, но это был отличный момент, чтобы получше изучить помещение. Он заглядывает в сервант, бегло впитывая названия книг и оценивая сервиз, затем его взгляд переходит к дивану и дверному проёму. Двери были скорее как раскрытые ставни, с уже потрескавшейся белой краской. Он тянет на себя дверь и обнаруживает в углу окровавленный топор. Дин сглатывает ком в горле и пытается понять, скоро ли собирается возвращаться Дэн. Он слышит надвигающиеся шаги. Дин быстро решает осмотреть фотоальбом, берет его в руки и отряхивает. Вылетает пара бумаг и фото. Его взгляд цепляется за описания: «...уезжает в 8:30 на церковные служения и возвращается только к обеду или чуть позже...» «...весьма внимателен и трудоусерден в вопросах хозяйства, с утра и до ночи приводит в порядок этот обветшалый дом, что я раньше считал обречённым...» На чёрно-белом фото они с Касом в саду на корточках, что-то разглядывающие. Внутри все холодеет. А потом он видит это. Трупы животных. Сфотографированные под разными ракурсами. Такой же черно-белый фильтр. Должно быть, в ночи. — Этого не должно здесь быть, — хмурится Дэн, подошедший к нему. Внутри Дина что-то умерло. Чертов ублюдок. — Что ты сделал? Черт возьми, что ты такое? Демон? Ругару, оборотень? — он надвигается на него угрожающе, вытаскивает нож, но пока не направляет. Дэн сжимает челюсти. — Этих фото там не должно быть. — Зачем ты их сделал? — Дин напирает на мужчину так, что тот упирается в стенку, и прикладывает нож к его горлу. — Отвечай! Наконец хоть какой-то мускул дёргается на лице мужчины, и он перехватывает руку Дина. Это спусковой крючок для него, флажок, свисток — Дин пытается взять первенство в начавшейся драке. — Мертвые туши это твоих рук дело. Скажи мне, зачем их потрошить? В чем смысл потрошить и не питаться? — Я не имею к этому никакого отношения, черт возьми! — кричит он, пытаясь выхватить нож из рук Дина. В этот момент острая боль стреляет в висках, посылая картинку мозгу, где Кас нависает над ним, с черной субстанцией, тянущейся изо рта. Где Джек стоит в поле из сна и смотрит на него, грустно и молчаливо, ожидая Дина. Где Дин снова и снова заворачивает труп Каса в гребанные занавески, а затем перекладывает прах в банку. Все эти картинки так живо возникают перед глазами, что от вызванной ими резкой боли Дин хватается за голову и скрежещет зубами, не в силах больше продолжать бой. Он смутно слышит, как кто-то его зовёт по имени; в голове продолжают мельтешить образы, не позволяя нормально видеть, зрение размывается. Он делает ещё пару шагов, прежде чем чувствует, будто его ударили по голове, и теряет сознание.

***

Очнувшись, Дин обнаруживает себя одного в подвале. Свет исходит от голой лампочки, очень слабый. Слышится скрип жестяной двери, но никто не входит. Капает вода. Дин пытается пошевелиться и понимает, что связан. Во рту чертовски пересохло, в воздухе витает запах сырости. В голове запускаются аналитические процессы. Ножа при нем больше нет, но нет и парня, что его, очевидно, связал. Что остаётся делать? Правильно. Он встает вместе со стулом и пытается пройти по комнате в поисках чего-то, что поможет ему развязать веревки. Раздаётся ещё один ужасный звук тяжёлого металла, и Дин приостанавливается. Боковым зрением замечает шевеление. Медленно он разворачивает свой корпус, и в этот момент на него бросается обезумевший енот. Дин снова просыпается. На этот раз он на диване. В поту, все ещё в доме Дэна. Темно. Он осматривается по сторонам, тяжело дыша. Это был сон. Его вырубило, он потерял сознание во время драки. Печально, но не смертельно. Он все ещё в доме соседа. Свет выключен, успел наступить глубокий вечер. Дин чувствует себя вяло, крайне высосанным. Где-то в доме разрывается его мобильник. Дезориентированный, мужчина проходит несколько комнат, пытается найти хозяина, но не находит. Только натыкается на собственный звонящий сотовый. Он покидает дом и наконец принимает звонок. — Дин, где ты?! — встревоженно звучит в трубке Кас. — Ты в порядке? Дин еле передвигает ноги по просёлочной дороге, чувствуя невероятную слабость в теле, но все же находит в себе силы ответить: — Да, я иду домой. Каким-то образом Кас его перехватывает как раз в эту минуту, они сталкиваются друг с другом на дороге. Дин чувствует, как с плеч спадает какой-то груз, когда теплые руки Каса обхватывают его и начинают обеспокоенно проверять на наличие травм. — Дин, что случилось? Ты не отвечал на мои звонки. Дин качает головой. — Я был у нашего соседа. В ночи не видно, но Дин чувствует, что Кас сжался от этих слов. — Похоже, он что-то действительно задумал. Я видел у него фото... фото нас, Кас. Кас помогает ему передвигаться, взяв под руку, и Дин хочет возмутиться, что может идти сам, но подавляет в себе этот порыв. Он должен уметь принимать помощь. — Что ещё ты видел? Дин ему рассказывает. Кас явно встревожен не меньше, чем Дин. — Сейчас тебе нужно отдохнуть, Дин. Ты выглядишь очень неважно. Дин собирается возразить. — Я разберусь с этим. Я выслежу его, — твердо говорит Кастиэль. Он успокаивает Дина и ведёт скорее домой. Дин понимает, что сейчас не в самой лучше форме и действительно чувствует себя очень ослабленным. Кас укладывает его в постель. Дин чувствует синяк на своей щеке, прислоняясь к подушке, и тихо стонет. Кас мягко берет его за руку. — Мы не упустим его. Обещаю. Но сейчас тебе надо отдохнуть. Они какое-то время держатся так. Дин на боку, а Кас сидит рядом. Дин чувствует, как спустя время Кас поднимается, и как-то слишком жалобно из него выходит тихое: — Останься. Кас слушается и принимается переодеваться. Шуршит его плащ, снимается рубашка, затем туфли. Сквозь закрытые глаза Дин чувствует, как матрас продавливается рядом с ним, и Кас ложится рядом, прижимаясь к Дину, обнимая его сзади. У них есть время. Хотя им нужно с этим всем разобраться, у них есть время, и сейчас Дин позволяет себе провалиться в сон за считанные секунды. В голове слабо брезжит мысль о таблетках для сна, которые он теперь систематически пьет, но в этот раз он допускает, что пропустить один прием не будет страшно.

***

Проснувшись посреди ночи, он опять видит, что Кас куда-то ушел. Вероятно, в ванную, так как полоска света, разрезающая темноту, исходит с той стороны. Прождав какое-то время, Дин решает подняться и проверить его. Полная тишина, нет звука воды или слива. Он открывает дверь и видит, что Каса там уже нет. Дин хмурится и возвращается в комнату. Дин обнаруживает Каса спящим на подушке и не может поверить своим глазам. Обернувшись, он видит, что свет в ванну теперь выключен. — Что за чертовщина? — шепчет он, скорее самому себе. Должно быть, у него действительно поехала крыша. Кас шевелится во сне, и Дин переживает, что может мешать его сну. Он ещё раз выходит в коридор, натянутый, как струна, прислушиваясь к каждому звуку. Свет везде выключен. Дин пытается вспомнить, выключал ли свет в ванной, когда уходил, но не может. Он не может понять, что происходит, и хочет разобраться с этим как можно скорее.