Beneath The Fallen Throne

В столовой поместья Хенитьюз впервые после свадебного банкета вся семья Хенитьюз собралась за обеденным столом. Лили сидела на коленях у Виолана и молча ела мягкую, плотную пищу, а Басен сосредоточенно смотрел в тарелку, явно пытаясь сохранить самообладание. Кейл только что вернулся из поездки в место, о котором никто из членов семьи Хенитьюз не был проинформирован. Атмосфера была напряжённой, и остальные наблюдали за лёгким напряжением, сохранившимся между Кейлом и Дерутом. — Кейл... — заговорил Дерут тревожным тоном, не сводя глаз со своего старшего сына. — Да, отец? — ответил Кейл. Его тон был предельно официальным, почти отстранённым, и Дерут поморщился. — Ты слышал о том, что произошло на территории Тольц? — спросил Дерут, пытаясь прочитать выражение лица Кейла, когда тот пристально смотрел на него. — Я получил кое-какие отчёты, но не обратил на них особого внимания. Тебе что-нибудь нужно? — спросил Кейл, спокойно встретившись взглядом с Дерутом. — Борьба за трон обострится. Будьте осторожны. Нас могут втянуть в борьбу за власть. Они нашли лазейку, — тихо предупредил Дерут спокойным, но суровым тоном. Губы Кейла изогнулись в легкой улыбке. — Запомню, — ответил он, уже понимая, что на самом деле имел в виду его отец. Поскольку семья Хенитьюз была частью нейтральной фракции, им теперь приходилось быть ещё осторожнее. Открыто поддержать Альберу было невозможно — по крайней мере, без последствий. Но в этом всегда и была суть. Именно поэтому был создан Су'Ари. Чтобы Альберу мог тайно создать собственную фракцию, не связанную ни двором, ни кровными узами. Кейл вспомнил момент, когда Кейдж и Тейлор подошли к нему во время его пребывания на территории Стэна. Он разбирал незаконченные дела, прежде чем отправиться в столицу, чтобы стать свидетелем объявления Альберу. Именно тогда они упомянули о вмешательстве Бога Смерти. Бог предложил им помощь. Прямую, ощутимую помощь. А Кейл, который и раньше недолюбливал богов, решил мысленно проклинать Бога Смерти еще сильнее.

*＊✿❀ ❀✿＊*

Улицы внутреннего района Территории Стэн были грязными, извилистыми и редко убирались, а знать часто их обходила стороной. Но Кейла это вполне устраивало. Одетый в простую, невзрачную одежду — простой коричневый плащ, потёртые перчатки и пыльные сапоги — он не походил ни на знаменитого старшего молодого господина графства Хенитьюз, ни даже на мелкого дворянина. Он выглядел как ничем не примечательный путник или, в лучшем случае, усталый помощник торговца. Легко было слиться с толпой, когда он намеренно старался не выделяться. Он присел на корточки перед обветшалой стеной, вытаскивая аккуратно сложенные бумаги из потайного отделения потёртой кожаной сумки. Это была коллекция финансовых книг и записей о работорговле — документы, которые должны были разоблачить сотрудничество маркиза Стэна с нелегальными торговцами на черном рынке, а также подробные хронологии перемещений рыцарей и «экспериментальных переводов». Это были не просто улики. Это были отполированные кинжалы, готовые пронзить маркиза с разных сторон. Он подбрасывал улики в предполагаемые подземные базы преступников на территории Стэна. Кейл был уверен, что официальные следователи Королевского суда приедут сюда завтра или послезавтра. Кейл, теперь проверявший поддельные подписи и едва заметные следы, прищурился и пробормотал: «Еще немного, и этого будет достаточно, чтобы начать контролируемое обрушение». Он мог бы доверить эти мелочи своим подчинённым. Но Кейл хотел увидеть процесс своими глазами, поскольку для Альберу это был переломный момент — возможность привлечь на свою сторону ещё одну фракцию. Территория Стэна, как и ранее семья Гуэрра, поддержала третьего принца. Подбросив улики, он тихо покинул это неприметное место, ведя себя так, словно был простым человеком. Он не ожидал услышать шаги позади себя. На него упали две тени, но он не двинулся с места. Пока одна из них не заговорила. — Вы старший молодой господин в доме Хенитьюз, не так ли? Кейл замер. Обострённые чувства взяли верх, когда он осматривал окрестности, высматривая пути к отступлению. Он медленно встал, потянувшись рукой к внутреннему карману пальто, где был спрятан клинок, и, пристально глядя на говорившего, встретил его взгляд. Выражение его лица было непроницаемым — пустая маска раздражения и тихой настороженности. Говорившая, женщина в белом одеянии священника с серебряной вышивкой, непринужденно улыбнулась, не обращая внимания на его пронзительный взгляд. Она выглядела святой, вежливо улыбаясь, толкая инвалидную коляску человека, которого он хорошо знал. — Ты, должно быть, ошибаешься, жрец-ним. Я просто выполняю поручения своего господина, — сказал Кейл, нарочито изображая беспокойство. Он нервно теребил руками одежду и избегал зрительного контакта. Его голова слегка склонилась, словно он боялся их оскорбить. Он выглядел убедительно — особенно учитывая, как естественно он вел себя с подобострастием. Это был тщательно продуманный жест, который Кейл, точнее, Ким Рок Су, довел до совершенства, живя в Корее. Он был продуман до мелочей — от жестов до поз и манеры речи. В прошлой жизни он изучал его, как Священное Писание. Это выглядело настолько естественно, что и Кейдж, и Тейлор, казалось, засомневались, как будто они нашли не того человека. Но постоянный шепот Бога Смерти в ее голове поддерживал уверенность Кейджа. — Я Кейдж. Верховная жрица Бога Смерти, — вежливо сказала она, словно они находились в официальной обстановке — вдали от их нынешнего окружения, которое располагалось между трущобами и подземными базами преступников семьи Стэн. Рядом с ней стоял молодой человек со светло-платиновыми волосами и спокойным, внимательным выражением лица. Несмотря на скромную одежду, в его осанке чувствовалась твёрдость и элегантность, присущие лишь человеку, выросшему в знатной семье. Кейл замолчал, притворившись, что ничего не понял. Ему действительно не хотелось сейчас иметь дело с этими двумя. — Вам что-то нужно от меня, Жрец-ним? Старший Молодой Мастер? — спросил он нервным тоном, с неловким языком тела. Кейл занимался актёрским мастерством с юности, ещё в своей первой жизни. Благодаря опыту двух жизней, его мастерство было первоклассным. Это почти обмануло их двоих — если бы не Бог Смерти, неоднократно подтверждающий его личность, они, возможно, и вправду поверили бы, что он кто-то другой. Женщина продолжила. — Молодой мастер Кейл, простите мою грубость, но Бог Смерти рассказал мне, кто вы. Он неоднократно подтверждал это в моей голове. Он сказал, что вы будете здесь... чинить вещи. Хотела бы я сказать, что была удивлена, но он описал вас как «ругающуюся и дерзкую головную боль, которая творит добро вопреки своей воле. Кейдж говорила неловко, её улыбка была немного натянутой. Кейл моргнул, а затем пробормотал себе под нос: « — Чёрт возьми, тупой Бог», прежде чем успел остановиться. Тейлор выглядел немного удивленным, но мягко улыбнулся. Кейдж же, напротив, выглядела так, будто сияла. Нет, она злорадствовала. — О, ты мне уже нравишься, — сказала она с улыбкой. Кейл вздохнул и провёл рукой по лицу. Выражение его лица в мгновение ока изменилось: от неловкого простолюдина до сурового молодого господина. — Конечно. Настоящий бог должен был открыть рот. Вот же ж мне повезло, — подумал Кейл, мысленно застонав. Теперь он присмотрелся к ним внимательнее. Кейдж, конечно, была непредсказуемой, но её божественную силу нельзя было игнорировать. А мужчина рядом с ней... — Вы, должно быть, Тейлор Стэн, — тихо произнёс он. На его губах появилась вежливая деловая улыбка — не унизительная, но и не покорная, несмотря на более высокое положение Тейлора. Тейлор слегка кивнул. — Да, это я. Хотя большинство считает, что я просто увечный позор, запертый в дальнем углу семьи. Его голос был спокойным и ровным. В нём не было горечи, только тихая решимость. Кейл это оценил. Тем не менее, он оставался осторожным. — Что вам нужно? — спросил он прямо. — Я занят. Кейдж подняла руку, слегка колеблясь. Оба выглядели явно отчаявшимися. — Бог Смерти сказал, что ты можешь знать, как кое-что исправить. Тейлор впервые проявил проблеск эмоций — едва заметное напряжение челюстей и блеск надежды в глазах. — Я хочу снова ходить, — сказал Тейлор. Кейл долго молчал. Он не удивился. Нетрудно было догадаться, к чему клонится этот разговор. Бог Смерти не стал бы посылать к нему кого-то просто так. — Ты просишь чуда, — категорично сказал Кейл. — Мы ничего не требуем, — мягко вмешался Кейдж. — Но мы слышали от Бога Смерти, что вы… что вы знаете способ. Молодой мастер-ним, пожалуйста… помогите нам. Мысли Кейла тут же обратились к Альберу Кроссману. Звезда исцеления. Древняя сила одноразового использования, способная восстановить что-то полностью сломанное — физически, магически и духовно. Кейл колебался. Он не хотел раскрывать свою связь с Альберу слишком рано. Но Тейлор Стэн... Тейлор мог помочь раскрыть тайны древних времён и древних сил. И Кейлу он был нужен живым, здоровым и верным долгу. В конце концов, нынешняя Белая Звезда соблазнилась наследием древней Белой Звезды— или так предполагала теория Супер камня. Но Кейлу также нужна была страховка. — Я рассмотрю возможность помочь вам, — медленно произнес Кейл, — но вы поклянитесь, что не разгласите мою личность, причастность или информацию, которую я собираюсь вам предоставить. Кейдж поднял бровь. — Хочешь клятву? — Не просто обет. Обет смерти. Кейдж кивнул без колебаний. — Всё в порядке. Тейлор вторил ей: — Клянусь. Я никому об этом ни слова не скажу. Воздух слегка сгустился, когда обет укоренился. Кейл чувствовал его – невидимую связь божественного принуждения. Обет смерти был абсолютным. Довольный, Кейл скрестил руки. — Есть человек. Вернее, некогда забытый принц. Он владеет Звездой Исцеления. Одноразовой силой, способной исцелить даже самые тяжёлые раны. Но он никогда не отдаст её даром. Тейлор не дрогнул. — Мы готовы заключить сделку. Кейл внимательно наблюдал за ними, затем медленно кивнул. — Я организую встречу. Но не сейчас. Пока не расчищу путь. События меняются, и ваше возвращение в мир должно быть осуществлено с предельной точностью, — сказал Кейл, тонко намекнув на свои близкие отношения с Альберу. Спокойное выражение лица Тейлора не дрогнуло. — Я подожду. Легкая улыбка появилась на губах Тейлора. Кейл снова посмотрел на него. Тейлор не унижался, не умолял, не плакал. Он держался с достоинством. В нём чувствовалась сила, потенциал. Кейдж, все еще улыбаясь, наклонила голову. — Знаешь, для того, кто проклинает богов, ты выполняешь их работу. — Я бы предпочел, чтобы боги не вмешивались в это, — пробормотал Кейл. Кейдж рассмеялась. — К несчастью для тебя, Бог Смерти любит влезать в неприятности. А ты, Кейл Хенитьюз, — самая главная неприятность. Кейл закатил глаза и отвернулся. — Только не стой у меня на пути, — простонал он, а Тейлор и Кейдж рассмеялись. — Молодой мастер Тейлор, кроме ног, всё остальное в норме. У вас есть руки, рот, интеллект. Вы всё ещё живы, так что можете повернуть ситуацию в свою пользу — если только знаете, когда воспользоваться возможностью»», — сказал Кейл. Сначала оба выглядели шокированными, а затем широко улыбнулись. — Мы будем вечно благодарны за это, молодой господин. Как насчёт выпить? Кейдж вытащила из халата бутылку вина, отчего Кейл на мгновение замер. — Перестань давать алкоголь детям, Кейдж. Молодой господин Кейл — всего лишь несовершеннолетний, — со вздохом напомнил ей Тейлор. Кейдж выглядел искренне виноватым. — Извини... Я забыла, что ты несовершеннолетний, судя по тому, как ты себя ведёшь. Кейл усмехнулся. — Всё в порядке. Почему бы вам не поехать со мной? Я всё равно еду в столицу. Получив это предложение, Тейлор и Кейдж согласились. Благодаря свитку телепортации, которым владел Кейл, они достигли столицы всего за секунду.

*＊✿❀ ❀✿＊*

Кейл резко вернулся к текущей ситуации. Парень следил за тем, чтобы Су'Ари вела слежку за распространяющимися слухами, а также чтобы направить общественное мнение в более позитивном свете для Альберу. Пока в королевстве Роан разворачивались события, на горе Йеллия яйцо Чёрного Дракона начало трескаться. Эрухабен немедленно помог малышу благополучно вылупиться, терпеливо направляя часть своей маны на то, чтобы обеспечить лёгкое вылупление молодого дракона. Эрухабен, только что подтвердивший смерть Оллиена, осознал всю серьезность происходящего. — Айгу, и почему мне приходится иметь дело со всем этим в последние годы моей жизни? — подумал Эрухабен, вздыхая.