История Злодея

Сначала они запустили дроны и сузили маршруты, используя спутниковые карты. Ку Вон Чже быстро определил зону поисков и организовал дополнительные группы, сменявшиеся каждые четыре часа. Прежде чем начать спуск с горы, поисковым собакам дали понюхать подушку Чон У из спальни и мешок из-под удобрений, подобный тому, что использовался при побеге. Собакам также дали обнюхать площадку возле онгги, где Чон У находился какое-то время. Ищейки, учуяв след, сразу залаяли в сторону стены с проходом и помчались вниз по склону. Поиски усложнились с наступлением ночи. Долины, покрытые снегом, скрывали опасные осыпные участки, которые часто становились причиной травм. — Он делал здесь привал. Место, до которого они с трудом добрались, находилось на вершине долины, среди каменных склонов и деревьев. Несколько гнилых стволов подпирали скалу, образуя подобие укрытия. Ку Вон Чже остановился перед ним. Он начал мысленно воссоздавать суетливые движения Чон У, словно видел их собственными глазами. Мальчишка перетаскивал гнилые деревья под мышкой и устанавливал их вплотную друг к другу, создавая небольшой шалаш для одного человека, а затем, чтобы защититься от ветра, заделал щели опавшими листьями и снегом… Ку Вон Чже, присев на одно колено, заглянул внутрь импровизированного убежища. Там было слишком тесно, чтобы он мог войти. В луч фонаря попали выброшенный пакет с вяленым мясом и полупустая, замёрзшая бутылка с водой. Если он спускался на мешке из-под удобрений, то ему потребовалось бы около двадцати минут, чтобы добраться до этого места. Похоже, разжечь огонь ему не удалось – кругом сырая древесина. Вероятно, парень ждал здесь окончания снегопада. Ку Вон Чже, используя свои способности, пытался осмотреть местность, но не осталось никаких признаков энергии Чон У. А в такую непогоду все следы мальчишки оказались погребены под снегом. Ку Вон Чже медленно встал, отвернувшись от шалаша. Над заснеженным хребтом вновь запорхали белые хлопья. Вернувшись в павильон после того, как им пришлось прекратить поиски из-за усилившегося снега, секретарь Чхве робко заговорил: — Господин, управляющий кухней сказал, что примерно неделю назад Чон У приходил с бенто-боксом, предназначенным для вас. И, ну… Он продолжил, подбирая слова: — Судя по собранным сведениям, когда вы разговаривали с господином Шином, мальчик как раз был в Моран-холле. ‘Моран-холл. И Шин Чун Мо.’ Ку Вон Чже начал неторопливо обдумывать это. Секретарь Чхве осторожно посмотрел на него: — По словам охранников на входе, цвет лица у Чон У был какой-то нездоровый, когда он уходил из Моран-холла. Мальчик заходил, чтобы отдать вам еду, но вышел в обнимку с контейнером. Тогда Чон У убедил всех, что так и не встретил Ку Вон Чже. Охранники, поверив ему, не стали докладывать начальству. Они должны были отчитываться о каждом шаге парня, но проявили халатность. Даже секретарь Чхве, узнав об этом, разозлился, что с ним случалось крайне редко. ‘— Тхэ Сон сказал, что ты ужасный человек... ...C тех пор удалось вернуть мальчишке боевой дух? — Почему Ён Чон У должен жить хорошо? Что мне даст его благополучие?’ Секретарь Чхве присутствовал при той встрече и помнил обрывки разговора. Так что, если парнишка случайно что-то услышал… Особенно если он узнал, что инцидент с «феей» Тхэ Соном был организован Ку Вон Чже, этого было бы достаточно для внезапного побега посреди ночи. Даже с точки зрения стороннего наблюдателя уровень обмана зашкаливал. Из-за этого мальчику пришлось месяцами терпеть унижение, став «феей» вопреки своему желанию. — Понятно. Однако реакция Ку Вон Чже, узнавшего всю правду о побеге, была довольно равнодушной. Он подтвердил для себя факты, сохранив спокойствие и самообладание. Секретаря Чхве это привело в замешательство – ещё раз напомнив ему, каким человеком был Ку Вон Чже. Даже теперь мужчину нисколько не интересовали боль и страдания, которые мог пережить мальчик. Его волновало «почему» – причина и следствие. Почему он сбежал, и какие методы понадобятся, чтобы снова поймать его? Казалось, он думал лишь об этом.

***

Неожиданная ситуация спровоцировала гнев Ку Вон Чже. — Господин, давайте сначала поедим. Вам нужно что-нибудь перекусить, – обеспокоенно произнёс секретарь Чхве. Но Ку Вон Чже даже не оглянулся. Он тихо спросил: — Никаких новостей из Сеула? — …Нет. Не в силах больше настаивать, секретарь Чхве, сдержал вздох. Он молча наблюдал, как Ку Вон Чже закапывает лекарство в покрасневшие глаза. Кроме лёгкой усталости, его босс выглядел как обычно. Сначала секретарь предположил, что это может быть связано с истощением энергии «дождевой воды», вызвавшим рецидив. Но проявления симптомов явно отличались. До встречи с Ён Чон У Директор страдал от бесконечной сонливости и мужского бессилия, но сейчас его взгляд был острым и свирепым. Это и было непонятно секретарю Чхве. Если Ку Вон Чже потерял «дождевую воду», разве он не должен был вернуться к прежнему состоянию апатии? Тем временем снег немного утих. Даже не взглянув на еду, Ку Вон Чже направился обратно в сад, куда вернулась группа, только что закончившая свою поисковую смену. Щёки его подчинённых, долгое время пробиравшихся сквозь снег на сильном морозе, покраснели и опухли. Несмотря на холод, люди стояли неподвижно, с решительными лицами и сложенными за спиной руками. Ку Вон Чже их вид одновременно забавлял и раздражал. Да, это зрелище было забавным и раздражающим. Поэтому он слегка улыбнулся. Маска лёгкого веселья снова появилась на угловатом лице мужчины. ‘Могу ли я сегодня поехать с вами в Сеул? Пока вы заняты своими делами, я бы хотел навестить бабушку в больнице.’ Узнав правду и тщательно подготовившись к побегу, мальчишка спросил его об этом. Как будто испытывал. Как будто давал шанс. ‘Как он смеет!’ Вот что одновременно забавляло и раздражало его. И пока он обдумывал это, в нём вспыхнуло странное неприятное чувство, смешанное с самобичеванием. Своего рода отвращение к себе, трудно поддающееся описанию. Поднося сигарету к губам, Ку Вон Чже тихо процедил: — И что вы здесь стоите… вот так, в ряд? — Мы совершили смертный грех, Директор. Мы вырвем себе все ногти, – сказал руководитель Чон. Он считал, что другого выхода нет. Мальчишка сбежал из-за его ошибки – и теперь это стало очевидно. Ку Вон Чже беззвучно вздохнул, рассматривая свои ботинки. Когда он снова поднял голову, уголки его рта приподнялись в пугающей улыбке: — Вы совершили смертный грех, а всё ещё живы и здоровы. — … — Нет. Большая рука угрожающе обхватила шею руководителя Чона, когда тот склонил голову. — Нет, Хибум. Давай расставим приоритеты. Прозвучавшее имя заставило руководителя Чона, несмотря на его медвежью комплекцию, дрожать. Он крепко зажмурился. Ку Вон Чже легонько похлопал по шее руководителя Чона и убрал руку. Он отдал приказ, но мыслями был глубоко внутри себя. Его голос рассеялся вместе с сигаретным дымом: — Сначала найдите мальчишку. А вот ногти или глаза вырвете позже. — …Да, Директор. Все опустили головы, избегая встречаться с Ку Вон Чже взглядом. Стояла мёртвая тишина. Хотя он и приказал им найти мальчика, что будет, если они этого не сделают? Пока секретарь Чхве размышлял над этим вопросом, в павильоне поднялась шумиха. — Вау. Не ожидал такого… это правда, брат? Знакомые Ку Вон Чже, остановившиеся в домиках на окраине деревни, оживлённо вошли в сад. Мужчина с завязанными в хвост волосами покачал головой, обводя взглядом полуразрушенную стену в саду. Держа руки в карманах спортивных штанов, он шёл в сопровождении своих подчинённых. Видимо, был на тренировке, когда до него дошла интересная сплетня. В саду были и другие давние друзья, которые периодически приезжали в Довонхян. Поскольку подчинённые Ку Вон Чже обшаривали округу в поисках следов Чон У, все в деревне уже слышали о беспрецедентном побеге. Некоторые из знакомых Директора были в Ёнва-холле, где любовались зимними пейзажами с бокалом руках. Они пришли из любопытства, услышав новости. Недоверчиво посмеиваясь, мужчина с хвостиком подошёл ближе: — Какой хитрый крысёныш. С губ Ку Вон Чже срывались белые клубы сигаретного дыма. Он ничего не ответил, глядя на него свысока. — Ты приютил жалкое существо, кормил его, одевал, а оно вот так вонзило нож тебе в спину. Мужчина тоже достал сигарету, стоя рядом с Ку Вон Чже, пока один из его подчинённых подносил зажигалку. — Если тебе нужны мои люди, используй их. Тех, кто не подчиняется приказам и создаёт проблемы, нужно ловить, связывать и избивать всю ночь. Вот тогда проблем больше не будет. В беседу вмешался другой знакомый: — Ты говоришь про того Бельчонка? Я видел его на горячих источниках и на банкете. — Ага. Я с первого взгляда понял, что он доставит множество хлопот. — …Что ты понял? – спросил Ку Вон Чже. Мужчина с завязанными волосами усмехнулся: — Ты же сам лучше знаешь, брат? Ку Вон Чже тоже улыбнулся. На шее у него вздулись вены, но никто этого не заметил. — Оу. Я? — Хаха, зачем так себя вести? – хмыкнул собеседник Ку Вон Чже, небрежно стряхивая пепел. Он нисколько не следил за словами. Сам Ку Вон Чже обычно относился к своим знакомым уважительно, но поскольку их семьи имели тесные деловые связи, границы иерархии в общении со временем размылись. Мужчина с хвостом не унимался: — Ну, в мальчишке действительно была какая-то притягательность. Эта тонкая, неуловимая черта, типичная для проституток. — … — Малец умеет притворяться недотрогой, целое представление перед нами разыграл… Он говорил это и поглядывал на окружающих, ожидая от них одобрения. Ку Вон Чже отшвырнул окурок недокуренной сигареты и в следующую секунду ударил мужчину в поясницу. Всё произошло так быстро, что никто не успел среагировать. Хвостатый с криком рухнул вперёд. Ку Вон Чже подошёл, снимая пальто. Подчинённые этого мужчины были поражены, но вмешаться не осмелились. Прежде чем кто-либо успел осознать происходящее, Ку Вон Чже схватил мужчину за волосы, развернул и ударил кулаком в солнечное сплетение. — Ух. Тот отлетел назад, и его вырвало. Он остался валяться на спине, не в силах вздохнуть. Ку Вон Чже не собирался на этом останавливаться и шагнул к нему. Кто-то бросился удерживать Директора Ку за руки, преграждая путь и взывая к разуму. Но тот уже не видел и не слышал ничего – в холодных глазах вспыхнуло пламя крови. Призрачные огоньки плясали в его зрачках. Ку Вон Чже вытащил мужчину с хвостиком из толпы и начал избивать кулаками, твёрдыми как камень. Даже когда окровавленные зубы разлетелись во все стороны, он не останавливался. Секретарь Чхве вместе с тремя крепкими мужчинами пытались остановить Ку Вон Чже, но всё оказалось тщетным. — Молодой господин, прошу… успокойтесь. — Директор! Угх! В этой потасовке секретарь Чхве потерял очки, а руководитель Чон от боли упал на колени. Очевидцы в изумлении наблюдали за этой жуткой сценой. Подчинённые мужчины с завязанными волосами изо всех сил пытались защитить своего господина, который к тому времени потерял сознание. Ку Вон Чже всё продолжал дубасить кулаками, оттягивая жертву за волосы. В конце концов, жестокое избиение прекратилось. — Подгоните машину. Быстро. — Нет, давайте сначала остановим кровотечение. — Ку, ты что, с ума сошёл? Все пребывали в шоке. Глаза мужчины закатились, и его подчинённые в панике поспешили увезти пострадавшего. Суматоха утихла, и над садом повисла тяжёлая атмосфера. — Молодой господин. Секретарь Чхве, в полуобморочном состоянии, ошарашенно смотрел на Ку Вон Чже. Он впервые был свидетелем подобного. За последние десять лет, что он находился рядом с ним, Ку Вон Чже никогда не терял самообладание и не впадал в такую ярость. Ледяной ветер уносил запах крови. Ку Вон Чже стоял неподвижно. Казалось, его конечности были окутаны зловещей тьмой. Покрытые кровью кулаки дрожали, неохотно разжимаясь. ‘Кто-то сошёл с ума?’ Глаза болезненно пульсировали, заставляя поморщиться. Ку Вон Чже постепенно пришёл в себя. ‘Всё в порядке. Просто поймай его. Найди его. Как только поймаешь – снова сможешь подчинить. Всё так просто’, – повторял он себе. После недолгого раздумья Ку Вон Чже, как ни в чём не бывало, достал из кармана жилета платок и вытер тыльную сторону ладони от крови. За исключением нескольких незначительных царапин, его рука была в порядке. Он застегнул рукава рубашки и закурил, оставив пальто лежать на земле. Брызги крови на щеке и воротнике выдавали случившееся. В остальном Ку Вон Чже вновь выглядел так же элегантно, как и всегда. Тем временем снегопад прекратился, и взошла луна. Мертвенный свет отражался на снежном покрове, освещая даже самые отдалённые уголки. — Молодой господин, – обеспокоенно позвал секретарь Чхве. – С вами всё в порядке? Ку Вон Чже не ответил. Он молча курил. Наконец он заговорил, шагая прочь из сада: — К завтрашнему дню собери здесь всех наших людей. — …Всех? Из Сеула и провинций тоже? — Да. Оставь несколько человек для охраны больницы, а всех остальных вызови сюда. Половину спусти с горы, чтобы они обыскали каждую деревню поблизости, а оставшихся – отправь с пожарными, чтобы проверили каждый уголок, каждую остановку, каждую зону отдыха вдоль троп… Ку Вон Чже на ходу отдавал приказы. Неожиданно его взгляд скользнул по самому большому горшку, стоявшему в углу сада. Он замер, почувствовав знакомую энергию. Ку Вон Чже подошёл к сосуду и молча открыл крышку, опустившись на одно колено. Он засунул внутрь руку и обшарил дно. Кончики пальцев наткнулись на что-то шуршащее, похожее на бумагу. Медленно вытащив предмет, он увидел, что тот был завернут в тонкую бумагу ханджи. Это были чётки из желудей. — … К горлу подступил горячий прилив эмоций, поднявшийся откуда-то из глубины груди. В этот момент в сад вбежал запыхавшийся человек и закричал: — Директор, мы нашли доказательства, что Ён Чон У спустился с горы!