Нужен ли?

Генерал Наньян и новоиспечённый бог земли едва успели отдалиться от пёстрой толпы небесных чиновников, как вдруг чья-то цепкая, словно когти, хватка впилась в рукав скромного одеяния новоиспеченного небожителя. Мин И с лёгким раздражением обернулся, и его взгляд невольно встретился с очаровательным, но до боли навязчивым лицом, от которого веяло приторной сладостью. Голос, словно тягучий сладкий сироп, начал обволакивать слух, мелодично разливаясь вокруг, подобно змеиному гипнозу. Окружающие, казалось, моментально поддались его влиянию, утопая в этой липкой патоке учтивости и восхищения. Их лица расплывались в блаженных улыбках, словно они внезапно обрели смысл жизни в этом потоке слащавых слов. Лишь Мин И, с нескрываемым раздражением поджав губы, с трудом сдерживал в себе неистовое желание прервать эту приторную идиллию грубым, но, по его мнению, весьма эффективным способом. В глубине карих глаз читалось нетерпение и едва скрываемая ярость, контрастирующие с умиротворённой и благодушной атмосферой, царящей вокруг. Кажется, этому новому божеству земли, едва успевшему вкусить сладость восхождения, не суждено было насладиться долгожданным покоем и уединением. Виновником этого внезапного вторжения оказался Ши Цинсюань, всеми обожаемый бог Ветра, любимец небес и душа любой компании. Его репутация была безупречной, его улыбка ослепительной, а его остроумие – неиссякаемым. Однако, несмотря на всеобщее восхищение, Ши Цинсюань явно решил познакомиться с Мин И поближе, что, судя по угрюмому выражению лица нового бога земли, тот явно не очень-то и желал. А Фэн Синю, Совершенному Владыке Наньян, и вовсе не нравилась компания этого напыщенного бога. Что-то в нём раздражало генерала, вызывало глухое недовольство. Возможно, это была его показная веселость, его стремление всегда быть в центре внимания, а, возможно, и что-то другое, более глубокое и неосознанное. – О, новый бог земли! – воскликнул Ши Цинсюань, его голос звенел словно колокольчик, привлекая ещё больше внимания к их небольшой группе. – Какая честь для меня познакомиться с вами! Я Ши Цинсюань, бог Ветра! И я уверен, что мы станем лучшими друзьями! Он продолжал сыпать комплиментами, восхваляя скромность Мин И и его необычный стиль. Фэн Синь, молча наблюдавший за этой сценой, почувствовал, как в нём нарастает раздражение. Ему хотелось схватить Ши Цинсюаня за шиворот и оттащить подальше от Мин И, но он понимал, что это было бы крайне невежливо и могло создать нежелательные проблемы. – Рад знакомству, бог Ветра, – произнёс он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. – Но, как я уже говорил, я бы предпочёл немного отдохнуть после восхождения. Однако Ши Цинсюань, казалось, не услышал его слов. Он продолжал говорить, перескакивая с одной темы на другую, осыпая Мин И комплиментами. Фэн Синь, не выдержав этого потока болтовни, решил вмешаться. – Ши Цинсюань, – резко произнёс он, привлекая к себе внимание. – Мин И сейчас устал. Ему нужно отдохнуть. Бог Ветра на мгновение замолчал, удивлённо посмотрев на Фэн Синя. Он привык к всеобщему обожанию и редко сталкивался с открытой неприязнью. – О, генерал Наньян, – пропел он, его голос внезапно стал более холодным и официальным. – Я всего лишь хотел поприветствовать нового бога. Не вижу в этом ничего плохого. – Я тоже не вижу, – ответил Фэн Синь, его голос был таким же резким. – Но Мин И сейчас не расположен к общению. Так что, думаю, тебе стоит оставить его в покое. Ши Цинсюань на мгновение задумался, словно взвешивая все "за" и "против". Затем, с лёгкой улыбкой, он кивнул. – Как скажете, генерал, – произнёс он, его голос вновь стал дружелюбным и беззаботным. – Не буду вам мешать. Но надеюсь, что мы ещё встретимся, Мин-сюн. С этими словами Ши Цинсюань, бросив на Мин И кокетливый взгляд, упорхнул, оставив после себя лёгкий шлейф свежего ветра и недоумение на лице нового бога земли. Мин И облегчённо вздохнул и бросил благодарный взгляд на Фэн Синя. – Благодарю вас. Фэн Синь пожал плечами, стараясь скрыть смущение. – Не стоит благодарности, – ответил он. – Просто Ши Цинсюань иногда бывает слишком навязчивым. Но не принимай это близко к сердцу. Он, в общем-то, неплохой парень. Он замолчал на мгновение, затем добавил: – Ладно, идём. Мне нужно показать тебе твои новые покои. И, кстати, что это у тебя в волосах? Что-то серебристое. Мин И при этих словах слегка напрягся, но Фэн Синь этого уже не видел. И они вновь двинулись по небесным коридорам, оставляя позади шум и суету, направляясь к новым покоям бога земли, где Мин И, возможно, наконец-то сможет обрести долгожданный покой. Однако, Фэн Синь хранил в секрете небольшую деталь: дворец Мин И еще не был готов. Бюрократические проволочки, недостаток материалов, нехватка рабочей силы - причин было множество, и все они, как назло, сошлись воедино. В результате, новому богу земли временно придется пожить у него. Фэн Синь слегка нахмурился. Мысль о том, что в его обычном, немного неряшливом жилище поселится кто-то еще, не вызывала у него восторга. Он привык к тишине и одиночеству, к беспорядку, в котором, как он любил говорить, был свой порядок. Но, как говорится, долг есть долг. Он был назначен временным опекуном Мин И, и он сделает все, что в его силах, чтобы облегчить ему адаптацию к небесной жизни. "Потерплю немного," - подумал Фэн Синь, мысленно вздыхая. - "Скоро дворец достроят, и он сможет переехать." Вскоре они подошли к массивным вратам, украшенным изображениями тигров и драконов. Это был вход в резиденцию Совершенного Владыки Наньян, покровителя юго-восточных земель и бога войны. Фэн Синь, не дожидаясь, пока стража откроет ворота, просто взмахнул рукой, и они бесшумно распахнулись, пропуская их внутрь. Двор резиденции был просторным и ухоженным, но в нем чувствовалась некая суровость и аскетичность. Здесь не было ярких цветов и изысканных украшений, как в других небесных дворцах. Зато повсюду стояли тренировочные манекены, оружие и доспехи. Чувствовалось, что это место принадлежит богу войны. Мин И, оглядываясь по сторонам, слегка нахмурился. Он ожидал увидеть что-то более… утонченное, что ли. Но, с другой стороны, он и сам не любил излишнюю роскошь и помпезность.

Один одноглазый с этой роскошью в печенках уже просто сидит

– Добро пожаловать в мою скромную обитель, – произнес Фэн Синь, нарушая тишину. – Как видишь, здесь не так уж и много развлечений. Но, надеюсь, тебе будет удобно. Мин И кивнул, стараясь скрыть свое замешательство. – Благодарю вас, генерал, – ответил он. – Это более чем достаточно. Фэн Синь, заметив его нерешительность, усмехнулся. – Не стоит так официально, – произнес он. – Просто зови меня Фэн Синь. Или, если хочешь, можешь называть меня "Совершенный Владыка Наньян, покровитель юго-восточных земель и бог войны". Но это слишком длинно, да и к чему эти формальности? – Хорошо, Фэн Синь, – произнес он. – Ты можешь называть меня Мин И. – Договорились, – ответил Фэн Синь. – Ладно, идем, я покажу тебе, где ты будешь жить. Он повел Мин И по коридорам резиденции, попутно рассказывая о ее истории и о своих обязанностях как бога войны. Мин И слушал его внимательно, стараясь запомнить как можно больше информации. Он понимал, что небесная жизнь - это не только вечное блаженство и безграничные возможности. Это еще и огромная ответственность. Вскоре они подошли к одной из боковых комнат, расположенной недалеко от покоев самого Фэн Синя. Комната была просторной и светлой, с большим окном, выходящим в сад. В ней стояла большая кровать, стол, стул и шкаф для одежды. Все было чисто и аккуратно, хотя и без излишних украшений. – Вот, здесь ты будешь жить, – произнес Фэн Синь, жестом приглашая Мин И войти. – Я постарался сделать ее максимально удобной для тебя. Если тебе что-то понадобится, просто скажи. Мин И огляделся по сторонам и кивнул. – Спасибо, Фэн Синь, – произнес он искренне. – Все нормально Он чувствовал себя немного неловко, находясь в чужом доме. Но Фэн Синь, казалось, делал все возможное, чтобы он чувствовал себя как можно более комфортно. – Отлично, – ответил Фэн Синь. – Тогда располагайся. А я пойду по своим делам. Если что, я буду рядом. С этими словами Фэн Синь вышел из комнаты, оставляя Мин И одного. Мин И облегченно вздохнул и опустился на кровать. Он чувствовал себя ужасно уставшим после церемонии восхождения и всего, что произошло после. Мин И, оставшись наедине с собой в скромной комнате, которую великодушно предоставил ему Фэн Синь, опустился на край кровати. Усталость, словно липкий туман, окутывала его, сковывая движения и притупляя чувства. Однако, он не мог позволить себе расслабиться. В голове, словно назойливая муха, жужжала мысль о необходимости связаться с одним человеком. Человеком, с которым его связывали сложные и неоднозначные отношения. Собравшись с мыслями, Мин И коснулся кончиками пальцев виска, на секунду прикрыв глаза. Он прошептал еле слышно, словно опасаясь подслушивания, пароль, открывающий доступ к закрытой сети духовного общения, к личному каналу, известному лишь им двоим, а после заговорил: "Убери свои серебряные бабочки." Тишина, казалось, замерла в ожидании. А затем, словно разорвав ткань реальности, в голове Мин И раздался ответ. Чуть насмешливый, пропитанный ядом иронии и в то же время до боли знакомый голос бесцеремонно вторгся в его сознание: "Рыбонька моя, чего ж так грубо? Ни поздоровался даже." Голос звучал так, словно его обладатель только и ждал этого момента, словно был готов в любую секунду откликнуться на зов. В его тоне сквозило легкое удивление, смешанное с притворным разочарованием. Словно Мин И нарушил некий негласный кодекс, преступил через правила приличия. Мин И невольно скривился. Он прекрасно знал, что его собеседник никогда не упустит возможности подколоть его, уязвить колким замечанием. Это было в его натуре, в его стиле. И сейчас, в этот момент, когда Мин И чувствовал себя вымотанным и уязвимым, эти словесные уколы были особенно неприятны. Мин И прикрыл глаза, стараясь сохранять спокойствие, но тонкие линии гнева пролегли у переносицы. В голосе, звучавшем в его голове, сквозило явное пренебрежение опасностью, и это злило. "Хуа Чэн, я серьезно. Забери их. Твоих бабочек уже заметили," – произнес он мысленно, стараясь придать своему голосу твердость и уверенность. Ему нужно было убедить Хуа Чэна, заставить его осознать всю серьезность ситуации. В ответ в его голове раздался смешок, словно колокольчик зловещего эха. В этом смехе не было ничего доброго или веселого, только насмешка и превосходство. "Сюань," – в его голове прозвучало его истинное имя, произнесенное с тягучей нежностью, от которой по спине побежали мурашки. – "Они заметили серебро, а не бабочек. Не стоит так волноваться. Могу шпильку подарить, чтоб уж наверняка ничего не заподозрили. С серебряными бабочками, разумеется. И, потом, кто поверит, что ты не небожитель, а демон Черных Вод? Ты же теперь сияешь ярче солнца!" Хуа Чэн, казалось, наслаждался его беспокойством. Он играл с ним, словно кошка с мышкой, растягивая удовольствие от манипулирования. Мин И сжал кулаки. В его душе боролись два противоположных чувства: ярость и отчаяние. Он понимал, что Хуа Чэн прав. Никто из небожителей даже не подумает, что новоиспеченный бог земли может быть демоном. Но это не делало ситуацию менее опасной. Серебряные бабочки Хуа Чэна были его визитной карточкой, его знаком. И если кто-то из небесных чиновников разглядит в них что-то большее, чем просто украшение, это может привести к катастрофическим последствиям. Он представил себе, что произойдет, если его истинная личность будет раскрыта раньше времени. Тяжелый вздох сорвался с губ Хэ Сюаня, разносясь по сумрачной комнате, как эхо в пустом склепе. "Хорошо. Завтра я буду в Призрачном городе. Дашь шпильку?" - слова, произнесенные им ранее в сети духовного общения, звучали в его голове навязчивым мотивом. После его реплики в сети вновь прокатился этот знакомый, чуть насмешливый смешок, от которого по спине пробегали мурашки. Хэ Сюань невольно поморщился. Смех этот словно проникал под кожу, вызывая неприятное ощущение смутного беспокойства, которое он тщетно пытался игнорировать. Он резко оборвал поток духовной энергии, отключаясь от сети. Хэ Сюань устало повалился на кровать. Мягкие простыни приятно коснулись кожи. Он закинул руку на лоб, закрывая глаза, словно пытаясь отгородиться от всего окружающего мира. Надо поспать. Он слишком много думает. В особенности сегодня.