Весь мир считает, что мы встречаемся

Пастораль (6) Су Цзянь прикинул на глаз: то, что тётушка Тан назвала «пятью рядами», составляло не больше пятой части всего поля. Уровень сложности мгновенно сменился с тяжёлого режима на режим новичка, понизившись сразу на несколько ступеней, поэтому он окончательно успокоился. Он посмотрел в сторону кукурузы, которая радовала глаз своим видом, и небрежно спросил: — Тётушка Тан, а когда Вы раньше сами носили урожай, сколько времени у Вас уходило на всё это поле? — Мы-то, — тётушка Тан немного подумала и сказала, — если работали со стариком вдвоём, то справлялись примерно за одно утро. — Ничего себе, так быстро? Су Цзянь и И Тяньшу были по-настоящему поражены. Объём работы был немаленьким, ведь это поле было размером с целую баскетбольную площадку. Тётушка Тан хохотнула с немалой толикой самодовольства: — Главным образом, это наш старик — молодец, у него силы много. Он бегал туда-сюда с кукурузой на спине, а я только и делала, что стояла рядом, обдирала початки, а затем складывала их ему в корзину. Сказав это, она подошла к первому кукурузному стеблю с самого края, быстро и ловко сняла верхний слой, а затем, ухватившись за основание початка, осторожно отломила его, и золотистый кукурузный початок, полный налитых зёрен, тут же отправился в корзину. — Вот так, — пояснила тётушка Тан, обдирая кукурузу. — … Тётушка Тан, Вы и впрямь сильны. — Су Цзянь не удержался и захлопал в ладоши. — Нет, раз уж так пошло, то сегодня я брошу себе вызов: посмотрим, смогу ли я за это утро перенести всю кукурузу с этого поля до дома. С этими словами он обернулся и посмотрел на И Тяньшу, который как раз пытался подражать тётушке Тан и обдирал кукурузу, и продолжил: — Брат И, хочешь испытать себя? — Давай. — И Тяньшу подбросил свой первый, только что сорванный кукурузный початок и слегка улыбнулся. Обретя цель для испытания, Су Цзянь и И Тяньшу стали повторять за тётушкой Тан и очень скоро в совершенстве овладели этим навыком. Втроём они в два счёта доверху наполнили обе заплечные корзины. Когда всё было уложено, тётушка Тан переставила их корзины на камень на склоне: так было удобнее опереться при подъёме и можно было встать на ноги без чужой помощи. Су Цзянь подошёл, накинул на себя лямки, с силой упёрся обеими руками в земляной склон и действительно успешно поднялся. Он пару раз слегка подпрыгнул на месте и почувствовал, что всё в порядке. Возможно, опасаясь, что они никогда не занимались сельскохозяйственными работами и не смогут унести груз, тётушка Тан не стала набивать корзины слишком плотно. Поэтому нести их оказалось даже легче, чем представлялось, и Су Цзянь подумал, что в следующий раз можно будет взять побольше. — Готов? — Он обернулся и посмотрел на И Тяньшу, у которого на спине была точно такая же корзина. — Готов, — ответил И Тяньшу. — Тогда пошли. Можно с уверенностью сказать, что профессионалы есть профессионалы. Только после нескольких подобных ходок скорость, с которой Су Цзянь и И Тяньшу перетаскивали кукурузу, наконец сравнялась со скоростью, с которой тётушка Тан обдирала початки. Увидев, что они оба взмокли и запыхались, тётушка Тан поспешно позвала их попить чайку и немного передохнуть. Но ведь они только что произнесли такие громкие слова, и запал ещё не прошёл, поэтому, просидев на камне всего пару минут, они вновь приступили к очередной переноске кукурузы. После двух ходок тётушка Тан отправилась домой готовить еду, так что Су Цзяню и И Тяньшу пришлось разделить обязанности: один обдирает початки, другой носит. Однако, в этом вопросе никто не желал показывать слабость. — Брат И, иди обдирай кукурузу, у меня ещё есть силы, я смогу сделать ещё несколько ходок. — У меня тоже ещё есть силы, а вот ты как раз можешь отдохнуть. Когда они зашли в тупик, внимание Су Цзяня внезапно привлёк необычный внешний вид И Тяньшу, и он тут же рассмеялся в голос. Пастораль (7) — Над чем ты смеёшься? — спросил И Тяньшу, не понимая, в чём дело. — Брат И… — Су Цзянь загоготал, словно гусь. — У тебя… у тебя сейчас такой вид… словно ты деревенский неформал, ха-ха-ха-ха. Неудивительно, что Су Цзянь так громко смеялся — просто он только что был так увлечён работой, что совершенно не замечал, во что превратился его напарник. И лишь сейчас внезапно обнаружил, что в этом образе поистине был свой особый шарм. Причёска И Тяньшу изначально представляла собой слегка небрежную завивку с мелкими кудрями. В нормальных условиях это был расслабленный и немного аристократичный стиль. Но сейчас, когда волосы намокли от пота, чёлка обвисла и прилипла ко лбу. Вдобавок, возможно, И Тяньшу стало неудобно от того, что волосы прилипли ко лбу, и он, сам того не заметив, машинально провёл по ним рукой. Как можно догадаться, после этого его аристократичность вмиг сменилась глуповатостью, и выглядело это особенно забавно. — А что не так с моим видом? — И Тяньшу пару раз слегка неловко провёл рукой по волосам, но, чем больше он их трогал, тем более причудливо они выглядели. — Не трогай, не трогай, я тебе помогу. — Су Цзянь естественным жестом протянул руку и поправил ему волосы. — Брат И, ты ведь у нас лицо съёмочной группы «Партии». Нужно же следить за своим внешним видом, понимаешь? — Лицо группы? — И Тяньшу поднял на него взгляд, в котором таилась улыбка. — Разве это не ты? Эти слова успешно рассмешили Су Цзяня. Он дважды кашлянул и произнёс: — Это… спасибо, брат И, за столь высокую оценку. Хоть я и сам считаю себя красивым, но между мной и тобой всё же имеется очень большая разница. — Нет-нет, я видел, как все утверждали, что были поражены твоим Цинь Шанем. Именно ты всеми признанное лицо группы. — Нет, это у брата И внешность… — Нет-нет-нет, у тебя… Они ещё немного поспорили, а потом оба одновременно замолчали. Су Цзянь первым задал вопрос: — Скажи, зачем мы из-за такой ерунды спорим до хрипоты? На губах И Тяньшу расплылась улыбка: — Потому что ты слишком ребячливый. — Я ребячливый? — Су Цзянь недоверчиво распахнул глаза. — Тогда кто это только что тут со мной болтал полдня? — Я просто составлял тебе компанию, боялся, что одному тебе будет не с кем поговорить и станет скучно. — Ха! — Су Цзянь закатил глаза. — Значит, мне ещё и поблагодарить тебя надо? — Не стоит благодарности, — улыбка И Тяньшу стала ещё шире. — Брат И, ты и впрямь… — Су Цзянь вздохнул, но, встретив притворно безобидный взгляд И Тяньшу, сменил тон и показал ему большой палец. — Сдаюсь, признаю своё поражение, доволен? А ведь если вспомнить, каким милым он был в самом начале, когда стоило чуть подшутить, и он принимал всё за чистую монету. Зато теперь болтает без умолку так, что кого угодно переговорит, и неизвестно, у кого только нахватался. После шутливой перепалки оба уже достаточно отдохнули. Поскольку в позапрошлом споре победитель так и не был выявлен, они решили сначала вместе ободрать всю кукурузу, а потом уже перенести её. В конце концов, раз уж они дали себе слово, то как закончат перетаскивать, так всё и завершится. Так они и бегали туда-сюда, раз за разом. Каждый раз, возвращаясь, они чувствовали, как из кухни тётушки Тан доносятся всё новые и новые ароматы, от которых у них текли слюнки, а в животе урчало от голода. Наконец около часа дня они завершили свою последнюю ходку. — Тётушка Тан! — ещё не дойдя до дверей дома, Су Цзянь начал громко кричать. — Мы закончили переносить! Всё перенесли! Всё до последнего перетаскали! Услышав голос, тётушка Тан поспешно вышла встречать с улыбкой на лице: — Дети, должно быть, очень устали. Заходите скорее в дом, выпейте холодного чая, чтобы освежиться.