Вкус твоих чувств

- Ох, «леди Фурина», ты такая милая! Моя хорошая девочка! Я люблю тебя, «леди Фурина». Как и обещал герцог, щенка встретили очень тепло, особенно месье Рейчейз. Мужчина держал её на ручках, как хрупкое сокровище, по-отцовски тыкал в неё носом, целовал и не мог перестать плакать. «Леди Фурина», в ответ на ласки, радостно виляла облезлым хвостиком и облизывала лицо своего хозяина. Вокруг драматичного семейного воссоединения образовалось столпотворение людей. На их лицах читался неописуемый восторг. Некоторые из них подходили к герцогу, чтобы выразить ему свою благодарность за то, что пошёл им навстречу и принёс этого щенка сюда. Тихо стоя в стороне, за ними наблюдает Нёвиллет и осторожно считывает их эмоции. В крепости не бывает дождей, которые облегчили бы более глубокое понимание, но в ней достаточно сыро чтобы сделать это хотя бы поверхностно. Он чувствует искреннюю трепещущая радость, бескорыстное желание дарить любовь маленькому существу, желание баловать его и веселиться вместе с остальными - платоническую любовь. Удивительный контраст тому отвращению, которое испытывали люди на поверхности. Тогда Нёвиллет всерьёз задумался. «Однажды совершившие грех, они искупили его сполна и очистили свои души от порока. Может быть, не все люди такие уж плохие.» В это время к герцогу подбежали люди в одинаковой форме - работники крепости. Они что-то шепнули на ухо управляющему, тот сурово кивнул и выдал дальнейшие указания. Извинившись перед гидроповелителем, Ризли обещал скоро вернуться и быстро удалился вместе с работниками. Нёвиллет остался стоять в стороне, осторожно считывая эмоции людей крепости. Какое-то время, он, прислонившись к стене, спокойно наблюдал за поведением и эмоциями людей, окруживших щенка, и наслаждался мирным спокойствием. Неожиданно, какие-то люди заградили ему обзор на семейную идиллию. Они окружили со всех сторон, предусмотрительно отрезая пути к отступлению. Крупные, широкие, мускулистые и покрытые огромным количеством шрамов по всему телу мужики. Вид на лицах у них суровый и немного устрашающий, однако, Нёвиллет не чувствует от них прямую угрозу. Он чувствует что-то другое. Что-то, схожее с желанием защитить что-то ценное. Один из этих людей грубым басом обращается к нему. - Хэй, ты. Новенький? Не знаю, кто ты по жизни и что ты там из себя представляешь, но заруби себе на носу одно правило – если посмеешь обидеть госпожу старшую медсестру, то будешь иметь дело с нами. Усёк? «Госпожу старшую медсестру? Сиджвин говорила, что у неё здесь такая должность. Неужели эти люди защищают мелюзину? Но будут ли они так доброжелательны, узнав кто скрывается под человеческой личиной?» - Отошли от него. Резкий и суровый голос вернувшегося герцога вызвал лёгкий испуг и растерянность на лице маскулинных качков. Их больше, и они выглядят намного сильнее физически, чем Ризли, но мужчины послушно отступают, признавая силу и авторитет управляющего. Внутри Нёвиллета в этот момент трепещут выдры. Он не испугался и знал, что они не тронут его. Но почему-то в том, как герцог защищает дракона и что он в этот момент чувствует, был особый, чарующий шарм. Он вежливо обращается к Ризли. - Всё в порядке. Эти джентльмены проявляют заботу о леди Сиджвин, не стоит винить их за это. Мужчины сильно удивились тому, что «чужак знает о леди Сиджвин» и не жалуется герцогу за их некорректное поведение. Они извинились перед обоими джентльменами и удалились восвояси. Ризли проводил их хмурым взглядом, затем, быстро подошёл к гидроповелителю и сообщил интересную новость. - Месье, прошу проследовать за мной, пришло время выполнить наше маленькое обещание. Нёвиллет послушно пошёл следом за своим человеком. Он мысленно копался в голове, пытаясь вспомнить, о каком обещании идёт речь. Шли они не долго. Спустившись по длинной лестнице, они оказались в тёмном сыром помещении с повышенной влажностью. Это длинный коридор, вдоль которого располагаются ржавые клетки с толстыми прутьями, местами покрытые плесенью, замками и цепями. В некоторых сидят какие-то прикованные люди. Они гремят цепями, злобно кричат и негодуют, что здесь происходит и почему они в клетках. Ризли игнорирует их крики, и спокойно, как на экскурсии, вводит дракона в курс дела. - Мы практически не пользуемся этими помещениями и, как правило, не держим людей в клетках, но это…это особый случай. Видишь ли, обычно преступники попадают сюда только после оглашённого приговора, однако, для ЭТИХ мы сделаем исключение. Я не просто так пригласил тебя сюда. Я даю тебе возможность судить их, как завещала бывший Гидро Архонт Фокалорс. Нёви, посмотри на них, что ты перед собой видишь? Что они сейчас чувствуют? - Я вижу трёх запертых в клетках людей. Они испытывают ярость, негодование, страх, а также внутри них теплется неутолимая жажда наживы. Ризли, по какому преступлению ты выдвигаешь против них обвинение? - Их главарь нам сейчас сам всё расскажет. Они подходят к одной из клеток. Ризли звенит ключами и открывает замок. Он грубо хватает сидящего там мужчину и швыряет к ногам Нёвиллета. Человек падает, издавая болезненные звуки и гремя цепями, которые обвивают его ноги и руки за спиной. - Эй, что за произвол у вас здесь происходит? Я буду жаловаться на вас Архонту! Нёвиллет молча наблюдает за разворачивающейся перед ним картиной - герцог небрежно усаживает пленника на пол и, придерживая рукой за плечо, заглядывает ему в глаза. Угрожающая алая аура становится видна невооружённым глазом. Пленный человек бледнеет от испуга. - Твоего Архонта здесь нет. Она тебя не услышит, ей плевать на жалких червей вроде вас. Здесь мы решаем, какая участь вас ожидает в ближайшее время. Какая именно – зависит от того, будете ли вы осквернять наши уши своей ядовитой ложью, или же поступите мудро, и выложите всю правду как на исповеди. - Вы не имеете права! Вы нарушаете закон Фонтейна! - Ты еще не понял? Вы находитесь в месте, не подчиняющемся юрисдикции суши. Здесь правила устанавливаю я, и только я. - Да пошёл ты. Злобно ругаясь и бранясь, пленник попытался лягнуть ногами своего надзирателя, но цепи слишком сильно сковывали движения, из-за чего эта попытка выглядела жалкой и нелепой. Рука герцога на его плече покрылась ледяной корочкой, после чего крепче, с хрустом, сжались пальцы. Человек закричал от боли. Ризли даже бровью не повёл. Он лишь сверлил хладнокровным взглядом и разговаривал настолько спокойным тоном, что позвоночник невольно стал покрываться мурашками. - Итак, первый вопрос – какого цвета мой галстук? - Чт…красный… Удовлетворённый правильным ответом, Ризли ослабил своё воздействие ледяной стихии и холодно улыбнулся. От его следующего вопроса напрягся не только преступник, но и сам Нёвиллет. Он усилил считывание эмоций при помощи гидро, чтобы не упустить малейшие колебания человеческой души. - Верно, следующий вопрос – зачем вы охотились на мелюзин? - Что…что за бред? - Ответ неверный… Болезненные вопли человека эхом отразились по всему помещению. Остальные люди в клетках испуганно зажались по углам. Один начал плакать от страха и негодования, второй испытал жалость и укол совести. - Хорошо-хорошо! Мы хотели использовать их, чтобы они принесли нам сокровища из недоступных мест на дне океана! Правда! Клянусь! - А что дальше? После того, как вы бы добились своей цели, что вы собирались сделать с мелюзинами? - Не знаю, избавились бы как-нибудь...Да кому вообще нужны эти уроды? В цирках развлекать? Подобная жестокость по отношению к мелюзинам возмутила не только Нёвиллета. Воздух вокруг заледенел с угрожающим треском. Крио сила герцога тонкими иглами стала проникать под кожу допрашиваемого человека. Тот в ответ начинает жалобно хныкать от болезненных ощущений. Аура Ризли пылает алой яростью. - Уроды здесь только ты и твои дружки. Отвечай, что тебе известно о подпольных аукционах и людях в масках? - Что? Не понимаю! Я не знаю! Я ничего об этом не знаю! Считываемые эмоции с допрашиваемого поведали Нёвиллету о искреннем негодовании, аналогичным с ответами на предыдущие вопросы. Душа человека не дрогнула, не отравляла ядовитыми словами, что означало только одно – человек не врёт. К удивлению дракона, испуганные люди, сидящие в клетках, синхронно начали защищать своего товарища и умолять прекратить страдания. Он чувствует, что их искренние слова и неподдельный страх являются желанием защитить друг друга. Столкнувшись лицом к лицу с последствием своих злодеяний, они в полной мере ощущают груз вины за содеянное и тонкие нити раскаяния медленно прокрадываются в их души. Несмотря на то, что Ризли не собирается больше причинять боль человеку, а просто держит его в страхе, Нёвиллет решает вмешаться в допрос. - Ваша Светлость, к сожалению, он говорит правду. Я думаю, что мы услышали достаточно. - Ну, раз так, каков будет вердикт, господин судья? - Я думаю, наказание должно быть сродни преступлению. Мелюзина долгое время провела в клетке, поэтому будет справедливым, если они тоже побудут в одиночестве за металлическими решётками. Вы научили меня, что каждый имеет шанс на исправление. Ваша Светлость, если они захотят встать на путь исправления, то могу ли я доверить их судьбу в ваши руки? - Месье, Ваши слова – закон. - Но что, если эти люди не исправятся? Что с ними будет? - Не знаю, избавлюсь как-нибудь…Может быть, отправлю бороздить дно морское в поисках сокровищ… - Ризли… Отправив человека обратно в клетку и заперев на замок, герцог взял Нёвиллета под руку и вместе с ним направился к выходу из этого жуткого места. Позади остались угасающие чувства запертых людей, оставшихся коротать своё одиночество и пронзаемые уколами раскаяния. По дороге к кабинету, дракон решил поинтересоваться у управляющего крепости его спецификой работы. - У вас довольно любопытные методы получения информации. Честно говоря, я их не одобряю, но не имею права указывать как Вам исполнять свои обязанности. - Понимаю. Вообще-то говоря, я предпочитаю искреннее проявление веры любому обязательству повиноваться, и как правило наше знакомство с заключёнными проходит гладко. Но Меропид это в первую очередь тюрьма, место искупления. Если люди будут чувствовать здесь безнаказанность, то чем тогда это место будет отличаться от санатория? Демонстрация силы это одна из мер для поддержания порядка. - Всякий зверь становится более покладистым, если обнажить перед ним клыки. - Знаешь, я удивлён - твоё решение было весьма беспристрастным. За то, что они отлавливали мелюзин чтобы использовать в своих грязных целях, я бы не был с ними так милосерден. Вообще, в Фонтейне было бы чуть больше справедливости и благоразумия если бы ты действительно принял приглашение и стал судьей. - Ризли, если бы я стал судьёй, то, вероятнее всего, мне пришлось бы судить тебя и выносить обвинительный вердикт по законам суши. - Ох, месье, я готов принять любой приговор, сказанный из ваших уст. Подходя к огромным дверям, двое стражников с уважительным трепетом поприветствовали Его Светлость. Ризли кивнул им и пожелал спокойного караула, после чего открыл огромную дверь, почтительно пропуская своего гостя вперед. Всю дорогу Нёвиллета не покидало странное чувство – обычно его человек рядом с ним чувствует приподнятое настроение и всячески пытается шутить с ним. Но после того, как они покинули темницу, в душе Ризли замелькало смятение. - Ризли, ты в порядке? Что тебя тревожит? - Извини, я не хотел тебя беспокоить своими бредовыми мыслями, но было наивно с моей стороны надеяться, что ты не заметишь. Знаешь, во время допроса у меня было такое странное чувство…Мне показалось, что я почувствовал на себе всё то, что ты описал и, почему-то, я подсознательно знал когда они врут, а когда нет. Не стоит переживать, полагаю, что это пришло ко мне с опытом… - Я думаю, что тебе надо отдохнуть от всего этого. Если подобное повторится, то настоятельно рекомендую обратиться к Сиджвин. - Да, так и сделаю, спасибо, Mon Amour. Может, зайдёшь на чашечку чая? Нёвиллет видел искреннюю улыбку своего человека, он чувствовал его неподдельное желание заботиться и уберечь от проблем, но странные внутренние изменения также не ускользнули от его чуткого взора. И всё же он доверял этому человеку и надеялся, что за время его отсутствия, Ризли прислушается к совету дракона. _____________________________ «Отдохнуть и поговорить с Сиджвин…» К сожалению герцога, последующие пару дней ему было не до отдыха. Днём была рутинная работа управляющего. Тут почини, там порядок наведи, там закрути, за этими проследи. Ночью тоже было не до сна. К сожалению, эти ночи герцог вынужден был проводить в одиночестве. Он понимал, что Нёвиллет с мелюзинами заняты своей важной работой - очисткой моря от человеческого мусора. Он понимал, но неугомонное сердце всё равно страдало от одиночества и пустоты, скучало по прекрасной компании. След от укуса подпитывал воспоминаниями жаркие фантазии о прекрасном драконе, лишая ночного спокойствия. Помимо этого, его стали посещать радужные мысли и желания, главное из них – сделать Нёвиллета своим партнёром, заключив с ним брачный союз. Он размышляет о том, что возможно, ему стоило бы заранее закупиться парными кольцами - до того, как все ювелирные салоны Фонтейна окажутся затопленными. Апогеем всей суеты стал раздражающий зуд в спине. В обычные дни, Ризли принципиально не посещает кабинет медсестры в качестве пациента, но даже если такое случается, то всегда наотрез отказывается от обезболивающих после показательных матчей на панкратионе. Свой новый недуг он посчитал недостаточным для волнения и посещения медицинского кабинета. Устало протирая висок, Ризли наблюдает с трибуны за бойцами на ринге панкратиона. Двое знакомых маскулинных качков сцепились посреди арены в кулачном бою. Герцог вспомнил как на днях они окружили его Нёвиллета и вздрогнул. Если бы он плохо знал своих людей, то мог бы не на шутку испугаться за его благополучие, но на деле всё было намного проще. Они на самом деле безобидные ребята, даже жуков не трогают. На ринге отважно дерутся и после этого бегут в лазарет чтобы пообщаться с леди Сиджвин. Они обожают малышку и души в ней не чают. Они всегда предупреждают новоприбывших о том, что здесь шутки плохи и это только на руку герцогу – они облегчают ему работу, ведя личный контроль над заключёнными. На плечах управляющего крепостью лежит огромная ответственность - люди должны видеть в нём силу и авторитет. Ризли должен периодически проводить показательные бои, чтобы держать своё тело в форме, и чтобы люди не сомневались в его силе. На крайний случай, ему нужно хотя бы присутствовать здесь и следить за порядком, чтобы никто никого случайно не убил. Сейчас из-за навалившегося недомогания он предпочел остаться в наблюдателях. Помимо зуда в спине, его беспокоит странное чувство и во влажных помещениях оно только усиливается – как и во время допроса, он ощущает фантомные чувства и желания других людей. Он старался не обращать на это внимание, списывая всё на накопившуюся усталость. Сейчас, сидя на трибуне в качестве наблюдателя, ему остаётся только внимательно следить за боями и надеяться, что никому не взбредет в голову вызвать на поединок самого непобедимого герцога. Его надеждам не суждено сбыться. Ностальгический низкий бас с Снежновским акцентом вывел его из пучины собственных мыслей, возвращая в туманную реальность. - О-па! Волчара, ты ли это? А я тебя и не признал сразу – вон как вымахал, да в цацки барские нарядился. Важная шишка что ли теперь? А ну, давай, спускайся на ринг, померяемся силушкой как в старые добрые! - Хм? Мишка? Бой на арене моментально остановился. Ризли чувствует резкую смену настроения окружающих людей. Интрига от предвкушения предстоящих событий волной накрыла герцога с головой. Вместе с этим ощущалось такое сильное любопытство, что оно практически пульсировало в голове. Теперь всё внимание было приковано к его персоне и к новоприбывшему заключённому крепости. Возле ринга стоял двухметровый сивый амбал, с характерными внешними чертами, присущими жителям Снежной. Хмурый, угрюмый, весь покрытый шрамами и трудовыми мозолями. Ризли сразу признал в нём своего давнишнего приятеля. Михаил – опытный и невероятно сильный боец панкратиона. Когда юный Ризли сбежал от торговцев людьми и попал в подпольные бои, этот здоровенный суровый мужик научил его правильно держать удар и периодически тренировал юнца, «чтоб не подох». Герцог был бесконечно благодарен этому человеку за помощь в прошлом и спустился с трибуны чтобы поприветствовать старого приятеля. Михаил протянул ему свою ладонь в знак приветствия и широко улыбнулся. - Эх, Волчара, столько лет не виделись, я уж думал ты помер, а ты вон че! Не ожидал, не ожидал. - Ха! Не дождешься. Какими судьбами тебя занесло сюда? - Да вот, в путешествие подался. Сначала колесил по Сумеру, потом в Натлане побывал, на покемонов местных поглазел. Теперь вот в Фонтейне вашем. - И вместо комфортного отеля решил остановиться в сырых бараках подводной тюрьмы? За какое зло тебя в Меропид отправили? - Ой, ты не поверишь. Бродил себе по берегу, никого не трогал, ракушки собирал. Всякие разные, красивые, домой сувениров набрать. Ну, всё равно ничейные лежат, вот и думаю - чего добру пропадать, правильно? И тут, откуда ни возьмись, фараоны ваши как окружили, да начали что-то про двустворчатых моллюсков затирать. Ну, а я что? А я себя в обиду не дам, сам знаешь. Навалял им как следует! А эти, падлы, оружие достали, ну, пришлось сдаваться. Потом зачем-то в театр повели, во дурные! Там клоунесса какая-то целое театральное представление устроила. Корону на бошку свою дурную напялила и строит из себя незнамо кого. Фу-ты, ну-ты, царь во дворца! Раздула из мухи слона, а эти ваши и рады. Сидят такие расфуфыренные, лыбу давят, да глазками хлопают. Тьфу! Дурдом какой-то, честное слово. При Её Величестве Царице такого бардака бы не было. - Ого, да у нас тут самый настоящие рецидивист. Кулаки некуда деть, да морда жаждет приключений? Эх! Так и быть, устрою тебе бой, по старой дружбе. Как бы Ризли себя не чувствовал, он понимал, что не может и не хочет отказать этому человеку. Дело чести было превыше его сомнительного недомогания. Да к тому же - если он будет позволять себе слабости, то как он сможет в будущем защитить мелюзин и Нёвиллета в случае опасности? Он собрал волю в кулак, стараясь не обращать внимания на зуд в спине и поднимающийся градус напряжения среди зрителей. По-хорошему, ему бы стоило снять верхнюю одежду, чтобы она лишний раз не сковывала движения, но он не знает, что у него происходит под ней, и решил лишний раз не светить голым торсом, запрыгивая на опустевшую арену в чём есть. Грозный вид двухметрового противника невольно навеивает воспоминаниями об их старых тренировках и боях. Будучи юношей, он быстро освоил боевые приёмы и уже спустя полгода бесконечных поединков уверенно мог стоять против своего опытного наставника. Сейчас, когда Ризли повзрослел и возмужал, а Михаил заметно постарел, исход битвы был никому неизвестен. Прозвучал звон, знаменующий о начале поединка. Оба мужчины моментально сцепились в кулачном бою. Молниеносная реакция и болезненный обмен ударами – жители крепости наблюдали за происходящей схваткой затаив дыхание и безуспешно пытаясь уследить за быстрыми движениями. Ризли игнорировал их волнительные чувства, максимально сконцентрировавшись на текущем сражении. Однако, с каждым новым соприкосновением кулаков, он стал ощущать странное, не свойственное ему или кому-то из присутствующих, удовлетворение и чувство гордости. Лёгкое замешательство привело Ризли к критической ошибке - он пропустил один удар. Бам! Острая боль в челюсти и металлический вкус во рту. Под гул толпы, герцог отлетает к краю арены. Михаил развёл руками и разочарованно скандирует. - И что? Это всё? Что-то ты совсем форму свою растерял, дружище. Эх, ты. Оппонент хоть и заметно постарел, но явно не ослаб за эти годы. Быстро встав на ноги и прислонившись к ограждению, Ризли выплёвывает кровь с осколками сломанных зубов. Он смеется и старается вернуть концентрацию на битве, игнорируя проклятые отвлекающие ощущения. - Ха! Я просто даю фору старпёру. - Ты чё, пёс, забыл вкус супа из опилок? Старый дед тебе уже не соперник что ли? Ну, сейчас я научу тебя старших уважать. Теперь деремся по-взрослому. Михаила раззадорила провокация герцога. Он схватил со стенда металлические перчатки и быстро нацепил на руки, готовясь к второму раунду. Ризли в ответ активировал свои механические перчатки и использовал силу крио, чтобы остановить кровотечение. Звон. Второй раунд. Лязг металла. Бой более ожесточённый, но играющий ему на руку. Не прикасаясь напрямую к потной коже оппонента, его больше не отвлекают чужие переживания. Боль в челюсти позволила герцогу лучше сконцентрироваться на поединке, блокируя все остальные мешающие факторы. Ловкое уклонение, апперкот, и… Бам! Михаил со сломанным носом громко валится на спину. Обратный отсчёт. Три, два, один. Нокаут. Зрители радостно ликуют и скандируют имя победителя. Убрав свои перчатки, Герцог наклоняется к оглушенному оппоненту и хлопает его по щеке. - Эй, Мишка, ты помер что ли? - Кхе. Не дождешься. Кхе-хе. Вот теперь я узнаю нашего волка. Правда, теперь у тебя на один клык поубавилось, меньше зубы скалить будешь. - Ха. Ничего, отрастут новые. А вот твой новый нос даже лучше прежнего – прям жених на выданье. - Ха-ха! Пошёл ты! Смеясь и обмениваясь шуточными колкостями, Ризли помог старому приятелю подняться на ноги и вместе с ним направился на выход. Кратко рассказывая друг другу произошедшее с ними за прошедшие 10 лет, они кое как доковыляли до медицинского отсека. Там их уже ожидала вставшая в позу суровая старшая медсестра. Взгляд Сиджвин не предвещал им ничего хорошего. Насильно вколов обоим обезболивающие, она сначала вправила нос Михаилу, затем принялась разбираться с челюстью Ризли. Разбитая губа не такой страшный диагноз, как безвозвратная потеря зубов. Теперь с верхней левой стороны, вместо трёх зубов красуется мясная дыра. Он мысленно надеется, что Нёвиллет не упадёт в обморок при виде этого безобразия. Маленькая милая старшая медсестра суровыми угрозами заставила «глупых взрослых» выпить её фирменные коктейли и отправила на принудительный отдых. Решив, что прописанного отдыха и опустошительного коктейля будет достаточно, Ризли, как обычно, умолчал о странных симптомах, из-за которых он пропустил удар и получил травму. Тем более, что пока действовало обезболивающее, ни боль, ни зуд его уже не беспокоили.