Во сне ты кричала "Папочка"

Сегодня Николай решил завершить начатое окончательно. Ему было плевать, что на месте его прибытия может быть Владимир. Он уже решил для себя, что ему нужно завершить то, на что он потратил столько времени и сил, пусть это и будет стоить ему жизни. Сейчас нужно было посмотреть расшифровку координат, начертанных каким-то огрызком карандаша, едва не протыкая листок насквозь. Мужчина рылся в своём рабочем ноутбуке, на котором было предостаточно программ, помогающих заниматься его привычной деятельностью. Долго времени не потребовалось, карты сразу же показали отметку, и Николай выдвинулся в путь. Дорога была спокойной. Его не беспокоили ранее назойливые мысли, ему в целом было всё равно на будущее. Он уже решил для себя, что либо всё пойдёт по его плану, и он заставит Владимира страдать, либо умрёт. Третьего не дано. Время мужчина выбрал ночное, чтобы быть менее заметным. Ранее, всего пару часов назад, он просто сидел и курил, смотря на качающиеся ветки деревьев внизу обрыва. Он всё не переставал думать о плане похищения Дианы. Но это было несколько часов назад. Сейчас он вообще ни о чём не думал. Взор был устремлён вдаль, туда, где должно свершиться нечто важное, способное принести желанное уважение и почёт. Мужчина бросил взгляд на зеркало, висевшее прямо напротив него, где он столкнулся со своим же напряжённым взором. Почти сразу он отвернулся, не желая смотреть в свои же глаза. Ехать было не близко, но тем не менее привалов делать мужчина не планировал, предварительно залив полный бак бензина, разумеется, за наличные, чтобы Владимир вдруг не отследил его маршрут. Николай прибыл на место назначения. Вид был впечатляющий. Но самое интересное, что здание это было не где-то в дебрях, это было недалеко, в пригороде по соседству. Мужчина окидывал поместье взглядом и наблюдал за происходящим вокруг. Перед ним было большое здание, не выглядящее как-то броско. Это было обычное поместье, сделанное из серого кирпича. Оно не было очень большим или, как многие представляют, в готическом стиле. Простая привлекательная постройка. В поместье было два этажа и небольшой сад. Николай решил не медлить и выдвигаться. Он не обдумывал конкретный план действий, поэтому просто пошел вперед, чтобы проверить хотя бы наличие сигнализации. Как оказалось, сигнализации не было, и единственная мера безопасности заключалась в закрытии дверей на замок, что было крайне странно и подозрительно. Неужели те, кто обитает в этом поместье, настолько уверены в своих умах и в своей неприступности, что отрицают все меры безопасности? Пришлось ломать окно специальным молоточком, который мужчина взял с собой на подобный случай. Прислонив молоток к стеклу, мужчина нажал на железный рычажок на ручке, после чего стекло рассыпалось на множество мелких кристалликов. Благо, это произошло почти бесшумно из-за способностей молоточка. Единственный громкий звук, который раздался отчетливо — это рассыпающиеся стекла. Залезая внутрь, Николай поранился о торчащие стекла, но ему было плевать. Обстановка внутри поместья вызвала у мужчины нескрываемое разочарование. Он ожидал чего-то более необычного и завораживающего, но вокруг были лишь серые стены и унылый интерьер. Пройдя дальше по коридору, Николай наткнулся на комнату, похожую на спальню. Внутри стояла большая двуспальная кровать, на которую запросто уместились бы даже четыре человека, а у окна стоял письменный стол, за который глаз мужчины сразу же зацепился. Подойдя ближе, Николай заметил выдвижные ящики, в которых с большой вероятностью могло хватиться чего-то полезного. Первый ящик не открылся, так как оказался заперт на ключ, благо Николай не впервые сталкивается с таким и он как никто другой наслышан о так называемых «карманах» под столами, в которых хранятся ключи от подобных ящиков. Как он и думал, ключ оказался спрятан под столом, и, достав его, мужчина открыл первый ящик, найдя внутри письма, в которых велась переписка довольно жуткого характера. Там хозяин дома и какие-то неизвестные люди говорили о торговле детьми и органами, а также о скидке по старой дружбе. Такие диалоги вызвали у Николая отвращение, даже несмотря на то, что он сам имел аморальное прошлое, да что уж прошлое, нынешнее. Он искренне считал, что лучше этих сволочей, издевающихся над детьми, ведь сам он, хоть и допустил со своей стороны жестокие действия в сторону Дианы, понимал, что она не ребёнок, а взрослая девушка, и это хоть немного, но красит его, по крайней мере, по его мнению. Мужчина сгрёб письма и скинул в свою сумку, выдвигаясь дальше. Ничего интересного не попадалось, но вот он вышел в, как ему показалось, главный зал, где по обе стороны от стен были расположены лестницы, а под ними — еще одна лестница, ведущая на нулевой этаж. Николай сразу же решил спуститься вниз, начав полное обследование дома с нижних этажей. Вид этого этажа вызвал больше положительных эмоций, ведь выглядел он интереснее. Стены были не скучного серого оттенка, а красивого темного. Идя вдоль коридора, Николай заметил приоткрытую дверь, из которой пробивался тусклый желтый свет — вероятно, от светильника. Сделав шаги тише, мужчина подошел ближе и прислушался. За дверью первые пару секунд было тихо, а затем послышались тяжелые вздохи. Резко отворив дверь, Николай выставил перед собой пистолет. Картина внутри не на шутку его удивила. Если челюсть у него не отвисла, то дара речи он лишился мгновенно. На кровати, рядом с сидящим и связанным на стуле солидно одетым мужчиной, сидел Владимир, улыбаясь так, будто перед ним долгожданный гость. Мужчина на стуле, вероятно, был хозяином дома, а Владимир уже успел схватить его и разбить голову — та была сильно перепачкана кровью. — Я уже заждался тебя, дружок, — с почти теплой улыбкой сказал Владимир. — Какого хуя? Разве ты не должен упиваться горем у себя дома? В нашу последнюю встречу ты выглядел раздосадованным, я бы сказал, даже убитым, — постебался в ответ Николай. — А я смотрю, ты обо мне совсем плохого мнения. — Это хозяин поместья? Он глава культа? — попытался съехать с темы Николай. — Да, он хозяин и глава, но тебе эта информация уже ни к чему. Ты не выйдешь отсюда без меня, либо не выйдешь и вовсе живым. — С чего такая уверенность? Кто сказал, что ты сможешь меня поймать? — Мое физическое превосходство, годы опыта и то, что я мастер в стрельбе. — Да ну? — спросил Николай, опуская пистолет так же, как это сделал Владимир. — Не хочешь узнать, как я тут оказался? — Да это же очевидно. Координаты остались у Виталия, и ты со злости узнал их и поехал сторожить меня до моего появления, потому что знал, что я приеду. — Умница, попал прямо в цель. — И все равно я тебе не сдамся, — бросив это, Николай резко навел пистолет на Владимира, который моментально среагировал и скатился за кровать, уклоняясь от пули. — Не играй со мной! — Выкрикнул Владимир, слыша в ответ целое ничего. Сам же Владимир выждал момент, когда пистолету Николая потребуется перезарядка. Дождавшись, когда рука мужчины высунется для очередного выстрела, он натренированным взглядом поймал цель и выстрелил первым — прямо в руку, наблюдая, как оружие выпадает из пальцев. Максимально быстро Владимир переместился к чужому пистолету и откинул его ногой в сторону. По правде говоря, мужчина даже не ожидал, что это будет настолько быстро, что его противник так скоро проиграет. Хотя, он и был уверен в своих силах, на такое быстрое поражение он не рассчитывал. Теперь он мог продолжить глумиться над неудачником, тем более в таком унизительном положении. Не было сомнений, что Николай ненавидел себя в этот момент больше всего на свете: за глупость, за расторопность, за невнимательность. — Знаешь, у меня никогда не было такого, чтобы я не знал, как лучше разделаться с человеком. Убить тебя — скучно. Замучать до смерти — банально. Николай не отвечал, глядя на своего врага глазами, полными ненависти. — Дай угадаю. Ты думал, что уничтожишь культ и заберешь себе мой авторитет? — Какая уже разница? Любой свидетель моей деятельности подтвердил бы, что прогресс, которого мы достигли, — это исключительно моя заслуга. Николай тяжело дышал от накатившей злости. Он не хотел поднимать голову на Владимира, потому что знал, что тот улыбается. — Без меня ты бы даже на миллиметр не приблизился к этим шизикам. К тому же, без тебя я спокойно вел наш преступный бизнес и, хоть и медленно, но всё же продвигался в делах культа. А когда появился ты, всё перевернулось с ног на голову. — Ты просто слабак, способный лишь на офисную лабуду. — А вот и нет. Ты понятия не имеешь, чем я занимался помимо возни с бумагами. Моя работа — это конфиденциальная информация; действую я скрытно, исключительно по контрактам. — Мне плевать. Я своими глазами вижу, что за два месяца сделал больше. — Позволь выдвинуть еще одну гипотезу, — Владимир прищурился. — Ты думал, что после твоей выходки я прибью Диану или искалечу её так, что она захочет сбежать от меня — например, к тебе? Ведь ты выставлял себя перед ней едва ли не святым. Таким образом ты хотел унизить меня и заставить страдать. Я прав? — Это не имеет значения. По крайней мере, сейчас. Внезапно из коридора послышались быстрые шаги и громкий выстрел, а после раздался неприятный слуху мужской голос: — Стоять! Не двигайтесь! — выкрикнул парень в детективном халате. Его руки дрожали, а в глазах читался явный страх, который едва ли удавалось скрыть за напускной смелостью. Беседа была грубо прервана, но Владимир не расстроился, потому что разговаривать было не о чем. Этот мелкий трус вполне способен развеселить, да и может оказаться полезным. — Ого, и что же мне теперь делать? — наигранно удивился Владимир, склонив голову набок и приподняв левую бровь. — Заткнись! Иначе я выстрелю! Не вздумайте бежать, потому что в здание уже входит группа наших людей, они вооружены! — Ты стрелять-то хоть умеешь? — с насмешкой спросил Владимир. — У меня есть опыт в убийстве людей, тем более я хирург! В вам лучше закрыть рты! Парень заикался, явно выдавая себя за того, кем не являлся. Он старался сделать взгляд устрашающим, но выглядело это жалко. Владимир улыбнулся во все тридцать два, отходя назад к хозяину поместья. Он прекрасно видел, что этот парень пистолет в руках держит впервые, ведь его тело тряслось от сильной отдачи после выстрела, в зрачки были расширены из-за прилившего в кровь адреналина и шока. — А если я сделаю так? — спросив это, Владимир отошел назад и направил дуло пистолета в висок хозяину поместья, а после выстрелил. — Что мне будет? Последнее, что застыло на лице у хозяина, это неописуемый страх. Это то самое предсмертное выражение лица, когда глаза расширяются, брови поднимаются вверх, будто умоляя, а со лба течет пот ручьями. Лаборант раскрыл рот, а глаза его расширились от страха и незнания, что делать. Фактически, их лидер мертв, и теперь им некуда двигаться дальше, но не может же он сейчас взять и убежать. Владимир прислонился щекой к щеке хозяина, начал двигать его нижнюю челюсть, изображая обращение мужчины к лаборанту, чтобы еще сильнее поиздеваться над и без того трясущимся парнем. — Какой из тебя подчинённый! Не смог защитить хозяина! Где такие мямли рождаются! Ты уволен! Владимир рассмеялся, после чего отстранился от хозяина, растирая кровь по своему лицу, и подошел почти впритык к парню. — Бу! — крикнул Владимир, наблюдая, как лаборант едва ли не обмочился от страха. И внезапно послышались звуки разбитого стекла, шагов и громких криков. Окно, расположенное почти у потолка, с треском разбилось, потому что один из членов культа, выбежал почти впритык к мужчинам и выстрелил, тотально промахиваясь. Видимо, это был такой же слабак, как и лаборант, которого просто отправили на убой. Владимир вооружился и принялся стрелять в коридор, прячась за стену и убивая хотя бы часть из всей этой массы. Николай решил воспользоваться моментом и отполз назад к стене, решив зацепиться за последний шанс и ускользнуть через окно. Но проблема была в том, что окно расположено довольно высоко и имеет небольшой размер, у Николая раздроблена кость и прострелена насквозь рука, поэтому ему придется подтягиваться на одной здоровой руке, что было проблематично. Мужчина начал двигать стол ближе к окну, чтобы залезть на него и попытаться вылезти наружу. Звук от передвижения заглушали громкие выстрелы, поэтому Владимир даже не заметил ничего странного. Встав на стол, Николай принялся карабкаться вверх, напрягая все свои последние силы. Он вновь порезался и еще сильнее повредил раненую руку, ощущая огромную боль. Владимир обернулся, увидев лишь ноги, ускользающие наружу. Он успел сделать косой выстрел, который повредил лодыжку Николая, но остановить подонка окончательно не удалось. — Сука! Подонки, всех к хуям перестреляю! Владимир разозлился, зайдя за угол и принявшись ждать, когда культисты начнут заходить, чтобы перестрелять всех как можно скорее, и у него это получилось. Спустя мучительно долгие десять минут наступила долгожданная тишина. В комнате пахло кровью, потом, порохом и дымом, а ещё пахло смертью, от чего голова начинала кружиться и болеть. — Сейчас выйдешь в коридор на разведку. Если тебя пристрелят, не мои проблемы. Если выживешь, поедешь со мной. Владимир толкнул лаборанта в коридор, убеждаясь, что там больше никого нет, после чего вышел сам и постарался поскорее смыться отсюда, пока не набежала очередная масса людей. На улице Владимир долго осматривался, пытаясь найти Николая, но его уже нигде не было, поэтому Владимир пошел к деревьям, чтобы сесть в свою машину и уехать как можно скорее отсюда, зная, что с главой культа наконец покончено. Но даже если так, теперь главной проблемой был Николай, которого было просто необходимо устранить. Сев в машину, предварительно затолкав лаборанта на соседнее переднее сиденье, Владимир дал по газам и как можно скорее скрылся. Неизвестно, что будет дальше, когда тела найдут, но одно Владимир знал точно: он всегда действовал в перчатках, а всю одежду, в которой он находился на месте так называемого преступления, попросту сожжет. Зато Николай действовал опрометчиво, заявившись с голыми руками и трогая все вокруг, оставляя отпечатки пальцев на мебели. В общем, если вдруг у правоохранительных органов возникнут вопросы, до которых Владимиру в общем-то не было дела, он сможет спокойно стоять в стороне, а все проблемы свалятся на плечи Николая. Если вдруг спросят, почему около поместья есть следы от шин машины Владимира, то он просто скажет, что он и хозяин дома были хорошими друзьями и наказали друг друга, а если вдруг обнаружат волос — эта же отмазка сойдет. Владимир сейчас направлялся в организацию, чтобы попытаться выбить из лаборанта максимум информации о чипах, о вреде этих штук и о том, кто, возможно, мог установить его Диане.