~ Глава 61 ~
19 апреля 2026 г., 04:40
Эдвард сглотнул. Его голос стал ещё тише, едва различимым.
— Сегодня утром… я встретил Беллу на парковке.
Нэйт приподнял бровь, молча.
— Она сказала, что хочет поговорить со мной. Что это важно. Она не объяснила, но… я увидел это в её глазах.
Нэйт шумно выдохнул, пренебрежительно.
— И какое это имеет отношение ко мне?
— Я просто хочу знать… — Эдвард замялся. Его взгляд стал жёстче — не от раздражения, а от нарастающей тревоги. — Ты что-то ей говорил?
Нэйт медленно повернулся к нему лицом, выражение его было холодным, сдержанным.
— Нет.
Сухое, чёткое слово. Он не собирался делать Эдварду одолжение, растягивая ответ.
Эдвард, казалось, чуть расслабился, но руки его продолжали сжиматься на коленях. Нэйт это заметил. Он также заметил хрупкость, которую тот тщетно пытался скрыть под внешним спокойствием.
— Клянусь, Нэйт, я не пришёл обвинять тебя. Я просто… мне нужно понять, что она знает. Я не могу читать её мысли, и не знаю, как к этому подойти. Ты ближе всех к ней, ты должен хоть что-то чувствовать…
— Это не значит, что я обязан тебе отвечать. — Нэйт повернулся вперёд, голос его был твёрд, как камень.
Эдвард глубоко вдохнул.
— Я не хочу, чтобы ты думал, что я давлю на тебя. Я просто… не знаю, как сказать ей правду. Я не готов. Ещё нет.
Нэйт чуть заметно поморщился, выражая отвращение.
— Ты же знал, что это лишь вопрос времени.
Эдвард опустил взгляд.
— Может, ты и прав, — выдохнул он наконец, устало опустив плечи. — Я не хотел, чтобы всё так обернулось. Но случившееся уже не изменить. И то, что я чувствую… этого не отмотать назад. А она… она заслуживает знать правду. Просто… не сегодня.
Нэйт стиснул челюсть, лицо его напряглось, как натянутая тетива. Внутри поднималась немая ярость — глухая, медленная, точно гул грозовой тучи на горизонте. Может быть, его злило то, что у Эдварда было так много возможностей поступить правильно, а он снова и снова выбирал путь труса.
— Она и так уже всё прекрасно понимает, знаешь? Ты не сможешь убегать вечно.
Эдвард кивнул, смирённый, словно пленник, что услышал окончательный приговор.
— Рано или поздно это должно было произойти, — пробормотал он, голос его дрогнул. — Мы много разговаривали… наверное, я сам выдал несколько намёков. Не думал, что она так быстро их уловит.
И как будто молчание Нэйта было для него разрешением, Эдвард заговорил поспешно — голос почти умоляющий, но больше для себя самого, чем для Нэйта:
— Один день. Всего один день. Чтобы понять, как ей всё объяснить.
— Словно это что-то изменит, — процедил Нэйт сквозь зубы, не сводя глаз с дороги перед собой.
Эдвард кивнул снова, медленно, почти горестно.
— Знаю. Спасибо… за то, что ты не рассказал ей.
Нэйт молчал, взгляд его оставался каменным, словно высеченным из серого гранита. Он сидел, не шелохнувшись, спина прямая, лицо застывшее в суровом выражении.
Эдвард всё понял. Не произнеся больше ни слова, он встал, шаги его были медленнее обычного, как у человека, которому в одночасье прибавилось много лет. Он вернулся на своё место на другом конце комнаты, затянувшийся вздох эхом отозвался в груди Нэйта.
Тот наблюдал за ним лишь пару секунд, прежде чем тихо, почти не слышно, выдохнул долгий, тяжёлый вздох.
* * *
Урок обществознания подошёл к концу, и Нэйт вышел из класса, двигаясь размеренно, почти лениво. Эдвард же сорвался с места, исчезнув в сторону парковки, как подстреленная птица. Разговор всё ещё отдавался в голове неприятным эхом, словно в душной комнате после крика. Эта внезапная забота об Изабелле, эти почти отчаянные вопросы… Он что, всерьёз надеялся на помощь?
Войдя в столовую, Нэйт окунулся в привычный гул голосов, звон посуды, ритмичное дыхание живого школьного муравейника. Его взгляд метнулся по залу и быстро нашёл Беллу — она сидела с Ангелой и Джессикой. Похоже, парни решили сегодня сменить компанию, а девушки оживлённо переговаривались, жестикулируя, как актрисы на сцене. Нэйт замер на секунду, прежде чем двинуться к ним. Его удивило, почти смутило, что Джессика, похоже, не питала к нему никакой злобы. После того, как он так резко её отверг в Ла-Пуш, он ожидал хотя бы косого взгляда или язвительного комментария. Но она сидела, улыбалась, как ни в чём не бывало.
«Надо будет поблагодарить Майка позже», — с облегчением подумал он, подходя с подносом.
Он опустился рядом с Беллой. Та лишь мельком посмотрела на него, лоб её был чуть нахмурен.
— О чём болтаете? — спросил Нэйт небрежно, как будто невзначай.
Джессика, сияя так, будто собиралась объявить что-то великое, тут же выпалила:
— Мы обсуждали экстренную спасательную миссию!
— Какую ещё миссию? — спросил он, лениво ковыряясь вилкой в еде.
— Платья! — воскликнула она, глаза горели восторгом. — Теперь, когда у нас у всех есть кавалеры и совершенно нечего надеть, мы решили после обеда съездить в Порт-Анджелес. Мы втроём.
Ангела тихо кивнула, поддерживая подругу. Белла же казалась отстранённой, словно мысли её бродили далеко за пределами шумной столовой.
— Да, хорошая идея, — наконец произнесла она, опустив взгляд. — У меня ещё нет платья.
Нэйт приподнял бровь. Ему было любопытно, не позвал ли Эдвард её на бал за ту неделю, что он был отстранён.
Ангела, без тени злого умысла, спросила:
— Ты пойдёшь с Эдвардом?
Белла подняла глаза, будто только в тот миг заметила Нэйта, и улыбнулась — в этой улыбке смешались извинение и тихая решимость.
— Я уже согласилась пойти с Нэйтом, — сказала она. — Думаю, Эдвард поймёт.
Нэйт задержал её взгляд чуть дольше, чем было нужно, и в ответ одарил её лёгкой, осторожной улыбкой. Он был удивлён. Он почти был уверен, что Белла отменит договорённость, как только отношения с Эдвардом перешли на новый уровень.
Джессика повернулась к нему с новым интересом.
— Значит, тебе тоже нужно что-то прикупить?
— Видимо, да, — пробормотал он. — Думаю, пиджака с галстуком будет достаточно.
Пока девушки продолжали обсуждать магазины, фасоны и цвета — бурная, весёлая симфония, в которой Нэйт был лишь невольным слушателем, — Белла наклонилась ближе и тихо спросила:
— Ты что-нибудь слышал об Эдварде?
Нэйт сдержал тяжёлый вздох. Он не был обязан Эдварду ничем, но и расстраивать Беллу не хотел.
— Он выглядел… больным, — ответил он равнодушно, словно бросая камешек в мутный пруд. И всё.
Белла нахмурилась ещё сильнее, но больше не спросила.
