Эхо запретных тайн

На следующий день друзья собрались за завтраком в Большом зале. Воздух был пропитан привычным шумом: звон посуды, перешёптывания учеников, хлопанье крыльев почтовых сов. Но за столом Гриффиндора царило напряжённое молчание. Гермиона, нервно помешивая чай, вдруг резко поставила чашку на стол. Звук получился неожиданно громким, и все невольно обернулись к ней. — Это бессмысленно, — произнесла она твёрдо, глядя прямо перед собой. — Мы тратим время на бесполезные занятия, пока Амбридж только и делает, что пытается нас подавить. Рон фыркнул, откинувшись на спинку стула: — И что ты предлагаешь? Устроить бунт? — Нет, — Гермиона подняла палец, и в её глазах загорелся знакомый решительный огонь. — Мы создадим свой кружок. Тайный. Где будем учиться настоящему волшебству. Гарри, до этого момента рассеянно разглядывавший узоры на скатерти, вскинул голову: — И кто согласится на него пойти? — Ты удивишься, но все согласятся, — уверенно ответила Гермиона. Белла, молча наблюдавшая за разговором, слегка наклонила голову: — И как же мы соберём всех в тайне от Амбридж? — Об этом я не подумала, — призналась Гермиона, но тут же добавила: — Но найдётся способ. Надо будет заранее встретиться с ребятами где‑нибудь вне школы. — И как же мы узнаем, кто хочет обучаться у меня? — спросил Гарри, чувствуя, как внутри нарастает странное волнение. — Об этом не переживай, — улыбнулась Гермиона. — Предлагаю всем встретиться в Хогсмиде в начале октября. *** Тусклый свет позднего утра едва пробивался сквозь грязные окна «Кабаньей головы». В углу, за большим столом, сидели четверо: Гарри, Гермиона, Рон и Белла. На столе — несколько кружек сливочного пива и бутылка огневиски, которую Фред предусмотрительно принёс для «создания атмосферы». Гарри нервно сковырнул ржавую крышку с бутылки и сделал глоток. — Так кто, говоришь, собирался прийти? — Да два‑три человека, — Гермиона взглянула на часы и с нетерпением обернулась к двери. — Я просила их прийти в это время, и место они должны знать… О, смотрите, это, наверное, они. Дверь распахнулась. Сноп пыльного солнечного света разрезал комнату надвое и тут же погас — дверной проём заполнила целая толпа. Первыми вошли Невилл с Дином и Лавандой. За ними — Парвати и Падма Патил, следом Чжоу с одной из своих вечно хихикающих подруг. Затем, словно случайно забрела, появилась Полумна Лавгуд с мечтательным выражением лица. За ней — Кэти Белл, Алисия Спиннет и Анджелина Джонсон. Колин и Деннис Криви, Эрни Макмиллан, Джастин Финч‑Флетчли, Ханна Аббот… Девочка из Пуффендуя с длинной косой — Белла не знала её имени. Три парня из Когтеврана — Энтони Голдстейн, Майкл Корнер и Терри Бут. Джинни, а за ней высокий курносый блондин — игрок команды Пуффендуя. Замыкали процессию Фред и Джордж Уизли со своим другом Ли Джорданом — у всех троих в руках были большие бумажные мешки с товарами от «Зонко». — Два‑три человека? — севшим голосом передразнил Гарри, глядя на эту разношёрстную толпу. — Два‑три человека? — Ну, идея оказалась привлекательной, — радостно сообщила Гермиона. — Рон, не подтащишь стулья? Бармен, вытиравший стакан тряпкой настолько грязной, будто её никогда не стирали, прервал свою деятельность. Похоже, он в жизни не видел столько посетителей в своём заведении. — Здравствуйте, — сказал Фред, первым подойдя к стойке. Он быстро пересчитал спутников. — Можно нам… двадцать пять сливочного пива? Бармен уставился на него, потом, с досадой бросив тряпку, словно ему помешали заниматься чем‑то важным, начал доставать из‑под стойки пыльные бутылки. Фред передавал их ребятам: — Угощайтесь. И раскошеливайтесь. У меня золота на всех не хватит. Белла оцепенело наблюдала, как гости, весело переговариваясь, разбирают пиво и достают из мантий монеты. Она всё ещё не могла поверить, что собрались тут ради Гарри. — Что ты им наговорила? — спросил Гарри, глядя на Гермиону с недоумением. — Чего они ждут? — Я же тебе сказала: просто хотят тебя послушать, — успокоила его Гермиона. Но Гарри продолжал испепелять её взглядом, и она торопливо добавила: — От тебя пока ничего не требуется, я сперва сама скажу. Когда все расселись, разговоры постепенно стихли. Фред сел рядом с Беллой взяв ее за руку. Все взгляды обратились на Гарри. — Так, — начала Гермиона; от возбуждения её голос звучал выше обычного. — Ну, значит… Теперь всеобщее внимание было приковано к ней, хотя ребята то и дело поглядывали на Гарри. — Так вот… хм… вы знаете, зачем мы собрались. Так вот… у Гарри возникла идея… То есть, — она покосилась на Гарри, — у меня возникла идея, что тем, кто хочет учиться защите от Тёмных искусств, было бы полезно… То есть по‑настоящему ей учиться, а не той ерунде, которую преподносит Амбридж. Её голос зазвучал сильнее и увереннее: — Потому что это никакая не защита, а пустые разговоры. — Вот именно, — поддержал Энтони Голдстейн. Гермиона заговорила ещё смелее: — Ну и я подумала, что стоит взять это дело в свои руки. — Искоса взглянув на Гарри, она продолжила: — В смысле, учиться защите как следует, не теоретически, а настоящими заклинаниями… — Но сдать защиту от Тёмных искусств на СОВ ты, надеюсь, тоже хочешь? — спросил Майкл Корнер. — Конечно, хочу. Но не только. Я хочу действительно овладеть защитой, потому что… потому что… — она набрала в грудь воздуха, — потому что лорд Волан‑де‑Морт вернулся. Реакция была мгновенной. Подруга Чжоу взвизгнула и пролила на себя пиво. Терри Бут вздрогнул. Падма Патил поежилась. Невилл как‑то странно тявкнул и попытался выдать это за кашель. Все при этом выжидательно уставились на Гарри. — Такой, по крайней мере, план, — сказала Гермиона. — Если хотите участвовать, надо решить, как нам это… — Где доказательство, что Вы‑Знаете‑Кто вернулся? — воинственным тоном спросил светловолосый игрок Пуффендуя. — Ну, Дамблдор в это верит, — ответила Гермиона. — Хочешь сказать: ему верит? — Он кивнул на Гарри. — А ты кто такой? — резко спросил Рон. — Захария Смит. И, по‑моему, мы вправе услышать, почему он решил, что Сами‑Знаете‑Кто вернулся. — Слушай, — вмешалась Белла, — вообще‑то мы не для этого тут собрались. — Ничего, Белла, — сказал Гарри. До него только что дошло, почему здесь столько народа. Гермионе следовало этого ожидать. Некоторые из них — может быть, большинство — пришли, чтобы услышать историю от него самого. — Почему я решил, что Сами‑Знаете‑Кто вернулся? — сказал он, глядя Захарии в глаза. — Я его видел. Дамблдор рассказал всей школе, что произошло в прошлом году, и если вы ему не поверили, то не поверите и мне. А я не собираюсь тратить день на то, чтобы убеждать вас. Все слушали его затаив дыхание. Ему показалось, что даже бармен навострил уши. Тот продолжал вытирать тряпкой всё тот же стакан, делая его ещё грязнее. Захария не был удовлетворён: — В прошлом году Дамблдор сказал только, что Седрика Диггори убил Сами‑Знаете‑Кто и что ты принёс его тело в Хогвартс. Без подробностей. Как именно убили Диггори, он не сказал, а нам хотелось бы знать… — Если вы пришли послушать, как именно убивает Волан‑де‑Морт, то ничем не могу быть полезен, — сказал Гарри. Нервы его последнее время были на пределе, и сейчас он опять вспылил. Он не сводил глаз с агрессивного лица Захарии. — Не хочу говорить о Седрике Диггори, ясно? Так что если ради этого явились, можете убираться. Он рассерженно взглянул на Гермиону. Это она виновата: решила сделать из него какое‑то чудо‑юдо, и все повалили слушать диковинную историю. Однако никто не ушёл, даже Захария Смит, хотя продолжал недоверчиво смотреть на Гарри. — Так вот, — сказала Гермиона тонким голосом, — я говорю: если хотите учиться защите, тогда надо решить, как мы это устроим, как часто будем встречаться и где. — Это правда, что ты можешь вызвать Патронуса? — спросила девочка с длинной косой. Заинтересованный шёпот пробежал среди слушателей. — Да, — с некоторым вызовом. После нескольких опросов Гарри глубоко вздохнул и поднял руку, призывая к тишине. Все мгновенно умолкли, обратив на него внимательные взгляды. — Слушайте, — начал он, подбирая слова. — Я не хочу изображать тут скромность и вообще ломаться… но мне очень сильно во всём этом помогали. — С драконами — нет, — живо откликнулся Майкл Корнер, широко улыбаясь. — Ты шикарно летал. Все видели! — Ну… допустим, — слегка смутился Гарри. Отрицать очевидное было бы нелепо, но и хвастаться не хотелось. — И летом никто не помогал тебе прогнать дементоров, — уверенно добавила Сьюзен Боунс, глядя на него с неподдельным уважением. — Да, — кивнул Гарри. — Да. Ладно. Кое‑что действительно я сделал без посторонней помощи, но я вот что хочу сказать… — Хочешь отвертеться и не показывать нам своих номеров? — резко перебил Захария Смит, скрестив руки на груди. В его голосе звучала явная насмешка. Прежде чем Гарри успел ответить, в разговор вмешался Рон: — У меня мысль, — произнёс он с напускной небрежностью. — Может, тебе заткнуться? Слово «отвертеться» будто ударило Гарри по нервам. Он сжал кулаки, глядя на Захарию так, словно готов был в следующую секунду броситься на него. Захария покраснел, но не отступил: — Мы пришли у него поучиться, а он объясняет нам, что на самом деле ничего не умеет. — Он этого не говорил! — рявкнул Фред, резко вставая. — Тебе что, уши прочистить? — с наигранной любезностью поинтересовался Джордж, вытаскивая из бумажного мешка от «Зонко» длинный, устрашающе выглядящий металлический инструмент. — Или другой какой орган? — подхватил Фред с ухмылкой. — Мы куда хочешь его вставим. Напряжение в комнате достигло предела, но тут вмешалась Гермиона: — Ну, хорошо, — произнесла она твёрдо, поднимая руку. — Идём дальше. Мы согласны в том, что хотим брать уроки у Гарри? Собравшиеся ответили одобрительным шумом — кто‑то кивал, кто‑то выкрикивал «да». Захария лишь сложил руки на груди, не отрывая настороженного взгляда от инструмента в руке Джорджа. — Так, — Гермиона заметно оживилась, радуясь, что удалось вернуться к делу. — Теперь второй вопрос: как часто будем заниматься? По‑моему, реже, чем раз в неделю, не имеет смысла… — Подожди, — перебила Анджелина, слегка приподнявшись со стула. — Важно, чтобы это не совпало с нашими тренировками. — И с нашими, — тут же подхватила Чжоу, переглянувшись с подругами. — И с нашими, — нехотя добавил Захария Смит, явно не желая оставаться в стороне. — Думаю, мы сумеем выбрать вечер, который устроит всех, — с лёгким нетерпением отозвалась Гермиона. — Всё‑таки это важное дело. Мы хотим защищаться от Пожирателей смерти, слуг Во… Волан‑де‑Морта. — Дело говоришь! — громогласно поддержал Эрни Макмиллан, и в его голосе прозвучала редкая для него решимость. — Я считаю, это важно, наверное, поважнее всего остального в нынешнем году, важнее даже, чем СОВ! — Он грозно оглядел собравшихся, словно ожидая возражений, но все молчали. — Я лично не могу понять, почему в такое критическое время Министерство навязало нам эту никчёмную преподавательницу. Ладно, оно не желает признать, что Сами‑Знаете‑Кто вернулся, но подсовывать нам учителя, который намеренно не даёт овладеть защитными заклинаниями… — Мы думаем, Амбридж не позволяет нам учиться защите от Тёмных искусств потому, — продолжила Гермиона, — что у неё возникла безумная идея, будто… будто Дамблдор хочет организовать из учеников личную армию. И выставить её против Министерства. Почти все были огорошены этой новостью. В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов за стойкой. Но тут неожиданно пропищала Полумна Лавгуд: — Похоже на то. Ведь у Корнелиуса Фаджа есть личная армия. — Что? — изумлённо воскликнул Гарри, явно не ожидавший такого поворота. — Да, у него своя армия Гелиопатов, — торжественно объявила Полумна, её выпуклые глаза расширились ещё больше, придавая лицу совершенно безумное выражение. — Не может быть! — недоверчиво воскликнула Белла, переглянувшись с Гермионой. — Может, — отрезала Полумна с непоколебимой уверенностью. — Кто такие Гелиопаты? — растерянно спросил Невилл, оглядываясь на друзей в поисках ответа. — Духи огня, — пояснила Полумна, и её голос зазвучал с мистическим придыханием. — Огромные пылающие создания, они носятся по земле и сжигают всё перед собой, и… — И они не существуют, Невилл, — насмешливо перебила Гермиона, закатив глаза. — Нет, существуют! — горячо возразила Полумна, явно оскорблённая скептицизмом. — Извини, но где доказательства? — терпеливо спросила Гермиона. — Есть сколько угодно свидетелей! — возмутилась Полумна. — А если ты такая ограниченная, что пока тебе не сунут под нос… — Кхе‑кхе, — внезапно прервала их Джинни, мастерски изобразив кашель Амбридж. Несколько человек испуганно вздрогнули, но тут же разразились смехом. — Кажется, мы хотели решить, как часто должны быть уроки защиты? — Да, Джинни, ты права, — поспешно согласилась Гермиона, стараясь вернуть разговор в нужное русло. — Раз в неделю, по‑моему, нормально, — предложил Ли Джордан, поправляя на плече мешок с товарами «Зонко». — Только чтобы… — начала Анджелина, поднимая палец. — Знаем, знаем: не мешать квиддичу, — с улыбкой закончила Гермиона. — Теперь давайте решим, где. В комнате повисла пауза. Все переглядывались, но никто не решался предложить конкретное место. — В библиотеке? — неуверенно предположила Кэти Белл, оглядываясь по сторонам. — Не думаю, что мадам Пинс будет в восторге, если мы займёмся там заклинаниями, — скептически заметила Белла, слегка покачав головой. — Может, в пустом классе? — выдвинул идею Дин, задумчиво потирая подбородок. — Ага, — подхватил Рон с усмешкой. — Может, Макгонагалл пустит в свой кабинет? Она же разрешила Гарри практиковаться там перед Турниром Трёх Волшебников. Гарри лишь покачал головой: — На этот раз Макгонагалл вряд ли проявит гостеприимство. Хотя Гермиона говорит, что учебные кружки разрешены, такой кружок могут счесть бунтарским. — Ладно, попробуем что‑нибудь придумать, — вздохнула Гермиона, проводя рукой по волосам. — Когда решим насчёт времени и места первого занятия, всех оповестим. Она порылась в сумке, достала перо и пергамент и помешкала, словно собираясь с духом перед важным заявлением. — Хорошо бы, все написали свои имена, чтобы мы знали, кто присутствовал. И ещё я думаю, — она сделала глубокий вдох, — нам не стоит кричать об этом на каждом углу. Так что, если вы подпишетесь, это значит, вы обязались не говорить о наших планах ни Амбридж, ни остальным. Фред первым схватил перо и с явным удовольствием размашисто расписался. Гарри заметил, как некоторые участники встречи заметно напряглись при мысли о подписании списка. — Э‑э, — протянул Захария, не принимая пергамент, который настойчиво протягивал ему Джордж. — Эрни мне скажет, когда собираемся. Эрни Макмиллан тоже колебался, нервно теребя край мантии. Гермиона приподняла брови: — Понимаешь… мы — старосты. Если список найдут… ты же сама сказала: если Амбридж прознает… — Ты минуту назад согласился, что это самое важное в нынешнем году, — мягко напомнила Белла, глядя ему прямо в глаза. — Я… да. Да, я так считаю… Просто… — Эрни, ты правда думаешь, что я буду оставлять его где попало? — с лёгкой иронией спросила Гермиона, приподняв уголок рта. — Нет. Конечно нет, — наконец сдался Эрни, слегка расслабившись. — Ну, конечно, я подпишу. После Эрни возражений больше не последовало, хотя Гарри уловил неодобрительный взгляд, которым подруга Чжоу одарила саму Чжоу перед тем, как поставить подпись. Когда последний — Захария — оставил свою роспись, Гермиона бережно забрала пергамент и аккуратно убрала его в сумку. В воздухе повисло необычное ощущение: словно все присутствующие только что связали себя незримой клятвой. — Ну, время бежит, — бодро объявил Фред, поднимаясь со стула. — А нам с Джорджем и Ли ещё надо приобрести предметы довольно щекотливого свойства. До встречи. Он наклонился и чмокнул Беллу в щёку, прежде чем направиться к выходу вместе с братом и Ли Джорданом.