В погоне за кудрями

Следующие недели были смесью напряжения и магии. Драко и Гермиона встречались всё чаще — то в Министерстве, то в маленьких кафе, то в библиотеке Мэнора. Каждый их разговор был как танец: шаг вперёд, шаг назад, осторожные прикосновения и взгляды, которые говорили больше, чем слова. Однажды вечером они оказались в саду Малфой-Мэнора. Павлины бродили где-то вдалеке, их крики смешивались с шёпотом ветра. Гермиона сидела на каменной скамье, её мантия была небрежно накинута на плечи, а кудри рассыпались по спине, как тёмный водопад. Драко не мог отвести от неё глаз. "Ты всегда так смотришь," — сказала она, не поворачиваясь. — "Как будто боишься, что я исчезну." "Может, и боюсь," — признался он, садясь рядом. Он не планировал быть таким честным, но с ней слова вырывались сами собой. — "Ты… ты как что-то, чего я не заслуживаю." Она повернулась к нему, её взгляд был серьёзным, но мягким. "Перестань так думать, Драко. Ты не тот мальчик, который издевался надо мной на первом курсе. Я вижу это." Он почувствовал, как тепло её слов растекается по груди, но вместе с ним пришёл и страх. Он протянул руку, его пальцы коснулись её, переплетая их пальцы. Её рука была маленькой, но сильной, и он почувствовал, как она слегка сжала его ладонь в ответ. "Гермиона," — сказал он, впервые произнося её имя без привычной насмешки. — "Я не знаю, как это работает. Но я знаю, что не хочу, чтобы это заканчивалось." Она наклонилась ближе, её кудри коснулись его плеча, и он почувствовал, как её дыхание согревает его кожу. "Тогда не дай этому закончиться," — прошептала она. Их следующий поцелуй был не таким осторожным, как в библиотеке. Он был голодным, почти отчаянным, словно они оба пытались убедиться, что это реально. Драко запустил пальцы в её кудри, чувствуя их мягкость, их непокорность, и это было лучше, чем любая магия, которую он знал. Она прижалась к нему, её руки скользнули по его груди, и он почувствовал, как его самообладание тает. Когда они отстранились, её глаза блестели в лунном свете. "Мы движемся слишком быстро," — сказала она, но её голос был хриплым, и она не отодвинулась. "Слишком быстро?" — усмехнулся он, пытаясь восстановить дыхание. — "Грейнджер, я ждал этого семь лет." Она засмеялась, и этот звук был таким живым, что он захотел запомнить его навсегда.