Третий огонь

Пока шёл, думал о том, что потратил уйму времени на то, чтобы выровнять тон пудры. Потому что домазькать так, чтобы было красиво — у него получилось. А вот так, чтобы нравилось ему самому — нет. Поэтому он переделывал свой внешний вид заново. …а должен был думать о том, что сказал ему Илиан Рэвель: бог отравлен. Яд стойкий и сильный. На демоне сработает в разы токсичнее, чем на боге. Кас помнил об этом. Во вторую очередь. В первую думал о ровном тоне пудры на лице. — Хочу жидкие румяна, — задумчиво. — Надо кого-то отправить за ними. Нет. Сам схожу. Я должен выбрать сам, иначе не то купят. Перед поворотом к нужной двери Кас остановился, расправил свои красивые светло-кремовые рукава. Поправил украшения на надплечье, распрямил подол одеяний, поправил волосы, раскладывая их на плечах, груди и за спиной так, как они должны были лежать, и, конечно, чёлку. Несколько десятков раз пригладил пальцами и приподнимал её так, чтобы она улеглась идеально. Главное не трясти головой. Тогда ничего не испортится. Преимущество данной ситуации в том, что Кассиан и без зеркала прекрасно понимал по касаниям как выглядит то или иное на его теле. На ощупь. Шаг за поворот. Теперь его видели Шао Тэ и Цин Ян. Кассиан поднял голову повыше, вытягивая шею и напрягая её. Шёл, как правитель. Позади тянулась вуаль-мантия из тончайшего серебра — не одеяние, а дыхание ветра, не материя, а воспоминание. Сам Кас очень любил этот вид одежд. Он считал, что такой элемент говорит о лёгкости, эфемерности. Любил игру света сквозь ткань. Для него это было ассоциацией с тайной, иллюзией, недосказанностью. — Ваше Высочество, — едва не в унисон. А вот головы они оба склонили синхронно, когда Кассиан Орвиль остановился перед ними. Сдержанно улыбнулся. В этот раз совсем без эмоций. — Да ладно вам. Хоть вы двое не делайте из меня того, кем я не есть.  — Есть. Лишь без традиционной коронации. Это не делает Вас «никем» или «недостойным». Любите себя чуточку больше, Ваше Высочество. — Куда уж больше?.. — бубнёж. — . . . — Итак. Хочу наведать беглого преступника. Он в состоянии? — В состоянии не стояния, если говорить откровенно. — Лежит, в смысле? — Да. — Преимущественно? — Нет, постоянно. — Ему так плохо? — Когда Илиан Рэвель разрезал остатки его одеяний и взглянул на тело, то мы все немного удивились. Давно такого не видели, честно говоря. Его Высочество бережёт нас от сражений и травм, поэтому мы подзабыли, что такие ранения имеют место быть в принципе. Кас внутренне улыбнулся, а внешне остался непроницаемым. Приятно. Приятно, когда подчинённые замечают заботу, которую юный правитель вкладывает в свои поступки. Хотя его двор и население Шэньляо — вовсе не обычное население. Тут умеют сражаться все. Особенно после того, как сайтархи прошлись локомотивом по миру демонов. Однако нельзя оставить без внимания тот факт, что Шао Тэ не зря сказал о том, что не помнит, когда в последний раз получал или, даже, видел такие ужасные травмы. Несмотря на то, что серое измерение открылось в мире демонов, под раздачу попали не только они. Но и боги тоже. Все. Плотно. Очень плотно. После войны демоны и боги ещё ни разу не сошлись в каких-то масштабных сражениях, как бывало раньше. До. Потери, которые понесли обе стороны, вынуждают их ценить и беречь кадры. Не разбрасываться. Исходя из этого не чужды стали моменты, когда, если боги и демоны случайно встречаются на одной плоскости, то лишь делают вид, что не видели друг друга, чтобы не проливать лишнюю кровь. Расходятся. Как Кас и предлагал тому богу, что остался. Первые двое тоже не пострадали бы, если бы не пытались нарушить его планы. — Ладно. Пойду, поговорю с ним. — Как прикажете, Ваше Высочество. — Один, — уточнился. Потому что встретился взглядом сначала с одним, затем со вторым, и понял, что эти двое твёрдо вознамерились пойти за ним следом. — Позволите спросить? — как-то загадочно. Кас даже чуть-чуть напрягся. Не любил он вот такие вот начала. — Допустим. — Почему, мой господин? Почему Вы постоянно отказываетесь от нашей помощи? Выдох. И всего-то?.. — Потому что меня ему не убить и не ранить. Я оторву ему башку быстрее, чем он успеет застонать от боли. А вы… — А мы слабые и бесполезные? — Шао Тэ перебил. Но без претензии. — …нет. Принц молчал слишком долго. Продолжения не было. Цин Ян встрял между ними. Мягче. Не хотел расстраивать юного правителя. — Ваше Высочество, — привлекал внимание. Хотел, чтобы потухший и опущенный взгляд вновь стал ярко-алым и смотрел перед собой, а не вниз. — М? Сработало. — Он не имеет в виду, что Вы принижаете наши силы или его лично. Он пытается сказать, что хочет рисковать вместе с Вами. Хотя бы прикрывать Вас. Вашу спину. Раз уж Вы не даёте ему идти перед Вами, поскольку защищаете. Хочет оправдывать свой титул «Тень при троне». — Я понимаю. Понимаю. Но буду поступать так, как считаю нужным, чтобы все остались целы, здоровы, а главное — живы. Как-то он враз посуровел, договаривая свою мысль. Хотя начал довольно мягко. Его первые слуги промолчали. Не нашли, что сказать. Поэтому Кассиан Орвиль протянул руки вперёд, коснулся тыльными сторонами ладоней их плеч и раздвинул руки в сторону. Силу не прикладывал вовсе. Эти двое сделали по шагу в стороны раньше, чем Кас доделал жест. Всё понимали. — Только не пострадайте, мой господин, — совсем тихо. Когда Кас проходил мимо. — Обещаю, — так же мимолётно. Толкая пальцами дверь перед собой. Юный принц зашёл внутрь и закрыл её, чтобы не давать своим подчинённым лишнего повода для беспокойства. Поплотнее. Меньше знают — крепче спят. Смотрел на бога… чего-то там. Не знал о нём ровным счётом ничего. Ни имени, ни ремесла, ни положения. Ни хрена. Кстати, о положении. Сидел… — Безымянный. — . . . — Всё никак не сдохнешь? — остановился сразу за дверью. Близко не подходил. Небесный чиновник сидел к нему спиной. Молчал. Не повернулся и даже не пошевелился. Полное упорное игнорирование. Нахмурился, потому что никто не видел. — Прекрати. Я тебе уже говорил, чтобы ты проявил ко мне уважение. — С какой стати? — оборачиваясь через плечо. Медленно, спокойно. Почти грациозно. Кас делал вывод, что тому просто очень больно, чтобы двигаться активнее. А боль ему банально надоело чувствовать. — Я спас тебя. Спас твою жизнь. Хотя бы по этой причине. — Я не просил тебя об этом, — отворачиваясь обратно. — Ты не просил, но я сделал. А ты явно не хотел умирать без боя. Я сделал тебе огромное одолжение, за которое ты даже не поблагодарил меня. Ты не просил о спасении или помощи, однако получил и то, и другое. — Поэтому обязан быть тебе благодарен за насильную помощь? — За посильную, ты имел в виду. Да, — уверенно. Небесный чиновник усмехнулся, но не более. Не шевелился. Кассиан упёрся взглядом в его белобрысый затылок и угрюмо смотрел. Сверлил ему дырку в башке. Время тянулось, а они оба молчали. Бог сдался первым. — Ты знаешь моё имя, повелитель Шэньляо. Внезапно. — В самом деле? — То есть ляпнуть глупость, что я сплю в твоей постели, ты смог, а запомнить моё имя, когда его назвали — нет? Кас невольно отшатнулся. Всего на полшага, но — да. Хорошо, что этого никто не видел. Он и забыл уже давно, что ляпнул такое. Его просто задели за живое слова того бога. Из-за них он разозлился и ляпнул первое, что пришло в голову, чтобы выбить у него почву из-под ног. Чтобы возвыситься над ним в моральном плане. Только и всего. — Теперь ты молчишь, Герцог Карминного Венца? Бог снова повернул голову в сторону, чтобы хотя бы краешком Кас попал в поле его зрения. — Тебе не стоит придавать хоть сколько-то смысла тем словам, — деловито. Как раз успел собрать волю в кулак. — Я не придавал. — Но ты помнишь об этом. А я — нет. — Я помню всё. — Так как тебя зовут? — Вале́риан. — Валериан и всё? — Дэверо́. — Валериан Дэверо. — Именно. — Ну а моё имя тебе известно. — Более чем. Но видел я тебя сегодня впервые. — Много упустил, между прочим, — запястьем гордо отбрасывая прядку волос за спину. Небесный чиновник ничего на это не ответил. Лишь отвернулся обратно. Вслед за этим жестом его белоснежные волосы качнулись и целиком опали, вытягиваясь вдоль спины. Сначала Кас засмотрелся на длину. Потрясающая. А потом обратил внимание на то, что следы крови на волосах свежие. — Почему ты не дал господину Рэвелю вылечить тебя? Он бы поставил тебя на ноги за день, если бы ты не мешал ему. — Восхищает, что ты смог склонить на свою сторону Врачевателя Эссенции. Как тебе удалось обмануть его, чтобы вынудить пополнить свои ряды? Как заставил? Кассиан нахмурился. В этот раз вполне естественно. Не скрывая недовольства за безразличием. — Я его не обманывал. Его никто не заставлял. Он явился добровольно. — С чего бы ему это делать? Никто из высоких врачевателей демонического мира не пристаёт на службу к императору. Любому. Они вне престола и власти. — Я не собираюсь посвящать тебя в детали. Как ты говорил мне: это не твоё дело. Вот и не суй свой нос в дело, которое тебя совершенно не касается. — Тебя точно так же не касается кто меня ранил, почему и так далее. — Кто тебя ранил уже и так ясно. Боги. Они гонялись за тобой и надавали под хвост. — Какая высокопарная лексика… Восторг. Упрекнул. Этот небесный мешок с костями упрекнул его. В этом нет ничего действительно ужасного. Это не бесило Каса. Просто с ним никто так не разговаривал уже больше восьмидесяти лет. Он забыл, каково это. Забыл, что такое возможно в принципе. Но. Несмотря на то, что упрёки — это не проблема, как таковое, как явление — он не мог позволить богу делать ему замечания. Кассиан Орвиль — император демонов, а тот, кто делает ему замечания — чуть живой представитель вражеской расы. Он промолчал бы и спустил с рук такое поведение своим подчинённым, но не ему. Не этому. — Ещё хотя бы раз услышу упрёк или замечание из твоих уст — давление купола размозжит твою серебристую головёшку. — Легендарный купол… — многозначительно. — Исключительная способность Кассиана Орвиля. Он может даже такое? — Я. Я могу даже такое. — Достойно восхищения, вероятно. — Ты впитал, что я сказал тебе, божок? — Я ведь сейчас нахожусь внутри него? — Да, — стиснув зубы. Кас понимал, что отвечает на его вопросы, а тот, в свою очередь, на вопросы принца не отвечает вовсе. — Я совсем не чувствую его давления. — Он не давит, если я не давлю. — Потрясающая способность. — Если я спрошу в третий раз, а ты не ответишь — четвёртого не будет. Бог снова повернул к нему голову. В этот раз развернулся. Так, чтобы они прямо смотрели друг на друга. — Услышишь. Ещё и не раз. Кас так растерялся от такого ответа, что даже не знал, как нужно себя повести, чтобы отреагировать правильно. В такой ситуации — «правильно» — это как?.. — Я уже говорил, повелитель Шэньляо, что не подчиняюсь тебе. Говорил в лицо. Ты можешь мне угрожать, пытать, даже убить. Однако подчиняться тебе или нет — моё дело. — Если я буду пытать тебя — ты будешь выть, как сука на морозе, — крепко. Очень крепко. От былой растерянности, которая прижала его вот буквально только что. Всего мгновение назад. Ничего не осталось. Это прозвучало так злобно, уверенно и неумолимо, что не впечатлиться и не проникнуться было сложно. — Кстати, о морозе. Однако, кажется, не для Вале́риана. Бог оставался совершенно спокойным, уравновешенным и выглядел более чем мирно. Бесконфликтно. Как будто его совсем не злили, не задевали и вообще не касались слова юного правителя. — Как «сука на морозе», да? Валериан поднялся на ноги и повернулся к Кассиану лицом. Из одежд на нём были только белые штаны, которые принц больше воспринимал как нижнее бельё, чем одеяние. Молодому императору стало как-то неловко. Пока бог сидел к нему спиной, за его белыми волосами, закрывавшими всю спину и ниже, ничего не было видно. А теперь тот предстал перед Касом во всей красе. Хотя никто не просил. — А что, одеться ты не пробовал? — Так вот о морозе, повелитель Шэньляо. Валериан немного склонил голову ниже. Как будто пытался придать своему прямому взгляду больше глубины. А на деле Кас почувствовал какой-то непонятный холодок. Нет, это не от взгляда. Уж кого-кого, а богов Кас не боялся. Он в прямом смысле почувствовал холод. …а затем пошёл снег. В самом буквальном смысле этого явления. Юный император хотел метнуть взгляд вверх, чтобы посмотреть, из потолка ли, но если сделает это, то оппонент увидит. Увидит его заинтересованность в происходящем. Такого допустить нельзя. Пялился ему ровно в глаза. — «Как сука на морозе» я выть не буду, потому что я и есть холод. — Стихийный бог?.. — Совершенно точно, повелитель Шэньляо. — После нападения сайтархов, среди небесных чиновников не осталось богов, умеющих повелевать стихиями. — Я последний. Знакомое ощущение, не так ли? Да уж. Знакомое. — Не груби, божок. — Я не грубил. Тебя что-то слишком много всего задевает, молодой не принц. Поработай над этим. Твои эмоции управляют тобой. — Не управляют. Это ложь. Я поддаюсь им, когда у меня есть такая возможность. А когда её нет — её нет. — Ты слишком честный. Открытый. — Вот уж порок какой, да? Особенно для демона. — Порок. — Ну ещё бы. Ведь ты любишь всякий раз напоминать о том, что мы демоны. А если демоны, значит и честность не качество, а порок. — Порок, повелитель Шэньляо, потому что ты легкомысленный. Будь осторожнее. Не трепи вот так легко, Кассиан Орвиль. Не знал, что ответить. Это что, наставления от пожилого бога? О смысле жизни и сути бытия? Призадумался, но не на долго. Его отвлекло недавно появившееся явление. Кассиан почувствовал, как с его чёлки сорвались вниз снежинки. Пролетели мимо лица. Забавно. Ему почему-то захотелось улыбнуться, но не в этой ситуации. Кремень. И всё равно здорово, потому что снега выпало уже столько, что каменного пола не было видно. Всё покрыл белый и сухой, скрипучий ковёр. Рассматривал. Осторожно. Чтобы не подать вид, будто ему интересно. Развлечение длилось недолго. Раны и язвы на теле бога инея открылись. Кас испытал мощное дежавю: снова белый снег и красная кровь у него перед глазами. Скользил взглядом по телу пленного. Высокий. Стройный. Мощный, но утончённый. Острые ключицы, красивые плечи, белоснежные волосы и голубые глаза. Кстати, по этим двум атрибутам Кас и мог бы догадаться, что это стихийный бог. Потому что подавляющее большинство имеют тёмные волосы. Этот — альбинос. Неясно, родился ли он таким, но совершенно точно ясно, что он таким стал впоследствии, когда подчинил себе стихию. — Твои раны. — Твои подчинённые не принесли мне одежд. — Я не об этом. Они снова открылись. — Я отвечаю на вопрос не принца о том, «не хотел ли я одеться?». — Какой ты душный… Фу… — Открой окно. Проветри. Забавно. Особенно, с учётом того, что внутри помещения морозная свежесть и собачий холод, а снаружи будет градусов на пятнадцать теплее. — Твои раны снова открылись. Контроль над стихией забирает у тебя много сил. Тебе не кажется, что на сегодня хватит демонстраций и выпендрёжа? — Демонстрация совершенно неуместна, тёмный не принц. Я лишь проверяю свои текущие возможности. — Да успокойся ты. Боги тебя здесь не достанут. Они не явятся в Шэньляо. Их здесь ждёт только боль, кровь и смерть. — Нападать они не будут. Я знаю. — Тогда что тебя беспокоит? — Экстрадиция. Кас выгнул бровь. Серьёзно? — Сотрудничать с богами — это не про демонов, если ты не в курсе. — Не сотрудничество. Выменять. — Что на что? — Меня на информацию, которую ты жаждешь получить. Которой я, к слову, не обладаю, как я и говорил тебе прежде. — И ты думаешь, что я поверю в честность такого обмена? Даже если я честно выполню свою часть уговора, то они свою — нет. Навешают мне рисовой лапши на уши. — Почему ты убеждаешь меня в этом? — Убеждаю? Нет. — Действительно? — Пытаюсь показать тебе же насколько ты сам недальновидный. Если бы я хотел тебя обменять — ты бы уже был в небесных чертогах. И я бы не стал звать Врачевателя Эссенции, чтобы лечить тебя. Сдался ты тогда, если на небесах тебя всё равно казнят. Бесполезная трата наших сильно ограниченных ресурсов, между прочим. — . . . — Если ты не в курсе, по моим землям прошлись сайтархи, и теперь у нас есть небольшие — огромные — проблемы со всем, что растёт в почве. С лекарственными травами — в том числе. А тот молчал. Почему-то и зачем-то. — Что застыл, бог перхоти? — Размышляю о том, как много ты болтаешь… Как-то тяжело он это сказал. А после этого присел. Сел на место. Только теперь лицом к Касу. Снег перестал идти, а вот кровь из ран небожителя чудесным образом не остановилась сама по себе. — Что… — задумался, как назвать господина Рэвеля. Вряд ли тот представлялся ему своим именем. Решил, что скажет как раньше. — …Врачеватель Эссенции велел тебе делать? — Я не знаю. — Ты глухой, что ли? — Ты грубый и невоспитанный, Кассиан Орвиль. Валериан поставил локоть на колено и прижался лбом к раскрытой ладони. Кажется, управление снегом подкосило его больше, чем он сам ожидал. — Зато я честный и искренний. Кас подошёл ближе, по пути вынимая бумаженцию, что дал ему Илиан Рэвель. Там было написано, что: «…если язвы и раны откроются заново во множественном количестве — нужно принять ванную из талой воды (льда, растопленного дыханием бога) с чёрным корнем и пеплом севера. Талую воду в мире Валериана можно считать святой, чёрный корень — редкий целебный ингредиент, пепел севера — символ очищения через холод. А он повелевает холодом, молодой господин». — Как он столько всего узнал о нём, если тот вообще был никуда и ни о чём?.. — бубнёж. Второй вопрос, что его интересовал, как тот смог написать так много за то ничтожное количество времени, что у Илиана ушло на это? «…если в единичном количестве — намазать мазью с добавлением порошка мра́зевой лилии. Порошок там же, где и всё, что я оставил ему». — Вставай. Идём в ван… Кас отвлёкся от писанины и посмотрел на небесного чиновника. А тот что-то как-то… потух. Не просто покис, а прямо вот совсем в говно. Принц склонился перед ним и положил ладонь на плечо несколько отодвигая бога назад. Хотел заставить его поднять голову. — Ты чего, бомжок? Совсем поплохело? Валериан молчал. Из его рта потянулась ниточка слюны вместе с кровью. Выглядело вообще не радужно и не перспективно. Кас фыркнул. Склонялся к тому, что повелитель перхоти потерял сознание, а равновесие — нет. Чудеса галактики. Или же, попросту это зовётся так: высокий уровень культивации. — Козёл, блядь. Я что, не говорил ему, чтобы не выпендривался? Был уверен, что его уже никто не слышит. Закинул руку Валериана себе на плечо, подхватил бога за талию и практически на себе поволок в небольшую каменную чашу. Чтобы усадить, но не утопить ненароком. — Мои прекрасные кремовые одеяния… Будет отстирывать потом. Бестолковый. Возмущался, но вёл. Пока бухтел, внезапно задался вопросом, который целиком заслонил собой все другие проблемы: — …а как господин Рэвель добыл «талую воду, растопленную дыханием бога»? Потому что Кас был уверен, что ванна готова. Это не просто слова на бумажке. Всё было приготовлено к эксплуатации. Надо только дойти до ширмы и зайти за неё, чтобы убедиться. Это был не первый раз, когда Кассиан поражался могуществу и способностям к исцелению Врачевателя Эссенции. Ну разве не страшный?.. Вспомнил, что тащит бога перхоти едва не на себе и повернул к нему голову, чтобы оценить обстановку. — Бомжок… Ты чаем не проснулся? Висел на нём так, как будто нет. И ноги влачились по земле. Это беда. — Связь с космосом потеряна… Кас подкинул его и перехватил за талию чуть потуже, чтобы быстрее дотащить и усадить в каменную ванную. Осталось всего пару шагов.