Любовь ребёнка

Наруто не мог отвести от нее взгляд . Эта женщина, похожая на куклу, и была той, кто родила Саске. С того момента, как она села за их стол, Наруто не мог отвести от неё взгляда. Он не видел ни единого изъяна. И он изо всех сил старался найти хоть один изъян. Она была идеальна до такой степени, что это становилось не по себе. «Откуда ты знаешь, что я здесь?» — в голосе Саске слышалась резкость. Она не покидала его с самого приезда матери. Микото ещё не произнесла ни слова, кроме краткого представления своего имени, когда села, и ещё раз, когда приказала всем покинуть свою часть ресторана, за исключением двух охранников, которым она приказала стоять по стойке смирно у открытой арки двери. Она всё ещё оставалась загадкой, причём весьма пугающей. Наруто не мог угадать, о чём она думает. Её глаза было трудно прочитать. Они были чернильно-чёрными, в отличие от глаз Саске, чьи глаза приобретали красноватый оттенок при определённом освещении. Единственное настоящее различие между Саске и Микото заключалось только в их глазах. Она была точной копией Саске, от её алебастрового оттенка кожи до формы лица. Но в отличие от Саске, Наруто не чувствовал комфорта в её присутствии. Он считал, что Итачи унаследовал от неё свою способность запугивать, потому что эта способность была практически такой же сильной. Было почти благословением, что она была бетой, а не альфой. Будь она альфой, она была бы намного сильнее. Она, вероятно, даже превзошла бы Итачи. Одна мысль об этом заставляла Наруто содрогаться. «Ты останешься стоять или сядешь со мной?» Микото сложила руки на столешнице. В глазах Саске читался вызов. Наруто видел, что тот хочет получить ответ на свой вопрос, прежде чем начнутся другие разговоры, но Микото не подала виду, что в ближайшее время согласится с тем, чего хочет Саске. Со вздохом Саске сел. Он спокойно взглянул на Наруто. Этого спокойного взгляда было достаточно, чтобы Наруто понял, что Саске хочет, чтобы он тоже сел. Наруто опасался Микото и предпочел бы уйти из ресторана, чем узнать, что она хочет сказать, но если Саске сочтет это достаточно важным, то Наруто подчинится. Он сел и переместил Сорена так, чтобы тот оказался боком у него на коленях. Ноги Сорена свисали набок, но Наруто убедился, что его голова прижата к груди. Он откинул назад выбившиеся из хвоста Сорена волосы. Он был рад, что Сорен спит. Он не хотел, чтобы его ребенок видел, как он сейчас нервничает. Наруто внезапно почувствовал, что за ним наблюдают. Он быстро поднял взгляд; его глаза столкнулись с черными глазами Микото. Она смотрела на него открыто, словно это было ее наследственное право делать это. Наруто хотел зашипеть на нее. Он не был точно уверен, почему. Она еще ничего ему не сказала. Она не была одной из этих назойливых папарацци. Она была матерью Саске. Она только посмотрела на него, и все же желание оскалиться на нее бушевало внутри него. Ему не нравилось чувство осуждения, и именно это он чувствовал, когда Микото смотрела на него. Она осуждала его. Или ему так казалось, что она это делала. Он не был до конца уверен, поэтому сказал себе успокоиться, пока не убедится. Когда он это сделал, он заметил, как ее поджатые губы слегка дернулись. Он не был уверен, была ли это улыбка, но ее губы определенно слегка растянулись. Наруто моргнул, не зная наверняка, не почудилось ли ему это. «Откуда ты знаешь, что я здесь? Отец знает? Он тебе сказал?» — требовательно спросил Саске. Альфа в нём требовал ответа. Но Микото даже не дрогнула. Вместо этого она снова посмотрела на него! И на этот раз на её губах действительно была улыбка! Она была едва заметной, но губы определённо растянулись в улыбке. Что это значило? Наруто запаниковал: должен ли он улыбнуться в ответ? Микото улыбалась ему из желания быть любезной или же это был злой умысел? «Если мой отец послал тебя, скажи мне сейчас. Я хотел бы знать, поручил ли мне мой собственный отец следовать за...» «Тише». Микото отмахнулась от вопросов Саске лёгким взмахом своей изящной руки. Казалось, тон Саске её ничуть не смутил, в отличие от Наруто, который уже начал чувствовать себя неловко. Быть омегой означало, что когда альфа буквально требовал ответа, а ответа не получал, это инстинктивно вызывало тревогу. «Мама! Ты появляешься откуда ни возьмись и отказываешься отвечать на мои вопросы? Что ты здесь делаешь! » Микото вытянула шею, продолжая игнорировать Саске. «Хидео!» — вежливо крикнула она. Один из двух её охранников вбежал в комнату. «Чай без сахара, много мёда. Только полугорячий, с дольками лимона отдельно. Ты же знаешь, как я люблю». Охранник кивнул, поклонился и зашагал прочь, чтобы выполнить приказ своего хозяина. Микото потёрла сцепленные руки и снова сосредоточила внимание на Саске. «Отвечая на твои вопросы, нет , твой отец не говорил мне о твоём местонахождении и не посылал меня. Он не знает, что я здесь». Наруто был так же шокирован этим открытием, как и Саске. Саске сердито посмотрел на него. «Ненавижу, когда ты мне врёшь. Скажи мне правду». Почему она так не желает сотрудничать? Наруто не мог понять ни её намерений, ни её характера. Загадочность, которой она была, начинала его угнетать. «Как же тогда?» «У меня свои пути, Саске». «Так это ты за мной следил? Зачем? Ты хочешь меня отругать, пока отец не успел!» Тут вернулся охранник, неся медовый чай Микото в фарфоровой чашке на блюдце. «Спасибо, Хидео». Микото взяла чашку и с удовольствием сделала глоток. После этого она достала из сумочки капсулу и бросила её в чашку. Она смешала её с соком лимона, пока чай не растворился. Она сделала ещё один глоток. Саске никак не прокомментировал цепочку событий, из-за чего Наруто решил, что Микото часто принимает лекарства. Она была больна? Судя по всему, не болела. «Я здесь не для того, чтобы тебя ругать». «Тогда почему ты здесь?» — настаивал Саске. «А этот вопрос вообще необходим?» — вставила Микото тоном, граничащим с сарказмом. «Конечно же, я здесь из-за Наруто-куна. Последние несколько дней были для тебя очень волнительными из-за него, не так ли? Неужели так трудно поверить, что я захочу тебя проверить?» «Да, в это трудно поверить. И я бы не назвал это захватывающим», — пробормотал Саске, скрестив руки на груди. «Видеть камеры у нас перед глазами целый день — это совсем не приятно». «Я хорошо помню», — продолжила Микото, словно Саске её и не перебивал. «Тогда твой брат пользовался таким же вниманием из-за Хаку-куна. Скажу честно, я и представить себе не могла, что ты пойдёшь по его стопам…» «Если ты собираешься осудить меня так же, как Итачи, то оставь это. Я люблю тебя, но если ты собираешься мне угрожать...» «Ты просто послушай меня!» — почти прошипела Микото. Наруто был шокирован не столько октавой её голоса, сколько тем, что на её лице появлялись морщины, если она смотрела достаточно пристально. «Я знаю, тебе трудно, но просто выслушай, что я скажу. Мне было нелегко найти тебя здесь, так что хотя бы выслушай». «Ладно, продолжай». На мгновение Наруто представил себе Саске прошлого. Разве он вёл себя хорошо в детстве? Насколько он знал, бета-матери, у которых были альфа-сыновья мужского пола, испытывали напряжение. Конечно, не все отношения бета-матерей с альфа-сыновьями были такими, но Наруто знал о некоторых. Бета-матери были слишком нейтральны, чтобы самостоятельно справляться со стрессом альфа-ребёнка. С сильным альфа-супругом им было легче. Вот почему он был рад, что у Неджи есть Гаара. Когда родится их альфа-ребёнок, Неджи будет трудно справляться с ней в одиночку. Это будет не то же самое, что с Хиру. Хиру был рано развившимся маленьким бетой, но будь он альфой, Неджи было бы трудно воспитывать его одному. Однако у каждого вторичного полового типа были свои проблемы. Например, у омега-матери с альфа-сыном мог легко развиться такой дисбаланс власти, что альфа мог терроризировать мать. Однако в основном это случалось с нерадивыми матерями или матерями-омега-одиночками, у которых не было сильного супруга, способного скорректировать структуру власти. «Как я уже говорил, я и представить себе не мог, что ты окажешься в такой же ситуации, как Итачи. Но не могу сказать, что я удивлён. Это моя вина, что вы оба выбрали себе омега-партнёров». Губы Саске раскрылись. Наруто понятия не имел, как Микото воспитывала своих сыновей. Они с Саске ещё не говорили о его детстве, поэтому он не мог представить, как Микото могла быть в этом виновата? «Это не твоя вина! Я выбрал Наруто не для того, чтобы насолить тебе или...» «А-а-а», — Микото погрозила пальцем, словно отчитывая провинившегося ребёнка. «Разве ты не согласился больше меня не перебивать?» Саске сжал губы, хотя выглядел так, будто ему еще есть что сказать. «Я знаю, что ты выбрала Наруто не назло мне. Будь это так, я бы никогда не позволила тебе или Итачи делать то, что ты делаешь. Это моя вина, потому что я подвела вас обоих ради своей гордости и статуса. Я позволила вам обоим сбиться с пути. Я…» Микото тихо и тихо вздохнула. Даже сейчас, в этот момент, её красивое лицо было трудно прочесть. «Я скрывала кое-что от тебя и твоего брата». «Я не понимаю. Конечно, ты была не самой заботливой матерью, но ты не можешь себя винить. Что бы ты ни скрывала от нас…» «Саске», — Микото протянула через стол тонкие пальцы и взяла Саске за руку. Саске тут же замолчал. Его взгляд скользнул к рукам его матери и его отца. Судя по ошеломлённому выражению лица Саске, физические прикосновения между ними были редкостью. «Я всегда переживала за тебя больше, чем за Итачи», — Микото погладила руку Саске большим пальцем, говоря. «Ты всегда был более нуждающимся во мне, чем он. Всегда хотел моего внимания любым способом, которым мог его получить. Мне действительно было больно выбирать... выбирать свой статус вместо того, чтобы быть для тебя настоящей матерью. Секрет, который я скрывала от тебя, был тем, который я поклялась никогда не рассказывать никому из вас двоих, мальчики. Но я больше не могу. Я достаточно ввязалась во всё это. Я должна была выйти и рассказать вам обоим, когда твой отец изгнал Итачи». Микото сжала руку Саске. Она выглядела как женщина на грани обморока. Было тяжело видеть, насколько человечной она казалась в этот момент. Она была не идеальной куклой, которой себя выдавала, а скорее женщиной с глубокой болью. Наконец-то, изъян. «Я не родилась бетой . Я омега». Саске всматривался в лицо матери, словно ждал, что она хоть как-то улыбнётся. Но она не улыбнулась. Она оставалась невозмутимой, её взгляд был полон жалости, но уверенности. Ей потребовалось немало мужества, чтобы дойти до этого, и, несмотря на её холодный характер, Наруто почти гордился ею за то, что она смогла признаться. «Но... но как? Ты никогда...» Саске замолчал, вспоминая своё детство. Возможно, ища хоть какие-то подтверждения нелепому заявлению матери. «Твой запах не похож на запах омеги!» «Лекарства могут творить чудеса, сын мой», — грустно улыбнулась Микото. «Твоё лекарство? То, которое, как ты сказала, было от последствий несчастного случая, который ты пережила в детстве?» «Попытка скрыть, что на самом деле», – просто объяснила Микото, но это было не так просто, как пытался изобразить её тон. Её рука на руке Саске дрожала. Секрет, который она раскрывала, скорее всего, терзал её годами. Наруто задавался вопросом, почему ему позволили услышать его? Он был для неё незнакомцем. Она знала о нём только из СМИ, и всё же позволила ему подслушать этот ключевой аспект её скрытой личности? Зачем? «Отец заставил тебя это сделать?» — прорычал Саске. Его глаза были скрыты чёлкой. Его рука тоже дрожала, но не от страха, как у Микото. Саске был в ярости. «Нет, не сделал!» Микото сжала его руку крепче, словно опасаясь, что Саске встанет и уйдёт за отцом. Судя по тому, как Саске источал свой запах, её опасения были не напрасны. Наруто тоже боялся, что Саске уйдёт. Отец Саске определённо заслуживал удара в лицо, но не так, когда Саске даже не мог ясно мыслить. Саске мог его убить. «Не лги ради него. Скажи мне правду! Он что, заставил тебя принять это лекарство?» Голос Саске был хриплым от эмоций. Он сдерживал слёзы. И имел полное право так расчувствоваться. Наруто очень нежно положил руку ему на бедро, а другой рукой поддерживал Сорена, прижимая его к своей груди. Саске просто нужно было дать ему знать, что он здесь. Он будет рядом и утешит его, пока тот пытается смириться с тем, что ему всю жизнь лгали. Он не станет перебивать, а просто молча утешит. «Это я решила принимать лекарство. Когда мы с твоим отцом познакомились, я уже принимала его. Я всегда стыдилась своего статуса омеги. Мои родители были гордыми бетами. Моя сестра и брат были сильными бетами. А потом была я, единственная омега в семье. Я ненавидела это. Мне было всего четыре года, когда я умоляла маму и папу разрешить мне принимать лекарство для изменения гормонального фона. Твои бабушка и дедушка были хорошими людьми, Саске, не осуждай их, они хотели, чтобы я была счастлива, поэтому разрешили мне принимать лекарство. Конечно, оно работало. Всё было хорошо, пока не началось моё половое созревание. Я замкнулась в себе. Течка так и не наступила. Я стала нерадивой и мрачной. Но я продолжала принимать лекарства, потому что это было лучше, чем быть омегой. Когда я встретила твоего отца, и он сделал мне предложение, я рассказала ему об этом…» «Значит, он всё-таки знает?» — крикнул Саске. Один из охранников Микото заглянул внутрь, чтобы проверить, всё ли с ней в порядке, и, когда Микото помахала ему рукой, вышел. «Да, твой отец знает. Сначала он меня ненавидел за то, что я так долго скрывала это от него, но потом… было уже слишком поздно, и мы поженились под предлогом того, что я продолжу принимать лекарства и жить как бета». «Всё это время...» Саске вырвал руку из руки матери. Его губы скривились от отвращения. «Он связал себя омегой, но отрёкся от Итачи за то же самое? Казуки и Хикари даже не знают своих бабушку и дедушку по отцовской линии! Мы годами не собирались всей семьёй из-за него и его убеждений! И всё же он связал себя омегой?! Как он смеет...» Саске попытался встать, но Наруто толкнул его, всё ещё держа руку на бедре. «Нам стоит выслушать её остальную часть», — умоляюще пробормотал Наруто. Гнев Саске был совершенно оправдан, но, по крайней мере, Микото заслуживала высказаться, ведь после всех этих лет она набралась смелости наконец-то заговорить. Вполне возможно, это был последний раз, когда Саске говорил с матерью. Если бы это оказалось правдой, Микото пришлось бы сказать свою последнюю фразу. Ноздри Саске раздулись, когда он уставился на Наруто. Словно дикий зверь, которого укротил опытный мастер, Наруто уговаривал его успокоиться настолько, чтобы он смог мыслить рационально. Саске снова устроился на месте. Микото начала говорить, ее глаза все еще были грустными, но Саске поднял руку, давая ей знак держаться подальше от того, что она собиралась сказать. «Мне нужно время, чтобы всё это переварить. Сейчас я не думаю, что способен услышать от тебя что-то ещё. Я позвоню тебе, когда буду готов». Микото опустила глаза на колени. Это было выражение молчаливого смирения. Наруто вышел из ресторана вслед за Саске и всё ещё спящим Сореном. На ходу он печально посмотрел на Микото. Поразительно было подумать, что совсем недавно он считал её идеальной, а на самом деле она была полна комплексов. Он не сказал ей ни слова напрямую и теперь жалел об этом. Он судил о ней исключительно по внешности и позволил себе судить о ней, основываясь на том, что видел. Проходя мимо, он прошептал себе под нос извинения. То, что она сделала, было неправильно, но Наруто не мог не пожалеть ее. Она даже не повернула головы, чтобы взглянуть на него. Наруто не был уверен, услышала ли она его извинения. Но он отвернулся от нее и продолжил идти за Саске. Когда они вернулись домой, в пентхаусе было тихо. В моменты сильного стресса казалось, что тишина всегда окутывает его. Как будто он знал, что что-то не так. Саске молчал, когда они переступили порог. Он направился прямиком на кухню и налил себе выпить. Его взгляд был расфокусирован, когда он смотрел на бордовую жидкость в стеклянном стакане. Наруто оставил его как раз в тот момент, когда он поднес стакан к губам. Ему нужно было переодеть Сорена в пижаму, а затем уложить его в кровать. Уложив Сорена и переодевшись сам в более тёплую одежду, он спустился в гостиную, где обнаружил Саске, прислонившегося к окну. Он нарисовал одинокую фигуру на фоне огромного тёмного стекла. Мерцали городские огни, кружились мельчайшие снежинки. Его тело наполовину скрывалось в тени городских огней. Напиток в его руке был уже пуст. Наруто шёл медленно, стараясь делать шаги как можно легче. От тишины ему хотелось задержать дыхание, чтобы сохранить тишину. «Он солгал», — без притворства пробормотал Саске. Наруто не вел себя достаточно тихо; Саске почувствовал его ещё до того, как тот успел объявить о своём присутствии. Он остановился позади Саске, глядя на его широкую спину. Ему захотелось поцеловать его прямо между лопаток, прикрытых одеждой. Даже расслабленный Наруто видел, как по ним разбегаются трещины напряжения. «Всё это время он знал…» Голос Саске звучал так же опустошённо, как и его чаша. Наруто вышел из-за его спины и встал рядом. Там, где, как он чувствовал, ему самое место. Рядом с Саске. «Да, говорил». Наруто понятия не имел, что сказать. Он не знал отца Саске. Никогда с ним не встречался и, честно говоря, не испытывал ни малейшего желания даже видеть его. Он не понимал мотивов отца Саске. Как он мог бросить сына и научить их ненавидеть омег, когда сам сознательно был связан с одной из них. Но Наруто сейчас не беспокоило то, чтобы пытаться понять мотивы отца Саске. Сейчас его волновало только то, как позаботиться о Саске. Его парню сейчас было больно и он был в замешательстве. Наруто сделает всё, чтобы смягчить эти эмоции. “Я просто не понимаю.” Пальцы Саске сжались вокруг пустого стакана в его руке. “Как он мог? Он всегда был так против омег. Он даже не позволяет им работать в его компании! И все это время он женат на одной из них?” Пальцы Саске продолжали сжимать стакан, Наруто пытался высвободить его из руки Саске, но альфа был слишком отвлечен. Он продолжал, его голос становился все более язвительным, “Я до сих пор помню речь, которую он произнес мне после того, как отрекся от Итачи. У него хватило наглости сказать мне, что мой брат был низшим альфой за то, что запятнал кровь своего ребенка омегой. Он предупреждал меня никогда не позволять себе следовать по стопам Итачи, потому что тогда я буду таким же слабым, как он. И самое ужасное, что на какое-то время я действительно был настолько глуп, чтобы поверить ему.” Чашка разлетелась на осколки размером с бриллиант по всему ковру. Саске не признавал этого, кровь стекала с его пальцев, он продолжал: «Он лгал! Он, блядь, лгал и разрушил нашу семью, и ради чего? Всё это не имеет значения, всё это никогда не имело значения!» Саске ударил окровавленным кулаком по прохладному стеклу окна, оставив кровавое пятно, когда он провёл им по стеклу. «Они не важны, их мнения не имеют значения, всё это, блядь, не имеет значения!» Наруто посмотрел туда, куда пристально смотрел Саске. Несколько папарацци, спрятавшись в ночи, но не настолько, чтобы их нельзя было увидеть зорким глазом, притаились у больших сугробов, усеянных у обочины. Их камеры были предназначены для ночной темноты и отлично снимали далёкие кадры, например, две одинокие фигуры на фоне стекла на высоте нескольких этажей. «Саске, давай закроем окно». Наруто схватил Саске за окровавленную руку. Ему хотелось натереть ранки мазью, перевязать и поцеловать. "Нет", Саске согнул пальцы так, чтобы он держал Наруто, "пусть видят. Это неважно. Всё это не имеет значения!" Саске прижал Наруто к стеклу. Всё ещё окровавленной рукой он поднёс её к щеке Наруто и наклонился, чтобы соединить их губы. Наруто сопротивлялся. Он не хотел давать папарацци ни единой сцены, которую они могли бы использовать для ещё одной истории. Наруто знал, что это определённо сделает именно это, но вскоре уступил требовательным губам Саске. Саске был так нуждающимся, так безрассудным и страдающим, что Наруто не мог ему отказать. Если это был его способ смириться с той бомбой, которую на него свалила мать, то он позволит это. Наруто ответил на поцелуй так сильно, как только мог. Рука Саске обнимала его за талию, а его тело так плотно прижималось к его собственному. Когда они оторвались от земли, чтобы глотнуть воздуха, Наруто схватил Саске за руку и лизнул его пальцы. «Перестань причинять себе боль. Ненавижу это, понятно?» Обе руки Саске теперь были ранены. Одна от укуса, который он сам себе нанес на днях, а теперь эта новая от разбитого стекла. Наруто это ненавидел. «Раз ты теперь мой парень, я требую, чтобы ты заботился о себе. И физически, и эмоционально. Если тебе нужно выговориться о том, что произошло сегодня, то выговорись мне. Я здесь ». Наруто посмотрел в глаза Саске. Пытаясь показать, насколько он серьёзен. « Ты», — Саске перевернул их, одной рукой нажав на кнопку, чтобы закрыть шторы, — «извини, я не знаю, о чём я думал. Они не важны, а вот ты — да». Саске снова поцеловал Наруто. Смахивая остатки крови с распухших от поцелуя губ Наруто. «Спасибо, Наруто. Спасибо». "Пойдем", - Наруто схватил Саске за менее поврежденную руку и повел их в ванную комнату по коридору. Он усадил Саске на маленький декоративный стульчик возле стола, заваленного салфетками и стоявшего в вазе с белыми орхидеями. Он на цыпочках подошел к металлической полке и достал аптечку. Он опустился на колени перед Саске на маленький стульчик. Пол был блестящим и чистым, но холодным для его коленей. Он взял окровавленную руку Саске и перевернул ее. Он промыл порез ватным диском, смоченным йодом. Он не торопился, убеждаясь, что каждый маленький порез был свободен от стекла и продезинфицирован. После этого он обмотал руку Саске бинтом. Убедившись, что он был достаточно тугим, чтобы не распустился, но и достаточно ослабленным, чтобы не нарушить кровообращение Саске. «Вот», — Наруто поцеловал уже вылеченную руку Саске. «Только убедись, что ты…» Слова Наруто были заглушены ртом Саске, захватившим его. Внезапный нежный поцелуй. Мягкий и сладкий. Такой поцелуй, который заставил Наруто забыть обо всех тревогах. Он быстро понял, что Саске довольно хорош и влияет на его настроение одним лишь движением губ. «Спасибо». Глаза Саске светились теплом, когда он смотрел на Наруто, отрывающего их губы. «Не знаю, что бы я делал без тебя. Ты только что появился в моей жизни, не знаю… ты просто вписался». Наруто рассмеялся: «Я влезу? Что, как свитер?» «Да, как свитер», — легкомысленно ответил Саске, подыгрывая причудливому настроению Наруто. «Ну, тогда спасибо. Я рад, что подхожу», — улыбнулся Наруто. После ночи драмы и крови он наслаждался новым беззаботным настроением и честностью Саске. «Я тоже рад, что ты появился в моей жизни. В последнее время всё было так безумно, но я всё равно очень счастлив». Не говоря ни слова, Саске наклонился и снова поцеловал Наруто. Он томно шевелил губами. Так искусно и плавно, что Наруто почти забыл, что стоит на коленях в ванной. Важен был только Саске. «Переспишь со мной сегодня ночью?» «В твоей комнате?» Наруто спал в гостевой комнате, которую Саске устроил ему в первую ночь, когда он у него ночевал. Он даже ни разу не видел комнату Саске изнутри. От одной мысли о том, что он окажется в спальне Саске, у него вспотели ладони, а сердце забилось чаще. Сможет ли он выдержать такое пребывание в комнате альфы? Запах Саске там будет таким сильным. Простыни будут пропитаны им. Сам воздух будет пропитан Саске. Но мысль о том, чтобы полностью погрузиться в аромат Саске, была мучительной… «Да, моя комната. Я хочу чувствовать тебя там... Не думаю, что смогу уснуть сегодня ночью, если тебя не будет рядом». Уязвимость Саске разрывала сердце Наруто. Но и вызывала гордость. Саске активно искал в нём утешения. «Я бы с удовольствием переспал с тобой». Наруто позаботился о физической боли Саске, но в нём всё ещё жила такая сильная эмоциональная боль. Даже если он не был уверен, что сможет с ней справиться, он постарается ради Саске. Саске фыркнул. В его глазах вдруг зажегся детский огонёк. «Так ты хочешь переспать со мной, да?» Наруто шлёпнул Саске по руке, когда тот понял его грязный намёк. Впрочем, он не ошибся. Наруто действительно хотел переспать с альфой, и не только одним способом. «Покажи мне путь, прежде чем я передумаю». Спальня Саске была просторной и почти без украшений. Как и весь дом. Казалось, в ней было только самое необходимое. Его большая кровать стояла у двойного заднего окна, которое, к радости Наруто, было занавешено старомодными шторами. Наконец-то хоть какая-то нормальность в этом современном доме, полном гаджетов. Пройдя дальше, Наруто заметил причудливую беговую дорожку и огромный телевизор, висящий на серой стене. Немногочисленные вещи Саске были хороши, но, по честному мнению Наруто, слишком дороги. В его комнате было холодно и лишёно тепла. Как будто это было место, которое Саске не особенно ценил. В ней не хватало того налёта уюта, который может возникнуть только в комнате, в которой хорошо живут. Наруто медленно продвигался. Запах альфы Саске начал ударять ему в нос, и он был именно таким сильным, как он и ожидал. Он заполнил его нос и закружился в легких всего через секунду после того, как Саске открыл дверь своей спальни. У Наруто возникло непристойное желание потереться о стены, ковер и, больше всего, о простыни Саске. Не спрашивая и даже не задумываясь, он сел на кровать Саске. Простыни были чистыми; лавандовый аромат моющего средства был перебит гораздо более сильным запахом Саске. Но под обоими запахами был другой. Слабый, ох, такой слабый, но все еще был. Бета . Наруто сразу понял, кому он принадлежит. Это была Сакура! Не так давно это была ее спальня с Саске. Она спала на этой самой кровати, и на этой кровати она... она спала с Саске. Его альфа и та бета трахались на этих самых простынях. Мысленный образ Саске, касающегося её, целующего её, прижимающегося к ней, когда их запахи смешиваются, вызывал у него желание кричать. Наруто нырнул в простыни. Он обнял одну из подушек и яростно потёрся о неё щекой. Рациональная часть его разума была возмущена своим поведением. Как же неловко он, должно быть, выглядел сейчас? Но первобытной части его разума было всё равно, как он выглядит. В комнате его альфы витал чужой запах, и он ему совершенно не нравился. Он не примет его. Он избавится от него. Он сжёг бы простыни, если бы пришлось… «Наруто?» — нежный голос Саске нежно прозвучал в ушах Наруто. Наруто замер. Словно дикий зверь, застигнутый врасплох ярким светом, он перевёл взгляд на Саске. «Я…» Наруто вздохнул. Он не знал, как объяснить непреодолимое желание избавиться от запаха Сакуры и перебить его своим. Впрочем, ему и не пришлось, потому что Саске выглядел так, будто не нуждался в объяснениях. «Понимаю». Саске присел на кровать и пополз на четвереньках, выглядя точь-в-точь как лев, преследующий свою добычу. «Понял?» Наруто застыл. Подушка прижималась к его груди, ноги поджаты. Сердце бешено колотилось. Он был напуган, но не настолько, чтобы пошевелиться. Саске активно охотился за ним, и Наруто хотел, чтобы его поймали. Он кричал, черт возьми, он только что растер своим запахом простыни Саске. Это само по себе было демонстрацией того, как сильно он хотел альфа. Он никогда так сильно не хотел передать свой запах альфе, поэтому сначала это смутило его, но теперь, когда голова прояснилась, он понял всю серьёзность того, что только что сделал. Он метил свою территорию. "Да", - Саске теперь был на нем. Он выглядел таким красивым с его черной чёлкой, низко спадающей на его прикрытые глаза. "Теперь я понимаю, как мой запах действует на тебя." Вспышка красного вспыхнула в его глазах, когда он опустил голову. Его губы скользнули по шее Наруто. Его дыхание коснулось ее. "Потому что у меня то же самое". Саске прижался губами прямо к шее Наруто. Он разжал челюсть и впился ртом в шею Наруто, всасывая пахучую железу Наруто прямо в рот, но стараясь не прорвать кожу. Наруто глубоко застонал. Он крепче обнял подушку, готовясь к тому, что, как он знал, должно было произойти. «А можно?» Дыхание Саске обожгло пульсирующую ароматическую железу Наруто. Наруто вздрогнул, не ожидая, что Саске спросит разрешения. «Да, можешь». Саске издал горловой звук и без всякого притворства вонзил зубы в обонятельную железу Наруто. Разум Наруто опустел. Он остро чувствовал, как Саске нежно посасывает губы, и как клыки резко впиваются в кожу. Тело словно застыло во времени. И вдруг он рухнул обратно на землю. Он чувствовал всё сразу с такой интенсивностью, что не мог ничего сделать, кроме как стонать и извиваться. Это было эйфорично, гораздо лучше всего, что он мог себе представить. Он чувствовал себя полностью любимым. Наруто хотел почувствовать, как зубы Саске проникают ещё глубже. Он откинул голову назад, чтобы у Саске было больше места. Альфа сразу понял, чего хочет Наруто. Он вонзил зубы глубже. Проникая так глубоко, как только мог. Губы Наруто отвисли, когда рваные штаны выскользнули из его рук. Он чувствовал, что вот-вот кончит. Он не мог понять, эрекция у него или нет, но нарастающее между ног ощущение определённо напоминало то, что он чувствовал прямо перед тем, как кончить. «Саске, Саске, подожди! Боже мой , я сейчас… » Наруто напрягся. Он содрогнулся, когда эйфория достигла небывалого пика. Саске продолжал сосать, не отрываясь. Он кончал только тогда, когда Наруто с силой надавил ему на грудь, чтобы остановить. «Бл*дь, Наруто», — Саске отстранился, его губы были испачканы кровью. Он слизнул запаховую железу Наруто, успокаивая две зияющие клыковые дыры, которые он проделал. «Ты такой чертовски вкусный». Саске не нужно было этого говорить; Наруто чувствовал, как сильно Саске нравился его запах. Саске твёрдый, прижимаясь к его ноге. Большой и тяжёлый. «Охрененно вкусно, омега», — Саске не переставал хвалить Наруто, накладывая круги. Наруто был совершенно бесхребетным. Он не хотел проверять, кончил он или нет, ему просто хотелось насладиться нежными ласками, которые Саске ему дарил, но сперму было сложно игнорировать. «Подожди, Саске. Кажется, я пришёл». «Ты серьёзно?» Саске перестал лакать и посмотрел на Наруто так, словно тот только что произнёс что-то безумное. С окровавленными губами Саске был единственным, кто действительно напоминал сумасшедшего. «Да», — Наруто почувствовал, как липкая субстанция трётся между бёдер. Они слипались, и ему было не по себе. «Очень сильно. Не смейся!» «Извини, но это забавно. Мило, что метки так тебя возбудили. Ты всё-таки кончил?» Саске положил голову Наруто на грудь и рассмеялся про себя. Его тело слегка дрожало от смеха. Наруто нахмурился. Он ущипнул Саске, но альфа не остановился. «Это не такая уж редкость! К тому же, ты тоже стоишь!» Наруто всё ещё чувствовал, как Саске тыкается ему в ногу. Это было твёрдым напоминанием о том, что альфа так же сильно на него влияет. Осознание этого приводило Наруто в восторг. Он задавался вопросом, не оказала ли Сакура такого же сильного воздействия на Саске, когда пометила его запахом? Наруто, конечно, никогда не спросит, потому что не хотел знать подробности того, как Саске вёл себя, нюхая Сакуру. Одна мысль о зубах Саске на её шее вызывала у него желание снова натереть простыни Саске своим запахом, а затем выследить Сакуру и выцарапать её нефритово-зелёные глаза. «Да, ты прав. Если бы я продолжил, то, наверное, тоже бы кончил. Всё дело в твоём запахе. Ты меня им околдовал, и я не думаю, что когда-нибудь смогу насытиться». Всё ещё держа голову на груди Наруто, Саске сжал губы, чтобы поцеловать его. «Ты... ты говоришь это всем, с кем чувствуешь запах?» Наруто не хотел знать. Он сказал себе, что не хочет знать. И всё же не мог не спросить. Может быть, Саске был из тех альф, кто любит играть с такими серьёзными вещами. Сказал ли он Сакуре те же самые благоухающие слова? Саске поднял голову. Глядя на Наруто сквозь густые чёрные ресницы. «Я никогда никому этого не говорил. Когда я чувствую запах чужой метки, это никогда не кажется таким уж приятным. У меня точно не встаёт с первого же укуса. А ты? Ты когда-нибудь кончал просто от того, что тебя пометили?» Взгляд Саске мелькнул. Уязвимость, пронизанная злобой. Как будто он скатится в пропасть, если Наруто ответит «да». Саске не о чем было беспокоиться. «Нет... ты первый, кто заставил меня...» Наруто сжал бёдра. Сперма начала высыхать. «...сперма». «Хорошо». Странный взгляд исчез из глаз Саске. Он снова улыбнулся. « Хе , персики и его сливки». «Саске», — предостерегающе сказал Наруто. «Не называй мою сперму сливками!» «Да, хорошо. Как скажешь». Губы Саске растянулись в улыбке. Он вдруг оживился. «Подожди здесь». «А? Куда ты идёшь!» Наруто смотрел, как Саске поспешно уходит и исчезает за дверью. Почти сразу же Наруто услышал шум воды. Когда Саске вернулся, из двери позади него валил пар. «Иди сюда, Персик». Саске подошел к кровати и подхватил Наруто на руки, как принцесса. «Что ты делаешь? Саске!» — закричал Наруто, когда Саске пронёс его через дверь в помещение, похожее на ванную. Их ждала большая гранитная ванна, наполненная горячей, дымящейся водой и пузырьками. В ванной было тепло и пахло ароматическими маслами. Кроме того, она была чистой и соответствовала стилю современной спальни Саске. «Ты серьёзно, зачем тебе здесь телевизор?» Наруто закатил глаза, глядя на телевизор, висящий на стене рядом с ванной с пеной. Только он подумал, что уже всё видел, как вдруг ему в голову пришла такая мысль. «Клянусь, вы, богачи, покупаете самые ненужные вещи». «Во-первых, это досталось вместе с домом». Саске подвёл их к ванне. Он усадил Наруто на холодный каменистый край. «А во-вторых, вы теперь богатые люди. Вы тоже живёте здесь». Наруто нечего было сказать на это, поэтому он скрестил руки. Было неприятно думать о том, как он вообще живёт в таком большом доме. Хотя он всё ещё не считал себя «богатым человеком». В конце концов, он был просто парнем Саске. Они же не были женаты. Хотя Наруто покраснел, представив, как Саске будет выглядеть в смокинге, стоя напротив него на алтаре. Он был бы таким красивым. А Сорен даже мог бы нести кольца. Из Наруто получилась бы милая подушечка, на которой Сорен будет носить кольца. «-руто. Наруто? Ты там?» Саске наблюдал, как Наруто кусает губу. «О! Да?» Наруто быстро моргнул. Мечты о их с Саске понарошку свадьбе унеслись обратно в глубины его сознания. «Давай вместе искупаемся, а?» — Саске наклонился и окунул пальцы в воду. «Так приятно и тепло». «Вместе?» Щеки Наруто порозовели. «Да. Ты же сказал, что придёшь, верно? Каким парнем я буду, если позволю тебе оставаться такой грязной?» Саске стянул рубашку через голову. Он отбросил её в сторону. Затем он расстегнул штаны и бросил их туда же, куда бросил рубашку. Наруто сглотнул. Его взгляд задержался на груди и подтянутом животе Саске. Он медленно переместился на свёрток Саске, всё ещё прикрытый его трусами. Пока Наруто разглядывал его, воздух стал чуть слаще. Наруто возбуждался. Саске ухмыльнулся. Он чувствовал это. «Нравится, а?» — Саске слегка напрягся, безумно довольный тем, что Наруто нашёл его привлекательным. «Давай, Персик. Раздевайся». Саске стянул с себя трусы и бросил их в кучу другой одежды. Воздух был таким сладким, что у Саске перехватило дыхание. Наруто практически читал его мысли. Ему хотелось снова вонзить в Наруто зубы. «Саске, я не знаю…» — пробормотал Наруто. Он старался не смотреть на его внушительный член. Он был таким же большим, как и несколько минут назад. К тому же, он всё ещё был полутвёрдым. «Почему бы и нет?» — Саске шагнул в ванну. Он сел, и вода слегка заплескалась. «Просто залезай. Пожалуйста? Ради меня?» Наруто чувствовал, как его воля дрогнула от того, как любезно Саске его просил. В чём его загвоздка? Саске был его парнем, и нет ничего плохого в том, чтобы вместе принять ванну. К тому же, Наруто действительно хотел мыться с альфой. «Ладно, но только потому, что я пообещал себе позаботиться о тебе сегодня». Наруто встал со своего места на краю ванны. «Закрой глаза!» Саске натянуто улыбнулся: «О боже. Хорошо». Он закрыл глаза руками, но оставил в них заметные щели, чтобы всё ещё видеть Наруто. «Я серьёзно! Закрой их!» «Ладно, ладно~», — повиновался Саске. Он закрыл щели между пальцами и стал ждать. Наруто быстро сбросил одежду. Он изо всех сил старался вытереть полузасохшую сперму между бёдер и залез в ванну. Вода была бурлящей и действительно такой тёплой, как и говорил Саске. «Теперь ты можешь их открыть», — тихо объявил Наруто. Саске убрал руки от лица. «Ты…» Саске, казалось, лишился дара речи. От жара воды загорелая кожа Наруто местами покраснела. Особенно на щеках и тыльной стороне рук. Пузырьки липли к груди и плечам Наруто. Саске нырнул в воду, приподнял подбородок Наруто и поцеловал его влажные губы. «Ты сейчас особенно милая, Персик». «Правда?» Наруто закрыл глаза, когда Саске снова поцеловал его. Он вздохнул, и его запах стал ещё сильнее. Он быстро перебивал аромат парфюмированных масел в ванной. "Да, ты такой." Саске схватил Наруто за талию и развернул так, что Наруто оказался между его ног и прижался к его груди. Между ними было это невысказанное желание быть близко. Оно присутствовало с самой их первой встречи, и теперь, когда они могли действовать, Наруто полностью намеревался это сделать. Саске опустил голову, чтобы скользнуть носом по влажной шее Наруто. Наруто вздрогнул, почувствовав дыхание Саске на своей пахучей железе. Ему было больно от сильных укусов Саске ранее, но Наруто все еще хотел, чтобы Саске укусил его еще раз. "Мне нравится твой запах. Он делает меня... ну, ты знаешь." Саске немного приподнял бедра, давая Наруто почувствовать, насколько твердым его сделал его запах. Он больше не был полуопущенным. Он был полностью возбужден. Его длина изгибалась вокруг задницы Наруто до поясницы. «Мне тоже нравится твой запах». Наруто прижался к Саске. Его тело двигалось само собой. Оно жаждало спаривания с альфой. Он повернул голову и смело обнюхал точёную челюсть Саске, затем нежное местечко за ухом. Он слегка изогнулся и поднял руку, чтобы поиграть с его волосами, проводя пальцами по мягким тёмно-чёрным локонам. «Мне так нравится». «Да?» — промычал Саске. «А чем я пахну для тебя?» «Хмм?» Наруто прикусил губу, думая, как бы выразить словами запах Саске: «Когда я впервые встретил тебя, я удивился, что вообще могу чувствовать твой запах, ведь я был на подавляющих средствах. Они никогда меня не подводили до тебя, знаешь ли». Саске улыбнулся. Абсолютно довольный тем, что его запах смог пройти сквозь блокировщики Наруто и поэтому был особенным. «Я не могу описать твой запах на самом деле. Если я пытаюсь думать о нем, я застреваю. Ты пахнешь как все мои любимые ароматы, но даже лучше. И он еще и сильный. Сначала было немного страшно, но теперь не так». Наруто чувствовал, что не может описать его правильно, поэтому он предпочел не ругаться, вдаваясь в подробности. Саске просто хорошо пах. Точка. Конец истории. «Если хочешь, можешь оставить на мне след». «Что?» Наруто сел и полностью повернулся в большой ванне так, чтобы теперь он сидел лицом к Саске. «Ты серьёзно?» Саске наклонил шею и обнажил свою пахучую железу. «Чрезвычайно серьёзно». Взгляд Наруто устремился в одну точку. Он хмыкнул. Он не знал, было ли это из-за подчинения Саске ему, когда тот предлагал, или из-за перспективы самого акта. Он переместился так, чтобы сидеть боком на коленях Саске. Новая поза позволила ему расположить всю длину Саске прямо между расставленных бедер Наруто. Он поцеловал пахучую железу Саске, осыпая ее нежными поцелуями, а затем со всей силы укусил. Его зубы легко прорвали солёную кожу, и как только они это сделали, запах Саске омыл его язык. Он никогда раньше не ощущал запах другого человека. Это было для него в новинку. Он знал только, что это, предположительно, самый интенсивный опыт, который может испытать человек, и, черт возьми, это было точно. Наруто не знал, что было более эйфоричным: пробовать запах Саске или Саске пробовать его. Хотя они оба были потрясающими. «Полегче там», — глубоко захрипел Саске. Наруто сосал сильно и быстро. Он вдыхал больше крови, чем запаха. «Прости», — Наруто заставил себя остановиться. Он сделал глубокий вдох, чтобы окончательно успокоиться. Он чувствовал, что может продолжать, пока не выпьет Саске досуха. «Не понимаю, как ты вообще остановился!» «Это было нелегко, поверь мне. Давай остановимся и передохнём, пока я не потерял контроль. Кажется, я мог бы сделать с тобой такое, что даже меня бы напугало. Чёрт, да это, наверное, даже Какаши напугало бы». «Хммм». Наруто не хотел останавливаться. Саске был таким вкусным на языке, и, что ещё лучше, Саске был таким твёрдым. Бедному альфе, наверное, было больно. Он уже давно стоял. «Твой запах сейчас такой сильный, ты знаешь это? Я и не знал, что омеги так сильно пахнут». С этими словами Саске потянулся к макушке Наруто и без усилий развязал резинку на его волосах. «Что ты делаешь?» — простонал Наруто, слегка задыхаясь. Саске встряхнул волосами, так что они равномерно распределились по всему телу. «Я всегда хотел увидеть его внизу», — Саске поиграл одной из золотых прядей. Он играл с ней так же, как Наруто. «Она прекрасна». «Знаешь, что ещё прекрасно?» Наруто окунул руку в пенную воду. Он провёл ею по всей длине Саске, всё ещё зажатой между его ног. « Это … Ты такой твёрдый; это моя вина, что ты такой. Позволь мне помочь тебе». «Наруто», — Саске вздрогнул. «Тсс, просто трогаю, ладно?» Наруто подвигал рукой вверх и вниз. Вода сделала её легче обычного, и он смог двигать ею быстрее. Он уже не чувствовал себя таким смущённым, как обычно, но запах альфы что-то на него повлиял. «Ты тут такой большой, как будто ты решишь быть вместе, как думаешь, когда мы решим быть вместе, он поместится во мне?» «Наруто, твой рот слишком силен», — Саске рванулся вперед и снова впился зубами в пахучую железу Наруто. «Саске!» Рука Наруто замерла, когда волна блаженства снова накатила. Саске снова вытащил зубы. «Не останавливайся, продолжай двигать рукой». Он снова принялся метить Наруто. «Но, хм-м-м...» Наруто изо всех сил сосредоточился на движении руки, но он уже был слишком глубоко в пучине эйфории, чтобы делать что-либо, кроме как наслаждаться ощущением зубов Саске, щедро покусывающих его обонятельную железу. :..｡.: Они просидели в ванне, пока их кожа не сморщилась. Всё это время они метили друг друга запахами. Наруто даже смог помочь Саске, когда немного успокоился. Когда они вышли из ванны, Саске одолжил ему удобную пижаму. Одевшись, они вернулись в постель. «О чём ты думаешь? Ты совсем замолчал, когда я тебя слушал». Саске легонько дёрнул Наруто за влажные волосы, чтобы привлечь его внимание. «Я просто подумал…» Наруто попытался сформулировать свои мысли, но ему это далось с трудом, ведь он сам не знал, как объяснить свои чувства. «Странно, что нас метят запахом, хотя мы знакомы всего неделю? В смысле, я никогда не испытывал чувств к кому-то так быстро. До тебя у меня был только один серьёзный парень, и я никогда не чувствовал того, что испытываю к тебе, когда мы были с ним. Нас даже не метили запахом, хотя официально мы были вместе почти год». «Наруто, не буду врать. Это странно . Но кого это волнует? Я встречалась с кем угодно, и никто из них не вызывал у меня таких чувств, как ты. Я думала, если у меня не получается с кем-то таким идеальным, как Сакура, значит, со мной что-то не так. Но потом появился ты и всё изменил». «Я сделал это?» — неуверенно спросил Наруто. «Да, ты это сделал. Сегодня был второй самый тяжёлый день в моей жизни, сразу после того, как я узнал, что Карин не станет заботиться о Сорене, и знаешь что? Хотя я чувствовал, что вот-вот сойду с ума, твоё присутствие поддерживало меня. Мне было достаточно одного твоего присутствия рядом. А теперь мне нужны только ты и твой персиковый аромат. Если это странно, то так тому и быть». «Ты это серьёзно? Ты клянёшься, что действительно это серьёзно?» «Я не из тех, кто любит лгать. Да, я серьёзно». Саске поцеловал след от укуса на челюсти Наруто, а затем оставил ещё один на уголке подбородка. Он оставлял дорожку поцелуев, пока наконец не достиг губ Наруто. «Я хочу тебя. Мне всё равно, что мы так быстро сошлись, мне всё равно, что ты омега, мне всё равно, что моя семья не хочет, чтобы мы были вместе. Мне всё равно на всё это, мне важен только ты». «Ты можешь снова пометить меня запахом?» Наруто вздрогнул. Слова Саске заставили его почувствовать себя желанным и любимым. Ему нужно было снова почувствовать зубы Саске на своей пахучей железе. После всего лишь одной ночи он уже пристрастился к запаху метки Саске. Было страшно, когда он думал, как мало времени они с Саске знали друг друга, но Наруто было все равно. Он чувствовал то же самое к Саске. Это была судьба, чтобы они встретились. Он был уверен в этом. Он никогда не позволит этому альфе сбиться с пути. Если другая омега или бета, или, черт возьми, даже другая альфа думали, что могут заполучить Саске, они жестоко ошибались. Что касается семьи Саске, он не позволит им отпугнуть его. Нравилось это его семье или нет, Саске теперь принадлежал ему . «Как пожелаешь, мой маленький персик ». Саске опустил голову и снова вонзил зубы в отверстия, которые он оставил на пахучей железе Наруто. Наруто напевал, пока Саске сосал. Он медленно засыпал. Или, может быть, он потерял так много крови, что терял сознание? В любом случае, ему было всё равно. Он обрадовался волне спокойствия, нахлынувшей вместе с затишьем беспамятства. Его последними мыслями перед тем, как окончательно провалиться в сон, были радость от того, что в комнате теперь пахнет только им и Саске, что он может утешить Саске в этот ужасный день лжи, и, главное, облегчение от того, что Сорен крепко спит. Наверху, в своей комнате, под лягушачьим одеялом, не подозревая о том, что происходит посреди ночи в спальне родителей. «Мамочка, я хочу ещё». Тоненький голосок Казуки заглушало толстое одеяло, под которым он сейчас был зарыт. Он сидел на коленях матери как на подушке. Хаку едва мог разглядеть головку ребёнка над своим животом, но это не мешало ему время от времени нежно перебирать пальцами челку Казуки, пока они вместе смотрели телевизор на диване. Казуки не пошел в школу, потому что проснулся с лихорадкой. Когда Хаку пошел в комнату младшего, чтобы разбудить его, он с удивлением увидел, что лицо его маленького принца пылало красным, а глаза были опущены от усталости. Он тут же включил материнский режим и дал малышу лекарство и приложил прохладную тряпку к пылающему лбу Казуки. Однако, несмотря на все его усилия, Казуки отказался оставаться в постели и настаивал, что хочет быть на руках у матери. Хаку, конечно же, сдался, и они проспали вместе на маленькой кроватке Казуки около часа, пока Хаку не пришлось оставить ребенка, чтобы приготовить завтрак для двух других сыновей. Пока Хаку мыл посуду после завтрака, Казуки потянул его за штанину, чтобы тот взял его на руки. Он спустился вниз по лестнице и обнаружил свою мать на кухне, просто чтобы снова быть с ним. Хаку нашел это липкое поведение милым. Он подхватил Кадзуки на руки, оставил посуду в раковине и отнес их обратно в постель, чтобы они могли поспать еще немного. Через несколько часов после их пробуждения Хаку искупал малыша, а затем одел его в тёплый пушистый комбинезон. После этого он уложил Казуки на диван внизу, пока готовил ему суп. Это было около часа назад, и теперь они оба сидели на диване. Казуки, укутавшись в ногу, смотрел какой-то любимый Кадзуки мультфильм. Ему уже было гораздо лучше, чем утром. Температура спала, и теперь он был чуть тёпленький. К завтрашнему дню он поправится, как и хотел Хаку. «И ещё молока, мамочка». Казуки поднял свою кружку-непроливайку над животом мамы так, чтобы Хаку её видел. Хаку улыбнулся, принимая кружку-непроливайку. Он знал, что детям в возрасте Казуки нельзя пить из кружек-непроливайок, но Казуки кормил грудью только последний год. К тому же Хаку не возражал, что его малыш всё ещё любил вести себя как ребёнок. Хикари больше не вёл себя как ребёнок, после того как перестал кормить грудью в три года, он не хотел, чтобы с ним обращались как с младенцем, в отличие от Казуки, который жаждал этого. Особенно когда рядом не было брата, который мог видеть, как он ведёт себя как ребёнок. Хаку снял Кадзуки с колен и пошёл на кухню. Он осторожно наполнил миску Кадзуки куриным супом с лапшой, который приготовил ранее, а затем налил ему тёплого молока в поильник. Как только он вернулся и поставил поильник и миску на стол перед диваном, раздался дверной звонок. «Кажется, твой папа что-то забыл». Хаку пытался вспомнить, что мог забыть Итачи, пока шёл открывать дверь. При упоминании отца Казуки сразу же последовал за ним. С кружкой-непроливайкой в одной руке и мягким одеялом в другой он последовал за матерью. Хаку открыл дверь, ожидая увидеть на другом конце своего приятеля. «Что это за ти-» Хаку чуть не проглотил язык. Увидеть Саске, стоящего на пороге после столь долгой разлуки, было словно удар под дых. Это было внезапно и немного болезненно. Он скучал по своему младшему шурину. «Саске?» Он выглядел уставшим, но в то же время отдохнувшим. Как и следовало ожидать от человека на месте Саске. Хаку всегда поражало, насколько они с Итачи разные. У них были одни и те же родители, но выросли они такими разными. Различия были не столько физическими, сколько внутренними. У Саске была такая же бледная кожа и плутоватое лицо, как и у Итачи, но их ауры были разными. Саске держался более свободно. В то время как Итачи был более чопорным. Конечно, Хаку предпочитал своего чопорного Тачи, но было забавно видеть, насколько различались два брата. «Эй», — Саске коротко улыбнулся. Как будто хотел улыбнуться, но не мог полностью раскрыться. Он слишком много думал, это было очевидно. «Давно не виделись! Входите, входите!» — Хаку заметил маленькую фигурку, парящую прямо за Саске. Между ног Саске виднелись красные снежные ботинки и стройные ноги. Почувствовав блуждающий взгляд Хаку, Саске слегка отодвинулся в сторону, дав Хаку возможность увидеть, кто прячется за ним. Хаку изумлённо уставился на очень знакомое лицо. Мальчик, засветившийся во всех новостях! «Наруто-кун!» — радостно воскликнул Хаку. В это же время Сорен, пристегнутый к бедру Наруто, встретился взглядом с Казуки, всё ещё стоявшим позади Хаку. «Кадзу!» Сорен вырвался из рук Наруто и пробежал мимо Хаку, перешагнул порог и очутился в объятиях кузена. Хаку изумлённо посмотрел на него. Никогда за все годы знакомства с Сореном он не видел, чтобы его племянник оказывал ему такой жадный приём. «Рэн!» — радостно взвизгнул Казуки. Он подпрыгнул и так же крепко обнял Сорена. Он едва доставал до его плеча, поэтому ему пришлось встать на цыпочки, чтобы обнять кузена. «Кадзуки, держись от него подальше, если не хочешь, чтобы твой кузен заболел», — предупредил Хаку. Казуки проигнорировал мать и продолжил обнимать Сорена. Он даже сжал его щеки и поцеловал. Хаку вздохнул. «Извини. Он давно не видел Сорена». «Всё в порядке», — отмахнулся Саске. Его мысли мешали ему думать о многом другом, что Хаку знал, потому что Итачи тоже становился таким, когда его что-то беспокоило. «Пойдем, тут холодно. Я принесу вам кофе, ребята». Хаку отошёл в сторону, прежде чем Саске прорвался внутрь. Он провёл их в гостиную, где они с Кадзуки сидели до прихода Саске. Хаку смотрел на Наруто, пока тот сидел. Было так странно видеть его вживую, после того как видел его только на фотографиях и видео. Его небольшой рост был первым, что Хаку заметил в нём. Хаку редко встречал мужчин-омег столь же миниатюрных, как он сам, поэтому эта физическая особенность сразу же привлекла его внимание. Наруто также казался очень застенчивым. Он не произнес ни слова и не посмотрел кому-либо в глаза. Он спрятал половину лица за своим огромным пушистым белым шарфом. Посмотрев видео, где Наруто кричит на бету в кофейне, Хаку не ожидал, что Наруто будет таким робким. «Мамочка!» — прибежал Казуки. «Рэн тоже говорит, что хочет моего супа! Принеси ему, пожалуйста!» «Конечно», — Хаку поднялся на ноги. «О, нет! Я сам его принесу», — заговорил Наруто, уже поднявшись на полпути. «Сиди, сиди. Мне ещё нужно принести тебе и Саске кофе», — заверил Хаку с лёгкой улыбкой. «Кстати, приятно наконец-то услышать твой голос, Наруто-кун». Хаку позволил своей улыбке расцвести в полной мере, а затем пошёл на кухню. Он попытался заставить детей есть за столом, но Сорен настоял на том, что хочет разделить свой суп со своим «ма-куном». Когда Хаку попросил Сорена уточнить, кто или что это такое, Сорен только покраснел и вернулся в гостиную. Он зарылся между ног Наруто, используя их, чтобы прислониться, пока держал свою миску супа и ложку. Так что Наруто был « Ма-куном ». Должно ли это означать, что Сорен называл Наруто своей матерью? Хаку не мог в это поверить. «Ма-кун, скажи «а!»» Сорен подул на ложку бульона и очень осторожно поднёс её к губам Наруто. Тот с энтузиазмом съел предложенный суп. «Ммм, спасибо, Сорен-кун», — сказал Наруто милым голосом, облизывая губы. Сорен задрожал от волнения. Очевидно, довольный тем, что Наруто так понравилось. Вся робость и застенчивость, которую Наруто проявлял с момента своего появления, исчезли, когда он пообщался с Сореном. Их влияние друг на друга было настолько очевидным, что даже Хаку, который наблюдал за их взаимодействием впервые в жизни, мог это заметить. Они проявили друг в друге лучшее. Неудивительно, что Сорен выбрал Наруто своей матерью. Это было удивительно, когда Хаку подумал об этом. Сорен был таким стойким, что гордился тем, что он его дядя. «Вот, чёрный, как ты любишь». Хаку протянул Саске кофейную кружку. «И для тебя, Наруто-кун». Хаку поставил чашку на стол, так как Наруто сейчас был занят Сореном. «Я положил ванильные сливки и сахар. Извини, если слишком сладко. Могу сделать ещё, если хочешь». «О, нет! Всё в порядке. Спасибо». Наруто склонил голову в поклоне. Настолько официально, что Хаку чуть не рассмеялся. Наруто был очень милым и немного невинным. Будь у них более близкие отношения, Хаку бы поддразнивал его. Он надеялся, что со временем они станут ближе друг к другу. «Итак», — Хаку сел напротив Саске, но намеренно не отрывал взгляда от Наруто. «Что привело вас сюда?» Как и ожидалось, Наруто не встретился с ним взглядом. Он всё ещё возился с Сореном, позволяя тому с ложечки накормить его ещё одной ложкой супа. «Что-то серьёзное», — отрывисто ответил Саске. «Когда придёт Итачи?» «Наверное, к ночи», — сказал Хаку, когда Казуки устроился у него на бёдрах с миской супа и кружкой-непроливайкой. «Он был занят в эти дни». «Передай ему, чтобы он сейчас же вернулся домой». «А могу я узнать, что такого важного, что мне нужно сказать другу, чтобы он поспешил домой? Почему бы тебе не позвонить ему, если это так важно? В последний раз, когда я проверял, у тебя тоже был его номер». «Хаку», — серьёзно произнёс Саске. — «Клянусь, я расскажу тебе всё, но мой брат не ответит на мои звонки. Я знаю, если ты позвонишь, он ответит. Ты… ты захочешь, чтобы он был здесь, когда ты услышишь это, поверь мне». Хаку сглотнул. Тон Саске был настолько мрачным, что у него по спине пробежал холодок. Он не мог представить, что могло случиться настолько серьёзным, что ему понадобился Итачи, но знал, что Саске не из тех, кто преувеличивает. «Ладно... Я позвоню ему и скажу, чтобы он возвращался домой». «Мамочка», — Казуки заерзал, внезапно приподняв тарелку с супом, чтобы тот не пролился. — «Мне неудобно. Скажи малышу, чтобы он подвинулся». Хаку хихикнул. Резкая перемена в атмосфере, более лёгкая, пришлась ему по душе. «Я же тебе говорил. Ребёнок шевелится только тогда, когда хочет. Я не могу заставить его делать то, чего он не хочет, Кадзу». Казуки фыркнул и отшатнулся, в конце концов сдался и бросил свою миску на стол. «Тогда малышу нужно дать отгул за то, что он не слушается маму!» Хаку рассмеялся: «Ты научишь их слушаться маму, когда придет время, урожденная Казу?» Кадзуки энергично закивал. Голова его двигалась так быстро, что у него закружилась голова. «Это мой сладкий мальчик». Хаку поцеловал Казуки в макушку. Подняв голову, он поймал взгляд Наруто. Если бы глаза Наруто не были такими пронзительно-голубыми, Хаку даже не заметил бы, что Наруто смотрит на него. «Наруто-сан? Хочешь что-то сказать?» Хаку мило улыбнулся. — Нет-я... — щёки Наруто вспыхнули румянцем. Он смотрел куда угодно, только не на Хаку. На мгновение взгляд Наруто задержался на животе Хаку. — О, понятно. Хочешь потрогать мой живот? Я не из тех, кто возражает, в разумных пределах, конечно. Иногда Тачи может увлечься и свести меня с ума своими ласками и поцелуями. Но в большинстве случаев это приятно, понимаешь? Наруто застыл как вкопанный. Словно лёд пропитал каждую его кость, сделав его твёрдым. «Хочу потрогать!» — с готовностью ответил Сорен вместо Наруто. Он поставил миску на стол, пролив немного, и подбежал к Хаку. Казуки отодвинулся в сторону, чтобы его кузен мог добраться до живота Хаку. Он был так же нетерпелив, как и Сорен. «Прикасаться нужно нежно», — мудро сказал Казуки. У него было достаточно практики. «Вот так», — Казуки отпустил свою кружку-непроливайку, чтобы показать Сорену, как именно это делать. Сорен последовал примеру кузена. Он погладил Хаку по животу, поглаживая его с лёгким, как перышко, надавливанием. «Почему у тебя такой большой живот, дядя Хаку?» «Там ребенок, глупый Сорен!» Казуки посмотрел на Сорена как на сумасшедшего. «Кадзуки, будь повежливее. У Сорена нет такого опыта, как у тебя. В этом нет ничего плохого». «Сови, Сорен», — Казуки выпятил губу. «Ребёнок?» Сорен моргнул, не обращая внимания на поддразнивания Казуки. «У тебя в животе? Как он там оказался? Застрял?» «О боже», — Хаку посмотрел на Саске. «Мне сказать ему, или ты давно этого ждал?» Саске посмотрел на Наруто, ожидая ответа от омеги. Это ошеломило Хаку. Он понятия не имел, что их отношения достигли такого уровня? Это изменило всё. По одному этому взгляду Саске Хаку понял, что Саске настроен серьёзно по отношению к Наруто. Но, честно говоря, то, что Сорен назвал Наруто своей матерью, должно было стать серьёзным сигналом к серьёзности. Хаку снова посмотрел на Наруто. Более критически. Ага! Там, выглядывая из-под своего тяжёлого белого шарфа, Хаку увидел несколько свежих следов укусов на его шее. Он был уверен, что если стянуть этот шарф вниз, у Наруто останется след на его пахучей железе. С подозрением Хаку посмотрел и на своего зятя. Шея Саске была прикрыта чёрной водолазкой, которую он носил. Теперь, когда он об этом подумал, Саске был не из тех, кто обычно носит водолазки. Его шея, вероятно, тоже была покрыта следами укусов. Он действительно позволил омеге оставить след на своей шее! Хаку покачал головой, совершенно забавляясь, вспомнив слова своего друга. «Я не буду шокирован, если Саске укусит его за шею в течение недели». Саске не протянул и недели! У Итачи теперь серьёзно не будет другого выбора, кроме как принять решение Саске увидеть Наруто, потому что было совершенно очевидно, что Саске выбрал Наруто, чтобы остепениться. Иначе зачем бы ему спрашивать разрешения Наруто, пришло ли время рассказать Сорену о птицах и пчелах? «Всё в порядке», — ответил Наруто. «Твой дядя Итачи-сан и Хаку-сан очень любят друг друга, поэтому им повезло иметь ребёнка. Хаку-сан носит ребёнка, и скоро у тебя появится новый двоюродный брат, с которым можно играть. Малыш не застрял. Ему нужно время, чтобы вырасти сильным и здоровым, когда он появится на свет и сможет играть с тобой!» Наруто определённо был учителем. Он объяснил всё так, что даже ребёнок мог понять, не раскрывая ничего, что могло бы скомпрометировать его невинность. «Да, мой брат будет очень сильным!» — скромно похвастался Казуки. «Кадзу, я же тебе говорил. Мы пока не знаем, брат это или сестра», — напомнил Хаку. «О, да... но все равно ребенок будет чудовищем!» Хаку рассмеялся. «Если они хоть немного похожи на тебя, я в этом не сомневаюсь». «О», — Сорен снова перевёл взгляд на круглый живот Хаку. Он долго смотрел на него, а затем снова повернулся к Наруто. «Ма-кун, вы с папой тоже очень любите друг друга, да?» Наруто покраснел и взглянул на Саске. Саске ответил ему тем же. Он ухмыльнулся и схватил Наруто за руку. Он прошептал ему что-то шепотом, чего Хаку не услышал, отчего румянец Наруто стал ещё сильнее. «Да, мы очень любим друг друга, Сорен». «Тогда можешь родить и мне ребёнка, чтобы у меня был братик или сестричка!» Глаза Сорена расширились, а губы надулись, словно он идеально подражал щенку. Наруто окутала та же странная тишина, которую Хаку видел, когда спросил Наруто, не хочет ли тот потрогать его живот. Хаку не понимал, что это такое. «Я-мы…» — пробормотал Наруто. Словно утопающий, которому не хватает воздуха в лёгкие. «Пойду позвоню Итачи». Хаку решил бросить бедняге спасательный круг. Что бы ни было причиной его заикания, тема явно была ему не по зубам. «Если повезёт, он ещё не успел уйти слишком далеко». Хаку направился на кухню, чтобы позвонить. Он старался не смотреть в гостиную, но его взгляд всё же блуждал. Наруто разговаривал с Сореном, а Саске наблюдал за ним. Хаку покачал головой. Его зятю было совсем плохо. Дурак был глубоко влюблен. Хаку размышлял об этом, пока набирал номер Итачи и пересказывал ему ситуацию. «Они хорошо ладят, хм», — заметил Хаку, садясь рядом с Наруто на диван. Саске был в ванной, а мальчики с удовольствием строили из лего какую-то крепость или космический корабль. Хаку, честно говоря, не мог этого сказать, хотя и присутствовал при покупке этой чёртовой штуковины Итачи. «О, конечно!» — нервно протараторил Наруто. Он всё ещё не проникся симпатией к Хаку, и Хаку собирался это исправить прямо сейчас! Что может быть лучше? Пока они ждали Итачи, а Саске отсутствовал, Наруто был полностью в его распоряжении. «Я бы с удовольствием когда-нибудь причёсываю тебя». Хаку начал с лёгкого разговора. Это был лёгкий способ завязать разговор. «Я был моделью и всегда старался сам делать себе макияж и причёску. Я научился нескольким трюкам у лучших в этом деле. Я умею заплетать эту потрясающую косу, которая выглядит наизнанку. Она тебе очень идёт. У тебя такие прекрасные пропорции, прямо как у модели». Наруто покраснел, смущённо коснувшись своих волос, которые сейчас были собраны в пучок на макушке. «П-правда?» «Конечно! Зачем мне врать?» Наруто коротко поблагодарил. Он, правда, не выглядел полностью убеждённым, что расстроило Хаку. Он имел это в виду. Наруто был красавчиком. Тот факт, что он зашёл так далеко и сохранил свою скромность, сам по себе был чудом. Обычно по-настоящему красавчики были либо совсем сумасшедшими, либо настолько самовлюблёнными, что им с таким же успехом удавалось спариваться с самими собой. За исключением Хаку, конечно. Хотя, если быть честным, он мог быть немного сумасшедшим, хотя никогда не доставил бы Итачи удовольствия, признавшись в этом. Насколько Хаку мог судить, Наруто не был ни сумасшедшим, ни тщеславным. Саске поймал себе хорошую. Хаку не упустит Наруто. Он был уверен, что Саске больше никогда не получит такую хорошую, как Наруто. «Знаешь, извини, если это прозвучит слишком прямолинейно, но Саске настроен к тебе очень серьёзно. Уверена, ты это понимаешь, ведь он укусил тебя за шею». Наруто вспыхнул красным. Он плотнее закутавшись в пушистый шарф, пытался скрыть шрам на шее. «В этом нет необходимости. Я уже видел», — игриво сказал Хаку, пожимая плечами. «Я знаю, что ты тоже укусил его за шею. Не волнуйся, я не учуял твоего альфы. Это просто интуиция. К тому же, за все годы, что я знаю Саске, он ни разу не носил водолазку, что, честно говоря, очень жаль, ведь она ему очень идёт!» «Ты... ты не против нас?» — спросил Наруто, словно не мог поверить услышанному. «Ни за что!» — прохрипел Хаку. «Как ты вообще мог так подумать? Я, наверное, самый большой твой поклонник, Наруто-кун!» Хаку вздохнул. «Саске так тяжело переживал любовь. Знаешь, я действительно считаю его своим младшим братом, поэтому желаю ему самого лучшего. Я просто хочу, чтобы он был счастлив, и, глядя на вас двоих, я вижу, что именно ты делаешь его счастливым». Наруто улыбнулся, но его глаза затуманились. «Да, я знаю». «Вот это уверенность», — окликнул Хаку. «Кстати, со мной ты можешь быть собой. Я не кусаюсь. Я так долго ждал кого-то вроде тебя. Мне и двум альфам бывает так одиноко. Между нами говоря, я так счастлив, что ты омега! Если бы Саске женился на этой бете, я бы, наверное, сошёл с ума. Человек может выпить столько полезных коктейлей, что потеряет рассудок». Наруто рассмеялся. «Спасибо, Хаку-сан». «Зови меня Хаку. Ты ведь теперь почти член семьи». «Спасибо за тёплый приём. Для меня это всё ещё в новинку, но я рада знать, что хотя бы один человек рад за меня и Саске». «Не буду врать. Это тяжело, но, пожалуйста, просто оставайтесь рядом с ним. Это того стоит». «О чём вы говорите?» Саске вошёл в комнату и сел рядом с Наруто. Он подозрительно посмотрел на них обоих. «Ну, ты понимаешь. Это как с Омегой. Тебе не понять», — смущённо отмахнулся Хаку. «Я уверен». Саске больше не пытался заставить Хаку раскрыть правду, так как он уже знал, что Хаку хорош в том, чтобы делать ровно противоположное тому, что вы от него хотели. «Я дома», — раздался из дверного проема голос Итачи. «Папочка!» Казуки бросил деталь лего, которую держал в руках, и побежал приветствовать отца. «Столько энергии для человека, который притворяется больным», — Итачи закончил вешать зимнее пальто, наклонился и подхватил Кадзуки на руки. Он поцеловал его в пухлые щёки. «Ты уверен, что заболел? Твои щёки совсем не тёплые», — с притворным упреком сказал Итачи. «Папа, я очень заболела! Маме даже пришлось дать мне лекарство, и он ещё и суп сварил!» «Да неужели? Ему обязательно нужно было всё это делать?» «Ага! И... и он ещё разрешил мне поспать и посмотреть мультики!» «Тогда ты, должно быть, действительно болен. Прости, что сомневался в тебе». Итачи большим пальцем смахнул остатки засыхающего молока, пролитого на маленький подбородок Казуки. Он проводил их обоих в гостиную. Хаку с теплой улыбкой смотрел на своего партнёра и младшего. Ему нравилось, как Итачи ведёт себя с их детьми. Он мог бы смотреть, как Итачи опекает их весь день. «Дядя Тачи!» — помахал Сорен. Он был слишком занят, доделывая свой шедевр из лего, чтобы вставать прямо сейчас. «Привет, Сорен», — отдал честь Итачи. Сорен рассеянно ответил на салют, как истинный маленький солдат. Он опустил Казуки на землю. «Иди, поиграй с Сореном, Казу». «Хорошо, папочка». Казуки вернулся к столу и сел рядом с Сореном, чтобы помочь ему закончить строительство космического корабля. «Напряженный день?» — пробормотал Итачи, целуя Хаку в губы, а затем еще раз в живот Хаку. «Нет, на самом деле, было довольно весело. Давно в доме не было гостей», — улыбнулся Хаку. «И ещё дольше, ведь Саске привёл нам нового партнёра». Хаку склонил голову. Он уже говорил своему партнёру, чтобы тот поздоровался. «Привет, младший брат и омега младшего брата». Хаку пнул Итачи по ноге. «Тачи, веди себя хорошо. Помни, что ты сказал». «А, точно», — вздохнул Итачи. «Трудно притворяться, когда приходится видеть такое». Итачи полез в карман куртки и достал телефон. Он нажал несколько кнопок, и меньше чем через секунду на экране появилась ежедневная газета. Заголовок гласил: «Саске Учиха опровергает слухи, демонстрируя свои права на своего возлюбленного-омегу!» А на фотографии ниже был Наруто, прижавшийся к стеклу, и Саске целовал его. Итачи растворил изображение и убрал телефон. «Ты неосторожен. С такими трюками это будет...» « Брат. Извини, что прерываю, но сейчас это не имеет значения». Хаку был встревожен тем, что Саске не разозлился. Обычно Итачи в подобном поведении начал бы спорить. Но Саске даже глазом не моргнул, увидев изображение. Единственным, кто как-то отреагировал на него, был Наруто, который покраснел и поспешно отвернулся. «Что значит, это неважно?» — взгляд Итачи стал жестче, а голос стал резким. «То, что ты целуешь своего омегу на виду у всех, — полная противоположность тому, что я тебе говорил! Я советовал тебе спрятать его! И что ты делаешь? Целуешь его на виду у всех!» «Тачи, говори тише. Ты распугаешь детей», — Хаку взглянул на Наруто, который крепко держал Саске за руку. «И Наруто тоже», — добавил Хаку тише. «Хорошо», — согласился Итачи, но голос его всё ещё был твёрдым. «Объясни, что это не имеет значения. Ты хочешь, чтобы отец вмешался, потому что ты знаешь, что произойдёт, если он это сделает». Саске посмотрел на Наруто. Он снова просил разрешения на что-то. На что? Хаку не знал, но ему было любопытно узнать, на что. Саске сказал, что ему понадобится Итачи, когда он «услышал», что именно он пришёл им сказать. Итачи был здесь. Хаку был готов. Наруто кивнул. «Но не здесь. Дети». «Всё в порядке. Они не обращают внимания», — немного нетерпеливо заметил Хаку. «Меня это не волнует. Меня пугает реакция Итачи-сана». Наруто встал и подошёл к Казуки и Сорену. Он опустился на колени и что-то прошептал им. Они улыбнулись и убежали в соседнюю комнату. Наруто вернулся и сел рядом с Саске. «Я сказал им спрятаться. У меня есть пара минут, прежде чем мне придётся их найти», — Наруто посмотрел на Саске. «Извини, я не знал, как ещё отвлечь их от Лего». «Всё в порядке, персик », — пробормотал Саске. «Ты молодец». В любой другой момент Хаку непременно подразнил бы Саске этим слащавым, но милым прозвищем, но сейчас было не время. Он чувствовал, как его друг с каждым часом всё больше и больше волнуется, и это прозвище только злило его. «Да выкладывай же уже». Взгляд Итачи переключился с Наруто на Саске. «Что такое?» Саске вздохнул, словно готовясь выйти на поле боя. «Дело в маме. Она… »