Нечто изменило ход истории.
Ничего не будет как
"прежде".
- Пугод не даст себя засадить, так ведь? - продолжал свою историю Джаст. - Мы не можем сажать людей просто потому что показалось. Но мы присмотримся к ним, - ответила ему Кэтрин. - Понятно всё с вами... После этого конгресс продлился недолго. Ничего столь важного не сказали. Наверное. Алфёдов не слушал дальше этого, но никто больше не кричал и не громыхал. Темно. Страшное время суток - ночь. Синие сумерки и бесконечные звуки: стрекотания, треск, шум воды, шаги. Снеговику пришлось привыкнуть к последним. По-началу он перепугался, думал, его вычислили. Но ни разу этот некто не зашёл внутрь базы. Алфёдов пробовал его поймать - вот только звуки сразу затихали и по ощущениям даже воздух замирал. К восходу он так и не сомкнул глазу. Спать не хотелось, потому решение нашло его само. Ещё одна жертва. В этот раз хочется отведать нечто большее, чем просто острый стакан крови. Недалеко от двери дома его новой жертвы он заметил камнерез. Удобно. Проходя мимо, Алфёдов завёл его и пошёл глубже. Умело бесшумные шаги и внезапный голос. - Привет, Кэтрин. - Ой! Ты меня напугал! Что-то нужно? - вздрогнув, быстренько обернулась на него Кэт. - Что насчёт Верстании? - В смысле? - Верстания или жизнь? - Алфёдов поднял на неё топор. - Это типа к Хэллоуину? - Нет. Оружие отлетает в сторону с громким лязгом, отвлекая её, пока маньяк резко набрасывается на растерянную и зажимает рукой её рот. Та начала брыкаться, но снеговик тянул Кэтрин к пиле, что способна дробить камни, так что плоть дастся легко. Убийца начал опускать её вниз и та уже обо всём догадалась по характерному звуку по её спиной. Вот только делать уже нечего, ведь пила пронзает живот под рёбрами ровной линией вдоль туловища. Звук лезвия заглушается, фейерверком выстреливает кровь. Органы внутри буквально рвало на кусочки. Громкий крик. Мог бы быть... Рука плотно прижалась к губам и не давала воспроизвести ничего, кроме мычания. А тот сидел и ухмылялся, заглядываясь на всю эту картину. Алфёдов слегка подтянул её тушу на себя, дробя дальше тазовые кости. Всё вокруг приобрело зловещий тёмно-бордовый окрас. Жертва уже замолкла, поэтому он смог убрать руку со рта и схватиться за ногу. Немного повертевшись и извернувшись, снеговик смог отрезал ногу под коленом, забрав себе голень. О еде теперь можно не думать. Он убрал частичку Кэтрин в черный пакет и в темпе, от нетерпения попробовать человечину, вернулся на базу. Ногу положили на доску и наставили над ним большой нож-топорик. Для первого раза было выбрано лёгкое блюдо - простой шашлык. Он ловко подцепил краешек и принялся сдирать кожу, оголяя красную плоть. Дальше лезвие пошло над костью, отделяя от той сочное мясо. И ещё несколько раз. Кровь разливалась по дереву, гипнотизируя повара. Следующим шагом Алфёдов ровно порезал кусочки и посыпал их ничем не примечательными приправами, получая на вид обыкновенную заготовку под жарку, но всё ещё изначально было не по рецепту. Кусочки насадили на не слишком крупные шампуры и отправили запекаться над трещащим костром. Спустя время проведённое за переворачиванием шампуриков, он выложил своё произведение на тарелку и посыпал травами. Глянцевые от жира кусочки, в перце, соли и с веточкой розмарина наверху. Потрясающий вид. Снеговик берет один из них и кладёт в рот.Кусок падает на язык, растекаясь тёплым светом специй и необычным вкусом мяса. Вот он - идеал...