Омега Юньмэн Цзян

Пробуждение далось всем нелегко — по-разному, но жители особняка смотрели на гостей и своих двоих старших с любопытством и лёгким удивлением. Старшие омеги, увидев своего «предводителя» — он шёл легко, мягко, — сразу заметили яркие красные и лиловые метки, рассыпанные по шее и части груди. Всё было слишком красноречиво. Но самым потрясающим для всех стал густой аромат лотосов и дождя, окутавший Яньлин Лаоцзу: мощные, властные феромоны, словно вторая кожа, а под ними — нежные персиковые цветы, омытые росой, дарящие тепло, сладость и покой. Всё стало ясно без слов. — Вэй-гунцзы пометили! — выкрикнули некоторые с восторгом, другие испуганно косились на альфу рядом. — Да… — Вэй Ин нервно рассмеялся. Рядом Цзян Чэн хмурился мрачно — постороннему могло показаться, что он зол и страшен, но Вэй Ин знал своего альфу всю жизнь, а друзья давно научились различать оттенки этого нахмуренного взгляда. Не Хуайсан и Цзысюнь едва сдерживали смех, Лани выглядели странно взволнованными, а Лань Нин просто обнял его и проверил метку — всё ли в порядке, нет ли риска воспаления. Цзян Чэн не злился и не был несчастен из-за того, что произошло всего несколько часов назад — напротив, утром он был так счастлив, что едва не махнул рукой на всё и не остался с Вэй Ином в гнезде хотя бы на неделю. Но сейчас это было невозможно. Потом до него дошло. Он пометил Вэй Ина. Пометил! И до церемонии! Духи родителей наверняка смотрят сверху с укором за эту импульсивность, сестра точно устроит выволочку. Ох, сестра его убьёт — она хотела провести всю традицию: снять ошейник сдерживания перед родителями (или, в их случае, перед ней и Лань Сичэнем), убедиться, что шея чиста, сохранить ошейник для следующего поколения, сделать роспись… Ошейник! Лицо Цзян Чэна помрачнело ещё сильнее при воспоминании о бедном разорванном ошейнике — он чуть не заработал отклонение ци, не найдя семейную аметистовую подвеску. Вэй Ин в гнезде хохотал над ним, а потом поднял руку — и показал ворона с аметистом в клюве. Сестра, пожалуй, не станет его убивать. Почти. — Фиолетовый гэгэ страшный, — прошептал один из малышей, прячась за старшим омегой. — Ну-ну, А-Чэн, — Вэй Ин покосился на него: тот побледнел — как всегда, когда шицзе ловила их за дракой и готовилась к лекции. — Глава секты Цзян — мой жених с юных лет. — Ага, конечно, — хмыкнул Цзинь Цзысюнь. — Густой, — вздохнул Лань Ванцзи. — С юных лет, я сказал, — фыркнул Вэй Ин на побратима и павлина. — Так что это лишь вопрос времени. Не пугайтесь, он очень хороший. — Я хочу, чтобы Вэй-гэгэ женился на этом красивом гэгэ, — одна девчушка ткнула пальцем в Лань Сичэня. — Нет, лучше на богатом гэгэ, — другой малыш бросился обнимать одежды Цзинь Цзысюня. — А он разве не женат на Яо-гэгэ и Нине-гэгэ? — двое малышей растерянно переглянулись. — Вэй-сюн, у тебя целый гарем из альф и омег, — Не Хуайсан уже не мог сдержать смех. — Мне этот гэгэ нравится больше, — Не Хуайсан заметил девочку перед собой. — Красивый. — Спасибо, юная госпожа, вы тоже очень красивы, — улыбнулся он её румянцу и звонкому смеху. — Сколько здесь детей? — погладил по голове девочку, вцепившуюся в его пояс, — она спорила с другими, какой альфа лучше подходит «их» Вэй-гэгэ. — Десять, — Вэй Ин схватил Цзян Чэна за руку, пока тот не собрался кого-то придушить. — Вчера вы видели только двоих — самых смелых. Вэй Ин повёл всех в общую столовую. Многие омеги и женщины-беты нервно отступили, но, увидев рядом Вэй Усяня, немного успокоились и продолжили накрывать столы к завтраку. В глубине зала Мэн Яо стоял с Лань Нином и А-Юанем на руках, беседуя с нарядными, ярко накрашенными женщинами. — Что-то случилось? — Цзян Чэн заметил, как Вэй Ин на миг напрягся, увидев их. Одна из женщин перехватила его взгляд, нахмурилась и покачала головой. — Я… подождите минутку. — Вэй Усянь сделал пару шагов, но почувствовал руку Цзян Чэна — лёгкое прикосновение: я здесь, с тобой. — Вэй Ин, — Лань Ванцзи шагнул ближе, но тревожно смотрел на омегу. — Иди… иди к А-Нину, Лань Чжань. Лань Ванцзи слегка коснулся руки Вэй Усяня и пошёл к своей семье. После проверки метки он попросил Вэй Ина остаться со всеми и встретиться за завтраком, а сам пошёл искать Мэн Яо и А-Юаня. Увидев малыша на руках у младшего омеги, подошёл, обнял их и окутал своими феромонами. — Ох, у Лань-гунцзы правда очень любящий альфа, — кокетливый смех женщин разрядил напряжение. — Лань Чжань, — Лань Нин передал ему малыша. — Идём завтракать. — Улыбнулся остальным тёплой улыбкой — Вэй Ин снова двинулся вперёд, не отпуская руку Цзян Чэна. — Все идите, пора есть. День будет насыщенным. И день действительно оказался насыщенным. После завтрака Лань Нин передал А-Юаня Вэй Ину, взял Лань Ванцзи за руку и попросил помощи с делами. Он собрал в своём лазарете всех женщин и мужчин-омег, недавно прибывших; Лань Ванцзи нервничал рядом с ними — ему нужен был только свой омега, — но Лань Нин лишь попросил подать высокие банки или помочь с отварами. Остальные снова собрались в зале Юэ. Мэн Яо велел принести чай и лёгкие закуски. — Кто они? — Цзинь Цзысюнь улыбнулся Мэн Яо, когда тот налил ему чаю. — Наши осведомители, — Мэн Яо заметил недоумение некоторых. — Проститутки, которые помогают собирать информацию. — Почему они до сих пор этим занимаются?! — Цзинь Цзысюнь возмутился, глядя на Вэй Ина. — Ты же спас их именно от этого! — Они сами предложили помочь так, — Вэй Ин не отрывал взгляда от племянника: А-Юань улыбался и гургал, играя с красной лентой в его волосах. — Фа Ли одна из них, — Не Хуайсан мягко обмахнулся веером. — От неё каждый раз пахло другим альфой. — Фа Ли возглавляет группу на юге Цишаня Вэнь, — Вэй Ин протянул Цзян Чэну тарелочку с семечками дыни. — И ещё несколько в Городе Без Ночи. — Все тревожно посмотрели на него. — Они в порядке. Молодые женщины, чуть старше нас. Умные — держатся фаворитками у старейшин Вэнь. Одна, если не ошибаюсь, наложница Вэнь Сюя. Бо-гуннянь? — Бо-гуннянь на границе Юэяна, — улыбнулся Мэн Яо, разложив свитки: красивые женщины среди цветов или заснеженных гор, но по краям — «декоративные линии». — Яньянь в Городе Без Ночи — любимый омега одного из старейшин Вэнь. Цзинь Цзысюнь, Цзян Чэн и Лани боялись спрашивать об этом омеге — вдруг ребёнок или девочка в опасности. Может, лучше вернуть их всех к Вэй Усяню, даже потеряв преимущество. — Это сообщения до того, как ты их мне пересылаешь? — Не Хуайсан чуть не залез на стол, разглядывая свитки. — Да. Я их расшифровываю — вдруг другая наложница или служанка прочтёт. Поэтому всё разбросано. — Впечатляет, — Не Хуайсан разглядывал послания в тенях деревьев, деталях платьев, изгибах рек и снега. — В чём проблема? — Цзян Чэн знал: что-то пошло не так, иначе Вэй Ин не отреагировал бы на появление омег. — Яньянь убита, — Мэн Яо протянул Вэй Усяню чистый лист. Вэй Ин стиснул губы, взял лист, укусил палец — капля крови в центр. Лист мгновенно покрылся ярко-красными странными иероглифами. Все ахнули: талисман, пропитанный энергией обиды. Не Хуайсан потянулся — но отдёрнул руку от жуткого холода. Вэй Ин взял без проблем и показал Мэн Яо. — Как? — Лань Сичэнь был в растерянности — и остальные тоже. — Каждому осведомителю я дал аварийные талисманы и чистые листы, — начал Вэй Ин, пока Мэн Яо быстро переписывал послание. — В опасности — мой ворон летит к ним. Они пишут последние слова или важное — чернила исчезают сразу. — Цзян Чэн и Цзинь Цзысюнь ахнули: иероглифы изменились. — Листа хватает надолго. Оставляют на виду или бросают в воздух — кто обратит внимание на чистый лист? Вороны находят и приносят. Когда пришло? — Сегодня утром. Одевала А-Юаня — начали стучать в окно. — Почему все собрались? — Цзян Чэн не понимал: один омега погиб, а проститутки-омеги появились в особняке за ночь. — При активации талисмана все возвращаются на медосмотр и перекличку. Не хотим рисковать остальными. — Двоих не хватает, — Мэн Яо поставил свечу — Вэй Ин сжёг лист. — Самых молодых — Цзя и Сыу. Куплены и увезены к Вэнь. Пока в порядке — сигнала бедствия нет. — Как они активируют талисманы без духовной энергии? — Лань Сичэнь любопытно посмотрел на младшего омегу-братца. — Раньше омеги не использовали духовную энергию — только Инь вокруг, — достал талисман. — Обычные люди могут. Безопасно. Печати совсем другие. — Как все вернулись? — Не Хуайсан вздрогнул от холодных улыбок омег. — Э-э… запретный вопрос? — Хотим сохранить в тайне способ передвижения, — улыбнулся Мэн Яо. — Что в послании? — Цзян Чэн хотел прочесть слова молодого омеги. — «Вторая ночь новолуния перед зимой — Первый Учитель выступит на Цинхэ, доказать, что Не — ничто. Старейшины играли со мной без передышки — не выдержу ещё ночи, всё жестче. Ненавижу их, всех ненавижу. Не жалею — уведите всех отсюда. Следующий удар — усадьба Мо. Есть союзник у Вэнь». — Мэн Яо тяжело вздохнул. — Вэй Ин, — Цзян Чэн взял омегу за руку. — Кто ещё в Городе Без Ночи? — Голос Вэй Ина был ледяным, глаза угрожающе краснели. — Похоже, недавно увезли Сыу и Цзя. Осталась только Юга, и пока… — Мэн Яо замолк: громко каркнул Инь. Молодой ворон влетел в зал, чуть не врезавшись в стол. Вэй Ин быстро передал А-Юаня Цзян Чэну, поймал птицу. Инь покружил над всеми и вылетел в окно под потолком. Вэй Ин взял раненого, дрожащего ворона: перья обожжены и вырваны — наверное, отравленные стрелы. В клюве — лишь кусок белой ткани с одним иероглифом, написанным кровью. — Не успел использовать лист, — Вэй Ин осторожно вытащил ткань, погладил птицу. На столе — один иероглиф. «Жёлтый» --֍-- Вэй Усянь — нет, Яньлин Лаоцзу — велел всем омегам под его опекой вернуться в особняк. Ни один не должен оставаться снаружи — слишком опасно. За двое суток потеряли двоих осведомителей — больше жизней рисковать нельзя. Альфы не вмешивались, когда Вэй Усянь собрал всех омег во внутреннем дворе: беременные женщины и омеги, слуги, проститутки, лучники с луками и колчанами за спиной. Слова Яньлин Лаоцзу были ясны и непререкаемы: никому не покидать особняк и пределы защиты. Все кивнули и поклонились с уважением. — Прямо как глава секты, — шепнул Не Хуайсан. После собрания Мэн Яо нервно кружил вокруг Вэй Усяня: припасов не хватит, даже с запасами из тайника — дисбаланс неизбежен. Он предложил выйти, притвориться бетой, купить необходимое; труп поможет с телегой — можно замаскировать под крестьянина, хоть и сложно. — Никуда ты не пойдёшь, — отрезал Вэй Ин. — Разберёмся. Еды хватит на месяц. Остальные выкрутятся — найнай хорошо управляет убежищем. — Найнай — старая проститутка с младенцем на руках; подругу убил Вэнь до встречи с Вэй Усянем. Она помогала роженицам в пещере — и Лань Нину с А-Юанем. — Но… — Мэн Яо нервничал: другие главы обещали присылать омег в убежище — если придут новые, всё кончится раньше. — Я привезу припасы, — Цзинь Цзысюнь остановился у каменной формации. Полдень — всем пора в лагерь. — Могу продолжать входить без проблем? — Можешь. Но один — или с кем-то из них, — кивнул Вэй Ин. — Увидимся через пару дней. Надо навести здесь порядок. — Поедешь в усадьбу Мо? — нахмурился Цзян Чэн: не хотел отпускать Вэй Ина одного — боялся, что энергия обиды ещё больше повредит треснувшее ядро. — Надо. — Я с тобой, — Не Хуайсан захлопнул веер. — Недалеко от Цинхэ Не — приведу подкрепление. — И я, — Цзян Чэн встал перед Вэй Ином. — Нет, тебе возвращаться, — нежно улыбнулся Вэй Ин, погладил щёку. — Ты глава секты — дел полно. Поеду один. Не впервой. — Вообще-то, — улыбнулся Мэн Яо, кивнув Не Хуайсану, — взять Не-эр-гунцзы — отличная идея. Мэн Яо объяснил: союзник из Кампании Свержения Солнца покажет — Яньлин Лаоцзу на их стороне, не угроза сектам. Цзян Ваньинь и Лань Сичэнь должны вернуться в лагерь — обязанности глав. Остальные тоже ждут новостей о появлении Вэй Усяня. Лань Ванцзи — на фронт: отсутствие вызовет подозрения. Как и у Цзинь Цзысюня — но тот будет привозить припасы регулярно. — Я поеду с тобой, — серьёзно сказал Лань Ванцзи Цзинь Цзысюню — тот кивнул с улыбкой. Прощание было тяжёлым, но необходимым. Лань Нин и Вэй Ин поцеловали своих альф перед отъездом. Цзинь Цзысюнь нервничал перед юным Яо — казалось бы слишком смело поцеловать, хотя очень хотел. — Ну поцелуй уже! — крикнул Не Хуайсан. — Не вздумай, павлин, — зло улыбнулся Вэй Ин — тут же каркнул ворон, явно не Инь. — Я! Нет! — Цзинь Цзысюнь покраснел, глядя на нежную улыбку Мэн Яо. — Желаю безопасного пути — буду здесь, пока не вернёшься, — Мэн Яо соединил свою маленькую руку с его. — Да! — Цзинь Цзысюнь покраснел ещё сильнее. — Выходите здесь, как остальные — махните талисманом. Для возвращения — мечи. На вершине горы — самый большой гинкго. Пройдите сквозь листву — увидите арку из ветвей. Это вход, — пояснил Вэй Ин. — Понял, — все кивнули, доставая эмблемы. — Увидимся через пару дней. Не-сюн — тебя ночью. --֍-- Две ночи спустя Вэй Ин встретился с Не Хуайсаном. Все договорились: о нападении никто не узнает — просто осмотр территории. Найти предателя пока сложно. Если «жёлтый» — намёк на секту, то подходят минимум четыре — с разными оттенками жёлтого в одеждах. Допрашивать каждую — слишком подозрительно и очевидно. Цзинь Цзысюнь не доверял семье — считал отца и его людей возможными скрытыми врагами. Усадьба Мо была небольшой — внутри села мало культиваторов Вэнь, но снаружи — другое дело. Вэй Ин отправил воронов патрулировать тени деревьев. Инь не вернулся после смерти последнего омеги в Цишане. — Видишь что-нибудь? — Не Хуайсан мягко обмахивался, попивая чай. — Они снаружи. Собираются. Возможно, соберутся сегодня ночью — но не нападут, — Вэй Ин сидел на подоконнике, гладя ворона на колене. — Почему? — Вэй Ин иронически посмотрел. — Предупредить других? Напасть сейчас? Ждать? — Что считаешь лучше? — Добить сейчас, — отпил чай, скривился: постоялый двор не роскошный. Выбрали дальний от центра — чтобы не привлекать внимания, по словам Вэй Усяня. — Тогда я пошёл, — Вэй Ин прыгнул и растворился в темноте коридоров. — Вэй-сюн такой импульсивный. — Молодой господин, — альфа Не вошёл и поклонился. — Говори, что нашёл. — Глава секты Цзинь только что покинул усадьбу Мо. Через пару часов будет в Ланьлине — встретится с Чифэн-цзунем. — Спасибо, можешь идти, — альфа ушёл. Не Хуайсан остался один. — Что ты здесь делал, глава секты Цзинь? — подошёл к окну, через которое ушёл Вэй Ин, протянул руку — ворон сел на ладонь. — Вэй-сюн освоил искусство птиц — но выбор любопытный. — Ворон каркнул, он тихо рассмеялся. — Ничего против вас не имею — вы очень умные. — Достал кусок мяса, угостил. — Отведёшь, где видели? — Ворон каркнул и взлетел. --֍-- Уничтожить альф Вэнь было нетрудно. Около усадьбы Мо — много тел в заброшенных тропах торговцев. Никто не выжил. Несколько нот — трупы собрались и закопались сами. Отправит весточку Ланям — упокоят души. По пути назад ворон перехватил и привёл к роскошному особняку. — Кто вы такой?! — раздался громкий женский крик — Вэй Ин подбежал. — Госпожа Мо, моим осведомителям можно доверять. Боюсь, у вас в доме враг — нужно проверить, — голос Не Хуайсана мягкий, веер в движении. — Врагов великих сект здесь нет, — снова крикнула госпожа Мо и надменно улыбнулась. — Это место посещает лишь один уважаемый альфа из видной секты. Уверена, такой простак, как вы, его и не знает. — Ух ты, — Вэй Ин скрестил руки, сдерживая смех: улыбка Не Хуайсана застыла, взгляд потемнел, аромат чая и свитков стал острым. Прямо в больное место. Вэй Усянь знал: у Не Хуайсана комплекс из-за внешности — альфа, но не типичный Не: высокий, худой, мало мускулов, красивое лицо, утончённые вкусы. Полная противоположность старшему брату. Но только он и друзья знали истинную силу Не Хуайсана: саблю носил редко — только на важные события. Сейчас — без неё, в простой одежде, чтобы не привлекать внимания. Никто не узнал бы второго господина Не — стратега Кампании Свержения Солнца. — Госпожа, с уважением… — Не Хуайсан не успел: все услышали крик. — Этот ублюдок, — пробормотала госпожа Мо, думая, что никто не слышал. — Мама! Вэй Усянь и Не Хуайсан переглянулись и быстро вошли в особняк. Госпожа Мо кричала им вслед за вторжение, звала стражу — но те были ловко обойдены. Оба прыгнули на крышу, во внутренний двор: пухлый мальчишка пинал другого, недалеко красивая женщина бежала к детям. — Юань-эр, пожалуйста, остановись, — женщина пыталась оттащить своего, но слуга, наблюдавший с удовольствием, толкнул её. — Не мешай молодому господину. Вэй Ин отправил ворона отпугнуть слугу, собиравшегося ударить женщину снова. — Что здесь происходит? — Вэй Усянь помог женщине встать. Вблизи — сладкий аромат бегоний. Омега, моложе его — странно, выглядит очень юной. — Ты в порядке? — Она удивлённо кивнула, робко. — Видимо, кто-то не знает манер, — Не Хуайсан без труда оттащил пухлого от другого, закрытым веером слегка стукнул по лбу. — Не запугивай других — некрасиво и не по-рыцарски. — Мальчишка тут же заревел. Не Хуайсан закатил глаза и помог второму встать. — Ну как, больно? — Тот покачал головой — очень милый. — Глупая девчонка! — Госпожа Мо вбежала, схватила сына. — Вы заставили плакать моего бедного малыша! Ты! — ткнула в дрожащую женщину. — Хоть на что-то сгодись — позови своего альфу, пусть накажет этих недоумков. — Но… — прошептала женщина. — А-Шань только что… ушёл. — Грустно опустила взгляд. — Тебя здесь обижают? — Вэй Ин заметил, как она на миг сжала его руку — и покачала головой. — Это твой сын? — Кивок. — Пойдём со мной — отведу в безопасное место. — Куда вы её забираете?! — снова рявкнула госпожа Мо. — Эта омега второго сорта, называющая себя моей сестрой, хоть на что-то годна — цепляет богатого альфу. — Как вас зовут? — Не Хуайсан и остальные пропустили мимо ушей, проводил малыша к матери — та с любовной улыбкой вытерла ему слёзы рукавом красивой туники. — Меня зовут Мо Фан, а малыша — Мо Сюаньюй, — улыбнулась сыну. — А-Юй, поздоровайся. — Я Мо Сюаньюй, — улыбнулся, показав дыру от выпавшего молочного зуба. — Этот гэгэ альфа? — Не Хуайсан кивнул с улыбкой. — Ты… — Арестовать! — Прежде чем выйти, путь преградила стража с копьями и мечами. — Верните этих омег. Мои стражники — лучшие альфы… Гордый тон госпожи Мо угас: стражники опустили оружие, склонили головы — испуганные. Бета, она не чувствовала мощных территориальных феромонов Не Хуайсана — другие чувствовали. Запуганные, отступили, пропуская Не Хуайсана с тремя омегами за спиной. — Мо… молодые господа, куда нас? — Мо Фан вцепилась в руку сына. — В безопасное место. Пока в мой дом, — улыбнулся Вэй Ин. — Не бойтесь. Я омега, как ты, а он хороший альфа. — Я вижу — омега и помечен, но… — растерянно посмотрела на обоих. — Почему твоя метка отличается от его? — У Вэй-сюна правда целый гарем, — весело рассмеялся Не Хуайсан. Вэй Ин только фыркнул. — Он не мой альфа — хороший друг. — Все вошли в постоялый двор. — Ночуем здесь. Утром уходим. — Хотите что-то спросить? — Не Хуайсан налил им чаю, приглашая сесть. — Почему нас забрали из дома? Не то чтобы я неблагодарна — сестра с нами нехорошо, — Мо Фан опустила взгляд. — Я единственная омега в семье. Отец хотел выдать меня за кого захочу, но сестра сказала искать богатого мужа — лучше альфу. Мо Фан рассказала: в пятнадцать влюбилась в красивого альфу — тот обещал многое. Ухаживания были прекрасны, через год она забеременела. Альфа не пометил, но был рядом всю беременность и после рождения А-Юя. Четыре года жил с ними. Сестра молчала — за деньги альфы на дом. Баловал её и малыша. Последние три года приходил редко — только на ночь, сына почти не видел. Деньги шли — но из-за войны реже и меньше. Отец недавно умер, сестра стала главой семьи. Тратила безумно — любила дорогие ткани и украшения, которых не могли себе позволить. Но была уверена: Мо Фан продолжит добывать лёгкие деньги. Теперь злилась — денег едва хватало на еду и слуг. — Альфа, что ушёл… — Не Хуайсан серьёзно обмахнулся. — Это твой альфа? — Грустный кивок. — Пришёл повидаться… э-э… после этого… — смущённо опустила взгляд. — Попросила остаться до утра — увидеть А-Юя. Отказал и накричал. А-Юй вышел как раз после его ухода. — Сколько тебе лет? — Вэй Усянь прищурился: синяки на запястьях, один скул припухший под макияжем. — Двадцать два, А-Юю семь, — улыбнулась, гладя сына — не заметив ужаса в глазах мужчин. — Могу узнать, кто вы? И чего хотите от нас? — Меня зовут Вэй Ин, по вежливости Усянь. Я помогаю омегам и женщинам-бетам в беде. — Я Не Хуайсан из Цинхэ Не. Помогаю ему. — Мама, — Мо Сюаньюй потянул её за рукав, робко улыбнулся Не Хуайсану. — Этот гэгэ хорошо пахнет. Вэй Усянь расхохотался над румянцем Не Хуайсана. Но смех быстро угас — малыш продолжил: — Лучше, чем те другие гэгэ. — Какие другие гэгэ, А-Юй? — напряглась Мо Фан. — Помнишь, папа катал меня на красивом мече? — Кивок. — Папа показал мне гэгэ. Сказали — я очень красивый. Один сказал — он доктор, когда вырасту — научит многому. — Наклонил голову. — Но все пахли очень плохо. Папин запах тоже странный — но лучше, чем у других гэгэ. — Госпожа, — Вэй Усянь почувствовал ужас женщины. — Скажите одно: как зовут отца вашего малыша? — Цзинь… Цзинь Гуаншань. --֍-- Вэй Усянь решил забрать семью Мо в особняк — пусть Лань Нин их осмотрит. Убедившись, что они здоровы и устроены, присоединится к остальным в Цинхэ Не. Это даст Не Хуайсану время подготовить план удара по Вэнь. Лань Нин подтвердил: оба омеги здоровы, ничего странного. Разве что у маленького Мо Сюаньюя проявились задатки культиватора. Вэй Ин поехал не один — с Мэн Яо и двумя омегами-лучниками, лучшими в группе. Лань Нин хотел поехать — увидеть Лань Ванцзи, — но легко убедили: опасно для А-Юаня, кто-то должен присматривать за особняком. Появление Ханьгуан-цзюня в разгар спора всё упростило. Цзинь Цзысюнь не смог привезти припасы — дела в Ланьлине, — Лань Ванцзи без проблем занял его место. — Лань Чжань, присмотри за всеми вместо меня, — Лань Ванцзи кивнул, обнял малыша — с такой любовью, какую замечали только побратим и муж. Не стоит и говорить — собрание прошло неловко с двумя омегами: один пугал красными глазами, второй твердил, что их идеи ненадёжны, и предлагал лучшие — с минимумом потерь. Только Лань Сичэнь и Не Минцзюэ были явно впечатлены умом омеги. Цзинь Цзысюнь горделиво улыбался, слушая уверенную речь своего омеги. — Малец, ты мне нравишься, — Чифэн-цзунь дружески хлопнул Мэн Яо по спине — тот чуть не упал на стол. — Голова варит. Приезжай почаще. — Рад помогать. Едва собрание закончилось — Цзинь Цзысюнь «похитил» Мэн Яо. Вэй Ин вздохнул и отправил Инь присмотреть. Ворон вернулся утром с записками: Сыу и Цзя пока в порядке. — Пойдём, некоторые хотят тебя видеть, — Цзян Чэн взял Вэй Ина за руку и повёл в любимый сад Не Хуайсана. Сад был просторным: в центре беседка, несколько человек пили чай; среди цветов — малыш и двое альф носились в догонялки. Вэй Ин замер — боялся разрушить эту картину, да и зрение начало плыть. Его шицзе, любимая шицзе — в красивых розово-лиловых одеждах Цзян — пила чай и смеялась с Фэн Мао и Ли Сяоу. А носились среди цветов Хуа Цян и Ли Жун — с А-Яном. — Вэй-гэгэ! — Цзян Ян мгновенно уловил аромат персиков — увидел высокую фигуру в чёрном и бросился в раскрытые объятия. — Вэй-гэгэ! Вэй-гэгэ! — А-Ян, я здесь, — Вэй Ин крепко обнял малыша, задрожал — слёзы хлынули. Поцеловал макушку — запах карамели, мёда и лотосов. Цзян Чэн постоянно его надушивал. Не удержался — тоже окутал ребёнка своими феромонами. — Ты долго, — голос А-Яна дрожал. Он тоже плакал. Все подошли поздороваться — слёзы, рассказы о самом тяжёлом для выживания. Вэй Ин многое опустил, но рассказал о своих делах и новом титуле Яньлин Лаоцзу. Цзян Ян хвастался быстрым прогрессом в формировании ядра — база, но для восьми лет — отлично. Цзян Яньли учила его, когда Цзян Чэна не было. — А-Сянь, — Вэй Ин заплакал у неё на коленях. — Не плачь, мы снова вместе. — Поцеловала макушку, поправила волосы — коснулась шрама. Два рыка: агрессивный — брата, робкий — его Сяньсяня. — А-Сянь, А-Чэн… — Сколько даёте — убьёт? — шепнул Фэн Мао. — Говорю — женит прямо сейчас, — возбуждённо ответила Ли Сяоу. — Спасла их свадебные одежды до пожара. — Что натворили? — Улыбка Цзян Яньли не дошла до глаз. Вэй Ин выскочил из её объятий, вцепился в руку Цзян Чэна. — Э-э… сюрприз? — нервно рассмеялся. Цзян Чэн был прав: сестра отчитала их, как щенков. Им стало неловко — не только перед опекунами, но и перед только что пришедшим Лань Сичэнем (искал любимую невесту), растерянным Мэн Яо, веселящимися Цзинь Цзысюнем и Не Хуайсаном. — Итак, кроме того, что вы поторопили свадьбу моих братьев, о чём ещё говорили? — Яньли с любовью улыбнулась Лань Хуаню, наливая ему чай. — Вэнь Сюй нападёт на Цинхэ Не — Не и Лани останутся оборонять, — Мэн Яо разложил карту. — Вэнь теперь слабы. Надо брать территорию. — Вэй-сюн ослабил их, вернув омег. — Вэй Усянь кратко рассказал о планах Вэнь Жоханя с энергией обиды — все поморщились от отвращения. — Воспользуемся этим. Вернём Причальный Лотоса. — Что? — Яньли посмотрела на братьев — те уверенно кивнули. — Я с вами. — Конечно, шицзе, — улыбнулся Вэй Ин. — Все вернём наш дом. — Покосился на А-Яна — тот чуть не подавился конфетой от восторга. — Кроме А-Яна. Он с А-Нином — присмотрит за всеми в особняке. — Несправедливо, — сел с надутыми губами, скрестив руки. — Ты ещё мал. Зато у меня для тебя сверхважная миссия. Хочешь знать? — Какая? — Помнишь А-Нина? — Кивок. — Ему и А-Яо нужен сильный храбрый альфа-защитник, правда? — Цзян Ян посмотрел на омегу рядом с павлином Цзинем. — Конечно. Цзысюнь и Ханьгуан-цзюнь не смогут часто приезжать — но с молодым господином Цзян мы будем в полной безопасности. — Ладно, — гордо скрестил руки. — Только потому, что Вэй-гэгэ и красивый гэгэ просят. — Посмотрел на Вэй Усяня. — Нин-шушу испечёт рисовые пирожные? — Если будешь хорошо себя вести и у него будет время — уверен, сделает все сладости, какие захочешь.