Teacher’s pet

– Но почему же вы раньше не сказали? – дрожащим голосом спросил Юн. – Я не хотел добавлять тебе проблем и грузить тебя ещё и этим. А в твоих чувствах я не был уверен до конца, – задумчиво ответил Мунджо, утыкаясь носом в плечо студента. – Простите меня, господин Со, – со всхлипом сказал тот. – Я поступил ужасно, но понял это слишком поздно. Пожалуйста, простите меня, я не хотел делать вам больно, не хотел вас предавать! – Достаточно, – мужчина разогнулся, выпуская ученика из объятий и аккуратно поправляя его волосы. – Я простил тебя. Больше не извиняйся, я не злюсь. Я всё понимаю, Чону. Тот поднял голову, заглядывая в лицо учителю и наконец видя перед собой те самые глаза, наполненные нежностью и любовью. Мунджо смотрел в ответ, разглядывая в выразительных глазах напротив то же самое. Он наклонился к личику Юна и втянул его в долгий чувственный поцелуй, попутно замечая, как тот уверенно отвечает ему и будто больше не боится. Мужчина, не разрывая поцелуй, осторожно положил одну руку на талию парня, а другой скользнул по его бедру, вызывая у того шумный выдох прямо в губы. Чону обнял его за шею, прижимаясь ближе и позволяя делать с собой всё, что тому захочется. Руки преподавателя скользили по его телу, исследуя каждый уголок и заставляя мальчишку трепетать от прикосновений. Наконец рука учителя ловко расстегнула пуговицу на джинсах дрожащего студента и проникла внутрь, лаская его через ткань. В ответ послышались глухие стоны, которые Мунджо перехватывал, прикусывая и зализывая губы парня напротив.  Вскоре он оторвался от ученика, и немного отстранился, оглядывая его с головы до ног. Тот выглядел растрепанным, беспорядочным, даже помятым, но чертовски возбуждённым. Рот его был приоткрыт, он еле стоял на подкашивающихся ногах. Мужчина поспешно захлопнул входную дверь, закрывая её на замок, после чего приблизился к парню, прижимая его к стене и дыша в ухо. – Ты уверен, что мне стоит продолжить? – прошептал он, облизывая и беря в рот мочку его уха. Сейчас он ещё был способен сдержаться по первому слову ученика. – Да… А-ах… – застонал и вздрогнул Чону, когда тот коснулся его уха. – Я хочу этого, учитель. Пожалуйста… Мунджо подхватил его за бёдра, поднимая на руки и напирая на него всем своим телом. Тот упёрся спиной в стену, едва заметно ёрзая на бедрах мужчины и умышленно распаляя его ещё больше, пока учитель оставлял красные засосы на его нежной шее. – Что же ты делаешь со мной, Чону? – прорычал мужчина, кладя руки на его ягодицы и сжимая их. Тот хитро улыбнулся, закусывая губу и продолжая двигать бёдрами. В следующее мгновение он уже лежал на кровати, пока учитель поспешно снимал с него одежду, покрывая поцелуями каждый обнажённый участок тела. Мунджо в затуманенном сознании раздел мальчишку, после чего стянул с себя кофту, впервые обнажаясь перед учеником. Тот с интересом разглядывал его торс, плечи и грудь, водя по ним пальцами. – Вы такой красивый, учитель, – возбуждённо прошептал студент, покорно раздвигая ножки перед напором мужчины. Тот навис над ним и замер в нескольких сантиметрах от губ. – Чону, мне надо это спросить, – хрипло сказал он, полным желания взглядом смотря на ученика. – Я у тебя первый? Ты девственник? – Да, – покраснел парень, вызвав у преподавателя легкую улыбку. – И ты действительно готов? – мужчина не на шутку переживал за него. Во-первых, тот был таким ранимым и нежным, таким чувствительным, что Мунджо боялся случайно ему навредить. Мужчина готов был сдувать с него пылинки, как с хрупкой вещи или цветка. Он не хотел сделать ему больно, даже по неосторожности. Во-вторых, он хотел, чтобы первый сексуальный опыт Чону был для того приятным и желанным, а не травмирующим, как это случается у большинства. – Я хочу, чтобы это были вы, учитель, – выдохнул Юн, игриво скользя пальчиками по торсу наставника и останавливаясь перед поясом штанов. – Я так хочу вас. Его страх никуда не ушёл, но чувства были другие. Сейчас он, как никогда раньше, ясно понимал, что любит господина Со и хочет быть с ним. Хочет трогать и ласкать его. Хочет засыпать вместе и делать глупости. Хочет романтики и бури. Хочет его всего. – Чону, я буду осторожен, – мужчина сел рядом с распростёртым мальчиком и достал из тумбочки смазку, нанося её на свои пальцы. – Говори мне, если что-то не так, ладно? Тот кивнул, с опаской смотря на приготовления мужчины и собираясь с духом. Юн схватил Мунджо за руку и притянул к себе, мокро целуя его и цепляясь руками за его шею. Он не хотел отпускать его дальше, боясь остаться наедине со своими страхами. – Пожалуйста, будьте со мной, – выдавил из себя смущенный и тяжело дышащий парень, чувствуя, как в него постепенно входят тонкие и длинные пальцы преподавателя. – Я здесь, малыш, – выдохнул учитель в его губы. Он целовал его по всему лицу, нежно прикусывал кожу на шее и гладил по щекам и голове свободной рукой. Тот тяжело и рвано дышал, хватаясь за учителя и ища в нём поддержки. – Расслабься и станет легче, обещаю. Чону кидало то в холод, то в жар, на лбу выступили капельки пота, а челюсти судорожно сжимались. Он знал, что нужно было расслабиться, но сделать это было не так уж просто. Его хватало только на беспомощные всхлипы и покорное доверие мужчине, умело орудовавшего своими руками. Через несколько минут, которые казались ему часами, он сквозь боль и жар почувствовал что-то ещё. Его как будто обдало ледяной водой или кипятком. Юн дернулся всем телом, чувствуя, как твердеет его член, и умоляюще посмотрел на учителя. Тот улыбался, продолжая осторожно двигать пальцами внутри. – Чувствуешь что-нибудь? – Мунджо снова выпрямился и провел пальцами второй руки от его шеи до паха, вызывая новую волну мурашек и судорог по всему телу парня. После он обхватил рукой его член, слегка двигая ею. – Даа… – тот закрыл глаза, изо рта вырвался протяжный стон удовольствия. – Я чувствую это… Теперь к ноющей боли прибавилось яркое чувство, заливающее зудящим жаром низ его живота. Он подался навстречу руке мужчины, беспорядочно ёрзая бедрами по кровати и хватаясь руками за простыню. Преподаватель смотрел на извивающегося под его искусными руками мальчика, кусая свои губы до крови, чтобы не терять рассудок и контроль. В его мечтах эти сцены были даже не в половину такими горячими, как это оказалось в реальности. Он готов был кончить в штаны от любого стона и движения ученика, просто наблюдая за ним. Чону вскрикнул и резко затих в судороге удовольствия, по пальцам отвлекшегося в свои фантазии Мунджо побежала горячая белая жидкость. Он наклонился к парню, целуя его со всей нежностью и уже еле себя контролируя. – Молодец, малыш, – похвалил он Юна, с громким хлюпом вытаскивая из него пальцы, от чего тот невольно смутился.  После он быстро достал презерватив и собирался было раздеться, но паренёк схватил его за руку. – Можно мне, учитель? – он положил дрожащую ручку на пах преподавателя, ощупывая под тканью штанов его член и наблюдая за реакцией мужчины. Тот запрокинул голову, давая ученику полную свободу действий, и тихо застонал. Изящные руки Чону быстро справились с мешающей одеждой, после чего Юн приподнялся на локте, возбуждая и дразня его нарочито медленными движениями руки по члену. – Прости, я больше не могу, – мужчина опрокинул парня, нависая над ним и горячо целуя в каком-то аффекте. Тело его почти не слушалось, он был на той грани возбуждения, когда одна секунда отделяет человека от животной страсти. Он скользнул вниз, целуя и прикусывая бедра Чону, в то время как руки ласкали его тело, вызывая новые и новые мурашки. Он не помнил, как надел презерватив, как добавил смазки, как довольно резко раздвинул нежные ноги, входя в трепещущего парня. Сознание его затуманилось, звуки и касания чувствовались где-то вдалеке, а узкие стенки ученика сжимали его плоть, невольно вырывая стоны. Из опьяненного состояния его вывели только громкие звуки откуда-то извне. Он снова вернулся в полутемную комнату, к горячему и липкому от влажности телу ученика под ним и его несдержанным вскрикам. Преподаватель старался двигаться нежно и медленно, наблюдая за ответной реакцией Чону, пытающегося притянуть того поближе и царапающего его спину. – А-ах, учитель, – хныкал мальчик, закатывая глаза и хватаясь за всё что попадалось под руку. – Пожалуйста, ещё… Удовольствие на грани с болью смешивалось в нём во взрывной коктейль, пуская яркие фейерверки перед глазами и вызывая неконтролируемые судороги. Учитель знал, как свести с ума парня, двигаясь в нём с поразительной точностью и доводя того до исступления.   Громкие пошлые шлепки двух тел, рваные стоны и хаотичные движения заполнили комнату. Чону метался по кровати, умоляя мужчину о продолжении, а тот с животной страстью вбивал его в кровать, целуя и лаская его нежное хрупкое тело. Вскоре парень больно вцепился в его руку, замирая на мгновение и судорожно ловя ртом воздух. Он кончил, выстанывая имя учителя ему в губы, так и не прикоснувшись к себе, чувствуя, как его мышцы расслабляются, а сам он моментально размякает под несдержанными фрикциями мужчины. Эта откровенная картина была последней каплей для Мунджо. Он сжал худые плечи парня, рыча и громко выдыхая в ухо Чону от накрывшего его оргазма. Тот обнимал и гладил его слабыми дрожащими руками.  Мужчина вышел из парня и в бессилии рухнул рядом, приходя в себя и восстанавливая дыхание. После он перевернулся, опираясь на локоть и заглядывая в раскрасневшееся и мокрое личико Юна. Тот смущенно отвёл взгляд, осознавая произошедшее и пытаясь разобраться в своих чувствах и ощущениях. Было так странно переживать всё это наконец-то по-настоящему, как будто это был просто хороший сон, только лучше. Мунджо откинул с его лица мокрые пряди волос и нежно поцеловал в лоб, гладя мальчика по голове. – Ты такой горячий, что от тебя невозможно оторваться, – прошептал преподаватель и коротко, но чувственно поцеловал его в губы. – Это было потрясающе, малыш. Как ты себя чувствуешь? Я не сделал тебе больно? – Это был лучший вечер в моей жизни, учитель, – усталым, но благодарным голосом ответил Юн. – Вы сделали всё идеально, мне было очень хорошо с вами. Мужчина облегчённо выдохнул, обнимая мальчишку и ложась рядом. Они ещё долго лежали так, думая каждый о своём. Им многое нужно было переосознать, после событий последних двух часов.