В погоне за кудрями

Прошёл месяц с их свадебного путешествия в Санторини, и квартира Гермионы оставалась их уютным убежищем, где они строили свою жизнь, избегая холодных стен Малфой-Мэнора и возможных встреч с Люциусом. Утренний свет заливал маленькую кухню, смешиваясь с ароматом свежесваренного кофе и ирисов, которые всё ещё стояли на подоконнике с запиской от Драко: Для той, кто зажигает мои ночи. Д.М. Гермиона сидела за столом, её кудри сияли в лучах солнца, слегка растрёпанные, а серебряный браслет с кулоном-звездой и кольцо с сапфиром блестели на её руке. Но этим утром она чувствовала себя иначе — лёгкая тошнота, усталость, которая не проходила даже после её любимого кофе, и странное тепло в груди, которое она не могла объяснить. Она заметила эти изменения несколько дней назад: её аппетит стал непредсказуемым, запах кофе, который она обычно обожала, вызывал лёгкое головокружение, а её магия, казалось, искрила чуть ярче, когда она колдовала. Сначала она списала это на усталость от работы в Министерстве, где она продолжала продвигать реформы для магических существ, но вчера, когда она случайно уронила стопку пергаментов, её интуиция — та самая, что помогла ей пережить войну — подсказала, что дело в другом. Она тайно посетила магическую клинику в Косом переулке, и целительница, с доброй улыбкой, подтвердила её подозрения: она была беременна. Гермиона сидела, её пальцы нервно теребили кудри, пока она пыталась осознать новость. Радость смешивалась с волнением — они с Драко были женаты всего три месяца, их жизнь была полна любви и страсти, но ребёнок? Это было новым, огромным шагом. Она посмотрела на кольцо, вспоминая его клятвы под звёздами, и её сердце сжалось от желания поделиться с ним. Драко вошёл в кухню, его светлые волосы были слегка растрёпаны, а чёрная рубашка, как обычно, небрежно расстёгнута. Он остановился, заметив её задумчивый взгляд, и его брови приподнялись. "Грейнджер… то есть, Малфой," — поправился он с лёгкой улыбкой, — "ты выглядишь так, будто разгадала тайну философского камня. Что случилось?" Она улыбнулась, но её голос дрожал, когда она ответила: "Садись, Драко. Нам нужно поговорить." Её кудри качнулись, когда она указала на стул напротив, её пальцы сжали кружку с совёнком, хотя она не пила. Он нахмурился, его серые глаза наполнились беспокойством, и он сел, его рука тут же нашла её, сжимая её пальцы. "Ты меня пугаешь," — сказал он, его голос был полон заботы, но с лёгкой насмешкой. — "Если это про мою попытку сварить твой кофе вчера, я обещаю больше не экспериментировать." Гермиона засмеялась, её нервозность немного отступила, и она глубоко вдохнула, её глаза встретились с его. "Это не про кофе," — сказала она тихо, её голос был мягким, но полным эмоций. — "Я… я беременна, Драко." Он замер, его глаза расширились, и на мгновение она подумала, что он перестал дышать. Затем его лицо озарилось улыбкой — такой широкой, такой искренней, что её сердце сжалось. "Ты… серьёзно?" — спросил он, его голос дрожал от восторга. Он встал, обходя стол, и опустился перед ней на колени, его руки обхватили её лицо, его пальцы запутались в её кудрях. "Мы… у нас будет ребёнок?" Она кивнула, её глаза наполнились слезами, но она улыбалась. "Да," — прошептала она, её голос был хриплым. — "Я узнала вчера. Я… я всё ещё привыкаю к этой мысли." Драко ахнул, его глаза блестели, и он притянул её к себе, его губы нашли её в поцелуе — мягком, но полном любви и счастья. Её кудри коснулись его щёк, и он отстранился, его лоб прижался к её, его дыхание было тёплым. "Гермиона, это… это лучшее, что ты могла мне сказать," — сказал он, его голос был полон благоговения. — "Я… я буду отцом. Мы будем семьёй." Она засмеялась, её слёзы скользнули по щекам, и она сжала его руки, её пальцы коснулись браслета и кольца. "Ты счастлив?" — спросила она, её голос был тихим, но в нём чувствовалась уязвимость. "Счастлив?" — переспросил он, его глаза сияли. — "Я на седьмом небе, моя жена." Он встал, подхватил её на руки, закружив по кухне, её кудри подпрыгнули, и она засмеялась, её руки обхватили его шею. Он поставил её на пол, его руки не отпускали её талию, и он поцеловал её снова, его губы были тёплыми, полными обещания. На столе у окна появился новый букет — яркие тюльпаны, жёлтые и красные, перевязанные серебряной лентой, с запиской: Для той, кто подарила мне будущее. Д.М. Гермиона заметила его, её брови приподнялись, и она повернулась к нему. "Ты успел это сделать за пять минут?" — спросила она, её голос был полон притворного укора. "Я всегда готов," — ответил он, его улыбка была озорной, и он убрал её кудри с лица, его пальцы задержались на её щеке. — "Особенно теперь, когда ты делаешь меня отцом." Они провели день в квартире, их повседневность была пропитана новым смыслом. Драко настоял на том, чтобы приготовить обед — неуклюжая попытка сделать её любимый овощной суп, — и она поддразнивала его, когда он чуть не сжёг кастрюлю. Они сидели на диване, её голова лежала на его плече, а её кудри касались его лица, пока они обсуждали будущее: имена для ребёнка, как переставить книги, чтобы освободить место для колыбели, и как рассказать друзьям. Гермиона чувствовала, как её волнение сменяется радостью, особенно когда Драко, с серьёзным видом, заявил: "Если это будет девочка, она точно унаследует твои кудри." "А если мальчик, то твои серые глаза," — ответила она, её голос был мягким, и она поцеловала его, её губы были тёплыми, полными любви. Они сидели так, окружённые ароматом тюльпанов и кофе, их руки переплетены, а её кудри сияли в свете солнца. Их квартира, их маленький мир, была полна магии — магии любви, семьи и нового начала.