Виктория

Я ковыряла вилкой в пасте, пытаясь сделать вид, что всё под контролем. Ничего у меня, конечно, не получалось, руки дрожали, и каждая тянущаяся струйка сыра казалась издевательством. Лиза, напротив, вела себя так, словно мы только что обсудили погоду. Спокойно нарезала стейк, поливала его соусом, и время от времени делала вид, что слушает какой-то внутренний ритм. — У тебя всё на лице написано, — усмехнулась она, заметив, как я нервно хлебнула вина. — А у тебя на шее не написано? — огрызнулась я, но слишком тихо, чтобы это звучало уверенно. Лиза протянула руку, коснулась моего запястья и прижала его к столу. Просто так, похоже что держит меня на месте. Никто вокруг, конечно, не обращал внимания, но внутри у меня всё закружилось от её жеста. — Расслабься, Викусь, — сказала она спокойно, как будто учит ребёнка кататься на велосипеде. — Ты же знаешь, я люблю делать из обычного вечера незабываемый. Я вздохнула, откинулась на спинку стула и уставилась куда-то мимо людей за соседним столиком. На секунду подумалось, что это даже страшнее, чем сама кабинка, сидеть здесь, притворяться обычной, пока внутри всё всё ещё вибрирует от её рук. — Когда-нибудь ты доведёшь меня, — выдохнула я, не глядя на неё. — Я на это и рассчитываю, — мягко улыбнулась Лиза и чокнулась со мной бокалом. *** Я сидела рядом на пассажирском, глядела в окно на редкие огни. Машина ехала мягко, но в груди всё ещё трепетало от того, что произошло в туалете ресторана. Лиза держала руль одной рукой, другой небрежно крутила радио, и в её профиле была эта самодовольная ухмылка, от которой меня одновременно злило и тянуло. — Ну что, довольна? — бросила она, не отводя глаз от дороги. Я только хмыкнула, а внутри всё кипело. Конечно довольна. Но говорить это Лизе, всё равно что добровольно подписать приговор. Она подвезла меня к дому, сбавила скорость, остановилась прямо у подъезда. Наклонилась чуть ближе, как будто собиралась поцеловать, но в последний момент лишь кончиком пальцев скользнула по моей щеке. — До завтра, крошка, — сказала и улыбнулась той улыбкой, от которой я обычно теряю способность думать. Я вылезла из машины, стараясь выглядеть собранной, хотя ноги всё ещё дрожали, и поднялась к себе. Дома было темно, тихо. Женя всё ещё отсутствовала, и это давило. Я скинула куртку и, не раздеваясь, плюхнулась на диван. Телефон в руке сам набрал её номер. Я долго слушала гудки и уже хотела сбросить, как в трубке раздался её голос. — Алло… Викусь? — Женя, привет. — Я попыталась говорить бодро, но получилось натянуто. — Ты где? Как ты? На том конце была короткая пауза, потом шум улицы и чуть охрипший голос: — Всё нормально. Мы с Ксюшей в городе, гуляем. Не переживай. Я замолчала, прислушиваясь. В её словах вроде не было ничего особенного, но что-то в интонации кольнуло. Слишком быстрая фраза. Слишком ровная. — Ага, — только и сказала я. — Ладно. Береги себя. — Ты тоже, — ответила Женя, и линия оборвалась. Я уставилась в экран телефона. Ночь за окном будто прижалась к стеклу, и вдруг стало так пусто.