слой за слоем

Где-то вдалеке продолжали раздаваться раскаты грома.  Новая волна монстров хлынула сразу после отбытия их шиди, словно поджидая момента. Вместе с ними начала разрастаться и ци, и они задумались над необходимостью очистить землю от нее снова. Однако было очевидно, что это стало бы лишь бессмысленной тратой силы и энергии. Ци продолжит накапливаться до тех пор, пока артефакт не будет нейтрализован. Поэтому им оставалось лишь надеяться на то, что Шан Хоухуа быстро заполучит Кулон Демонического Притяжения и тут же разберется с ним. До тех пор, им придется выносить нескончаемый поток монстров. И как бы сильны они не были, это вымотает любого. Шэнь Цзю стиснул челюсть и отбился от пытавшейся его укусить Тысячезубой Лисицы, понимая, что он становился медленнее. Его чертовы поврежденные меридианы в очередной раз все портили. Со стороны послышалось тяжелое дыхание. — Что он там делает так долго? — спросил неизвестно кого Сяньму Ю, немного задыхаясь. — Прохлаждается, пока мы бьемся изо всех сил? Как и было понятно с самого начала, тебе не стоило отправлять его, шисюн.  Так вот к чему все это было. Очередной способ добраться до него, в этот раз — ставя под сомнение его выбор. В самом деле, его шиди не упускал ни единой возможности. — За это время он скорее всего только успел добраться до поместья Юй. Нам придется потерпеть до тех пор, пока он не уничтожит кулон. Только тогда ци исчезнет полностью, — задумчиво произнес Шэнь Цзю, как будто он вел учтивую светскую беседу, а не направлял удар за ударом на очередную тварь. — Однако монстры никуда не уйдут сами — нам в любом случае придется их всех истребить. Так что тебе придется постараться хоть немного соответствовать своему званию внутреннего ученика и помочь нам в этом, шиди.   — Шисюн, как насчет самому хоть немного соответствовать своему званию? — злобно усмехнулся Сяньму Ю, смотря ему прямо в глаза, совсем отвлекаясь от поля боя. Что было очень большой ошибкой, потому что уже в следующий миг он закричал от боли, пытаясь стрясти вцепившуюся в его ногу зубастую тварь. Рядом с ним тут же появилась Цзяньмэй Мэйли и моментально вырубила монстра.  — Идиот! Вот к чему приводят сторонние разговоры, Ю-шиди! — резко выкрикнула ученица, что было ей так не свойственно. Шэнь Цзю присмотрелся к ноге его шиди. Рана не была серьезной, но она его однозначно замедлит. Тц. Действительно, что за идиот. Им придется перегруппировать силы. Может Сяньму-шиди и сказал это лишь для того, чтобы донять его, однако в чем-то он был прав — Шан Хоухуа стоило поторопиться. Чем быстрее он уничтожит артефакт, тем легче им будет. Они все продолжали биться с монстрами, которых никак не становилось меньше. Это начинало сильно раздражать. И тогда, где-то совсем рядом с ними ударила молния. Будь здесь его самый пугливый шиди, он бы однозначно издал какой-нибудь смешной звук и подпрыгнул на месте. Усмешку Шэнь Цзю заглушил пронзительный гром. Такой громкий, что хотелось закрыть уши — отвлеченный этим фактом, Шэнь Цзю не сразу заметил вибрации в земле. Когда он понял, вибрации уже переросли в дрожь, и не успел он опомниться, как в всего нескольких чжанях от них почва разметалась в стороны, чтобы дать дорогу чему-то, вырвавшемуся прямо из земли.  Это что-то было… Тварью? Демоническим зверем?  Ученики в шоке и ужасе уставились на него.  Оно стояло совсем недалеко от них, и во всех красе — огромное насекомое размером в несколько чжаней. Его тело по форме чем-то напоминало кузнечика, но окрас был буро-коричневым. На массивной голове располагалась пара глаз-бусинок и челюсть. Острейшая челюсть. Помимо этого, тварь обладала шестью конечностями (лапами? ногами?) и парой полупрозрачных пятнистых крыльев, узором и видом чем-то схожих с крыльями стрекозы.  Что самое главное, на самом конце брюшка у него располагалось огромное закрученное к верху жало скорпиона. Великолепно. Потрясающее. — Блять, что это такое?! — заорал Сяньму Ю, в момент забывший о своей травмированной ноге. Судя по молчанию Цзяньмэй Мэйли, она, как и Шэнь Цзю, тоже впервые видела это отродье. Главный ученик судорожно прокручивал в голове все изученные бестиарии, однако все было безрезультатно. Он не имел ни малейшего представления, что это было такое. Демонический монстр, уже полностью вылезший из земли, к счастью не обратил внимания на голос Сяньму Ю. (У него не было слуха? Но разве он не вылез на грохот грома, что свойственно некоторым насекомым в этот сезон? По крайней мере, выглядело это именно так. Он не думал, что демонические особи сильно отличались в этом плане.) В любом случае, когда монстр издал оглушительный рев, еще более невыносимый, чем тот громовой раскат, они поняли что голос у него точно был. (Значит, у него был рот?) Хотелось закрыть уши и спрятаться от этого мучительного звука. Даже мелкие твари, до этого не отстающие о них, жалобно заскулили и начали убегать в разные стороны.  И этого нельзя было позволить!  — Не позвольте им убежать! — закричал Шэнь Цзю своим застывшим шиди и шимэй. — Не дайте им попасть в город!  Оба ученика ошеломленно на него уставились, но Цзяньмэй Мэйли тут же поняла приказ и молнией направилась за удирабшими монстрами. Сяньму Ю же остался стоять на месте. — Тебе не кажется, что у нас есть немного более насущная проблема?! — неверящим голосом проревел он.  — Ты думаешь что я слепой, шиди?! — раздраженно крикнул в ответ Шэнь Цзю, начиная следовать за убегающим Шестилапым волком. — Ты хочешь, чтобы нас обвинили в смертях местных, идиот?! Тогда не забудь сказать всем, что это твоя вина!  — Мы все равно не сможем поймать всех! — возразил насекомое идиот шиди, однако все же последовал их примеру и попытался поймать хоть одну тварь.  Нужно ли говорить, что из-за ноги у него были сложности с бегом.  Возможно, он был прав. Но не важно, прав он или нет — Шэнь Цзю не может позволить себе эту оплошность, не после всего, что они сделали. Если он не справится с миссией, то он лишится своей позиции. Перед глазами ученика всплыло вечно холодное лицо шицзюня. Посмотрит ли он на него с презрением, как и все остальные? Или в его глазах будет разочарование?  Или это будет сожаление, как у Юэ Ци?  — Хватит быть таким бесполезным, шиди. — рявкнул Шэнь Цзю вместо того, чтобы признать, что они точно не смогут поймать их всех.  Сяньму Ю посмотрел на него с закономерной ненавистью во взгляде. Ничего нового. Им, конечно же, не позволили игнорировать главную угрозу слишком долго. Взлетев в воздух (и как такие небольшие крылья удерживали его вес?), монстр стремительно направился в их сторону. Безо всякой команды, ученики прекратили свои попытки добить оставшихся монстров и бросились врассыпную. К счастью, по-видимому тварь не могла совершать свои атаки в воздухе — только на земле. Приземлившись рядом с Цзяньмэй Мэйли, монстр попытался напасть на нее своими огромными челюстями, однако она тут же отпрыгнула в сторону и ударила по его передней ноге. Демоническая тварь страшно заревела, однако, судя по всему, никакого видимого урона атака шимэй не принесла. При этом она точно била сильно. В чем проблема?  Подобравшись поближе, Шэнь Цзю сконцентрировал всю ци и ударил по тому месту твари, до которого сумел достать.  В этот раз монстр не стал реветь, однако он повернул голову в его сторону уставился на него своими безжизненными глазами-бусинками. Он не выглядел слишком агрессивным — казалось, будто он был вынужден сражаться с ними так же, как и были вынуждены они.  Как он и предполагал, ноги огромного насекомого были невероятно твердыми — их не получится пробить даже духовным мечом. Это действительно было просто огромное насекомое, пусть и демоническое — поэтому все его туловище было покрыто твердым панцирем. Если на остальных частях тела броня была такой же прочной, как и на ногах, то у них были большие проблемы. Они не смогут поразить тварь обычным ударом — им нужно найти ее слабые места.  — Ищите его слабые места! — крикнул Шэнь Цзю соученикам, крепче хватаясь за Сю Я.  Одной крысе точно стоило поторопиться.

-

— Мы должны позвать на помощь! — крикнула Цзяньмэй Мэйли, уворачиваясь от (как они выяснили опытным путем) заостренной на конце ноги монстра. (Что в нем не было острым или опасным?) Развернувшись, она в прыжке ударила по туловищу монстра, после чего отскочила обратно. Не было понятно, влияло ли это на монстра хоть как-то — он издавал свой ужасающий крик независимо от этого. — Как?! — прокричал в ответ Сяньму Ю, бросая в сторону твари поджигающий талисман, чисто для того, чтобы проверить, повлияет ли это на нее.  Как оказалось, огонь на нее не влиял. Как и все те прошлые талисманы, которые ученик использовал на ней. В отличие от своей шицзе, он не наносил прямых ударов, стараясь найти способ навредить монстру с расстояния. Он также весьма заметно старался не переносить вес на травмированную ногу. — А как еще? Кто-то должен полететь в секту!!!  — Этот придурок еще даже не вернулся, как мы можем отправить кого-то еще?! — ошеломленно ответил Сяньму Ю, отбегая от атаки монстра. После огненного талисмана она перевела все свое внимание на него.  — Эту крысу и отправим, — крикнул Шэнь Цзю, ударяя тварь по голове в прыжке. Может, выколоть ей глаза? — как только он вернется! Все равно от него толку не будет! Отродье попыталось укусить оказавшегося прямо перед ней Шэнь Цзю, но он успел ударить ногой прямо по ее морде (лицу?), после чего тут же отбежать. Ее челюсти немного поцарапали его ногу.  Несмотря на очевидно ядовитое жало монстра, ни челюсти, ли заострённые конечности никакого яда в себе не содержали. К счастью. — Ха! Это если он вернется! — тяжело дыша, усмехнулся Сяньму Ю. Шэнь Цзю стиснул зубы, промолчав в ответ. Прошло достаточно времени для того, чтобы если не вернуться сюда, то хотя бы заполучить кулон и уничтожить его. В чем была проблема шиди? Неужели он не справился? Неужели Юй Сишуа действительно оказался сильным демоническим культиватором, которого они просто не смогли распознать? Неужели Шан Хоухуа оказался слабее?  В это верилось с огромным трудом. Что было более вероятно, так это то, что… Неужели все это время его подозрения были не напрасны, и Шан Хоухуа саботировал миссию, сбежав с места?  Он не был удивлен. В итоге, приятная, забавная и жалкая личность шиди была лишь маской. За всеми эти слоями пряталась лишь мерзкая крыса. Это было понятно с самого начала — предавший секту один раз предаст ее и во второй.  Ничего, чему следовало удивляться. Ничего, чему следовало разочаровываться. Это было понятно с самого начала, и все же… Если его шиди планировал подставить их с самого начала, то зачем тогда бился против монстров, явно ненавидя это делать? Зачем создал талисманы, зачем переделал их структуру для захвата большего диапазона? Зачем при первой же возможности вытянул из Вэнь Синхуа нужную им информацию, зачем весь день участвовал в изнурительном допросе? Зачем он попытался помочь хоть каким-то советом главе семьи Вэнь, когда выслушал их историю, даже несмотря на то, что осудил их за глупость? Зачем выведал у работницы постоялого двора сведения по семьям Юй и Вэнь?  (Хотя тут все понятно — болтливый шиди просто хотел посплетничать. Но разве образ холодной и расчетливой крысы соотносился с болтливым сплетником?) Разве он стал бы подделывать испуг каждый раз, когда слышал раскаты грома? Зачем ему было вести себя жалко даже тогда, когда от этого не было никакой выгоды? Зачем было бубнить себе под нос компрометирующую информацию, зачем везде вставлять эти странные придуманные слова, которые понимает он один? Зачем отстраняться от Шэнь Цзю сразу же, как тот почувствовал дискомфорт? Зачем морщиться на то, что Сяньму Ю швыряет труп демонической твари?   Но если все это было не притворством, то как он мог быть одновременно таким жестоким и коварным, и таким… нелепым? Почему он противоречил сам себе?  Почему ему хотелось верить? Возможно, Шэнь Цзю все же подождёт ещё немного.  Чтобы спросить у него лично, когда тот вернётся. Монстр издал крик, привлекая к себе внимание. Цзяньмэй Мэйли, до этого пытающаяся достать до его туловища, успела отскочить в сторону за мгновение до того, как ее задело жало монстра. Это было близко. (Они уже видели, как не успевший сбежать Шестилапый волк случайно попал под раздачу, когда подкрался к монстру слишком близко. Один укол жалом — и волк тут же упал замертво. Не было известно, насколько смертельным был этот яд для людей, и уж тем более — для культиваторов, но они точно не хотели проверять это на себе.) Да. Яд был главной опасностью. Поэтому для того, что он задумал сделать, он должен был быть особенно бдительным.  — Отойдите в сторону! — крикнул он своим шимэй и шиди, которые продолжали свои безрезультатные попытки ослабить тварь грубой силой.  — Шисюн? — спросил Сяньму Ю, но все же отошел в сторону, прихрамывая.  Яд был главной угрозой. В остальном монстр был не настолько опасен: он был действительно огромен, но если не попадаться ему под ноги и не давать себя задавить, то его размер был для него скорее недостатком — ведь он делал его очень неповоротливым. Конечно, стоило избегать и больших острых челюстей, однако уворачиваться от них было не так уж и сложно. Забавно, но для этого огромного насекомого они и сами были как насекомые — поэтому ему было неудобно вести с ними битву. Он скорее кружил на одном месте, приближаясь ближе то к одному, то к другому. Это было хорошо из-за того, что они могли вести с ним долгосрочную битву, и даже немного отдыхать в отдельные моменты, но они все равно не могу просто оставить тварь на месте. Как никак, она первая набросилась на них — значит и на жителей города не побрезгует этого сделать. Тем более, она уж точно их не отпустит. Поэтому у них не было выбора — они должны были ее ослабить. Как минимум до того момента, как смогут позвать на помощь. Монстру было неудобно вести битву из-за размера — значит нужно было довести это неудобство до максимума. Нужно было лишить его всех преимуществ.  Взлетев на Сю Я, Шэнь Цзю поднялся прямо над тварью, и, не давая ей и шанса на реакцию, спрыгнул с меча прямо на нее. Моментально подбирая в воздухе Сю Я и меняя его хват, Шэнь Цзю полетел вниз, тут же блокируя жало монстра, которое тот конечно же задействовал. От столкновения духовного меча и жала разнесся громкий звон, однако оно осталось невредимым.  Черт. Значит оно все таки тоже было защищено, как и остальные части тела.  Однако он не позволит этой попытке быть бессмысленной. Разворачивая рукоять меча, он вонзил его прямо в крыло твари, находившееся рядом, и в полете падения разрезал его прямо как бумагу. Приземлившись на спину твари, он приложил усилие и потянул мечом. Крыло полностью разорвалось. Тварь издала ужасный крик и начала трясти телом изо всех сил, пытаясь его сбросить. Пошатнувшись, он спрыгнул на землю и не давая себе и секунды передышки рванул от монстра, еле избегая очередного удара жалом.  Отбежав, Шэнь Цзю самодовольно усмехнулся, тяжело дыша.  Попробуй-ка теперь полетать, тварь.  Их противника нужно было брать не грубой силой, а хитростью. Найти все его слабые места и ударить по каждому из них. Что Шэнь Цзю не предугадал, так это то, что такая эффективная атака сделает монстра более яростным. Если до этого он показался ему медлительным, то теперь таким его назвать было просто невозможно. И если до этого они легко избегали его ударов, то теперь им приходилось постоянно находиться в движении, чтобы не быть пораженными ядовитым жалом или челюстями, способными запросто отделить голову от тела. Шэнь Цзю не был уверен, выматывался ли монстр от этого быстрее, но вот они — точно. А крысы все не было.  С каждым проходящим мгновением Шэнь Цзю все больше и больше злился на самого себя. Как он мог повестись на такую уловку? Как мог он в кого-то так слепо поверить?  Стиснув зубы, главный ученик отбил очередной выпад монстра.  Шан Хоухуа не было смысла предавать их сейчас, повторил он себе же. Он подождет еще немного. Внезапно его боковое зрение засекло пронесшийся вихрь зеленого цвета, и уже в следующее мгновение его шимэй резко ударила по конечности твари. Это не было необычной атакой — они пробовали использовать грубую силу с самого начала сражения. Что было необычно, так это то, что ее меч не отскочил от панциря, как во все прошлые разы, а разрезал ногу насквозь.  Монстр оглушительно взревел и налетел на Цзяньмэй Мэйли, толкая ее всем своим весом. — Шимэй! — Шицзе!  Упавшая на землю Цзяньмэй Мэйли тут же перекатилась в сторону, избегая очередного толчка, пока Шэнь Цзю обрушал на монстра удар за ударом, отвлекая его. Ученица уже откатилась до безопасного расстояния и быстро встала, игнорируя предложенную Сяньму Ю помощь, и тут же опять бросилась на тварь.  — Панцирь, — затруднено начала она, пытаясь пробить защиту насекомого, — тоньше в местах скрепления конечностей — нужно бить именно по таким местам. Когда он лишится ног, он ничего не сможет нам сделать. Из-за тревоги за шимэй Шэнь Цзю даже не обратил внимание, однако присмотревшись он понял, что она она сделала невозможное. Разъяренная тварь металась из стороны в сторону, пока одна из ее ног была… укорочена. Его шимэй буквально отрубила насекомому одну из ног.  Только до середины, но это было уже хоть что-то.  Ног было шесть, поэтому это не сильно повлияло на скорость твари. Это был огромный прорыв. Шэнь Цзю фыркнул. Конечно же, она вновь превзошла его. Кто, как не она, мог найти то самое единственное слабое место? — Этого недостаточно. Даже без ног, у него остается жало. Ищите дальше, — громко сказал он приказным тоном, пытаясь задеть слабое место твари, однако та никак не давала этого сделать. Монстр стал еще агрессивнее, и попасть по вечно движущейся цели было сложной задачей. Его отвлек визгливый крик.  — Недостаточно?! — возмутился Сяньму-шиди, буквально пронзая его взглядом. — Почему ты не можешь просто признать, что мы сделали прорыв?! Когда будет достаточно, Шэнь Цзю?! Какая наглость. И какое интересное высказывание для того, кто замедляет их больше всех. — Мы? Пока что ты ничего не сделал, Сяньму Ю. Сяньму Ю возмущенно открыл рот и, не издав ни звука, тут же закрыл его, хлопая глазами. Что за идиот.  — Как будто ты сделал многое! — язвительно усмехнулся он, пытаясь скрыть то, что комментарий его задел. (Что было бессмысленно, ведь это было очевидно.) — Вместо того, чтобы биться нормально, ты только и делаешь, что нападаешь исподтишка, как помойная крыса! — Но в отличие от тебя, я эффективен, Сяньму Ю, — парировал Шэнь Цзю.  Они и не заметили приближения твари, увлеченные своей типичной перепалкой. В следующее мгновение смертельно ядовитое жало было лишь в нескольких цунях от лица Сяньму-шиди.  Лишь моментальная реакция Цзяньмэй Мэйли спасла его. Отбросив ученика в сторону, она яростно набросилась на монстра, совмещая удары с не менее гневными криками: — Что вы творите?! Вы, что, окончательно спятили, идиоты?! Сейчас не время для ваших идиотских разборок! — она наконец посмотрела на них, и зацепила свой взгляд на Шэнь Цзю. — Шэнь Цзю, ты же главный ученик! Веди себя достойно! Шэнь Цзю стиснул зубы. Он присоединился к попыткам обездвижить тварь.  И все же, в конце концов, Цзяньмэй Мэйли не забыла о том, кто кого обучал. Он не думал, что вновь услышит от нее наставления. Чувство вины и благодарности мешалось с завистью и обидой. Цзяньмэй Мэйли была одной из первых, кого он встретил на пике Цин Цзин после шицзюня. Все называли ее неофициальной главной ученицей, поэтому он сразу ее невзлюбил.  С самого его первого дня у него была лишь одна цель — возвыситься. Стать наследником Цин Цзиня. Показать, что он больше никогда не будет жалок.  Но он был слаб. Он начал заниматься культивацией слишком поздно, а его испорченные меридианы не поддавались исправлению.  Однако он был не только слаб, но и отчаян. Поэтому он тренировался днями и ночами, усердно вычитывая сотни учебников и руководств, развивая свое золотое ядро так быстро, как только мог.  Чрезмерная нагрузка сделала только хуже. Отклонения ци стали нормой. Но это привело его к необходимому результату — он стал сильнее.  Однако пик Цин Цзин был не только про грубую силу — вернее, он был совсем не про нее. Он был про безупречные знания, остроту ума и умение вести возвышенные беседы. Он был про выведенные до идеала мазки тушью по полотну шелка, про бесчисленные вызубренные наизусть мелодии. Он был про грацию и утонченность. Про двуличие и лицемерие.  Шэнь Цзю был уличной крысой, умеющей скрывать свои истинные намерения до самого конца и показывать настоящее лицо только перед укусом. Шэнь Цзю провел подростковые годы в поместье Цю, каждый день наблюдая за поведением аристократов и вместе с этим впитывая все их повадки. Он был двуличным. Он знал, как вести себя в высоком обществе. Он обладал очень гибким умом. Именно поэтому он и смог стать учеником пика Цин Цзин. Но этого все равно было недостаточно для того, чтобы стать главным учеником. Он должен был достичь идеала.  И если ты стремишься получить место главного ученика, то за чьим поведением наблюдать, как не за поведением главного претендента на эту роль?  Он начал внимательно наблюдать за своей шицзе с самых первых дней на пике. Как она ведет себя при разговоре. Как одним взглядом затыкает перешедших границы. Как она ест и как она держит кисть. Как перебирает струны гуциня и какую стратегию использует при игре в го. Как заставляет весь пик уважать ее, даже при жесточайшей конкуренции. Учитывая ее навыки, Шэнь Цзю не удивило то, что она заметила его слежку.  Что его удивило, так это то, что она сама начала искать с ним встречи. И объяснять ему то, что он не понимал. Исправлять его ошибки (пусть и в грубой манере). Следить за его прогрессом и отчитывать за чрезмерно быстрое развитие золотого ядра. Они не были друзьями, но и типичной помощью от старшей младшему их отношения было назвать тоже нельзя. Суть их взаимоотношений была сложной. Она была его главным примером для подражания, и вместе с тем главным врагом и соперником. Тем, к кому он стремился, и тем, кого он ненавидел. (Кем он был для нее, Шэнь Цзю так и не понял.) На это ушло время, но все усилия были приложены не зря. Уже спустя год Шэнь Цзю из беглого раба и ученика У Яньцзи стал одним из самых выдающихся адептов пика Цин Цзин, а вместе с тем и главным конкурентом Цзяньмэй Мэйли. Ему не пришлось делать выбор — он изначально знал, что ни за что не будет уступать. Применяя все полученные знания и показывая себя с наилучшей стороны, он все больше и больше втирался в доверие Аньцзинь Фанлея, вытесняя Цзяньмэй Мэйли с ее позиции.  Прошел еще целый год прежде чем лорд пика Цин Цзинь принял свое решение и назвал Шэнь Цзю главным учеником.  К этому моменту уже весь пик знал о том, что избалованный сынок богатых родителей Шэнь Цзю, который и в секту попал не тем же, что и все, способом, а скорее всего за деньги своей семьи, нагло вытеснил уважаемую всеми благородную Цзяньмэй Мэйли с места, которое она честным способом зарабатывала долгие годы. Это все тоже благодаря деньгам, поговаривали на пике. Все оттого, что семья невоспитанного грубияна была в разы состоятельнее семьи Мэйли.  Цзяньмэй Мэйли больше с ним не разговаривала — то есть больше не обучала его, ведь помимо этого между ними и не было разговоров.  Шэнь Цзю не испытывал к ней никакой жалости. На что она рассчитывала, помогая врагу? Думала, что он никогда ничего не достигнет? Смеялась с жалкого слабака с испорченной культивацией, который зарился на ее место? Это была ее ошибка. Он не собирался приносить извинений. Это замечание только что — этот намек на то, что он не заслуживает звания главного ученика — побудило его трезво взглянуть на сложившуюся ситуацию. Не важно сколько он размышлял над слабостями твари и смеялся с ее медлительности про себя — в действительности они были в проигрышной позиции. Ждать дальше было нельзя — нужно было как можно скорее отправлять за подмогой. Его ошибкой было запустить все до такого состояния только из-за идиотской веры в предателя. — Этот главный ученик приносит свои извинения, — наконец сказал он спустя долгое время полного молчания, сопровождавшееся лишь звоном соприкосновения мечей и панциря вместе с их тяжелым дыханием, — он был некомпетентен и неразумен. Мы должны сейчас же отправить за помощью. Сяньму-шиди, — обратился он к вымотанному ученику, который тут же уставился на него уставшими и раздраженными глазами, — отправляйся ты.  — Но Цзяньмэй-шицзе быстрее… — возразил было он, но Шэнь Цзю его тут же прервал: — Не важно, кто быстрее. Навыки шимэй необходимы здесь, в то время как от тебя нет никакого толку из-за ранения. Вылетай сейчас же и сообщи ситуацию Куан-шибо и Аньцзинь-шицзюню. Не медли, — приказал он и тут же перевел все внимание обратно на сражение.  Сяньму Ю посмотрел на него с еще большим раздражением и злостью, но подчинился.  Шэнь Цзю и Цзяньмэй Мэйли остались одни. Нужно лишь продержаться еще пару шичэней. 

-

— Ты не должен быть так груб с учениками, Шэнь-шисюн. Сяньму Ю мелочен и мстителен, — внезапно сказала Цзяньмэй Мэйли, как только его язвительный шиди скрылся из виду. Шэнь Цзю стиснул зубы. Он действительно уважал Цзяньмэй-шизце шимэй, но своими советами, отсылающими их обратно в прошлое, она переходила все границы.  Игнорируя слова боевой сестры, Шэнь Цзю попытался отбежать от монстра чтобы хоть на мгновение перевести дыхание, но тот тут же последовал за ним. Черт! Тварь и правда стала отчаяннее и агрессивнее! Теперь она занимала все их внимание. После отбытия Сяньму Ю это особо ощущалось. Цзяньмэй-шимэй тут же атаковала с другой стороны, выступая отвлечением.  Уловка помогла.  Но Шэнь Цзю не мог не посмотреть на шимэй без неприязни во взгляде. После ее слов и напоминания об их прошлом он отчетливо понимал истинный смысл этого жеста — это была скрытая усмешка над его слабостью. — Шисюн даже в такой момент найдет повод притеснить меня? — усмехнулась Цзяньмэй Мэйли, блокируя удар.  — О чем ты говоришь, шимэй? — фыркнул Шэнь Цзю, пытающийся опытном путем проверить, не был ли панцирь тоньше в месте соединения головы и туловища. — Этот ученик не занимается такой бессмысленной деятельностью.  — О, только вот не надо сейчас ничего такого, Шэнь Цзю, — сказала она, на небольшое мгновение посмотрев ему прямо в глаза. — Раз уж мы остались одни, то можем поговорить и без спектакля. Шэнь Цзю горько усмехнулся. А разве они когда-то говорили без него?  — Нам есть о чем говорить, шимэй? — тем не менее спросил он, уворачиваясь от челюстей насекомого. Даже если панцирь и был тоньше в этом участке, проверить это было практически невозможно.  Цзяньмэй Мэйли подпрыгнула в воздух и, замахнувшись, ударила. И вновь она успела сделать это быстрее, чем тварь поменяет позицию. Обрубок ноги отлетел в сторону.  — Например о том, что ты не даешь мне возможности проявить себя всю миссию, шисюн? — довольно сказала она, демонстративно стряхивая кровь с меча.  Однако у Шэнь Цзю не было времени наблюдать за ее хвастовством — ему вновь пришлось вложить все усилия в блокировку атак разъяренного монстра. — Когда это я не давал тебе проявлять себя? — раздраженно спросил он, стискивая зубы от того, с какой силой пыталась прорваться тварь. Челюсти насекомого начали скользить по мечу, рискуя вот-вот сорваться. Шэнь Цзю сжал хват еще сильнее, и, циркулируя ци и направляя его в левую ногу, со всей силы ударил ею прямо по морде. Освободившись от угрозы он тут же отпрыгнул назад, и наконец-то посмотрел на свою притихшую шимэй.  — Сейчас у тебя есть прекрасная возможность проявить себя, Цзяньмэй Мэйли, — съязвил он. Ученица закатила глаза. — Шэнь Цзю, не делай вид, что ты не понимаешь о чем я. Я знаю, что ты умнее этого, — когда в ответ Шэнь Цзю лишь бросил в ее сторону гневный взгляд, она продолжила. — Сначала ты решил в одиночку вести весь разговор с Юй, затем отправил меня проверять земли и не позволил участвовать в допросе семьи Вэнь, а сейчас — обесценил мои навыки и способность найти слабое место монстра. И я даже не говорю о выпадах в сторону А-Ю или о твоем странном отношении к мальчишке с Ань Дин, которые замедляют всю нашу миссию, — непринужденно перечислила девушка, то подбегая, то отбегая от твари, из-за чего та постоянно вертела своей огромной головой то туда то сюда. — Я не думала, что ты будешь так некомпетентен, когда наблюдала за тобой, Шэнь Цзю. Шэнь Цзю нахмурил брови и, отвернувшись от шимэй, бросился на монстра.  Слова отзывались обжигающе болезненно. Некомпетентен? Он?!  Главный ученик замахнулся и со всей силы ударил по передней конечности, но, как и в прошлые разы, тварь успела изменить положение, и меч лишь скользнул по гладкой поверхности твердой брони.  Да, он решил расспросить Юй самостоятельно. Как никак, он — главный ученик, и вдобавок к тому, глава миссии. Кто, как не он, должен был это сделать?  Челюсти насекомого захлопнулись в паре цуней от его правого плеча. В свои прошлые попытки достать тварь он отбегал сразу после чего-то подобного, однако сейчас ярость преобладала над чувством самосохранения. Успевший наклониться, Шэнь Цзю присел полностью и перекатился по земле, но не дальше от твари, а наоборот ближе к ней.  — Шэнь Цзю! — встревоженно вскрикнула Цзяньмэй Мэйли. Разве она высказывала какие-то возражения против того, чтобы проверить земли? И вообще, каким образом это ее притесняло? Тем более, она вдоволь смогла допросить Вэнь после того, как они разместили талисманы. Ей что, этого не хватило? Она получала особое удовольствие от этого невероятнейшего процесса, или что?  И зачем ей было упоминать об этой крысе? И что еще за странное отношение? Как еще он должен к нему относиться?  Его позиция была не очень удобной, но он все же сумел выпрямить меч и со всей силы ударить по месту соединения частей ноги твари. В этом положении попасть по нужной точке было совсем не сложно.  Часть ноги, которую можно было бы назвать голенью (?) при сравнении с человеческой анатомией, тут же отлетела. Монстр остался с двумя обрезанными до середины (колена?) ногами на левой стороне и одной — на правой.  И еще, когда это он обесценил ее навыки и то, что она нашла слабое место? Он лишь напомнил Сяньму Ю, чтобы тот не присваивал заслуги себе.  Чего он не учел, так это того, что лишенный опоры на передние конечности с левой стороны, монстр неизбежно начнет заваливаться именно туда. То есть, прямо на него.  Шэнь Цзю попытался откатиться, но из-за огромного веса тварь просто не могла падать медленнее.  Еще мгновение — и он будет погребен под огромной тушей монстра.  Шэнь Цзю резко потянулся за мечом. Будто это что-то изменит в его позиции. Но он не мог просто смириться с этим! Не после того, как он прорыл весь этот путь из грязи! Его резко и грубо схватили за руку и буквально вытащили из под монстра, который тут же раздал оглушительный рык.  Прямо над ним возникло лицо Цзяньмэй Мэйли. Он никогда не видел ее такой яростной. — Шиди! Ты идиот! — прокричала она, совсем забываясь и используя обращение, которое было не актуально уже несколько лет. — Решил помочь мне проявить себя, умерев и оставив на меня всю грязную работу?! Чем ты вообще думал?! Шэнь Цзю привстал и схватил руку шимэй, которой она собиралась дотронуться до его лица. — Чем думаешь ты, шимэй? Думаешь, я закрою глаза на твое неуважительное поведение только из-за того, что ты помогла мне?  — Помогла? Да если бы не я, то тебя бы размазали в лепешку! Окончательно встав и отмахнувшись от помощи, Шэнь Цзю вновь схватился за Сю Я. Тварь, наконец сумевшая приподняться после своего падения, направлялась в их сторону, видимо не испытывая сильно больших трудностей из-за обрубленных ног. Цзяньмэй Мэйли, вставшая рядом с ним, вновь протянула к нему руку, будто пытаясь выпрямить его стойку. Терпение Шэнь Цзю лопнуло. — Ну конечно, шицзе, если бы не ты, то я бы вообще не стоял тут, да? Думаешь, что без тебя я бы не стал главным учеником? — язвительно выкрикнул Шэнь Цзю, наконец высказывая то, что гложило его долгие годы. — Не вини меня за свою глупость! Тебя никто не просил помогать мне!  Ответом ему послужило молчание и пораженный взгляд. Ну, конечно же.  Окончательно взбесившийся монстр больше не использовал заостренные конечности или челюсти при попытке их задеть — теперь он сразу же направлял на них свое жало, причем с молниеносной скоростью. Из-за этого идея отрубить ему остальные ноги теперь казалась просто невыполнимой — ведь сложности возникали даже с тем, чтобы отбиться от нее. Шэнь Цзю пытался задеть ноги или голову, но у него не было и мгновения перед тем, как он был вынужден блокировать атаку жалa. Каждая его новая попытка была все более и более отчаянной.  И все же, какой бы серьезной не была ситуация, его мысли продолжали блуждать. Шэнь Цзю приучил себя не чувствовать вину. Точно не в этом мире. Это был самый бесполезный сентимент, лишь тратящий ресурсы. Выживает сильнейший.  И если бы не эта идиотская благодарность к своей бывшей шицзе, то возможно он мог бы применять это и по отношению к ней. Oчередная поптыка привела к очередному провалу.  — Ты сама не увидела во мне конкурента! — более не способный молчать, прокричал он. Но каждое произнесенное слово не делало легче. — Это неправда, — ответила молчавшая до этого Цзяньмэй Мэйли, вдруг оказавшись рядом с ним. Шэнь Цзю посмотрел на нее со скепсисом, но тут же перевел внимание обратно на тварь.  — Я разглядела твой потенциал с самого первого дня, Шэнь Цзю. Иначе зачем мне было бы с тобой возиться?  Настала очередь Шэнь Цзю не суметь найти слов для ответа. Он тут же взял себя в руки — сейчас было не время терять концентрацию. Не тогда, когда каждый промах мог стоить им жизни. — И я никогда не считала, что ты достиг своей позиции только благодаря мне, Шэнь Цзю, — продолжила она, предпринимая попытку ударить монстра по ноге. Тот тут же попытался ее ужалить, но Шэнь Цзю заблокировал жало мечом. — Но признай, что с моей помощью ты достиг ее быстрее, не так ли? — вдруг спросила она с легким смешком. Шэнь Цзю ошеломленно уставился на шимэй. Это совсем не совпадало с ее привычным образом.  И, что самое главное, почему она говорила на эту тему так просто?  — Я никогда этого не отрицал, — процедил главный ученик через сжатые зубы. По какой-то причине это заставило девушку рассмеяться вновь. — Хах! Ну, если честно, я никогда и не рассчитывала на “спасибо”, так что этого, пожалуй, даже достаточно. — Цзяньмэй Мэйли замолчала на несколько мгновений, собираясь с мыслями, и продолжила слегка нервным голосом. — Наверное, мне и самой стоило быть более открытой в проявлении себя, но это… никогда не было моей сильной стороной. Однако, даже если сейчас уже слишком поздно, я все равно скажу: я поздравляю тебя с позицией главного ученика, Шэнь-шисюн. Ты действительно ее заслужил.  Цзяньмэй Мэйли коротко улыбнулась. Она звучала… искренне. Но как бы искренне она не звучала, Шэнь Цзю не мог совместить услышанное с реальностью. О чем она вообще говорила? Разве он не был причиной…? Причиной, по которой она… — К чему сейчас эта лесть, шимэй? — в конце концов раздраженно спросил он, потому что серьезно, чем еще это могло быть? — Разве сейчас подходящая для этого ситуация? Оставь это для пика. Цзяньмэй Мэйли фыркнула, и, хоть он не мог этого видеть, он был уверен, закатила глаза.  — Разве ты не знаешь, что я ненавижу льстивые речи даже больше тебя, шисюн? — заметив его нахмуренные брови, она добавила. — Не надо так удивляться. Все знают, что ты их ненавидишь, шисюн. Перед глазами начинало мельтешить от бесконечно повторяющихся действий. Цзяньмэй Мэйли заблокировала жало, и Шэнь Цзю предпринял попытку нападения. Безрезультатно, вновь.  Судя по не сходящему с него взгляду, девушка ждала ответ. Чего она вообще добивалась? — То есть, многоуважаемая шимэй хочет сказать, что она с полной искренностью рада за мои успехи? — наконец спросил он с иронией, после чего, помедлив пару мгновений, добавил жестоким тоном. — Рада, что я забрал ее позицию? Ту, что она хотела так сильно? Тварь попыталась задеть ученицу своей шипастой конечностью, но Цзяньмэй Мэйли без всяких трудностей отбила удар ногой, не отрывая взгляда от вечно движущегося жала.  (Ему казалось, или насекомое становилось немного медленнее?) — А ты никогда не задумывался, хочу ли я вообще эту позицию? — вдруг раздраженно рявкнула девушка, отчего Шэнь Цзю тут же удивленно на нее глянул. Однако в этот раз уже она игнорировала его взгляд, выплескивая всю накопившуюся агрессию на насекомом, при этом продолжая говорить и говорить. — Что я, может быть, никогда ее и не хотела?! Ты, Сяньму Ю, все остальные — почему все продолжают решать за меня, что я должна хотеть и чувствовать?! Мне никогда не хотелось участвовать в жесткой конкуренции Цин Цзин! И я никогда не хотела становиться пиковым лордом! Как можно хотеть провести несколько сотен лет на одном и том же месте, регулируя одни и те же вопросы из года в год?! Годы, нет, десятилетия смотреть на лживые улыбки, зная, что эти рты говорят за спиной?! Ха, нет уж — этого мне хватило и дома! Да и вообще, зачем мне подвергать себя такой ответственности и опасности, как позиция пикового лорда? Цзяньмэй Мэйли замолкла и продолжила просто яростно бить тварь изо всех сил, однако ее дыхание становилось все более сбивчивым, а удары — все более слабыми. Наконец, она добавила неожиданно твердым тоном: — Не надо думать, что желания остальных обязательно совпадают с твоими. И не стоит удивляться, что поведение других отличается от твоего собственного. И пусть могло показаться, что это было ее очередное наставление или урок, Шэнь Цзю понимал, что эти слова были обращены не только к нему.  — Зачем ты мне помогала, Цзяньмэй-шицзе? — спросил он то, что не мог спросить все это время.  — Разве нужна какая-то конкретная причина? — пожала плечами ученица. — Я видела, что в тебе есть потенциал, и что ты следил за моим поведением и повадками. Мне было не сложно помочь, и я помогла, — Цзянь Мэйли хитро улыбнулась, — И еще я знала, что если ты преуспеешь, то с меня наконец снимут ярлык главной ученицы. То есть, она все же сделала это для собственной выгоды. — Но мне бы было все равно, даже если бы ты не преуспел, Шэнь Цзю. В конце концов, мне просто нравилось обучать тебя, — улыбнулась Цзяньмэй Мэйли.  Шэнь Цзю скованно замолчал, не зная, как ответить на такую речь. Нужно ли вообще что-то отвечать? Ему с трудом верилось в ее слова, но если она и правда никогда не хотела становиться главной ученицей, то… ей не было смысла врать.  Однако не успел он всерьез об этом задуматься, как заметил какое-то движение наверху. Подняв взгляд Шэнь Цзю удивленно хмыкнул.  Крыса соизволила вернуться. И тут же начала суетиться, будто собираясь лететь обратно. — Эй!!! Шан Хоухуа! — прокричал он, заставляя Цзяньмэй Мэйли сначала с удивлением уставиться на него, а потом, проследив за его взглядом, на небо. — Куда это ты собрался, ублюдок?! Живо спускайся сюда!  Даже с такого большого расстояния главный ученик мог видеть, как Шан Хоухуа испуганно дернулся.  Шэнь Цзю фыркнул и заблокировал очередной удар.