Не всем же мальчишками беспечными на небеса возноситься

Со времен падения Сяньлэ Фэн Синь такого не видел. Вырезанная подчистую деревня. Вся дорога залита кровью. И самое жуткое – ни одного трупа. Очевидно, что хоронить их было некому... Что за тварь могла такое учудить? Информации кот наплакал, руки по локоть в чужой кровище, да и солнце садится. А еще Му Цин по духовной сети не отзывается. Что-то в последнее время он на небесах часто застревает – или это из-за того, что количество верующих возросло и... Додумать эту мысль Фэн Синь не успел. За поворотом лесной тропы открылась прогалина. – Ебаный блядь пиздец! – Что ж, теперь он знает, куда делись трупы. Если по тропе просто тянулся кровавый след, то там впереди, в коридоре из склоненных стволов деревьев, плескалось самое настоящее озеро. Кровавое озеро! В него то и дело падали новые и новые капли – с трупов, прикрученных к тем самым кривым деревьям... Никакого движения, кроме мерно падающих капель. Никаких скоплений инь, намекающих на присутствие сильной темной твари. Только удушающий запах и стальной привкус на губах. И остаточный шлейф темной ци. Фэн Синь замер на прогалине, не в силах оторвать глаз от этого ужаса. Он много демонов уже успел повидать, но мало кто из них творил жестокость просто ради жестокости. Были одержимые скорбью, одержимые местью – но даже они не чинили такого. Они кричали о несправедливости. И в своих попытках её исправить перегибали палку. Но не творили такую бессмысленную жестокость. По зову Фэн Синя явились служащие его дворца. Молодые парни, в основном из бродячих заклинателей. Они отчаянно старались держать лицо, но это давалось им с трудом. Один – совсем мальчишка еще – посерел лицом и привалился лбом к стволу дерева в тщетных попытках подавить рвотные позывы. – Это ж кто так нашкодил... – прошипел Ни Фэн, перерезая веревки на очередном трупе. – Точно ребенок коллекцию жуков сушить развесил. – Типун тебе на язык. Шутить вздумал среди этого дерьма. – Технически, кровь – лучше дерьма. Бледный Сяо Линь жалобно взвыл при этих словах, и остальным сразу замолчали. Даже у бывалых рубак волосы вставали дыбом от такого зрелища. Когда с трупами было покончено, они незамедлительно поднялись наверх. Служащих Фэн Синь отправил отмываться, а сам поспешил во дворец Шэнь У. Владыка как раз закончил разговор с каким-то мелким божком литературы. – Спасибо, Линвэнь! Я надеюсь на благоприятный исход этой затеи, – после этого служащий быстро покинул зал собраний, и все внимание Владыки сосредоточилось на Фэн Сине. – Совершенный владыка Цзуйян! Что с вами? – воскликнул Владыка, вскакивая со своего места на возвышении. Только тут Фэн Синь вспомнил, что, так же как и все его люди, с ног до головы перемазан кровью. – Это ерунда, Владыка. У меня есть... – но Цзунь У уже спустился и споро ощупал запястья под наручами. Его пальцы были холодными, а прикосновения не такими аккуратными, как у того же Му Цина... – Хвала небесам, действительно всё в порядке. Тогда рассказывайте, Цзуйян, что вас привело ко мне в таком виде. – Я получил молитву из деревни на южной границе Юнъани. Молитва была странная, поэтому я бросил все дела и тут же спустился. В деревне не осталось ни одного живого человека. Мое святилище разрушено до основания и поругано всеми возможными способами, а из деревни в лес ведет широкий кровавый след. Все тамошние жители были вывернуты наизнанку и подвешены на деревьях. А их кровь... Что ж, мы полдня потратили, чтобы всех их упокоить и похоронить по-человечески. – Лес подвешенных трупов? – Да, Владыка. И никаких следов демона. Будто бы он оставил этот, – Фэн Синь покрутил пальцами, не в силах подобрать правильное слово, – чтобы кто-то это увидел. – Хорошо. Пойдем на место и поищем еще следы? – С вами, Владыка? – А тебе нужен кто-то другой? – и Цзунь У лукаво подмигнул. – Нет, что вы! – заверил его Фэн Синь, но все равно успел вскользь подумать, что не отказался бы сейчас иметь рядом Му Цина... Они перенеслись снова в деревню, осмотрели и святилище, и развороченные дома. Владыка задумчиво кивал, но рта не открывал. Потом Фэн Синь провел его кровавой тропой к озеру... Там Владыка вдруг принюхался, а потом вдруг схватил Фэн Синя за рукав и заставил шагнуть вместе с собой назад. А потом вгляделся в пятна крови на прогалине. Они не были хаотичными. Тот, кто их оставил, выписывал какие-то слова, но Фэн Синь с подручными основательно тут потоптались: Лазурный Фонарь Блуждающий в ночи. Фэн Синя передернуло, и он обернулся к Владыке. У того на губах зажглась хищная довольная улыбка. – Кажется, у нас новый непревзойденный.

***

На небесах все пошло наперекосяк, когда появился этот гуев Чистильщик. Вместо спокойной и размеренной работы по ловле гулей на болотах приходилось браться за все более и более тяжелые задачи. А Му Цин – Му Цин редко выбирался теперь с Фэн Синем на совместные задания. Опять же по вине всё того же Чистильщика, извалявшего в помоях каждого второго небожителя и возводившего поклеп на уважаемых людей – того же бога войны севера, теперь уже бывшего... Изловить бы его, да призвать к ответу. Да только Владыка не спешил с этим – Фэн Синь всё гадал почему. Но в конце концов решил так: если будут ловить Чистильщика, то от подозрений и копания в грязном белье пострадает еще больше честных людей. А тогда о смертных будет некому печься... Еще это новоявленный Фонарь – столько переполоху, наспех созванный общий совет и распахнутые в немом вопросе глаза Му Цина напротив. Остальные недовольно шебуршали, поглядывая на замаранного в засохшей крови Фэн Синя рядом с Владыкой. – Случилось то, чего я опасался. Явился новый непревзойденный. Пока про него известно довольно мало, однако то, что мы с владыкой Цзуйяном видели, не оставляет сомнений – он принесет нам немало хлопот. Толпа загудела возмущенно-испуганно. Спокойствие помимо Владыки сохраняли пожалуй только двое: Му Цин и тот мелкий божок литературы, кажется, Линвэнь. Однако единственного взмаха руки хватило, чтобы настала мертвая тишина. – Я считаю своим долгом, – продолжил говорить Владыка Шэнь У, – наградить совершенного владыку Цзуйяна за проявленную им доблесть и исключительную приверженность нашему общему делу. Слишком долго юг оставался без защиты – настало время назначить достойного! Владыка Цзуйян. С этого момента под вашей рукой все земли к югу от Юнъани. Владыка выдержал паузу. Толпа шуршала в этот раз, но тише. Давно не было назначения удельных владык – наверное, это в первую очередь были вздохи облегчения. Теперь южные беспокойные края целиком и полностью в его ведении. Только тут Фэн Синь спохватился. Опустился на колено, сложил руки – так, как в последний раз делал в земной жизни... практически два века назад перед наследным принцем. – Подданный принял указ! Этот благодарит Владыку за оказанное доверие. – Встань, Бог войны юга, совершенный владыка Цзуйян! И отныне между нами не должно быть таких жестов. – Владыка ухватил Фэн Синя за запястье, помогая подняться. Его нисколько не пугала перспектива испачкаться. Фэн Синь не чувствовал под собой ног, а сердце колотилось как запертая хищная птица. Он слишком давно не чувствовал себя таким нужным. Только теперь его ушей достиг восторженный гомон толпы небожителей. Он обвел их всех взглядом, но зацепился только за одни глаза – обычно спокойно-бесстрастные, они теперь были наполнены странной горечью. Пусть завидует, жучара. А мог бы хоть ради приличия порадоваться... – И, несмотря на новое назначение, прошу вас заняться поиском этого непревзойденного. Думаю, что Повелитель Грома, памятуя о ваших прошлых общих успехах, не откажет в помощи. – Му Цин молча кивнул, принимая указание. – Также прошу тебя, Линвэнь, заняться поиском информации. – Будет исполнено, Владыка.

***

Естественно, Му Цин подскочил к нему сразу, как закончилось собрание. – Отмылся бы хоть, герой... Чем он тебя так разукрасил? – и пришлось рассказывать по новой и про деревья, и про трупы, и про кровавый пруд. Му Цин кивнул и даже не скривился. Потом поджал губу. – Самого демона ты не видел, у нас есть только выдуманное им самим имя. Что дым ловить голыми руками. – Помолчал немного, шагая рядом. Пару раз заглянул в лицо. – Ты бы отмылся хоть, да своих служащих оповестил, что им твои права на земли представлять. Пока мы задания Владыки выполняем и в грязи копаемся... Да что за чистоплюйство такое? Не Му Цин ли с наслаждением совсем не так давно старался как можно дальше в мир смертных забраться? От этого попахивало какой-то мерзостью. Такой же, какой пованивали все небеса с появлением Чистильщика. – Лучше уж там в грязи, чем под руку какому-нибудь грязному языку здесь попасться! – Грязному языку?! Они совершили все то, в чем их обвиняли! Каждый... – Му Цин вздрогнул и резко оборвал себя, а потом заговорил быстрее и намного тише. – Нам не стоит говорить о таком посреди площади. Встретимся завтра на рассвете: тебе нужно устроить свои дела перед долгой отлучкой, а мне... У меня еще трое новых служащих. Фэн Синь уже было открыл рот, но потом вспомнил, что его люди вернулись с последнего задания, а он до сих пор не рассказал им о том, как сильно пережитый ужас изменит их дальнейшую жизнь. Му Цин кивнул на прощание и поспешил к себе на окраину столицы. Паскуда... Так ведь ни слова и не сказал о назначении. Хотя бы для вида...

***

Проснуться к рассвету оказалось непростой задачей. Из всего пересказанного Фэн Синем (того уже ждала натопленная баня по возвращении, но все равно он отчаянно торопился и даже не позволил себе за чуточку отмокнуть в горячей воде) служащие усвоили только то, что их господин теперь удельный бог войны. И по этому поводу, разумеется, было на скорую руку (пока Фэн Синь отмывался) сотряпано торжество. Так что подробности предстоящего задания и сложностей, связанных с новым статусом, пришлось рассказывать под хмельные тосты. Все это, разумеется, растянулось до глубокой ночи. А просыпаться – потому что после чисто человеческого пьянства очень захотелось чисто человеческого сна – пришлось от ругательного возгласа в духовной сети. – Ну и где ты прохлаждаешься?! – шипел Му Цин. Фэн Синь, натягивая рубаху, штаны и прихватывая снаряжение, отбрыкивался как мог. Так что теперь, шагая по утреннему сумереченому лесу в окрестностях той несчастной деревни, они не разговаривали. Молчала и треклятая связь. Му Цин хмурил тонкие брови и все время будто принюхивался. Но запах крови, похоже, смыло вчерашним дождем, и это было совершенно бесполезно. – Ты ж ведь не собака! Чего все нюхаешь? – в начале второго шичэня такого пути Фэн Синь не мог больше сдерживаться и проорал это все вслух. – Дурак, не ори. – раздалось в духовной сети. Фэн Синь было обернулся и сжал кулаки, чтобы призвать засранца к ответу, но тот замер с занесенной над веткой ногой. – Здесь не только людей перерезали. Ни одного зверя и ни одной птицы. Уже утро, а никого, пока мы шли, так и не встретили. Что их могло прогнать – неизвестно. Но на запах вчерашней кровищи, должны были собраться хищники и падальщики. Однако вы никого так и не встретили. – Там было полно темной ци, ни одно живое существо не попрется в такое место... – Ци звери чувствуют хуже, чем запахи. Они бы приблизились, а потом уже что-то заподозрили. Здесь же слишком тихо. И совсем ничем не пахнет. Чуть прелой листвы – и больше ничего. Их либо прогнали, либо куда-то заманили. – А ты еще и по следам искать умеешь? – съязвил Фэн Синь. Му Цин смерил его уничижительным взглядом: – После дождя и хорошая собака ничего не найдет. А тут шел настоящий ливень. – Шерсть тебе бы очень пошла! – Да что ты так завелся-то?! – А должен был молчать в тряпочку? Завидуешь статусу удельного владыки – так и скажи! Чего срываться по мелочам! – Это я срываюсь по мелочам?! Сам же к каждому слову... – Да сам-то! От зависти аж зеленый! – Му Цин запнулся и застыл, глядя себе под ноги. Потом заговорил тише и быстрее: – Цзунь У поймал тебя как дурака. Будешь теперь пахать за четверых в одиночку. И миссии как эта огребать. – Потом он осторожно опустил ногу и поднял следующую, – тут яма... Му Цин опустил вторую ногу в этот момент, и земля провалилась под ним. На поверхности остался только высокий хвост – Фэн Синь тут же кинулся к напарнику. – Тут вход. Но лаз, похоже, узкий. Пламя на ладони сделаешь? – Есть талисманы, – Фэн Синь полез было за ними в боковую сумку, как вдруг послышался скрип, и серебряная заколка скрылась под землей...