with a hunger to live. [с жаждой к жизни.]

На следующий день что-то незримо изменилось в воздухе. Эндрю обратил на это внимание еще когда сонно спускался по лестнице и вдохнул запах вафель. Может, дело было в многозначительной улыбочке Ники, или нехарактерном молчании Аарона во время завтрака. — Тебе не стоит пропускать завтрак, — отчитал его Ники, но из-за улыбки это не произвело никакого эффекта. Эндрю вновь уловил странную перемену, когда зашел в школу. Ему даже не нужно было смотреть на людей со вчерашней встречи, и все же он увидел их, а они увидели его, и что-то тихое осело между ними. Это не было нежеланным, но и желанным тоже не было. Эндрю не хотел заводить новых друзей. Но нет, нет, все они чувствовали это по слегка разным причинам. Нет, странность для Эндрю была определенно в записке, приклеенной к его шкафчику, в ней говорилось: Прогуляй школу вместе со мной. Так что, как только прозвенел звонок, и все ученики разбежались по классам, Эндрю развернулся в другую сторону. Снаружи, умостившись на скамейке под оранжевыми деревьями, сидел Нил Джостен. Он тут же поймал его взглядом, поэтому Эндрю поприветствовал его средним пальцем. Как будто, черт возьми, на зов явился. Нил засмеялся и поднялся на ноги, даже не проверяя, последовал ли за ним Эндрю. Хотя он последовал. Они молча обошли здание школы, и Эндрю не нужно было спрашивать, когда Нил направился к трибунам. Потому что его идеальная память напомнила их разговор. «Некоторые прогульщики приходят сюда», — сказал Нил. «Для секса», — предположил Эндрю. За исключением, что ни за что, черт возьми. Эндрю зацепился пальцем за толстовку Нила и потянул. — Библиотека, — произнес он. Замешательство и боль промелькнули на лице Нила, поэтому Эндрю не позволил ему думать слишком долго и промаршировал к библиотеке. За прилавком Рене ела апельсин и читала книгу — пастельные тона в волосах теперь окрасились в розовый и фиолетовый. — Выйди, — сказал Эндрю, проходя мимо. — Извини? — спросила Рене, но затем дверь снова открылась, и она, вероятно, увидела Нила, потому что сказала: — О. Как и всегда, диван за углом был свободен. Эндрю плюхнулся на него. Когда он поднял взгляд, Нил только заворачивал за угол. — Ты просто проигнорировал Рене? — спросил он. — Ты просто оставил мне записку? — насмешливо бросил Эндрю. — У меня нет собственного телеф… Эндрю схватил его за футболку и толкнул на диван. — Да или нет, Нил? Дыхание Нила дрогнуло, его глаза прожигали Эндрю. — Я думал, ты не… Не хочешь. — Да или нет? Нил облизнул губы. — Да. И вновь, они двинулись в одно время. Эндрю сжал его затылок, и Нил в тот же миг запустил обе руки в волосы Эндрю, прочесывая их пальцами. Они держались друг за друга мертвой хваткой, глаза в глаза, горящие огнем; любое движение вело их лишь в одну сторону — стать еще ближе. А затем их губы встретились. Губы Нила идеально проскользили по рту Эндрю — медленное скольжение, заставившее голову Эндрю закружиться, прежде чем он углубил поцелуй. Подавив стон, Эндрю толкнул Нила вниз, вдавливая его в диван, и последовал за ним, подхватывая себя свободной рукой. Он мог почувствовать, как тело Нила полностью прижимается к нему, но это было не плохо. Совсем не плохо, не с Нилом, который вновь издавал эти тихие вздохи. Это чертовски сводило с ума. Он откинулся назад, чтобы прояснить голову или хотя бы попытаться, но эта идея была еще хуже, чем Нил Джостен. Потому что как только Эндрю дал ему дюйм, Нил прильнул к нему и прошел целую милю, прижимаясь поцелуями с открытым ртом к его шее. Стон, вырвавшийся из Эндрю, был громче, чем ему хотелось бы. — О, — мягко выдохнул Нил. Удивленный. А затем медленно, осторожно проследил поцелуями по горлу Эндрю. Эндрю сжал руку на затылке Нила и притянул его ближе; его собственное дыхание трепыхалось. — Пошел ты, — выдавил он. — Лжец, — пробормотал Нил против горла Эндрю, — я думаю, что тебе нравится. Язык Нила выскользнул наружу и горячо прошелся по коже Эндрю. Он едва мог думать, когда возбуждение вспыхнуло внутри. — Ты мне не нравишься, — процедил сквозь зубы Эндрю. Нил замер и отстранился. Неуверенность преобразила его черты лица во что-то ужасное. — Должен ли я остановиться? — Нет, — сказал Эндрю и толкнул Нила обратно вниз. Он прислонился прямо к его уху. — Я прошу тебя остаться. Нил вздрогнул. — Я хочу дотронуться до тебя, — он задыхался. — Можно? Эндрю слегка отстранился. — Не здесь. Библиотека пустовала, но даже так она не казалась для него достаточно безопасным местом, чтобы снимать с себя одежду. — Ох, — выдохнул Нил и начал подниматься, вот так просто, но Эндрю положил руку на грудь Нила и вернул ему его же слова. — Я хочу дотронуться до тебя. Можно? Было почти забавно наблюдать, как черный поглощает голубой в глазах Нила. Кроме того, что это не было забавно, потому что Нил снова облизнул губы, и, едва дыша, произнес: — Да. Собственное сердце резко подскочило в груди, когда он проскользнул пальцами под футболку Нила, и провел руками по изгибам его тела. Кожа Нила была горячей, как и его вздохи, как и мелкая дрожь под кончиками пальцев. Эндрю задрал футболку Нила, и прижался губами к его груди, приоткрыв рот. Он хотел впиться ногтями ему в живот, хотел увидеть его дрожащим, хотел увидеть его следы на коже Нила, как бы неправильно ни было хотеть этого. Вместо этого он прижался мягкими поцелуями к коже, отмечая бьющееся сердце Нила, весь путь вниз к его джинсам. С натренированной легкостью он расстегнул пуговицу. Дыхание Нила дрогнуло, когда Эндрю спустил штаны. — Все еще хорошо? — спросил он. Нил раздвинул ноги вместо ответа. Блять, ну хорошо. Нил, одетый в черные боксеры, с румяными щеками и синяками, выглядел как лихорадочная мечта, которую Эндрю желал бы увидеть во сне. Он провел пальцем по твердому члену и жадно наблюдал за тем, как тот дернулся. — Потребуется устное согласие, Нил, — низким голосом произнес Эндрю. — У меня нет цитаты для этой ситуации, — едва задыхаясь, сказал Нил. Нет, не сказал. Пошутил. Ради всего, черт возьми, святого. Эндрю ущипнул его изнутри ляжки — дрожащий стон, сорвавшийся с губ Нила, был ожидаем. Возбуждение пронзило тело Эндрю. Он подвинул бедра на диване, но это ничерта не помогло облегчить нужду. Желание. — Да, — произнес Нил, — больше чем да. Покончив с бесполезной тратой времени, Эндрю подцепил пальцами его боксеры и спешно стянул их. Он уставился на открытую кожу. Пробежался руками по внутренней поверхности бедер Нила, просто чтобы почувствовать трепет под ладонями. А затем Эндрю опустился вниз и заглотил член. Мучительный звук вырвался из Нила. Эндрю провел руками по его бедрам, когда начал качать головой вверх и вниз. Когда трепыхание превратилось в дрожь, он замедлил свой темп и взглянул вверх. Футболка Нила оставалась наполовину задранной. Эндрю мог видеть, как грудь Нила быстро вздымается и опускается, в воздухе раздается его задыхающееся дыхание с каждым движением головы. Этот вид казался почти лучше, чем член Нила во рту, подумал Эндрю, его собственные мысли затуманились от возбуждения. Такой Нил выглядел прекрасно. Эндрю хотелось прижаться к нему, хотелось почувствовать его рот на своей коже, хотелось синяков в форме рук Нила, держащих его. Ему хотелось, хотелось, хотелось. Так, что это обжигало, поэтому он опустился на член Нила, пока тот не ударил его в заднюю стенку горла. Слезы брызнули из глаз, когда бедра Нила дернулись вверх, горло Эндрю горело, но это было приятное жжение. Эндрю сглатывал и наслаждался болью. А когда Нил со стоном кончил, Эндрю позволил себе последовать вверх, вверх, вверх, сейчас же, Эндрю, позволил себе поцелуй. Нил поцеловал его в шею, всасывая кожу, пока Эндрю полыхал изнутри. Закрыв глаза, Эндрю впился ногтями в ладони, пока те не закровоточили. Но он держался.

🌙

За ужином Эндрю не смог никого провести. — Мне нравятся метки на твоей шее, Эндрю, — повседневно прокомментировал Ники, — красный действительно подчеркивает гнев в твоих глазах. Эндрю откусил от пиццы еще кусочек. Аарон рядом с ним бросил двойной взгляд. — Подожди. Это чертовы засосы? Да. Эндрю заметил их в школьном туалете. — Не притворяйся, что ты — сама невинность, — произнес Ники, тыча в Аарона куском пиццы. — Ты не отрываешься от переписки. Стоило Ники произнести эти слова, телефон Аарона завибрировал. Эндрю потянулся за ним, но Аарон быстро выхватил его. — Прекратите притворяться, что вы мои родители, — огрызнулся Аарон, пряча телефон в кармане. — Мы всего лишь шутим, Аарон, — искренне произнес Эрик. — Я всего лишь переписываюсь. Если уж и хотите к кому-то докопаться, докапывайтесь к Эндрю. Это он тут занимается сексом. Эндрю осторожно прожевал еду, проглотил, а затем положил полусъеденный кусок и повернулся к Аарону. Спустя пару секунд Аарон начал ерзать. — Что, — резко бросил он. — Почему ты так думаешь? — спросил Эндрю. Аарон закатил глаза. — Ты постоянно ходишь в библиотеку с Нилом, я подумал, что вы трахаетесь там или типа того. — Ходите в библиотеку? — повторил Ники. — Во время обеда? Эндрю уставился на Аарона, провоцируя, черт возьми, скрысятничать на него. Но Аарон откусил большой кусок от пиццы и принялся злобно жевать. Эндрю повернулся обратно к Ники и Эрику и пожал плечами. — Эндрю… — глаза Ники сузились. — Ты ведь не пропускаешь уроки, да? Эндрю мог понять, почему Аарон так отреагировал. Вся эта показушная родительская обеспокоенность и вправду могла быть очень раздражающей, если бы дело было только в этом. Но это не так. Это не игра, и Ники не хочет прикидываться их родителем. Когда Эндрю ничего не ответил, Ники вздохнул, а затем чуть не ударил Эндрю куском пиццы. — Но если твои оценки упадут, ты перестанешь пропускать занятия! — Если все мои оценки будут выше четверки в конце года, — начал Эндрю, — я получу машину. Ники прищурился. — Договорились. Рядом с Эндрю, прячась под столом, Аарон яростно печатал на своем телефоне.

🌙

— Ты никогда не рассказывал мне, что конкретно ты нашел, — вставил Нил между поцелуями. Эндрю отстранился, диван немного заскрипел, когда он это сделал. — Нашел? — В ратуше. Эндрю откинул прядь волос с лица Нила, пытаясь решить, было ли это особенно тупой идеей или нет. Тяжело было сказать «нет» огню в его глазах. — С тех пор как Морияма поселились здесь в 1960 году, подростки умирают, — ответил Эндрю. — По несколько человек каждый год. — Я не знаю всего, — начал Нил, — но я был здесь достаточно долго, чтобы узнать, что это правда. Когда я был младше, я не знал кто или что было причиной смертей. Я только знал, что старшие пристально следили за мной. Я ненавидел это. Потом, повзрослев, примерно в то время, когда Рико начал пропускать по месяцу в школе, они начали… — Нил на секунду замолк, — они начали использовать меня. Для своих ритуалов. — Что за ритуалы? — Я не знаю, они никогда не рассказывали мне. Я только знаю, что я им нужен из-за того, что мой энергетический источник мощный и довольно быстро восполняется. Слова неохотно слетали с губ Эндрю. Но он все же заставил себя, потому что времена, когда можно было не верить теперь позади, не так ли? Он не мог не поверить — не после того, как он видел собственными глазами, как нож пронзил Нила вместо Рико, не после того, как видел, как Рене исцеляет его рану, и уж точно не после того, как его собственное тело отказалось двигаться хоть на дюйм, потому что Рико приказал. Все это звучало не-реально. Но это было реально. — Энергетический источник? — спросил Эндрю. Снаружи дождь и ветер хлестали по окнам, шторм надвигался меж серых облаков. — Источник, который ты используешь для магии, — нерешительно произнес Нил. Следующий вопрос Эндрю был очевиден. — Ты умеешь? Глаза Нила опустились к его рукам. Эндрю не хотел замечать, насколько длинными были чертовы ресницы Нила. — Мне не разрешают пользоваться магией. Это исчерпает мой источник. «Но», — подумал Эндрю. — Но, — продолжил Нил, — моей энергии достаточно для небольших заклинаний. Достаточно, чтобы они не заметили. Самодовольство в его голосе и непокорность вызвали желание снова поцеловать его. Он не стал. Вместо этого он спросил: — Ты знаешь, когда будет следующий ритуал? — Нет, Рико никогда не говорит мне. А что? — Город не сможет закрыть глаза, если у них будут доказательства что бы Рико там ни делал. — Может быть, — медленно протянул Нил. — Но ты не сможешь проследить за Рико во время ритуала. Это слишком опасно. — Ты сможешь сказать мне, когда Рико соберется его проводить? — Эндрю, — надавил Нил, — это слишком опасно. И это может произойти в последнюю минуту. — Так сможешь или не сможешь? — Смогу. Эндрю кивнул. Он потянулся и схватил руку Нила, его пальцы раскинулись по желтеющим синякам. Затем он наклонился и прижался поцелуем к каждому из них меж пальцев. Угрозы его семье, абьюз над Нилом, убийства подростков. Пришло время кому-нибудь остановить Рико Морияма.

🌙

У Нила не было собственного телефона. Этот факт Эндрю никогда не забывал, и все же когда он увидел вспышку оранжевого в уголке глаза и побрел к окну, он не ожидал увидеть лиса с белыми глазами, сидящего снаружи дома. Тем не менее. Сообщение получено. Эндрю торопливо натянул обувь и пальто, надернул черную бини на голову и выскользнул за дверь.

🌙

Погода — дерьмо. Не имело значения, что луна красиво сияла в небе. Шел дождь, нет, ливень, и выл ветер; он хлестал в лицо Эндрю так, что ничерта нельзя было увидеть. Все, что он мог разглядеть в темноте — мягкий оранжевый цвет лиса, когда тот вел его в глубь леса. Ветки царапали лицо и руки, мертвые листья на земле стали опасно скользкими от дождя. После того, что показалось чертовски долгим блужданием между деревьями, лис начал замедляться, пока, наконец, не остановился. Он повернул голову, и его белые глаза уставились прямо на Эндрю. — Ты одно из его заклинаний, не так ли? — спросил Эндрю, повышая голос, чтобы услышать самого себя сквозь сильный ветер. Лис просто уставился на него на секунду-другую, а затем убежал. — Отлично, — буркнул Эндрю, потому что погода была достаточно дерьмовой, чтобы сделать его мелочным. Он вытащил свой телефон и, включив фонарик, продолжил идти. Над головой раздавались раскаты грома, делая проникновение проще, хотя одновременно с этим расслышать голоса тоже становилось сложнее. Но Эндрю слышал их отчетливо. Это было чем-то вроде песнопения, как будто это был культ, а не шабаш — или как там зовутся ведьмы. На самом деле было бы уместнее назвать их просто убийцами. Эндрю проследовал за множеством поющих в ночи голосов, останавливаясь каждые несколько шагов или так, чтобы определить их местоположение. Когда голоса стали громче и Эндрю смог разобрать слова — а они были на латинском, что за претенциозные мудаки, — он выключил фонарик. Затем, послышалось карканье. Почти незаметные в грохоте надвигающегося шторма. Просто фоновый звук между лесом и деревьями, пока постепенно он не начал становиться все громче и громче, пока Эндрю не остановился и не поднял глаза. Гром разразил небо и подсветил деревья, и Эндрю увидел десятки ворон, рассевшихся на ветках над ним, впивающихся взглядом прямо в него. Что-то было не так. Обычно черные сверкающие глазки теперь были чисто белыми. Как у лиса. Когда Эндрю встретился с ними взглядом, карканье прекратилось. Каждый ворон замолчал, уставившись на него. Эндрю задержал дыхание, замер. Но это не возымело эффекта. Один за другим вороны раскрыли клюв и начали пронзительно кричать, их громкие и раскатистые голоса присоединялись к уже бушующей буре. Песнопение прекратилось. «К черту», — подумал Эндрю. Он начал бежать прямо туда, откуда, ему казалось, доносились звуки. Последний факел погас, стоило ему спуститься по склону, какого вообще черта факелы горели в дождь, и когда он добрался до поляны с костром, она была совершенно пуста. Остались лишь полусгоревшие поленья и несколько перевернутых камней. — Черт, — выругался Эндрю, дождь заливал лицо. Он со злостью пнул один из камней. Что-то сверкнуло под камнем, который он пнул. Почти незаметно, но из-за того, что луна была такой яркой, и из-за того, что Эндрю привык замечать вещи уголком глаза, он заметил сияющую заколочку. Эндрю присел на корточки и подобрал ее. Обычная заколка для волос. И тем не менее он сунул ее в карман, а потом пару раз сфоткал поляну. Просто на всякий случай.

🌙

На кухне горел свет, когда он вернулся домой. Ники сидел за столешницей с кружечкой горячего шоколада. Он выглядел абсолютно шокированным, завидев насквозь промокшего Эндрю посреди ночи. — Эндрю, какого черта? — Почему ты проснулся? — спросил Эндрю. Ники моргнул. — Ах, прости? Почему ты проснулся? И промок? Ты был на улице? — Да. Это дало Ники пару секунд, чтобы прийти в себя. Он сделал большой глоток горячего шоколада. — У меня проблемы со сном, — наконец сказал Ники. — Мне снятся эти ужасные кошмары, где я связан в подвале без света, еды, воды и без… Без вас, парни. Раскаты грома слабо доносились вдали. — Это просто сон, — сказал Эндрю. — Если это тревожит тебя, тогда следует поговорить с Эриком. — Я не хочу будить его, он каждый день из кожи вон лезет на работе. — Ники, — с нажимом произнес Эндрю. — Эндрю, — в тон ему ответил Ники. Они уставились друг на друга, пока Ники не улыбнулся. — Прими чертов душ. Ты заливаешь мои деревянные полы. — Не пей больше снотворное, — предупредил Эндрю. — Разбуди Эрика вместо этого. Ники поднял руки. — Обещаю, так и сделаю.

🌙

Дверь в комнату Эндрю с грохотом распахнулась в 6 утра, когда солнце еще даже не показалось из-за горизонта. Эндрю вскочил, намереваясь пырнуть кого-нибудь, но остановился, когда заметил широко раскрытые глаза Эрика. — Ты видел Ники? — спросил Эрик, стараясь звучать спокойно. Ему почти не удалось. — Он был на кухне, когда я пришел домой, — сказал Эндрю, хватая телефон, чтобы проверить время. — Это было 5 часов назад. Эрик провел руками по волосам. Эндрю мог заметить, что они тряслись. — Хорошо. Хорошо, может быть, он вышел за продуктами. — Ты пробовал звонить ему? — спросил Эндрю. — Ага. Только вот в чем дело — он оставил телефон. Ники ни за что бы не оставил свой телефон. Правда читалась в их взглядах — не было нужды озвучивать: здесь происходило что-то странное. — Он слишком взрослый, — сказал Эрик, в голос просочилась паника, он снова провел руками по волосам. — Он слишком взрослый. Слишком взрослый, чтобы быть убитым.

🌑