Несанкционированный доступ

— Да не спеши ты, — Марк, оглядываясь по сторонам и на ходу пытаясь непалевно прикрывать пах, выбрался вслед за Алексеем из выхоложенного кондиционером, пропахшего поп-корном зала. — Я не могу быстро идти, и это, между прочим, твоих рук дело — в буквальном смысле! К счастью, путь оказался недолгим. Под бдительными взглядами двух капельдинеров, отдыхающих на диванчике между киносеансами, они свернули в коридор, где пряталась вывеска с понятными всем лаконичными знаками, объясняющими, кому куда следует идти. Алексей открыл дверь в мужской туалет, совершил стратегический променад вдоль кабинок, на ходу толкая хлипкие двери из чёрного пластика, а потом затянул не слишком восторженного, но почти смирившегося с неизбежным Марка в одну из них — наиболее удалённую от входа. — Неужели нельзя потерпеть… — начал было Марк, но внезапно обнаружил, что вести переговоры стало физически невозможно. Алексей уже перешёл к активным действиям, прижав его к прохладной стене, выложенной красно-чёрной плиткой, и атаковав его рот. Колени Марка подогнулись. Он целовал почти с яростью — словно терпел целую вечность и наконец-то получил желаемое. Марк забыл о своем протесте и постепенно начал отвечать на поцелуй, чувствуя, как по всему телу расходятся волны, отзываясь жаром внизу живота. На секунду он даже отвлекся от не слишком романтичной обстановки — стало в принципе всё равно, лишь бы поцелуй продолжался, лишь бы нетерпеливые руки продолжали его касаться, гладить, сжимать. Алексей оторвался от зацелованных губ и, пока Марк глубоко вдыхал щедро насыщенный цветочным освежителем воздух в попытке восстановить дыхание и сердцебиение, воспользовался паузой, чтобы совершить манёвр и залезть к нему в джинсы. — М-м… — протянул уже слегка поплывший девопс, чувствуя, как теплые пальцы смыкаются на его члене, который, вырвавшись из заточения одежды, теперь гордо высился, приподнимая футболку и демонстрируя отличные показатели роста. Алексей отступил на шаг, осмотрел свою соблазнительную «добычу», и в глазах его зажглось что-то новое — какая-то идея, которая Марку априори не понравилась. Не успел он открыть рот, чтобы сказать «Давай это отложим на потом», как оказался развернут лицом к стене. Штаны вместе с трусами тут же съехали к щиколоткам, член удобно умостился в руке Алексея, а зад словно сам собой выпятился — бери не хочу. — Стой, ты же не собираешься… — Не вертись, я не буду входить, — успокоил его мужчина и снабдил непоседливую пятую точку лёгким шлепком. Та бодро спружинила под ладонью, словно радуясь неожиданному вниманию. Вопреки заверениям Алексея, Марк явственно услышал, как вжикнула молния на его джинсах. А ещё через секунду в ложбинку между полушариями упёрся твёрдый член. — Ты же сказал, что не будешь… — возразил Марк, стараясь удержаться за остатки здравого смысла. — Тс-с. В этот самый момент скрипнула наружная дверь. В туалет вошли. Послышались неспешные шаги, после чего громкая струя заглушила все звуки, включая фоновую музыку и учащённое дыхание Марка. Прикрывая ладонью его рот, Алексей ловко просунул член между упругими булками и толкнулся вперёд — но не внутрь. Его член, крепкий и горячий, скользнул по поверхности бедра Марка, оставляя за собой влажный след. Марк вздрогнул, завертелся, пытаясь высвободиться. Но Алексей крепко прижимал его к стене, обнимая одной рукой, в то время как вторая наглаживала его стоящий колом член. Бёдра мужчины совершили вполне однозначное движение, потом ещё и ещё. Он медленно, но уверенно ускорялся, прижимаясь к Марку сзади так горячо и тесно, что тот оставил попытки вывернуться и улизнуть. Ситуация его немало смущала, и он по-прежнему чувствовал напряжение, однако постепенно проникался состоянием Алексея — да и собственный член, твёрдый и влажный, казался очень даже довольным происходящим. Посетитель, наконец, закончил свои туалетные дела и с шумом спустил воду. Хлопнула дверь. — Ты сумасшедший, — проговорил Марк, отнимая руку Алексея от своего рта. — Знал бы, что ты такой сумасшедший, ни за что не связался бы… — Неужели? — шепнул ему на ухо Алексей и пощекотал подушечкой пальца головку, растирая выступившую прозрачную капельку. Марк непроизвольно выгнулся и не сдержал стон. — Сожми-ка бедра посильнее, зайчик. Если я сейчас не кончу, точно сойду с ума… Марк принял неизбежное. Он послушно сомкнул бедра и уткнулся лбом в стену, наслаждаясь тем, как рука Алексея наглаживает его член, а другой «инструмент», куда более напористый, ходит туда-сюда, то и дело задевая основание его яичек или касаясь члена. Лобковые волосы мужчины щекотали и немного раздражали его ягодицы, но он готов был мириться с этим — ради возможности чувствовать его так близко и разделять с ним это отчаянное, всепоглощающее возбуждение. Алексей ускорился, толкаясь и скользя в узком жарком пространстве, прижимаясь лбом к влажному виску Марка и с удовольствием слушая его дыхание, переходящее в прерывистые стоны. Да, это не было полноценное проникновение, но иллюзия казалась совершенной — он чувствовал то самое слияние, о котором мечтал несколько дней. Ещё несколько глубоких движений — и мужчина замер, плотно прижавшись к узкой и гибкой спине Марка и тяжело выдыхая ему на ухо. Подступил оргазм — мощный, яркий, вырвавший протяжный стон из его груди и застлавший взгляд густой пеленой. В туалет опять кто-то вошёл — но Марк, к этому моменту тоже доведенный до предела, пропустил посторонние звуки мимо ушей. Теперь он уже сам зажимал обеими руками свой рот, пока Алексей настойчиво и сладко дрочил ему, приближая оргазм. Член разбух, дрогнул и начал выплёскивать сперму на руку мужчины и стену перед ними. Дверцу их кабинки дёрнули в попытке открыть. Марк, ещё не справившийся с послеоргазменными судорогами, громко всхлипнул. — Занято, — услышал он строгий голос Алексея. Тот уже отмотал пару метров туалетной бумаги и принялся обтирать его, себя, стену, пока новый посетитель заходил в другую кабинку и закрывался там. — Все хорошо, — шептал он на ухо Марку. — Выходим сейчас. Они быстро и молча помыли руки и вылетели на улицу, напрочь забыв о том, что пришли смотреть фильм, который ещё и не думал заканчиваться. — Пиздец! — закричал Марк, уже не сдерживая эмоций. — Чтоб я ещё раз согласился с тобой пойти в кино!.. Да я лучше с Луи буду встречаться — он хоть и зануда, который мирится со мной добровольно-принудительно, но по крайней мере не подросток безбашенный, готовый меня трахнуть прямо в кинотеатре! — Ну не драматизируй, — невозмутимо ответил Алексей. — Я бы тебя не трахнул — ты шумный, а в фильме много пауз. Представь, как неловко получилось бы. Его оправдания лишь сильнее возмутили Марка: — Так это единственное, что тебя остановило? — Шучу я, шучу. Не стал бы я ничего такого делать. Я ведь искренне собирался просто пойти с тобой в кино… Кто бы мог подумать, что этот робот-полицейский окажется любителем подобных игр? Уж не Марк точно! А ведь отчётливые звоночки уже случались. Взять хотя бы сцену в кабинете. Специально ведь тогда позвал, зная, чем всё закончится. Уф, кажется, он немного недооценил Алексея Денисова. Оставалось надеяться, что он как-то справится с горячим темпераментом мужчины. Оказавшись вновь в квартире Алексея, Марк ожидал, что тот продолжит воплощать в жизнь свои похотливые фантазии, но надеялся, что хотя бы душ ему дадут принять спокойно. Не сложилось — мужчина, с притворно-невинным видом вызвавшийся помочь ему помыться, в итоге чуть не овладел им прямо в душевой кабине. Сначала он действительно «помогал» — во всяком случае, тщательно намылил его с ног до головы. Руки скользили по всему телу, будто случайно уделяя внимание самым интересным местам — ягодицам и члену. Особенно досталось последнему — мужчина так старательно его тёр, что Марк снова кончил. Потом его пальцы оказались между уже вымытых до блеска половинок и как-то сами собой пробрались внутрь — Марк, занятый жаркими поцелуями, не сразу понял, что в его тело бесцеремонно вторглись. — Постой, я же только что… — слабо попытался возразить Марк, хотя уже вполне пришёл в себя после оргазма и в глубине души совсем не противился продолжению этого банного безобразия. — А что? Уже не хочешь? — только и спросил Алексей, губами касаясь его уха, отчего по спине Марка дружной компанией пробежали мурашки. Его голос тонул в шуме воды, а палец внутри продвинулся глубже, и Марк сдавленно ахнул, инстинктивно вцепившись во влажные плечи Алексея, чтобы не упасть. Колени подкосились, голова закружилась — то ли от потока воды, что бил по верхней части спины, то ли от снова нахлынувшего желания. — Дай мне хоть немного подготовиться… самому, — попытался отстраниться он, но Алексей лишь крепче прижал его к себе. В следующий миг Марк уже вскрикнул от неожиданности — сильные руки ловко приподняли его, заставив ноги инстинктивно обвить талию мужчины. Он почувствовал себя совершенно открытым, когда кожа между ягодиц вплотную прижалась к напряженному члену Алексея. Кажется, мужчина его мечты обладал суперспособностью птицы глухаря — в нужный момент просто отключать звук и делать по-своему. — Леш… ну стоп. Остановись же, — шептал он, пока губы Алексея скользили по его мокрой шее, щекам, губам, а струи воды тут же смывали поцелуи — и он начинал по новой. Наконец, Алексей с видимым усилием оторвался от него, протянул руку к стене и повернул выключатель. Наступила тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием и звуком капающей воды. Он неспешно и бережно опустил Марка на скользкий пол. Они замерли друг напротив друга — голые, мокрые, с откровенной эрекцией. — Извини, что-то я сегодня разошёлся, — Алексей сделал шаг назад, и в его голосе неожиданно промелькнула тень смущения. Марк проводил глазами его движение, и взгляд сам собой скользнул вниз — по мокрой груди, упругим бёдрам, подтянутой заднице. Он сглотнул, чувствуя, как возбуждение и нежность снова накатывают неудержимой волной. «Мой любимый маньяк», — вдруг подумал он. — Да всё в порядке. Просто дай мне немного времени. Позже, к радости и облегчению Марка, они устроились в спальне Алексея — тот, по крайней мере, позволил ему спокойно дойти до постели, а это уже прогресс. Но учитывая, что к этому моменту оба уже кончили по несколько раз, торопиться не было ни малейшего желания — хотелось просто чувствовать близость друг друга и наслаждаться ею. Однако ласки и ленивые поцелуи вскоре сделали своё дело — желание вспыхнуло с новой силой. Рука Алексея прошлась вниз и поймала лодыжку Марка — пальцы нежным, но крепким браслетом сомкнулись вокруг ноги, приподнимая её и мягко отводя в сторону. Его член тем временем работал не менее целеустремлённо, прохаживаясь между разведённых ног парня. Словно нарочно дразня его — впрочем, на то он и рассчитывал. — Ну хватит уже… — взмолился Марк, подаваясь навстречу, — давай скорее. Он будто потерял способность думать — всё заслонило одно лишь желание быть рядом, и неважно — с сексом или без. Но сейчас он предпочёл бы первое — тело дрожало от предвкушения, а Алексей специально мучил, заставляя его просить и наслаждаясь этой сладкой пыткой. Но когда уже его собственное терпение было на пределе, он пошуршал пакетиком с презервативом, склонился вперёд и приставил верхушку члена к судорожно открывшемуся ему навстречу отверстию. Марк сделал лёгкое нетерпеливое движение — и неожиданно для себя насадился на головку, нацеленную прямо в него. Он ахнул и впился в обнажённые плечи мужчины. Алексей же медленно вошёл в него полностью, наслаждаясь обжигающей теснотой, и замер. Его грудь тяжело вздымалась, а глаза следили за реакцией. Марк подумал, что, должно быть, выглядит сейчас ужасно смешно с этими закатывающимися глазами, перекошенным от возбуждения лицом и беззащитно поднятым бедром в придачу. Однако Алексей, очевидно, так не думал — он откровенно любовался им. Наконец, Марк сделал вполне однозначное движение бёдрами, приглашая продолжить. И Алексей моментально отреагировал. Его ритм был неспешным и плавным, но движения — глубокими. Каждый прицельный толчок вышибал искры, и те жаркими, щекотными снопами разлетались по всему телу, вызывая то ли стоны, то ли крики. От каждого движения, бьющего прямо в простату, темнело в глазах и возникало сильное желание кончить в сопровождении немного тревожного ощущения, что он вот-вот перестанет быть хозяином собственного мочевого пузыря. Но Алексей не позволял ему сорваться в эту пропасть, оставляя балансировать на самом краю. Размеренные движения, рука, то поглаживающая, то сжимающая его член, губы, порой накрывающие его губы в медленном, страстном, нежном поцелуе, растягивали наслаждение до бесконечности. Когда Марк всё-таки кончил, он уже был почти без сознания. *** Однако сладкому забвенью рано или поздно приходит конец — реальный мир настойчиво звал обратно. На воскресный вечер у Алексея имелись планы — предстояло забрать Софию, которая следующую неделю по договорённости должна была жить у него. Накормив измученного долгими физическими упражнениями гостя и наскоро прибравшись, он отвёз того домой, чтобы сразу после отправиться за дочерью. Марк же, одурманенный всеми этими ласками и, казалось, пребывавший в космической нирване, не сразу отреагировал на то, что Алексей везёт его действительно прямо к дому. Лишь когда вышел из машины, перед этим быстро чмокнув мужчину в щёку и сказав «До завтра», понял, что его видят соседи. Куда разумнее было бы расстаться при въезде в посёлок — но разум временно оказался недоступен, витая в той самой нирване. Вот засада. Дед был дома вместе с Людмилой — рыжей белокожей женщиной лет шестидесяти, а вместе с ними во дворе под зарослями виноградника заседали Женька и Славик — одни из тех, что вчера (а как будто вечность назад) составляли ему компанию в его горьких излияниях. Славик пытался кормить пирожками двух кошек, ходивших перед ним туда-сюда, но те почему-то отказывались есть. Все взгляды одновременно направились на скрипнувшего калиткой Марка, который вошёл во двор и застыл с приоткрытым ртом. — Явился, лучший работник года, ударник интеллектуального труда! — усмехнулся дед. — Чё это на тебе надето? Выглядишь, как те малолетние рэперы, что на скейтах своих за посёлком скачут. Последняя реплика адресовалась широкой футболке Алексея, которую ему пришлось снова надеть за неимением других вариантов. — Я сказал Леониду Петровичу, что тебя выдернули посреди веселья для срочной работы, — объяснил Женька таким тоном, словно оправдывался. — А я и сам познакомился с твоим начальником, — дед отпил пивка и подмигнул, — вежливый такой, нахваливал тебя, говорил, что очень ценит. Я аж загордился, какого умного пацана вырастил! Жаль, что с сыном так не фартануло. — Он ему не начальник, — возразил Женя, — просто работают вместе над важным проектом. — Лица на мальчике нет, бледный, как мел, — вмешалась Людмила, качая головой. — Где такое видано — и в выходные дух не переведёшь, всё работа да работа. Садись-ка, попей чайку с нами, я вот пирожочков с вишнями напекла, очень вкусные. Надо было и коллегу твоего позвать, что привёз тебя — угостился бы тоже. Марк, так ничего и не сказав, послушно присел на лавочку рядом с Женькой, который тут же погладил его по колену, словно успокаивая. Мол, всё нормально, не ссы, мы всё уладили. После нежаркого дня наступал безветренный, довольно душный вечер, и парни, чуть оправившись от Люсиных пирожков, дружно побрели к озеру. Марк не пылал желанием куда-то идти — ему очень даже нравилась идея вообще не шевелиться как минимум до утра. Но оставаться с дедом, поддерживать навязанную ему роль усердного работника, на ходу сочиняя ответы на неизбежные вопросы, он пока не был готов. У них с Женькой давно имелось своё место у озера, в отдалении от основного пляжа, где среди камней и деревьев притаился небольшой песчаный пятачок. Из-за труднодоступности людей здесь обычно не было даже в жаркие дни. Вот и сейчас они втроём расположились в тени, наслаждаясь прохладой. Марк лёг на воду спиной и, наконец, смог перевести дух. Славик, проплывавший рядом, захихикал. — Ты бы себя видел, программист года! Не кожа, а карта былых сражений. — Чего-о? — Марк поднял голову и осмотрел свой торс, едва прикрытый прозрачной водой. Засосы, небольшие царапины, пара синяков… М-да, главное, деду этого не показывать. Потрудился он сегодня действительно на славу — правда, не совсем по своей основной специальности. К ним подплыл Женька — к этому моменту Марк уже успел спрятаться в воде, оставив снаружи только голову, и напряжённо ждал от друга язвительных замечаний. — Да не собираюсь я над тобой ржать, расслабься, — успокоил его тот. — Тебе хорошо — и ладно. Я, может, ревную просто. Он провёл рукой по глади воды, окатив Марка брызгами, и, пока тот отфыркивался, на всех парусах удрал подальше — туда, где плескался Славик.