Золотое сердце для него

      Темно и страшно. Хотя Том и Гек выбирались не раз в такую пору из дома. С вечера собиралась гроза, но Том надеялся, что дождя всё же не будет. Где-то вдали ночное небо озарилось яркой вспышкой молнии.       — Вот только дождя сейчас не хватало! — недовольно проворчал Гек, посильнее нахлобучивая шляпу на голову.       Том не сомневался, что его друг даже ночует, не снимая любимый головной убор. Крадучись, они зашли на кладбище, выискивая глазами, куда бы спрятаться, положив перед этим дар духам.       — Надо у какой-нибудь старой могилы оставить! — решительно проговорил Гек. — Так уж наверняка духи нас увидят!       — Почём ты знаешь, что они не видят нас сейчас? — не сдержавшись, застучал зубами Том.       Они бойко, но очень осторожно прошагали к одной из могил, которую Том видел раньше. Он шёл впереди, ведя за собой Гека. В прошлом году хоронили соседа тётушки Полли, и вот тогда Том невольно заприметил старую, судя по дате, могилу какого-то мужчины, почему-то запомнив её.       — Давай сюда на могилу положим то, что я принёс, а сами спрячемся за кустом волчьих ягод!       — Давай. А что у тебя ещё есть в мешке? — с любопытством спросил Гек, когда Том вытаскивал мясо и коврижки.       — Спички и свечи на всякий случай. На вот! — Том с трудом оторвал от мяса небольшой кусок. — Ешь! Только хлеба я не взял.       Гек, невольно облизнувшись, с благодарностью взял аппетитно пахнущее мясо.       — Спасибо, а то я сегодня только краюху хлеба да остатки сыра на обед съел. Меня старый Джим угостил.       Они притаились за кустом, оставив еду на могиле.       — А теперь чего? — напряжённо спросил Гек, в один присест с удовольствием съедая гостинец.       — Ждать будем. Первый час ночи уже, — зевнул Том, но вот им показалось, что где-то вместе с раскатом грома послышались грубые мужские голоса.       — Что это? — всполошился Гек и громко икнул от испуга.       —Ти-шш-е! — раздражённо прошипел Том, поближе придвигаясь к Геку. — Я слышал.       — Это просто гром! — исступлённо зашептал Гек, вжимаясь в друга. Захотелось просто соскочить и стремглав убежать из опасного, страшного места.       Казалось, мальчишки забыли, как дышать, дрожа всем телом. Им не послышалось: на кладбище кроме них действительно был кто-то ещё.       Жаль, что Том не выучил даже простенькой молитвы, сейчас бы это так пригодилось!       Гек неслышно что-то шептал про себя, зажмурив глаза. Он был уверен на все сто, что это духи явились, чтобы покарать их, потому что несносные ребята побеспокоили призрачный покой.       — Гек! — почти безмолвно прошелестел Том. — Хватит трястись! Это люди!       Гек удивлённо открыл глаза.       — Голоса знакомые.       Мужские голоса о чём-то спорили, и мальчишки, прислушавшись, распознали в них индейца Джо и доктора Робинсона.       — Чё они здесь делают?! — изумлённо пробормотал Гек, Том же просто прислушивался к эмоциональному разговору мужчин.       Мальчики замолкли, когда Джо Паркинсон (а привычнее для всех — индеец Джо) и доктор Маркус Робинсон остановились аккурат недалеко от могилы с кустом, где спрятались искатели приключений.       Том невольно отметил про себя, насколько был хрупок доктор Робинсон по сравнению с индейцем Джо. Сколько было Маркусу, который всегда доброжелательно улыбался, завидев Тома и Гека? Лет двадцать семь, наверное. Симпатичный, русоволосый, всегда чисто выбритый и вежливый мужчина.       — Хватит, Джо! — недовольно и достаточно резко сказал Робинсон. — Повеселились и закончим на этом! Посмотри на себя! Что ты из себя представляешь, Джо? Разве ты ровня мне?! Я — доктор, а ты — нищий.       — Ну, теперь уж ты помолчи, дорогой докторишка! — ярость в голосе индейца была настолько ярко выражена, что ребята невольно вздрогнули от ещё большего испуга. — Я искал ради тебя это ебаное золото! В основном из-за тебя! Изначально я просто хотел безбедно жить, как все вы, холеные снобы! Но три с половиной года назад повстречался ты! Моё проклятие! Ты же не побрезговал раздвинуть передо мной ноги! А сейчас? Женишься на выгодной партии?       Он схватил Маркуса за руку, но тот, раздражённо зашипев, выдернул ладонь из крепкого захвата индейца.       — Да даже если и не было бы Анжелики, то как ты себе всё представляешь? — раздосадованно попытался убедить в своей правоте индейца Робинсон. — Мы мужчины, Джо!       — Как же ты мог сам об этом позабыть-то, а, Маркус? — насмешливо возразил Джо. — А я помню, как ты стонал, когда я…       — Заткнись! — совершенно по-истеричному взвизгнул доктор, с силой толкнув индейца Джо в грудь. Тот лишь слегка покачнулся, снова уверенно подходя к мужчине.       Том и Гек шокировано посмотрели друг на друга. Что-то непонятное творилось здесь и сейчас.       — Одумайся!       Том впервые услышал умоляющие нотки в тоне жёстокого метиса, коим являлся Джо. Все жители городка точно знали, чем промышляет индеец, но никто ничего доказать не мог или не хотел, а на деле выходило, что все попросту боялись этого грабителя и убийцу. Именно поэтому, наверное, Паркинсона ещё не повесили. Но он просил?! Индеец Джо просил?       — Мы уедем, ты скажешь, что я твой слуга, я и на это согласен! Маркус.       Челюсть Гека опускалась всё ниже.       — Маркус, я нашёл для тебя золото.       — Оставь меня в покое! — растеряв всякое терпение, завопил доктор Робинсон. — Я тебе уже сказал: моя свадьба с Анжеликой будет через месяц, поэтому тебе лучше забыть всё то, что между нами было! Иначе я пойду к шерифу и скажу о том, что ты обокрал меня! Тебя повесят, Джо! Только дай им повод!       — Сука! Какая же ты мерзкая сука! Вы все такие, что ли? Белые шлюхи!       А дальше произошло самое ужасное для невольных свидетелей этой грязной сцены: метис откуда-то выхватил нож и вонзил его в сердце Робинсона, дёрнув того на себя. Смешиваясь со стоном доктора, прогрохотал гром, и с неба как из ведра ливанул прохладный дождь.       Мальчишки, не помня себя от пережитого страха, бросились наутёк к выходу из кладбища. Им было уже всё равно, увидит ли их страшный индеец или нет.       Метису показалось, что за ними кто-то наблюдает, но скоро ему стало не до этого — его любовь, Маркус, лежал на грязной, мокрой от дождя земле, раскинув руки. Нож торчал из груди бывшего возлюбленного индейца Джо.       Паркинсон упал на колени возле трупа молодого мужчины, не смея его затронуть.       — Что же мы наделали, Маркус, — сокрушённо проговорил Джо. — Я же просто хотел быть с тобой.       Сложно и невероятно было поверить в то, что такой, как Паркинсон, способен хоть на какие-то эмоции. Но даже такое мстительное чудовище, как он, могло полюбить. Ему самому делалось неудобно перед самим собой за неправильные чувства. Эта слабость перед кем-то убивала его гордость. Если бы он полюбил женщину, то можно было понять, но мужчину?..       Однако эту грешную тягу очень сложно побороть, Джо не смог. А теперь он убил того, кого впервые в жизни полюбил совершенно искренне.       Сдерживая горе, Паркинсон осторожно вынул нож из раны на груди Маркуса. Совсем недалеко протекала речка, и сейчас самое время было выкинуть доказательство своего преступления в бурлящие от дождя волны глубокой реки.

***

      Мальчишки бежали так, что у обоих закололо в боку. Наконец, почти добежав до дома Сойера, они привалились к высокому дубу, не думая даже, что в него может угодить молния. Голова болела совсем о другом: индеец Джо убил доктора Робинсона!       И не просто убил, а убил из-за того, что тот ему отказал в… Как это так? Как может мужчина любить мужчину? Это же дико и совершенно невозможно!       И этот убийца… Мог ли Паркинсон любить хоть кого-то? В мире столько красивых женщин, а эти двое выбрали друг друга! Каково это, любить мужчину, Том прочувствует на своей шкуре через шесть лет, но сейчас дрожащий от ужаса двенадцатилетний мальчишка не понимал, как такое вообще возможно.       — А ведь свидетелей не было, кроме нас, и никто не узнает, кто убил доктора, — словно самому себе сказал Гек, смотря затуманенным взглядом перед собой.       — Если только проклятый метис сам не придёт к шерифу с повинной! — тихо сказал Том, наконец спокойно отдышавшись.       — Он чё, совсем дурак что ли? — резонно заметил Гек, разводя руки в стороны. — И то золото, которое мы искали. Джо его нашёл уже давно, но чего он тогда делал там, в старой кожевне?       Том молча пожал плечами. Он промок и очень устал, а ещё его знобило и хотелось спать.       — Давай, Гек, поклянёмся, что мы ничего никому не скажем о том, что видели. Иначе нам несдобровать, точно тебе говорю! — Я и так ничего никому не скажу! — буркнул Гек. — Я самоубийца, по-твоему? Пошли по домам, Том. Может, увидимся через несколько дней.       Они разошлись в разные стороны, и, пройдя несколько шагов до дома, Том беспрепятственно залез к себе в комнату через окно. Наутро у него поднялась температура, а через пару дней к нему в гости зашёл Гек Финн. Дождавшись, когда тётушка Полли выйдет из комнаты Томаса, он шёпотом поведал о том, что доктора Робинсона всё же нашли. Кто убил — непонятно. Подозревали, как обычно, индейца Джо, и правильно подозревали, но опять же доказательств не было никаких.       Чего бы не произошло плохого в городке, всегда думали на метиса.       После ухода Гека Том провалился в горячечный сон. А ещё его начала мучить совесть. Почти каждую ночь он видел во сне, как индеец Джо убивает доктора. Ему бы рассказать всё суровому судье Тетчер, отцу Бекки, или шерифу, облегчить бы душу, но Том боялся. Он до одури боялся мести ужасного Джо Паркинсона. А пожить ещё хотелось.       Самым первым человеком, которого встретил Том, как только выздоровел и вышел из дома, был индеец Джо. Сойер заметил его случайно, на рынке в центре города, когда решил просто прогуляться и посмотреть на красочные игрушки. Он вздрогнул, едва встретившись взглядом с непроглядно чёрными глазами метиса. Впрочем, вряд ли Паркинсон мог залезть к нему в голову и прочитать мысли. Томас мигом ретировался с рынка, буквально пролетев немалое расстояние до своего дома на одном дыхании. После этой встречи мальчик не выходил на улицу ещё несколько дней.