Я не хотел показаться слабым!

      День был светлый, но не для всех. Айвен лежал на траве и о чём-то думал, в паре метров от него, на спортплощадке тренировались Оннун и Лиаф. А неподалеку сидел Жельф и разговаривал о чём-то с Руей. Время двигалось к вечеру, но так как это было лето, было ещё очень светло. Но всё не могло быть так хорошо. Из церкви резко выбежал, запинаясь, Рунбор и подлетел к Айвену.       — Айвен, там срочно!       Его голос был тревожным, а дыхание быстрым и тяжёлым, на лице было так и написано «там пиздец».       — Так, успокойся и расскажи, что случилось.       — Там проблема, очень большая проблема, — Рунбор наклонился к уху капитана, — Айвен, Лоргону нужна помощь. Я не могу тебе объяснить, но ты ему очень нужен.       Через секунду он отпрянул и посмотрел на Айвена.       — Ты хочешь, чтобы я пошёл к Лоргону? Но я даже не знаю, где он.       — Он у себя в комнате! Айвен, нет времени, беги к нему.       — Ладно.       Айвен встал и прибавил темпа к своим шагам, ему очень не понравилось то, что Рунбор так настаивал на том, чтобы он пошёл к Лоргону, и как можно быстрее.       — Что там случилось, что ты весь запыхался? — Спросил Лиаф, не отвлекаясь.       — Не важно.       — Ну ладно.       Пока он шёл, он начал накручивать себя. Поэтому, подходя к комнате Лоргона, Айвен прибавил темпа и начал почти бежать. Зайдя в комнату, он увидел самую мерзкую и страшную тайну всей своей жизни. Лоргон сидел, опираясь на кровать, возле него лежал тот самый маленький ножичек. Вся рука Лоргона от предплечья до запястья была чем-то похожа на кусок мяса, вся в порезах и царапинах, где-то глубже, где-то мельче. А вокруг куча крови, большая часть была на полу и на штанах. А на глазах слёзы. Прошла буквально секунда, до того как к Айвену пришло полное осознание, в мгновение ока Айвен оказался возле Лоргона. Он был бледный, как поганка. Но это и не удивительно, он терял кровь. Айвен не знал, что делать в такой ситуации, всё-таки у него такое в первый раз. Разум был затуманен, как под алкоголем. Но здравые мысли, как лучик солнца в непроглядной тьме, всё-таки пробивались. Айвен зацепился за одну из них. Нужно остановить кровь. Как только капитан очнулся, то сразу ринулся к Брани, за бинтами и спиртом. Добежав до лекаря, он быстро заявил о том, что ему нужно. Браня быстро всё понял и дал то, что нужно. Было очень хорошо видно, что Айвену не до вопросов, поэтому их ему не задали.       После возвращения к Лоргону, Айвен взял его руку и начал лить спирт, размазывая жидкость по руке, которая совсем не была похожа на данную часть тела, и начал закручивать бинт по кругу. Как-то давно, а если быть точнее, пару месяцев назад, Брани рассказывал Айвену и другим братьям, как нужно завязывать бинты, что нужно, чтобы остановить кровь, и многое другое. Тогда Айвен не сильно слушал, но сейчас об этом очень жалел. Вспоминать было тяжело, тело не слушалось, руки дрожали. С горем пополам, старший завязал ткань на руке. Ткань плотно легла на кожу по двум причинам: во-первых, из-за обильного кровоизлияния рука была мокрой, а во-вторых, Айвен специально туго затянул. Дальше красноглазый поднял руку выше, чтобы кровь лучше циркулировала от раны. Он совершенно не мог понять, что ему делать, ведь кровь должна была остановиться в скором времени, а что делать сейчас?       К его счастью, и к большому несчастью Лоргона, он почти не задел крупные вены, благодаря чему кровь не должна была долго идти. Минута. Две. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. И только в этот момент кровь перестала так яростно сочиться через повязку. Всё это время Айвен сидел над ним и молчал. В комнате была гробовая тишина. Тихий и хриплый голос вывел капитана из мыслей.       — Айвен… пожалуйста, подай воды… — Его голос дрожал, сильно дрожал, а в словах он запинался.       Красноглазый даже говорить ничего не стал, но от произношения имени стало как-то не по себе. Он встал, подошёл к столу, и взял там воду. После протянул её Лоргону, на что получил одобрительный кивок. Айвен и сесть назад не успел, как ему в руку сунули пустой стакан, стакан, что секунд десять назад был полон. Капитан перевёл свой взор на своего заместителя, который смотрел в одну точку, почти не моргая, и смотрел так, будто дыру хотел прожечь в этой стене, а по его телу безудержно танцевала дрожь.       — Лоргон, — Тихо, опасаясь, прошептал Айвен.       — М?       — Мне нужно отвести тебя к Брани…       — Я знаю… Пошли.       — Я смогу потом с тобой поговорить?       — Посмотрим.       Лоргон начал подниматься, на что получил неодобрительный взгляд. А после ему протянули руку, на что он сказал лишь тихое «спасибо». Так они и пошли к Брани, чтобы тот помог им. Лоргон шёл с трудом, хромая, Айвен шёл рядом, но он был не на связи с Землёй и летал где-то в облаках. Медленно и мучительно они добрались до места назначения, а после постучали. Одобрительный ответ не заставил себя долго ждать. Оба парня зашли.       — Что же вас сюда привело, братья?       — Брани, Лоргону нужна твоя помощь.       — Брани тебя внимательно слушает, Лоргон.       Лоргону было нечего сказать, и он просто тяжело вздохнув, подошёл ближе и вытянул руку, с заранее закатанным рукавом.       — Ох, Лоргон…       Брани встал из-за стола и осторожно обнял Лоргона в знак поддержки. Через 3 минуты Брани осторожно отпустил Лоргона, а после показал, куда сесть, и ушёл в соседнюю комнату, искать мазь и чистые, стерильные бинты. Вскоре он вернулся, взял руку и медленно начал убирать ранее наложенную повязку. Этот процесс был болезненным и уж очень неприятным, но он вытерпел, не издав ни звука. К горлу подступил неприятный ком от боли, но Лоргон сдержал его, стиснув зубы. Лекарь, повидавший на своем опыте многое, даже слегка удивился, увидев раны брата, но всё-таки принялся их осторожно обрабатывать. Время не хотело спешить и тянулось очень медленно. Это давало возможность всё обдумать и решить, что делать. Но время само по себе не бесконечно. И вот Брани закончил и отпустил руку Лоргона. Тяжело вздохнув, он посмотрел ему в глаза. В его взгляде было что-то между грустью и разочарованием, а может, что-то ещё.       — …Заглянешь к Брани вечером, я тебе ещё раз сделаю перевязку. А сейчас ступай.       — Спасибо, Браня.       — Пожалуйста. — Брани нежно улыбнулся, тем самым говоря, что всё в порядке.       — Лоргон, пошли.       Заместитель встал и сразу вышел, не желая там оставаться. А через минуту появился и Айвен.       — Пойдём?       — Иди за мной.       — Ладно, пошли.       И так они вышли на большое поле, которое совсем недавно вспахали. Лоргон сел под иву и похлопал ладошкой рядом, тем самым приглашая старшего сесть. Ива была большая, раскидистая и от этого красивая. Раньше, ещё в детстве, Айвен и Лоргон, когда получалось вырвать свободное время, часто гуляли в лесу или в поле, а особо сильно они любили сидеть под каким-нибудь деревом и болтать о жизни. И вот спустя столько лет они снова сидели вдвоём под деревом, но сейчас они молчали.       — Айвен.       — Что?       — У тебя было когда-то такое чувство, как будто вместо души у тебя чёрное пятно краски, что медленно поглощает тебя изнутри, будто пустота вместо души. Странное чувство, не могу описать по-другому.       — На моей памяти нет, а у тебя было?       — Да.       Между ними повисла мёртвая тишина, лишь где-то вдалеке было слышно птиц, но Айвен прервал эту тишину.       — Зачем, Лоргон?..       — Ты про что?       — Ты всё прекрасно понял, просто ответь. Я обещаю, что не буду смеяться или шутить, не буду бить или ругать, я тебя пойму, потому что я тебе полностью доверяю и хочу, чтобы ты мне тоже доверял.       — …Честно говоря, я… не знаю. Тут будет тяжело объяснить, я и сам толком не понял, как я до этого дошёл, но знаешь что? Наверное, этому есть много причин: может, моя самооценка, может, моё прошлое, может, вся та кровь невинных и грешных на моих руках, может, то, что я тебя люблю, а может, ещё чего.       Он пожал плечами, устремив свой взгляд в небо. Айвен потупил секунд 40, вдумываясь в слова брата, а после посмотрел на него с удивлением.       — Стой, ты сказал «может то, что я тебя люблю».       — Да, наверное, лишнее сказал.       Между ними повисла пауза, и эта пауза была мучительной для обоих. Лоргон жалел, что не подумав сказал, а Айвен думал, что на это ответить.       — Ты же знаешь, что всегда можешь выговориться кому-то, и мы все всегда тебя поддержим.       — Я не хотел показаться слабым и уязвимым, и вообще, я не заслужил помощи от кого-либо!       — Но, Лоргон, ты всегда хорошо работаешь, лучше других, ты постоянно тренируешься, ты всех поддерживаешь, всем помогаешь, да и в целом много что делаешь полезного. Разве этого не хватает?       — Возможно, ты и прав, но я так не считаю.       Больше терпеть Айвен не мог, он обнял Лоргона так, что тому стало тяжело дышать. Понял это он только после того, как его похлопали по спине.       — Лоргон, пойми, я безумно дорожу тобой, и я хочу, чтобы ты понял. Ты очень важен мне, если с тобой что-то произойдёт, я этого не вынесу. Если ты поделишься своими проблемами, ты не станешь слабым или плохим, я всегда рад выслушать и поддержать тебя. Главное — не молчи, ты очень много раз поддерживал меня в разных ситуациях, но ты вроде меня не считаешь слабым и знаешь, ты очень красивый, твой вес… Ну он очень низкий, и это делает тебя слабее, а ты, наоборот, хочешь быть сильнее. И я знаю это, ты ведь почти не ешь. 4 года я смотрел на то, как ты медленно умираешь, у меня на глазах, я видел все твои «случайности», я просто не знал, что с ними делать, ты заставлял меня смотреть, на то как ты медленно умираешь, а я банально не знал, что с этим делать и как на это повлиять. Лоргон, запомни раз и навсегда, я тебя люблю и никогда ни за что не высмею и не посчитаю слабым. Ты мне очень дорог.       — Мг, понял… — Он смотрел на траву, обдумывая тираду Айвена. — Подожди, что ты сказал?..       — Да, я тебя люблю, да я видел, как ты страдаешь, но ничего не делал, да я догадался, что у тебя проблемы, да я считаю тебя красивым и прекрасным, Лоргон, твои чувства взаимны. И да, Лоргон, ты самый дорогой человек в моей жизни.       Больше Лоргоша не мог говорить ничего, все слова застряли комом в горле и просто не шли, эмоции зашкаливали. Его сердце билось так быстро, как шло течение в реке. И вот последняя опора Лоргона треснула. Он начал плакать, уткнувшись в плечо Айвена. Больше не было ни желания держаться, ни сил. В ушах пищало и билось сердце, а с души словно свалился огромный камень.       — Ну ты чего, всё хорошо, и всё будет хорошо, мы со всем разберёмся, я обещаю.       Айвуша сильнее прижал Лоргона и осторожно начал гладить его по спине, продолжая успокаивать. Сам ветер в этот момент стих и затаил дыхание.       — Лоргон, не плачь, я с тобой, все хорошо и будет так, клянусь собой.       — Прости…       — Мне не за что тебя прощать…       После этих слов, Лоргоша уткнулся как котёнок в плечо капитану, снова.       — Можно мы ещё так посидим, пожалуйста?       — Хорошо.       — Спасибо.       Между ними повисло молчание. Которое Лоргон прервал через пару минут.       — Вот я спросить хотел: как ты узнал, что ко мне нужно прийти, или случайно?       — Мне Рунбор сказал, точнее просто сказал, чтобы я к тебе подошёл.       — Вот же… — Лоргон остановился, чтобы подумать, как назвать своего брата — Не хороший Ксон. Он клятву давал, что не скажет, и не сказал, но сука… Лишнее сказал, но не нарушил клятву.       — Хех, да, Рунбор такой.       Между ними повисла неловкая тишина, хотя и прерывать её никто не хотел. Бессмертный положил голову своему брату на плечо и крепко обнял его за спину. Красноглазый же просто продолжал одной рукой гладить его по спине, а второй обнимать. Так и прошёл час.       — Айвен, может пойдём? Я устал и хочу спать.       — Хорошо, пошли, Лоргон.       Капитан встал и дал руку младшему, тот взял его за руку и встал на ноги. Его слегка пошатывало из стороны в сторону. Тело было слабое.       — Только зайдём ко мне. Хорошо?       — Да, хорошо, и я к Брани всё-таки зайду.       Айвен кивнул. Парни стояли в полуметре друг от друга, но старший протянул ладонь младшему, предлагая ему её взять, а пепельноволосый вовсе не был против. И принял её. Так они пошли в церковь. Молча, тяжело, долго, больно, но вдвоём. Дойдя, они вошли в небольшую комнату Айвена. Старший взглядом сказал сесть. Подошёл к столу, открыл верхний ящик, взял что-то в какой-то ткани и повернулся лицом к Лоргону. После, развернул ткань и достал небольшой рогалик.       — Возьми. Я понимаю, что после того как ты почти не ел, будет тяжело к этому вернуться, но хотя бы попробуй. Поверь, это даст тебе сил.       Айвен осторожно протянул выпечку в руку Лоргона. Он с некой опаской откусил совсем крохотный кусочек и начал его не спеша есть. Булочное изделие было немного сухим, но приятным и вкусным. Больше всего Лоргона удивил тот факт, что еда не застревала в горле, как раньше, он был этому рад, безусловно. Айвен сел рядом, он смотрел не на заместителя, а в стену. Так они и сидели, и сидели бы они так долго, если бы не желудок Лоргона, решивший взять всё под свой контроль и принять хоть какую-то еду с большой охотой, хоть и припомнит потом это ему болями. Между ребятами воцарилось угнетающее молчание, хотя таким оно было, наверное, только для Лоргона, Айвену оно казалось спокойным и размеренным. Но как бы ни хотелось не прерывать эту тишину, её нужно было прервать.       — Переоденешь штаны? Твои напоминают кровавое побоище, — тихо, почти шёпотом, задал вопрос красноглазый.       В ответ на этот вопрос ему дали только кивок. После этого кивка он встал и подошёл к комоду. Из него он достал чёрные штаны. Развернулся на 180 градусов и подошёл обратно к младшему, протянув одежду.       — Тебе помочь или ты сам?       — Сам, здесь нет ничего тяжёлого.       — Хорошо… — Он тяжело вздохнул и уткнулся взглядом в окно. — Как хочешь, просто знай, что я, если что, помогу…       Лоргон бережно снял штаны, показав ещё кусочек себя. На части ноги от колена до щиколотки был бинт с лёгкими потёками крови. Айвен медленно, не сильно, повернул голову в сторону Лоргона, но, увидев грязно-белую ткань, сразу же отвернулся обратно к окну. В его голове появился новый запутанный клубок мыслей, с которым нужно будет разобраться.       За спиной раздался тяжёлый вздох, а после тихий шорох. Тихое, но не очень спокойное дыхание легло на него. Голубоглазый обнял своего капитана со спины за плечи, ласково уткнувшись носом ему прямо в затылок. Как бы ему ни хотелось быть выше, он всегда был и будет ниже. Лоргону хотелось вдыхать этот родной запах всё время. Такая приятная и успокаивающая смесь запахов: леса, бумаги, табака. От этого хотелось забыть всё, остановить само время и просто его ощущать, чувствовать его каждой клеточкой своего тела, каждым пальцем. Но как ни крути, время не способно останавливаться, а имеет свойство идти.       — Лоргон, иди, тебя ждёт Браня.       — Я бы предпочёл остаться с тобой, ты ведь не против?       — Я-то не против, и больше тебе скажу, я хочу, чтобы ты остался, но сходи к нему, а потом будешь меня обнимать столько, сколько захочешь, хорошо?       — Так уж и быть, я пойду.       Он печально опустил голову и сделал вдох, а затем выдох.       — Лоргон, — названный обернулся на Айвена, а тот продолжил, — я буду ждать тебя у тебя в комнате.       В ответ кивок. После он полностью развернулся и направился в сторону выхода, а затем к брату.

***

      — Ты пришёл? Брани рад, что ты пришёл. Но Брани надеется больше не узнавать о таких случаях и не видеть их.       — Прости, наверное…       — Брани не за что тебя прощать. Но Брани будет надеяться, ты меня услышал. А сейчас, садись вот сюда.       Он показал пальцем на стул, а затем куда-то отлучился. Минуты четыре, и он уже здесь.       — Давай свою руку.       Лоргон подал ему руку. Тот закатал рукав и бережно начал снимать бинт, который прилип к коже и порезам. Бинт не хотел покидать руку Лоргона, но помучавшись, Брани его снял. А после также бережно обработал и завязал на руке новый бинт.       — Я могу идти?       — Да.       Бессмертный встал, взглядом попрощался с Брани и направился обратно к Айвену. Идя по коридору, он пытался переварить всю ту информацию, которую он успел получить за этот вечер. Он впервые почувствовал хоть что-то кроме стресса и отвращения к себе. А также он знал, что не сможет бросить это дело, по той причине, что, как минимум, он уже привык себе вредить. Это банально вошло в привычку. Он дошёл до своей комнаты и зашёл в неё. Там на кровати сидел Айвен, который, по всей видимости, тоже обдумывал последние события. Но услышав скрип пола, посмотрел на пришедшего и немного глупо улыбнулся. Лоргон сел рядом и обнял его. В этот момент он ничего не хотел знать, он просто хотел быть рядом с любимым человеком, которому он доверяет. Айвен обнял его в ответ, одной рукой потрепав его по волосам, и мучил он так только самых близких ему людей.       — Лоргош, может ляжешь поспать, если ты устал?       — Надо других тогда предупредить, чтобы не искали…       — Я пока перемещался между комнатами, встретился с Рунбором, ну и я его предупредил и попросил донести это до других.       — Ладно, хорошо.       Парни приняли положение лёжа. Младший уткнулся в плечо старшего и старался дышать ровно. Он настолько давно не чувствовал тактильность, кроме случайных прикосновений, что даже простые объятия казались чем-то очень интимным. От чего у него немного покраснели щёчки и кончики ушей. Его правда сильно удивляло то, что, несмотря на обстоятельства и ситуацию, Айвен был с ним, поддерживал и давал надежду на то, что в дальнейшем всё будет хорошо.       — Айвен?       — Чего?       Лоргон задумался, точно ли это нужно спросить или нет, но собрался и продолжил говорить.       — Айвен, разве я заслужил помощи? Я ведь сам виноват во всём этом. Ты сам мне когда-то говорил, что наша жизнь только в наших руках.       — Даже не смей так говорить. Все мы заслуживаем помощи, ну кроме грешников. Да, я так говорил, но, во-первых, тогда были другие обстоятельства, а во-вторых, если человек сам зарыл себя в яму, значит ему нужна помощь, не важно кто это, скорее всего он даже не хотел закапывать себя в эту яму. Ты достоин помощи.       — Да, всё-таки ты, наверное, прав.       — Конечно я прав. Но Лоргон, пообещай мне, что ты больше не будешь себе вредить.       Айвен сразу стал более серьёзным и таким же взглядом посмотрел на брата.       — Обещаю. Но что будет, если я нарушу это обещание?       — Просто пообещай, что не будешь так делать… До… До распада ордена. Хорошо?       Тишина снова накрыла их, но спустя столько времени она была не давящей, а тёплой и домашней.       — А что мы будем делать после распада с нашими отношениями?       — Даже не думай о таком, я знаю, что это будет ещё совсем не скоро, не переживай. Спи.       — Ладно, спокойной ночи, получается.       — Спокойной ночи, Лоргоша.       — Ещё раз меня так назовёшь, голову откушу.       — Всё, не кипятись, больше не буду, динозаврик.       — Да ты охренел.       — Всё, спи давай.       Айвен осторожно начал перебирать пряди серых или седых волос, от которых приятно пахло табаком, сам того не зная успокаивая таким способом своего возлюбленного. И так Лоргон заснул впервые за долгое время, без кошмаров, без желания не проснуться, без снов с воспоминаниями, он просто спал, как младенец чистым и белым сном. А со временем заснул и Айвен.