Весь мир считает, что мы встречаемся

Пастораль (4) — Так рано встали? — Хэ Жо улыбнулась им. — Не рано, не рано. Вы вдвоём уже вовсю хлопочете, а мы только-только, припозднившись, явились, — с лёгкой улыбкой ответил Су Цзянь. — Это просто привычка. — Хэ Жо достала вымытые яйца из таза. — Раньше во время учёбы я каждый день рано вставала на утреннюю зарядку, вот и не смогла пока отвыкнуть. — Хорошая привычка. А я вот в те времена больше всего не любил утреннюю зарядку, особенно зимой: каждый раз подъём стоил мне чуть ли не половины жизни. — А ты, брат И? Какие ощущения были от утренней зарядки в те времена? — Су Цзянь огляделся по сторонам, высматривая, не нужна ли где помощь. — Я нормально, обычно в нашей группе я приходил самым первым. — И Тяньшу слегка улыбнулся с толикой самодовольства. — Похоже, это у меня настрой был недостаточно позитивным, моя вина, моя вина. — Су Цзянь тут же повернулся к камере. — Дорогие зрители, ни в коем случае не повторяйте за мной. Я отрицательный образец. Вам следует поучиться у нашего старшего брата Тяньшу и младшей сестрёнки Хэ Жо. Стоило прозвучать этим словам, как все не смогли сдержать смеха и дружно покачали головами. Отсмеявшись, Су Цзянь продолжил разговор: — Брат Ань, ты ведь ещё не поступил в университет? — Следующим летом. — Чжоу Ань как раз помешивал ложкой рис в кастрюле, чтобы тот не слипался. — Значит, уже скоро. Вот тогда каждый день спозаранку ради зарядки будешь вставать ты, хе-хе. — Необязательно ждать до тех пор. — Уголки губ Чжоу Аня поползли вверх. — Я ведь уже сегодня это прочувствовал. Услышав это, Су Цзянь повернулся, переглянулся с И Тяньшу, и они оба улыбнулись. — Это точно. Если бы тогда моим соседом по комнате был брат Цзи, ситуации, когда невозможно встать с кровати, абсолютно точно не возникло бы. — Уж не храпел ли Цзи Чэнвэнь? — осторожно спросила Хэ Жо. Чжоу Ань с улыбкой покачал головой: — Не просто храпел. Это была целая симфония. Всех присутствующих эти слова рассмешили. И правда, описание оказалось весьма точным. Хэ Жо: — Когда мы снимали «Балладу старого города», он уже был таким. Помню: во время ожидания мы оба лежали на стульях и отдыхали. Вот только что он со мной разговаривал, а не прошло и полминуты, как раздался храп. Все работники съёмочной группы вокруг смеялись без остановки. — Похоже, мастерство брата Цзи было отточено далеко не за один день, — с чувством произнёс Су Цзянь. Вот так, перебрасываясь фразами, они продолжили болтать. Хотя Су Цзянь и И Тяньшу говорили, что пришли помочь, на самом деле они почти ничего не сделали, лишь в конце прибрались на столе и расставили чашки с палочками. Поочерёдно позавтракав, все собрались и приготовились выходить, чтобы выполнить сегодняшнее задание. Близилось начало осени, а значит, наступал сезон сельскохозяйственных работ. Рис, кукуруза и разнообразные бобовые уже давно созрели, оставалось лишь отвезти их домой, высушить на солнце, расфасовать и убрать в амбар, чтобы запастись едой на следующий год. Поэтому все разделились на три группы: Су Цзянь с И Тяньшу, Цзи Чэнвэнь с Хэ Жо, а Чжоу Ань вместе с Миккой и Мо Цзылинь, чтобы отправиться в три разные семьи в городе и помочь им со сбором урожая. После завершения трудового дня выбранные ими семьи должны были оценить их работу. Если их труд получал одобрение хозяев, те в качестве знака успешного прохождения испытания вручали им один из видов сельскохозяйственных культур. Если же нет, им оставалось лишь вернуться с пустыми руками. Если в итоге всей семёрке удастся собрать все три вида культур, им откроется таинственный подарочный набор под названием «Подарок ангела». И гости, и зрители на самом деле прекрасно понимали подобную схему: неважно, как они отработают днём, вечером они в любом случае пройдут испытание. Это была лишь формальность. Суть этого этапа заключалась не в проверке способностей звёзд к физическому труду, а в комедийных ситуациях, которые возникали в процессе. Поэтому все три группы работали, не испытывая какого-либо давления. Пастораль (5) Древний город Канъяна был не просто древним городом. Он был лишь частью маленького посёлка, где сохранились здания с лёгким налётом старины. С развитием социальных сетей тот самый сыхэюань, который, как говорят, остался со времён династии Цин, стал постепенно приобретать известность. Поскольку приезжающих полюбоваться достопримечательностью становилось всё больше, пару лет назад правительство отремонтировало улицу, на которой стоит этот сыхэюань, а также дома, всё ещё сохранившие старинный облик. Именно это и стало тем древним городом Канъяна, который впоследствии стал известен большинству людей. Семья, которой Су Цзянь и И Тяньшу отправились помогать, жила не на улице древнего города, а за его пределами — в самом отдалённом доме, до которого нужно было подниматься по каменным ступеням очень высоко. Дом стоял задней частью к большой горе. Когда они прибыли туда, дома была только старушка, уже отметившая шестидесятилетие. Ещё не подойдя близко, они увидели, как она с улыбкой стоит в дверях и всматривается вдаль. Заметив, что они приближаются, она пошла им навстречу с добрым, ласковым лицом — простая, но немного застенчивая. — Дети, скорее заходите, снаружи жарко, — это была первая фраза, которую она произнесла. Польщённые таким приёмом, Су Цзянь и И Тяньшу поспешно пригласили её войти первой. Дом был старомодным деревянным строением. Нижняя часть каменного цоколя покрылась мхом, пол был цементным — должно быть, его залили позже. В доме было нагромождено немало вещей, однако это не выглядело неряшливо. Слева от входа, под окном, стояли две длинные деревянные скамьи, перед ними на маленьком деревянном столике — чайник с чаем, словно специально приготовленный в ожидании гостей. — Здравствуйте, тётушка, меня зовут Су Цзянь. «Су», как в городе Сучжоу, и «Цзянь», как в слове «встречаться». Можете называть меня просто сяо Су, — поздоровался первым Су Цзянь, когда они сели. И Тяньшу мягким голосом произнёс: — Здравствуйте, тётушка, меня зовут И Тяньшу, можете называть меня сяо И. — Здравствуйте, здравствуйте. — Глаза старушки превратились в узкие щёлочки. — Моя фамилия Тан, зовут Шухуа. Вы, ребята, выглядите такими молодыми. Может, это и прозвучит бестактно, но я, пожалуй, вам в бабушки гожусь, хе-хе-хе. — Какое там бестактно, тётушка Тан, вы ни капельки не старая, выглядите чуть за пятьдесят. Если мы и впрямь назовём вас бабушкой, люди даже не поверят, — хихикая, сказал Су Цзянь. Тётушку Тан явно позабавила лесть Су Цзяня, и выражение её лица стало не таким скованным, как раньше. После того, как они ещё немного поболтали, разговор наконец перешёл к сегодняшнему заданию. — Тётушка Тан, значит, наше сегодняшнее задание — собирать кукурузу? — мягко спросил И Тяньшу. — Да. — Тётушка Тан по-прежнему приветливо улыбалась, словно худая версия Будды Майтреи. — Зерно мы ещё пару дней назад высушили и убрали. В нашей семье остался неубранным только участок кукурузного поля, так что сегодня придётся побеспокоить сяо Су и сяо И. Перед выходом тётушка Тан сначала подыскала им две заплечные корзины, велела надеть их и собственноручно отрегулировала длину лямок. После того, как все приготовления были завершены, она взяла плетёную из бамбука корзину, положила туда заранее приготовленный холодный чай, захватила два новых полотенца и пошла вперёд, показывая им дорогу. Примерно через пятнадцать минут подъёма в гору перед ними предстало золотистое кукурузное поле. Поскольку оно находилось на склоне горы, весь участок представлял собой косогор. Но, к счастью, он был обращён на запад, а со стороны горы его прикрывала тень деревьев, так что в этот час здесь всё ещё было прохладно. Солнце, по всей видимости, должно было добраться сюда только после полудня, к часу или двум. Честно говоря, Су Цзянь был весьма изумлён, когда впервые увидел это. Потому что это кукурузное поле было размером с полноценную баскетбольную площадку, и к тому же, сплошной косогор. Собрать всё до того, как начнёт припекать солнце, пожалуй, станет настоящим вызовом. Если же собирать не спеша, то придётся трудиться под палящим августовским солнцем, и тогда коэффициент сложности возрастёт отнюдь не на чуть-чуть. Очевидно, что эту работу совершенно нельзя было назвать лёгкой. Но правда заключалась в том, что Су Цзянь совершенно переоценил объём работы, который им предстоял. Разместив на ближайшем камне чайник и полотенца, тётушка Тан с улыбкой произнесла: — Дети, не торопитесь, делайте не спеша. Достаточно будет сегодня управиться с пятью рядами кукурузы, и задание будет считаться выполненным.