Омега Юньмэн Цзян

Мадам Юй не знала, злиться ей или гордиться. Сын и ученик улизнули среди ночи — кто знает, на какое геройство. От Вэй Усяня такого ждать было привычно, этот её дурачок-воспитанник вечно влипал в истории, но от сына... От Цзяна Чэна это было в новинку. Наверное, просто хотел приглядывать за этим ходячим магнитом неприятностей — омегой. А теперь, после рассвета, никто не вернулся. Она уже собиралась отправить людей на поиски, но добрая А-Ли уверила, что они скоро будут. Пришлось только вздохнуть и проследить, чтобы внук позавтракал с омегой Мо. Похоже, они занимались вместе — хорошо, что А-Ян так легко ладит с другими. С тренировками она разберётся позже, а пока к ней подбежала одна из омежек-лучниц. — Мадам Юй! — Девчушка, лет пятнадцати, не больше, слишком юная. — Цзян-цзунчжу, Вэй-гунцзы, Ханьгуан-цзюнь, Нэ-эргунцзы, Цзинь-гунцзы, Мэн-гунцзы и ученики уже близко. Просят подготовить медицинское крыло — везут раненых. — Поняла, беги. Я встречу, — Мадам Юй посмотрела, как девчушка поклонилась. — Как тебя зовут? — У этой омеги нет фамилии, но все кличут А-Синь, мадам Юй. — Хорошо, ступай. Девчушка снова поклонилась и умчалась. Любопытство кольнуло. Вэй Усянь рассказывал, что многие омеги и беты-женщины здесь — из тех, кого он спас, и они сами предложили помогать или тренироваться. В последней битве она видела, как эти юнцы виртуозно владеют луками, даже без золотого ядра — настоящие мастера. Может, отправить нескольких девушек в Мэйшань Юй, чтобы сформировали ядро? Цзян Фэнмянь прогуливался, наблюдая, как ученики и незнакомцы отстраивают секту. Проверил, в порядке ли комнаты новых учеников, — восточное крыло как раз восстанавливали, а южное закончили одним из первых. У причала он заметил жену, подошёл и увидел, что она смотрит на двух девчушек. Те сидели на стене, болтая ногами, с одинаковыми пучками на макушке, перевязанными белыми лентами. Одна держала книгу, другая медленно читала вслух, за спиной — луки и колчаны. — Сколько им лет? — Фэнмянь не отрывал глаз от девочек. Одна надулась, не разобрав иероглиф, другая показывала, как читать. — Двенадцать, — улыбка Фэнмяня застыла. Жена смотрела раздражённо, явно злилась. Он снова взглянул на девочек — в серо-красных одеждах, воспитанницы А-Ина. Вэй Ин вытащил их из какой-то клиники. Фэнмянь почувствовал ту же злость. — Не сёстры, но ведут себя как родные. С прямой чёлкой — Син, с открытым лбом — Юэ. — Мадам Юй пошла дальше, вздыхая, муж последовал за ней. — Среди омег-стражей не у всех есть фамилии. Только у шестерых, остальные — по именам или прозвищам. — Большинство слишком молоды, — кивнул Фэнмянь, вспомнив детей младше пятнадцати с луками, корзинами, инструментами, чистящих и полирующих дерево. — Как никто не знал об этом раньше? — Кто-то прикрывает эти ужасы. — Кто виноват? — Два подозреваемых. Один легко поймать, второй — сложнее, из-за положения, — она остановилась у причала, глядя в небо в ожидании ребят. — Нужно загнать в угол, иначе отопрётся и выкрутится. Фэнмянь хотел сказать, что они сами схватят и заставят говорить, но увидел, как жена улыбается небу. Поднял взгляд — и улыбнулся тоже. Как в старые времена: пурпурные, белые, зелёные и жёлтые одежды возвращались в гавань. Но улыбки угасли, когда увидели лодку под ними. Впереди махала омега из Мэйшаня. Вэй Усянь спрыгнул с Саньду на причал, не дожидаясь, пока Ли СяоУ бросит верёвку. — Где они? — нахмурился Цзян Чэн. — Мама, папа, — поздоровался, увидев их. — Ждали нас? — Что случилось? Просили медицинское крыло. — Много раненых, — вздохнул Цзян Чэн, оглядываясь. — Вернусь в Гу Су за лекарствами и врачами, — Лань Ванцзи поклонился старшим, подходя к Цзян Чэну. — Хорошо, спасибо. Доверяю, что будешь быстрым. — Мм, — кивнул уверенно, подошёл к названому брату. — Вэй Ин. — Буду в порядке. Лети за А-Нином и остальными. Ничего не натворю, только посплю до вашего возвращения, обещаю, — Лань Чжань кивнул, потрепал Вэй Ина по голове, вскочил на Бичэнь и умчался. — Интересно, вернётся ли с А-Юанем? — О, сын Лань Ванцзи, да? — Цзян Фэнмянь попытался улыбнуться. Но радоваться не получалось: старшие ученики бежали к лодке. Ли СяоУ объясняла, как переносить детей — их было десять, с засохшей кровью, грязью и сыростью на изношенной одежде, волосы растрёпаны, будто вырывали клочьями. Старшие альфы сдержали рык — мерзость, что творили с этими детьми. Ещё хуже — когда вынесли пять маленьких тел. Они казались спящими, но неподвижные груди говорили: не доехали. — Зла в них больше нет, — Вэй Усянь подошёл к старшим, грустный и уставший. — Мы с Лань Чжанем сыграли для них. — Улыбка вышла маленькой, но искренней. — Я даже чуть духовной энергии потратил, сыграл «Покой». — Молодец, — Мадам Юй потрепала его по голове и обняла тепло. Цзян Фэнмянь обнял сына за плечи. — Это наша земля, — голос Цзян Чэна был сдавленным. — Я должен был... — Ты всё сделал правильно, — Фэнмянь мягко сжал плечо. — Оба. — Но я лидер Юньмэна и допустил... — Лидер секты не может быть везде. Юньмэн только встаёт на ноги, а за эти месяцы ты привёл секту в прекрасное состояние. Пристань Лотоса снова принимает гостей, торговля оживает — медленно, но верно. Вы справляетесь. — Я не такой великий, как ты. — Нет, — тихо рассмеялся Фэнмянь. — Ты даже лучше. — Нет! Отпустите! Семейный момент прервал крик с лодки. Ли Жун и Хуа Цин тащили связанного Цзинь Цзысюня — одежда помятая, грязная, лицо бледное, то ли от крови, то ли от качки. Ли СяоУ кратко, но выразительно доложила. — Цзысюань! Вели им отпустить! — Цзинь дёргался, но альфы держали крепко. — Я твой двоюродный брат! Мадам Юй не отпускала Вэй Ина, нахмурилась на Цзинь Цзысюня, потом посмотрела на Цзинь Цзысюаня. Тот игнорировал кузена, оберегая маленького омегу рядом. Она узнала: Мэн Яо, тот, кто помог им проникнуть в Город без ночи. — Ох, нашёл-таки свою пару по судьбе, — пробормотала Мадам Юй. — Да, — Вэй Ин медленно вышел из объятий шицзуня, успокоившись. — А-Яо молодой, но умный и ловкий. Он мне всё это время помогал. А-Нин присматривал за ним, когда я... ну, когда меня какое-то время не было. — Косо глянул на Цзян Чэна: альфе не нравилось вспоминать Погребальный холм, да и сам Вэй Ин не рассказывал, как выжил. Только А-Нин и А-Яо знали его секрет. — Молодой Цзинь, — Фэнмянь подошёл к паре. — Нужна медицинская помощь? Крыло готово. — Не обязательно... — начал Мэн Яо, но альфа обнял крепче. — Пожалуйста, благодарю за гостеприимство, — Цзинь Цзысюань выглядел уставшим и грустным. — И заранее извиняюсь за внезапный визит... с преступником на вашей земле. — Кого ты назвал преступником?! Я твой брат, Цзысюань! — Хотел бы отвезти его в Ланьлин, но беспокоюсь за здоровье А-Яо, — снова проигнорировал кузена. — Не церемонься, павлин, — Вэй Ин и Цзян Чэн подошли. — Ты наш брат, и А-Яо тоже. — Взял руку Мэн Яо в свои. — Пойдём, подождём А-Нина, чтобы тебя осмотрели. Голоден? Мо Фан обещал сегодня лунные пирожки. — Но сейчас не сезон, — тихо рассмеялся Мэн Яо, чувствуя материнские феромоны Вэй Ина. — Захотелось, а А-Ю сказал, что его мама пекла лучшие. Надо попробовать, правда? Цзян Чэн занялся делами секты, оставив Ли Жуна и Хуа Цина стеречь пленника. Вэй Ин проверил, чтобы детей и А-Яо осмотрели — врачей в секте мало, только ученики да А-Нин с базовыми знаниями. Сложные случаи не вытянут, только остановят кровь до приезда учителя. Мэн Яо рассказал: был на рынке в Ланъя, искал хороших торговцев тканями, но его схватили сзади, связали, заткнули рот. Хотел вызвать Цзихуэй — оглушили. Потом — кошмар возвращения в те нежные годы, когда его впервые привезли в такую клинику. Вэй Ин обнял его, Цзинь Цзысюань тоже. Когда пришёл Лань Нин, он невольно улыбнулся трогательной куче-мале. А чтобы поддразнить, притворно нахмурился на Вэй Ина: мол, опять что натворил? Даже иглы достал. Смешно было видеть, как тот прячется за Мэн Яо, уверяя, что на этот раз — не к нему. Лань Нин был в ярости от увиденного в медицинском крыле. Лань Ванцзи с группой учеников Лань привезли двух омег-врачей, своих учеников и двух омег Лань. Работа была долгой, тяжёлой, горькой. Вэй Ин ушёл, велев звать, если понадобится. Мэн Яо проводили в комнату — делить с Цзинь Цзысюанем. — Прости, я распорядился заранее, пока только одна на двоих, — усмехнулся Вэй Ин. — Сейчас велю приготовить ванну... — Яо-гэгэ! — Два детских крика в коридоре. Старшие увидели, как Цзян Ян и Мо СюаньЮй бросились обнимать талию омеги. Для Мэн Яо это было бальзамом. Обнял обоих, пообещал полетать с воздушными змеями после душа. Цзинь Цзысюань попросил Вэй Ина проводить его к Цзян Чэну — как лидеру секты хотел обсудить кузена. — Подождите меня, — Мэн Яо входил в комнату — просторную, элегантную, кремово-золотую, почти пустую. Вэй Ин явно оставил чистый холст, чтобы жильцы сами украсили. — Просил оставить так, — подтвердил Мэн Яо, увидев улыбку Вэй Ина. — Чтобы каждый мог по вкусу. Рядом — А-Нина и Лань Чжаня, по тому коридору — Хуайсана. — Спасибо. И вам комнаты закажу, — Цзинь Цзысюань был счастлив. Пусть не кровные — эти роднее родных. Чувствовал лёгкую вину за непочтительность к отцу, но Цзян, Лань и Нэ — настоящая семья. — Пойдём, павлин, провожу к А-Чэну. Хуайсан наверняка уже там. — Нэ-эргунцзы здесь?! — Личико СюаньЮя засияло. — Да. Хотите поздороваться? — Вэй Ин взял детей за руки. — Пойдём, павлин. А-Яо в безопасности. А если что, — кивнул в тень: красные глаза и острая улыбка ответили. — Они присмотрят. — Не знаю, пугаться мне сильнее или успокоиться, — Цзинь Цзысюань медленно отошёл, когда Мэн Яо закрыл дверь. — Может, предложим Ваньиню стать главным культиватором? С тобой вы сейчас сильнейшая секта. — Потому и не стоит, — Вэй Ин с Цзинь Цзысюанем подпрыгнули: Нэ Хуайсан вынырнул из коридора. — Нэ-эргэгэ! — Мо СюаньЮй бросил Вэй Ина и побежал к альфе Нэ. — Это пострашнее твоих призраков, — пробормотал Цзинь Цзысюань, пока Хуайсан кивал всему, что болтал СюаньЮй. — Малыш мой, — Вэй Ин побледнел. — Почувствовал, как шевельнулся... И изжога, — нахмурился и театрально рухнул на Цзинь Цзысюаня. — Нет, ещё один такой испуг — и я умру. Уже как дядя Лань себя чувствую. — Дурак, — рассмеялся Цзинь Цзысюань, за ним — Вэй Ин. — Почему А-Ю ведёт себя как влюблённая кобылка? — Цзян Ян скрестил руки, глядя, как друг прыгает вокруг Нэ или смущённо опускает глаза от похвалы. — Ревнуешь? — Вэй Ин пощекотал щёку щенка. — Нет, но... Не нравится, — нахмурился. — Нэ-шуфу слишком стар для А-Ю. — Не думаю, что Хуайсану нравятся дети в таком смысле, — рассмеялся Вэй Ин, подходя ближе. Хуайсан взял другого мальчика за руку. — Правда? — Улыбка стала жуткой. — А? — Хуайсан растерялся. — Что-то не так? — Ничего, просто чуть не родил от испуга. — Ой! Прости! Прости! — Нэ Хуайсан засуетился, не хотел потерять нового племянника. — Идём к Ваньиню? У нас важное дело. Пора делать первый ход. — Разве война не кончилась? — Мо СюаньЮй посмотрел на старших. — А-Ю, иногда битвы не требуют оружия, — Хуайсан погладил его по голове. — Но то, что мы делаем, — ради вашей лучшей жизни. — Ого. — Что? — Вэй Ин увидел, как щенок принюхался, завертел головой, нашёл запах, схватил СюаньЮя за руку и потащил в другую сторону. Старшие не успели спросить — детский плач всё объяснил. Увидели Лань Ванцзи с маленьким Лань Юанем на руках. Малыш извивался, хныкал, надув губки. Вэй Ин не удержался — быстро подошёл к названому брату обнять любимого племянника (первого, потому что ждал ещё многих — и все будут любимыми). — А-Юань, твой Вэй-гэгэ соскучился, — малыш гулко поздоровался и завертел головой. — Ох, какой умный малыш, совсем как родители. А-Яна нет — уроки, так что будь хорошим и жди. — Зачем врёт ребёнку? — шепнул Цзинь Цзысюань Хуайсану. — Технически не врёт. У детей сейчас уроки культивации, — Хуайсан нервно обмахнулся. — Может, А-Ян пока не хочет слюней А-Юаня. Вэй Ин не пошёл за детьми — увидел Мо Фан. Омега поклонилась молодым господам и последовала за мальчиками. — Всё отлично выходит, Вэй-сюн, — Хуайсан осматривал детали по пути к кабинету Цзян Чэна. — Цзян Чэн заберёт всю славу — он великий лидер и мастер архитектуры, — Вэй Ин не отпускал А-Юаня. — Смотри, А-Юань, здесь к концу весны расцветут лотосы. Как тебе стукнет два, мы с Цзян Чэном научим плавать. — Два?! Рано же! Они только ходить учатся, — Цзинь Цзысюань посмотрел на Хуайсана и Лань Ванцзи. — Зависит от ребёнка, — пояснил Лань Ванцзи. — Ванцзи-сюн прав, — кивнул Хуайсан. — Кто-то идёт в год, раньше или позже. Мои младшие кузены — кто в год, кто почти в два. — А в Юньмэне все дети плавают раньше, чем ходят, — кивнул Вэй Ин. — У нас специальные уроки плавания для малышей. — Грустно улыбнулся. — Я многих учил, когда они были чуть старше А-Юаня. — Правда плавают? — Цзинь Цзысюань и Хуайсан не могли представить младенца, гребущего по воде. — Нет, — рассмеялся Вэй Ин, даже Лань Ванцзи фыркнул. — Сначала учат держаться на воде, потом чуть погружают — они сами учатся грести и всплывать. Забавно, как малыши плавают раньше, чем ходят. — Не знал, что так бывает, — Хуайсан любопытно обмахнулся. — Вот и привозите своих щенков учиться. Летом будете наслаждаться озером. — Как мы, — чуть улыбнулся Лань Ванцзи, вспоминая. — Точно как мы, — кивнул Цзинь Цзысюань. Он тоже скучал по тем дням, когда мог забыть, что наследник секты, и просто быть мальчишкой в воде с друзьями — есть, пить, смотреть на звёзды. В кабинете Вэй Ин доложился, Цзян Чэн впустил. Внутри — не один: Мадам Юй и Цзян Фэнмянь ждали с чаем и закусками. — Это твой сын, Лань-эргунцзы? — Фэнмянь первым подошёл к Вэй Ину. — Мм. — Красавец, — кивнула Мадам Юй, глядя на пухлого малыша. — Нос его, — Фэнмянь протянул палец — малыш схватил. — И вся сила Ланей, — тихо рассмеялся. — Лань Юань, да? — Мадам Юй дождалась кивка. — Сколько ему? — Восемь месяцев, — ответил Лань Ванцзи. — Как раз пора учить плавать, — кивнул Фэнмянь. — Я же говорил, — расхохотался Вэй Ин. — Можно подержать? — спросила Мадам Юй. Лань Ванцзи кивнул — она взяла малыша. А-Юань уставился, потом потянул прядь её волос, а другой рукой — золотую корону на чёлке. — А-Юань, нет... — Вэй Ин попытался остановить, как и Лань Ванцзи, боясь обидеть альфу. — Ничего, — мягко разжала пальчики, сняла шпильку и показала. — Малышам нравятся блестящие вещи, — тепло улыбнулась гулканью А-Юаня. Молодые смотрели удивлённо: Мадам Юй редко была такой мягкой с детьми, тем более с чужими малышами. Цзян Фэнмянь почувствовал боль в сердце — взгляд жены был тёплым, а недавняя потеря их нерождённого ребёнка ещё свежа. — Начнём, — Цзян Чэн прервал тишину, заметив отцовский дискомфорт. Он знал о потере, Вэй Ин — нет, и пока не скажут. — Но А-Яо нет, — Вэй Ин глянул на дверь. — Оставить А-Юаня? — Не помешает, — Мадам Юй качнула малыша. — Тихий. — Иногда, — вздохнул Лань Ванцзи. Пока Вэй Ин не успел поддразнить названого брата, пришёл Мэн Яо. Все уселись за большой чайный стол. Мэн Яо подтвердил: подозрения с Хуайсаном верны. Секта Цзинь давно покупала детей-омег для операций и проституции. Цзинь Гуаншань лишь унаследовал «традицию» от прежних старейшин и управителей клиник. Цзинь Цзысюань с отвращением сжал пион на груди. Цзян Фэнмянь коснулся его плеча — молодой альфа увидел: не ненависть, а поддержка. Хотелось плакать: Фэнмянь и Лань Цижэнь были отцами больше, чем родной. Разоблачить Цзинь Гуаншаня непросто — замешаны старейшины и чиновники. Цзинь Цзысюнь — доказательство. Даже если Цзинь Цзысюань унаследует, «семейный бизнес» отдадут второму наследнику — Цзинь Цзысюню. — А если загнать в угол? — Вэй Ин скрестил руки. — У меня ещё омеги-шпионы... — Всех вытащил? — нахмурилась Мадам Юй. — Пытался, — грустно покачал головой. — Некоторые не захотели уходить из борделей, но благодарили за защиту. Взамен — информация. Когда захотят — знают, что могут ко мне. Они не одни. — Мадам Юй кивнула, хоть и неуверенно. — Не откажутся быть приманкой, — кивнул Мэн Яо. — Почему не свидетели? Дети, шрамы, внешний вид — достаточно, — предложил Цзинь Цзысюань. — Не поверят, — вздохнул Мэн Яо. — Кто поверит низшим омегам? Проданным семьями — они не люди. — Можно... — Хуайсан вздрогнул от взглядов омег. — Что? — подбодрил Цзян Чэн. — Если поможет — все варианты. — Можно... взять свидетелем героя войны... — голос всё тише. — Нет, — тихо прорычал Вэй Ин. — Героя войны? — старшие альфы и Цзинь Цзысюань переглянулись. — Не говори, Хуайсан, предупреждаю, — глаза Вэй Ина покраснели. — Вэй Ин? — Цзян Чэн обеспокоенно посмотрел на мужа. — Мне никто не поверит, — мягко сказал Мэн Яо с виноватой улыбкой Вэй Усяню. — В конце концов, я сын проститутки. Тишина. Цзинь Цзысюань покачал головой, с ужасом глядя на жениха. — Прости, я говорил, что... — Мэн Яо не договорил — его крепко обняли. — А-Сюань? — Почему я не нашёл тебя раньше? Почему не спас? — голос дрожал, он плакал в шею омеге. Мэн Яо гладил спину. — Должен был быть рядом... — Ты не знал обо мне. Не твоя вина. — И не твоя, — прорычал Вэй Ин. — Эти ублюдки нас не посчитают. Я громил армии Вэнь, спасал омег, остановил тварь Вэнь Жоханя — и всё равно я для них никто. — Сжал кулаки, расслабился от ласковых поглаживаний Цзян Чэна. — Для них мы — ничто. — Мы с тобой, — Цзинь Цзысюань не вылезал из укрытия. — Моя секта... Но есть Лань, Нэ и Цзян. Три из четырёх — уже сила. — Но у Цзинь большинство малых сект и капитал, — Мадам Юй вернула А-Юаня отцу — малыш зашевелился. Лань Ванцзи обнял сына — тот зевнул и устроился на дневной сон. — А если напугать? — зло улыбнулся Вэй Ин. — Я же грозный еретик — Илинский Патриарх. — Только хуже сделаешь, — Хуайсан отпил чаю и посерьёзнел. — Кроме клиник и детской проституции — другая беда. — Мэн Яо кивнул. — Я не только за покупками ездил в Ланъя. Проверял, как далеко распространяются слухи о Вэй-гунцзы. — Вэй-гэгэ! — надулся Вэй Ин. — О Вэй-гэ, — поправился с улыбкой. — По всему Ланьлину, малым сектам под Цзинь, немного вокруг Цинхэ Нэ, югу Юнь Шэнь и части Юньмэна гуляют слухи: Вэй-гэ вербует омег в демонических культиваторов, чтобы свергнуть альф и создать империю омег. — Я что?! — Вэй Ин остолбенел, как и Цзяны, потом расхохотался. — Что?! — возмущённо посмотрел на мужа. — Ты и комнату не можешь прибрать, а теперь империю строишь — смешно. — Грубян, — дружески ткнул локтем, надувшись. — Трудно представить, — кивнул Хуайсан. — Но верят. Особенно после омег-лучниц на войне — без ядер сбивали культиваторов Вэнь. — А-Нин их тренировал, А-Яо строил формации. Я ни при чём. — Мы под твоим командованием — значит, ты приказывал создавать армию. — Если Вэй Ин станет врагом, связанным с омегами, глупые гордые альфы решат, что обвинения Цзинь — заговор против них, — Фэнмянь скрестил руки, соглашаясь с женой. — Даже ради справедливости омегам под опекой Вэй Ина не выиграть. — Но я ничего не делал, — Вэй Ин посмотрел щенячьими глазами на мужа. — На этот раз, — Цзян Чэн поцеловал надутые губы. — Но беды тебя находят. — Вэй-сюн может стать следующей мишенью, — Хуайсан обмахнулся. — С Мэн Яо узнали: реконструкция Юньмэн Цзян идёт отлично, много новых учеников, защиты крепнут. Цзяны — угроза, если Илинский Патриарх тайно учит ереси, захватив сначала Юньмэн. — Идиоты, — пусто сказал Вэй Ин. — Хуже идиотов, — нахмурился Цзян Чэн. — Никто, кроме нас, не знает, что Вэй-гэ женат и помечен Цзян-цзунчжу, — улыбнулся Мэн Яо. Молодые узнали эту улыбку — план отличный. — Все считают Вэй-гэ диким, неуправляемым омегой-угрозой. Лучший способ «приручить» — метка альфы. Тогда он зависим и под контролем. — Это же... — Вэй Ин хотел возмутиться старомодной глупостью. — Отличная идея, — улыбнулась Мадам Юй. — Свадьба, чтобы все видели, как мой ученик выходит за сына и получает метку. Никакой «дикий омега». — Но мы уже женаты... — Цзян Чэн не хотел полмира в только что отстроенном доме, особенно идиотов с планами против беременного мужа. — А потом свадьба А-Ли, — кивнула себе Мадам Юй. — Нет, — нахмурился Фэнмянь. — Вторая подряд — все увидят крепкий союз Цзянов с Лань, — кивнул Мэн Яо. — Нет! — Фэнмянь начинал злиться, что его игнорируют. — Лани известны справедливостью. Обе свадьбы покажут добрые отношения Нефритов Лань с Вэй-гэ — он не угроза, — Мэн Яо кивнул. — Свадьба, где покажут, как сильно любят друг друга. — Не отдам мою А-Ли другому альфе! — Фэнмянь чуть не заплакал. — Успокойся, будешь видеть иногда, — Мадам Юй похлопала по руке. — Наконец Ваньинь перестанет быть в центре внимания девиц, — Хуайсан спрятал озорную улыбку за веером. — Кто бы подумал, что с его характером столько поклонниц, — усмехнулся Цзинь Цзысюань, косясь, как Вэй Ин краснеет и хмурится. — Публично холост — нормально, что ученицы Цзинь мечтают породниться с таким альфой. — У меня парочка кузин тоже спрашивали про Ваньиня, — подхватил Хуайсан. — Помнишь мою кузину Нэ Ли? Она интересовалась. — Еле сдержал смех при растерянном взгляде Цзян Чэна. — Ту, с большой грудью. — А, — кивнул Цзян Чэн. — Отличная техника с парными саблями. Удивительно, как в юности стала главной ученицей. — Что?! — Вэй Ин возмущённо уставился на мужа. Женщина? С большой грудью?! Ужасно представить эту статную красотку, как её грудь подпрыгивает, приближаясь к его альфе. — Когда свадьба?! Хуайсан и Цзинь Цзысюань захохотали. Мэн Яо и Мадам Юй вздохнули — даже при серьёзном деле молодые альфы дурачились. — Посмотрим благоприятные дни, — кивнул Мэн Яо, стараясь не смеяться, видя, как Вэй Ин вцепился в руку Цзян Ваньиня. — Попрошу Цзян-гуннянь помочь — заодно и её дату выберем. --֍-- Цзян Ян скучающе вздохнул. Мо СюаньЮй не хотел играть — влюбился в книгу по талисманам после урока. Они уютно сидели на ветвях любимого дерева. — Долго их нет, — Цзян Ян засунул сухую веточку в рот. — Им много обсуждать, — СюаньЮй не отрывался от книги. — Хочешь поискать А-Юаня? — Усмехнулся, видя, как друг напрягся, потом расслабился. — Он малыш, не поиграешь... — Но тебе нравится с А-Юанем, — закрыл книгу, глядя на друга, лежащего на ветке и болтающего ногами. — Видел, как вы дремлете вместе. Может, скучаешь, что он теперь в секте, а ты не рядом. — Не нужен он мне! — обиженно крикнул, фыркнул — не напугал. — Пошли в Гу Су — там снег. — Чтобы всё время быть с А-Юанем? — СюаньЮй спрыгнул и убежал. — Стой, повтори! — Цзян Ян погнался. — Здесь только холодный дождь, скучно, даже плавать нельзя. — Дети? — Оба чуть не врезались в Цзян Яньли. — Кто поможет? — Показала корзину с продуктами. — Не хочу, — фыркнул Цзян Ян, скрестив руки. — Я хочу, — СюаньЮй глянул. — Пирожки? — Да, — Яньли сдержала смех, видя, как А-Ян заинтересовался. — Пойдёмте, приготовим к ужину. — А ты говорил, не хочешь, — улыбнулся СюаньЮй, видя, как А-Ян идёт следом. — Прослежу, чтобы ты не порезался. И попробую — важное дело. В итоге Цзян Ян играл с липким тестом, лепя смешных или страшных монстров с красной фасолью и джемом — чтобы при укусе казалось бойней. Когда всё убрали в печь, Яньли отпустила играть. По пути к дереву увидели взрослых. Восторженный крик А-Юаня выдал. СюаньЮй хотел поздороваться, но Цзян Ян уже бежал, обнял Вэй Ина, потом потянулся к малышу — тот извивался у отца на руках, желая к маленькому альфе. Вэй Ин, Цзян Чэн, Нэ Хуайсан и Цзинь Цзысюань не могли удержаться от смеха, глядя на кислую физиономию Лань Ванцзи и счастливые гулканья А-Юаня в объятиях Цзян Яна. Мо СюаньЮй подошёл медленно, сдерживая смех. Друг расслабился, тёрся носом о макушку малыша, а А-Юань тянул прядь его волос в рот. — Может, и их свадьбу спланировать? — Вэй Ин легонько ткнул серьёзного Лань Чжаня. — Вэй Ин, — вроде собрался отчитать Цзян Чэн. — Пока рано. А-Яну надо стать сильнее и доказать, что достоин юного Ланя. — Смех стал громче: Лань Чжань пытался забрать сына, но тот вцепился в одежды А-Яна.