дневник надежды

пиво «bud light», ликёр, хлопающая дверь бара...

после прикрытия домашнего тура прошло несколько дней и с тех пор ребята, пока что, не воссоединялись. да и никто не спешил — всем нужно было время на подумать и отойти после произошедшего. максимум только списывались в общем чате, и то крайне редко. конхо мем скинет или хенбин расскажет, какого классного жука увидел по дороге в магазин. про рабочие моменты никто не спешил говорить, наоборот подобные разговоры избегались всевозможными путями. чонмин ушел в себя. все, что он делал — писал текста и не выходил из дома, только если по надобности. блондин напрочь игнорировал сообщения и звонки других, ему ни с кем не хотелось контактировать. давило все, становилось душно от одной мысли ответить другим. не хотел он, желал лишь спокойствия вокруг себя и чтоб его не трогали. хоть и понимал, что такая позиция никому легче не сделает, но сейчас, в такое время, ему было плевать на других. и лишь его дневник и блокнот с лирикой давали ему успокоение, не позволяли ебануться с концами. не готов он функционировать, ему нужно время.

кто придумал отвечать людям… я заебался, честно говоря. я не хочу никого видеть, никого слышать. а все вокруг продолжают мне названивать, всем я вдруг понадобился… отстаньте от меня. вне зоны доступа я блять.

шин почти закончил песню, основанную на небольшой истории юмина из гримерки. как будто бы… он начинал к нему немного смягчать свое отношение. все время, что он тратил на создание этой песни, чонмин каждый раз впадал в какую-то необоснованную тоску. это была не жалость — это было чистой воды понимание. чужая боль перешла и в звучание, когда блондин наигрывал на родимой гитаре мелодию к песне, попутно записывая ноты и примечания в блокнот. и диктофон… чтобы после переслушивать и снова ощущать эту горечь по всему телу. у чонмина такое происходило впервые за все время, что он находился в этой авантюре написания треков.

и ведь изначальные мысли о песне действительно подтвердились… шин постепенно прекращал чувствовать раздражение на юмина, выискав первопричины.

— я хожу с постоянным ощущением пустоты на душе, — сказал ему тогда юмин, стыдясь смотреть в глаза, — я не понимаю, что именно ощущаю в тот или иной момент. от этого начинаю злиться и ломать себя на куски. вот почему… другие вокруг меня страдают от моих гневных нападков. чонмин тогда сидел хмурым, как грозовая туча. он знать не знал обо всем, что каждый раз в голове чо и не подумал бы, что вообще когда-либо узнает про это. юмин выглядит замкнутым человеком, который хрен тебе раскроется, но только богу известно, по каким причинам он тогда приоткрыл свой занавес чонмину. это не оправдало дерьмовое поведение парня, но это принесло ответы на вопросы, которые шин прокручивал в своей голове всякий раз, когда вступал в очередную перепалку с юмином. становилось дурнее и дурнее…

внутри меня…

слова принесли осознание пустоты

неужели это единственное,

что я ещё могу чувствовать?

вселенная странная штука… она выталкивает тебя на край земли, давая выбор без выбора. что-то подобное и промелькнуло в голове блондина, когда ближе к ночи ему… позвонил юмин? — чонмин? — голос парня был невменяемым, видимо юмин был выпившим. — что-то срочное? — шин звучал отстраненно и холодно, не горя желанием вести в принципе какой-либо диалог. — забери меня, пожалуйста… здесь даже бог бессилен… пьяный в стельку юмин позвонил чонмину и попросил его забрать из какого-то бара, который находился в каких-то грязных подворотнях города. он мог позвонить тому же хенбину, с которым он хорошо общается, но с хуя ли чонмин? блондин и сам не понял, что в голове запело громче: совесть или та самая сочиненная песня, но он действительно поехал на отцовской машине забирать красноволосого. — бать, — шин выловил его во дворе с базовой бутылкой пива, — я возьму твою машину? — тебе зачем? — главарь семьи лениво обернулся и оглядел сына. — ну… — похуй, главное не разбей. или иначе я твое рыло разобью об стол, — и отец пьяно захохотал. чонмин лишь усмехнулся, прекрасно понимая, что тот не всерьез и что даже ящик с пивом порой не в состоянии донести до комнаты, не говоря уже о драке. доехал блондин быстро, никто даже не стопанул по дороге, как обычно бывало. то подумают, что под дурью, то учуют запах алкоголя. ничего из этого, конечно же, не было, но глупым людям это не объяснить — все равно будут стоять на своем. сама вселенная для чего-то кричала чонмину ехать быстрее, не оставляя на пути происшествий. добравшись до бара, шин вышел из машины и первое, что он увидел — сидячего, спрятавшего лицо за ладонями юмина на лестнице у входа в бар. сквозь пальцы тот ощутил на себе свет от фар и убрал руки с лица, пьяно оглядывая чонмина сверху вниз. шин присел на корточки, чтобы лучше оглядеть состояние парня, которое, по всей видимости, оставляло желать лучшего. — ты сам в состоянии сесть в машину? — рука блондина упала на плечо юмина, взгляд ни разу не отошел от него. чо пьяно покачал головой. тяжело вздохнув, чонмин помог юмину встать и, закинув его руку на свои плечи, медленно и не спеша повел к машине. блондин аккуратно положил его на заднее сиденье, затем вернулся за руль и помчал прочь с помойной подворотни. юмин сейчас не в состоянии ответить, где находится его дом, потому шин написал хенбину с просьбой продиктовать его адрес. «нахуй тебе его адрес?» — вечно хенбин тянет, когда необходима помощь. «ебать тебя не должно, просто продиктуй мне адрес» — чонмин написал в ответ, пока стоял на светофоре. спустя тысячу пожеланий сходить далеко и надолго, розоволосый продиктовал адрес юмина, который находился в нескольких кварталах от дома чонмина. парень проложил путь на навигаторе и принялся по нему ехать, попутно выслушивая пьяное мычание юмина. узнать бы, с чего у парня появилось такое желание напиться в хлам, находясь в хуево-кукуево. а почему чонмину в принципе это интересно? на середине дороги юмин аж приподнялся и присел, тревожно оглядываясь. чонмин заметил это через салонное зеркало. — все нормально? — шин не отвлекался от дороги, а голос звучал даже слегка обеспокоено. — высади, пожалуйста, где-нибудь. — ты ебанулся? — чонмин нахмурился. — я сейчас сблюю, высади блять, — прорычал чо и прикрыл глаза, слегка зажмурившись. блондин судорожно оглядел дорогу в поисках места для остановки. обнаружив неподалеку заправку, он помчал в ее сторону. и мчал быстро — не очень хотелось, чтобы этот мудень облевал отцовскую машину. доехав, шин вышел из машины и помог юмину дойти до ближних кустов, где тот принялся очищать организм от большого количества алкоголя. людей по близости не находилось, лишь они вдвоем, запах бензина и ночной прохладный ветер. блондин стоял спиной к юмину и ждал, когда его отпустит. за этот короткий промежуток шин раз сто себя спросил о том, на кой хрен он подписался на это и помогает ему. а ответ прост… и чонмин прекрасно его знал, но видимо банально не хотел это принимать. юмин дал знать о том, что его отпустило и шин повернулся в его сторону, оглядев с головы до ног. — ты запачкался, — блондин принялся снимать с себя толстовку и протянул ее юмину, оставаясь в майке — сними футболку и одень мое. чо снял с себя испачканную футболку и на долю секунды чонмину открылся вид на подкаченное тело красноволосого. взгляд непростительно долго задержался, пока юмин надевал на голое тело толстовку. тряхнув головой, шин быстро направился в сторону машины, в надежде, что юмин не застал эту картину. странно получилось… дальнейший путь до дома юмина был в тишине. чо убито пялился куда-то в пустоту, время от времени прося воду и жвачку, не проронив ни слова. чонмин же не отвлекался от дороги и навигатора, который переодически тупил и сбивал геолокацию. но доехали, однако… никто не спешил. они все равно продолжали молча сидеть в машине, даже несмотря на то, что юмину пора выходить и идти домой. — почему ты позвонил именно мне? — шин все же решил нарушить тишину и шепотом спросить волнующий всю дорогу вопрос. юмин не спешил отвечать. замешкался, нервно сглотнул. он почувствовал, как запотели его ладони от наступающей тревоги. — после нашего последнего разговора я сильно увлекся… — юмин сделал паузу, вновь сглотнув, — увлекся мыслями о тебе. чонмин повернулся к нему, недоуменно нахмурив брови. в груди что-то предательски сжалось после услышанного. юмин же не смотрел ему в глаза — взгляд упал куда-то в окно. — мой выход из любой ситуации алкоголь, — чо продолжил, вытирая об джинсы вспотевшие ладони, — вот почему я уехал в бар и перебрал. я думал о тебе, выискивал причины чем именно ты меня злил и почему меня все равно тянет к тебе, как к магниту… и все же парень рискнул посмотреть на чонмина, ощущая нарастающее волнение под его недоуменным взглядом. а юмин даже не догадывался, что шин ощущал ровным счетом тоже самое, особенно после написанной песни. дальнейшая реакция была удивительной — чонмин молча перелез к юмину на заднее сиденье и уселся рядом, продолжая его молча оглядывать. юмин же словно проглотил язык. он не знал, что еще говорить и стоит ли, но ему и не пришлось. — меня к тебе тоже тянет, — хриплый шепот блондина, после которого у юмина по всему телу прошлись мурашки. очередная тишина. чонмин с неописуемым интересом смотрел на лицо юмина, решившись убрать с его лба прядь волос. хоть блондин и дотронулся настолько аккуратно, насколько возможно, но юмин все равно слегка вздрогнул. чонмин лишь мягко усмехнулся на это.

вот каков на самом деле чо юмин. растерянный, в какой-то степени мягкий.

после жеста шина у юмина что-то щелкнуло внутри окончательно. он медленно приблизился к его лицу, тяжело дыша и оглядывая парня с каким-то голодом. чо мешкался и не решался прильнуть к пухлым губам напротив. дыхание было в унисон, а желание возрастало только сильнее. и раз юмин на полпути начал ломаться, чонмин все взял в свои руки — он молниеносно накрыл его губы своими. жадный и голодный поцелуй. с привкусом мяты. не отрываясь, юмин пересел на колени чонмина, обхватив руками его шею. шин полностью облокотился об спинку сиденья, медленно расстегивая молнию на толстовке юмина. — я, кстати, заметил как ты на меня пялился на заправке, — юмин отстранился и шепнул это на ухо чонмину, после чего лицо расплылось в удовлетворенной улыбке. от его шепота и от одного взгляда на этот лисий щур чонмина словно дернуло током. он прильнул к шее юмина, зацеловывая вплоть до ключиц. нежно, словно боялся сорваться и спугнуть. пальцы шина медленно проходились по позвонку юмина, заставив его чуть выгнуться. в джинсах становилось тесно, жар окутывал каждую клеточку тела, а дышать становилось все тяжелее. они освободили друг друга от одежды и теперь руки чонмина были на ягодицах красноволосого, сжимая все до красных следов. юмина тихо простонал. — ты пьяный, уверен в своем выборе? — блондин решил слегка поиздеваться над юмином, прежде чем он окажется в нем. — я абсолютно в здравом уме, — сквозь тяжелый вздох ответил чо. — от тебя сильно несет перегаром. — заткнись и просто трахни меня, — юмин психанул и заткнул болтливого чонмина поцелуем. а парню дважды повторять не нужно — он вошел с ноткой грубости, но при этом давая к себе привыкнуть. юмин от неожиданности аж прервал поцелуй и откинул голову назад, простонав на всю машину. жизнь его к такому не готовила и сам он не думал о подобном, но юмин постепенно привыкал, пусть и с искрами в глазах. двигались они медленно, но даже этого было достаточно, чтобы окончательно вскружить друг другу разум. руки юмина упали на плечи парня, сжав их изо всех сил от переполняющего возбуждения. чонмин же не мог оторвать глаз от юмина — его гибкость сводила с ума, дурманя выжившие частички здравого разума. а добивным стали его учащенные и громкие стоны, когда шин решил ускорить темп до какого-то бешеного и дикого. их лица снова сблизились и слились в жарком и прерывистом поцелуе. — блять, — простонал юмин в поцелуй, от грубых движений шина становилось все дурнее, — прошу, не останавливайся. чонмин на это лишь расплылся в какой-то ухмылке, совсем не думая сбавлять обороты. его руки хозяйничали на теле юмина без стыда и совести: он сжимал грудь и нарочно задевал напряженные от возбуждения соски, проходился снизу вверх по всему торсу и накрепко обхватывал ягодицы. от такого юмин ни о чем другом не мог думать — на уме только шин чонмин, грубо трахающий его в машине возле дома. это была конечная, пути назад после такого больше нет. — ты даже сейчас неугомонный, — чонмин прошептал это сквозь тяжелый вздох. — бога ради, — чо приблизился к его лицу и простонал уже более громко, — заткнись и не останавливайся. — умоляй меня, — шин не сдержался и ядовито улыбнулся, смотря парню в глаза. двигались уже до предельного рвано и быстро. — пожалуйста, — это уже больше было похоже на скулеж, чем на стон. на последний раз чо в очередной раз откинул голову назад, выгибаясь навстречу грубым движениям блондина. все тело тряслось, как и машина, у которой все окна уже были вспотевшими от происходящего. на финальном толчке лоб чо столкнулся с лбом блондина, позволяя тому кончить внутрь, а следом и самому. тяжелейшая отдышка. юмин всем телом прильнул к чонмину, положив голову на плечо. блондин на это начал мягко поглаживать его спину, словно убаюкивая. оба поголовно забыли, что юмин должен был уже уйти домой и отсыпаться после пьяных приключений в баре, но что-то явно пошло не так.

и это «что-то»

пиздец как понравилось обоим.