Срочные новости

      «Дождь пошёл?» — озадаченно подумал Джордж, когда в доме померкло. Что он делает? Он вовсе не собирался заниматься этим... — Чего ты там? — голос Макса Ферстаппена был еще более хриплым, чем обычно. – Не отвлекайся.       Джордж, очнувшись, а может, ещё больше погрузившись в мысли, низко опустил голову и продолжил целовать Макса. Говорят, что случайные интрижки обычно обходятся без поцелуев, но Джорджу очень нравилось целоваться с Максом. Каждый раз перед сексом один только поцелуй разжигал в них страсть. Джордж всегда думал, что это чары паддока: эхо рёва толпы, жар и покалывание кожи, первобытная потребность в покое, нахлынувшая вместе с адреналином. Но сейчас они не в паддоке. Макс лежал на мягком ковре перед диваном, на котором до этого сидел. В воздухе витал согревающий аромат, а стук дождя наполнял это знакомое для Джорджа пространство. Никакой магии паддока здесь не было, даже намёка на неё. Он покусывал губу Макса, и его член болезненно твердел.       Пока они целовались на кухне Макс успел стянуть свою дурацкую футболку и теперь пытался снять брюки. Он тоже был твёрд, головка его члена похотливо сочилась предэякулятом. Джордж протянул руку, чтобы обнять Макса, и тот, взволнованный, двинулся навстречу к ладони британца, отвечая на поцелуй ещё более жадно, а после нетерпеливо стянул с Джорджа нижнее бельё. — Чего ты медлишь? — пробурчал Макс. — Ты будешь меня трахать или нет?       Пальцы Джорджа крепко обхватили член Макса, лаская его. Ферстаппен, удовлетворившись этим, распутно раздвинул ноги. Джордж наклонился, проследил языком линию челюсти голландца и прошептал: — Я думал, ты пришёл поговорить, а не трахаться. — Это может подождать, — голос Макса дрогнул от нетерпения.       Джордж улыбнулся. — Хорошо.       Он снял с себя бельё, затем схватил Макса за ноги и притянул его к себе, его член скользнул по возбужденно пульсирующей промежности голландца и упёрся в его влажную дырочку. Джордж сильно сжал ягодицы Макса. — А ты поправился. Похоже, неплохо отдыхал в отпуске, да? — Джордж Уильям Расселл! — практически проревел Макс.       Похлопывая его по заднице, Джордж усмехнулся и постепенно вошёл внутрь. Это было не так-то просто. Макс давно не занимался сексом, его пальцы сжались в кулаки во вьющихся волосах Джорджа, отчего тому было больновато. Но он не оттолкнул руки Макса, а продолжил проникать вглубь влажной и горячей плоти, приговаривая: «Потерпи».       Макс сделал тяжелый вдох, затем как-то неясно улыбнулся. — Подожди, ты точно хочешь трахнуть меня в этой позе?       Джордж на мгновение замер, чуть отстранился и встретился взглядом с Максом. — Что?       Макс отпустил волосы Джорджа и устроил руки у него на плече. — Я думал, ты собираешься поставить меня раком и сунуть член, целуя мою шею... — ...целуя твою шею, пока ебу, а потом, когда ты кончишь, перевернуть тебя и спустить тебе в рот, — продолжил Джордж, затем покачал головой. — Нет, я передумал.       Его член теперь оказался целиком в Максе. Грудь Макса залилась краской, и он обхватил ногами талию Джорджа. Джордж потянулся, схватил с дивана подушку и заботливо подложил её под задницу голландца. — Не юли. Ты же знаешь, я люблю, когда говорят прямо, — проворчал тот. — Мне всё равно, что ты любишь, — усмехнулся Джордж.       Он решил быть очень нежным. Он никогда прежде не пробовал этого с Максом, да и Макс никогда раньше не обращался с ним так. Но сейчас от возбуждения кружилась голова, так почему бы не попробовать? Он нежно целовал ресницы Макса, ласкал мочку его уха и тёрся членом о чувствительное место. Макс неприятно тёрся спиной о ковер; он потянулся к своему члену, чтобы ласкать себя в ритм толчков Джорджа, но тот перехватил его руку и отвёл в сторону. Макс недоуменно уставился на Джорджа — вдоль позвоночника прокатились волны удовольствия, и он покачивался в такт движениям Джорджа — он совершенно не понимал, как Джордж к нему теперь относится. Но было приятно, невероятно приятно. Макс застонал, вдруг рассердился и свободной рукой снова ухватился за волосы Джорджа. — Ты не можешь побыстрее? А?       Лицо Джорджа было так близко, что Макс не мог ясно его разглядеть. — Нет, — ответил британец.       В раздражении Ферстаппен прижал голову Джорджа к себе и укусил его за губу. Британец тихо выругался, и они обменялись грубым кровавым поцелуем. Джордж толкался глубже в Макса, но движения были всё такими же нежными и неторопливыми, он почти целиком выходил из Макса, а затем вновь понемногу раздвигал чувствительные складочки. Макс крепче прижал Джорджа к себе, невольно прильнул к нему, прижавшись губами к подбородку мужчины. Странно. Неужели Джордж обнимал его? — Блять, — пролепетал, дрожа от удовольствия, Макс. — Блять-блять-блять-блять...       Ему вдруг стало трудно дышать. Джордж зажал ему рот и нос. Макс схватил его за руку и стал вырываться, но британец оказался неожиданно сильным, его большие серо-голубые глаза были устремлены на него, капли пота катились по лицу. Макса будто ошпарили кипятком; беззвучно закричав, когда Джордж вновь нашёл его простату, он наконец кончил.       Джордж убрал руку. Макс стал жадно хватать ртом воздух, он дрожал и с закрытыми глазами прислушивался к шуму бьющей по барабанным перепонкам крови. Он ощутил, как пальцы Джорджа скользнули ему в рот. Вылизав их, Макс невнятно пробормотал: «Хорошо... кончи внутрь».

***

      Джордж принял душ, высушил волосы, нанёс на лицо увлажняющий крем и спустился вниз. Дождь за окном, казалось, усилился и приглушённо выстукивал какофонию. Телевизор был включен на новостном канале, звук был убавлен. Макс Ферстаппен сидел, скрестив ноги, на ковре, где они только что занимались любовью. Его золотисто-каштановые волосы были влажными и спутанными, он сосредоточенно рассматривал маленькую модельку Lego, которую Джордж поставил на журнальный столик. Джордж прошёл на кухню, заварил себе чай, а затем вернулся в гостиную с бутылкой минеральной воды. Он поставил воду на журнальный столик, протянул руку и коснулся волос Макса. — Не хочешь высушить феном? — Пофиг. Высохнет через минуту, — Макс пожал плечами, взглянул на Джорджа и несколько удивлённо спросил: — Ты ходишь дома в этом?       Джордж оглядел себя. На нём была простая футболка и серые спортивные брюки. — А что не так?       Макс улыбнулся. — Ничего. Я думал, ты носишь... какой-нибудь шёлковый халат.       Джордж закатил глаза. — О Боже. Что за фантазии?       Он плюхнулся на диван, Макс остался сидеть на ковре. После секса они немного прибрались. Теперь ковер выглядел чистым, но Джордж подумывал завтра отдать его в химчистку.       И тут Макс сказал: — Было классно. — Заткнись. Не помню, чтоб ты комментировал секс после того, как он только что случился, — сказал Джордж. — Это потому, что ты делал это по-другому. — Это говорит только о том, что ты недостаточно хорошо меня знаешь. — Действительно, — Макс потянулся за водой. — Я многого о тебе не знаю. Например, что ты носишь дома.       Джордж промолчал, некоторое время он был увлечен просмотром новостей. Он знал, что Макс смотрит на него, и скоро продолжил разговор. — Итак, что нам делать? Что думаешь? — А что нам делать? — Я про свадьбу в Лас-Вегасе, — Джордж сморщил нос. — Надо что-то придумать с пиаром. — А ты что думаешь? Мысли есть? — спросил Макс.       Джордж поставил чашку на журнальный столик. — Я предлагаю притвориться, что ничего не произошло, и не высказывать своего мнения. Подождем, пока всё уляжется и интерес к этому делу угаснет, а потом подадим заявление об аннулировании брака. Или, может быть, на развод? Не разбираюсь. Наверное, надо проконсультироваться с адвокатом.       Макс молча глядел на него. Джордж нахмурился. — Что? — Похоже, наши мнения совершенно противоположны, — Макс продолжал сверлить его взглядом. — Если хочешь знать моё мнение, нам стоит съехаться       Наступила пауза. — А? — Джорджу почудилось, что он ослышался. — У тебя же есть вид на жительство в Монако, верно? — указал на очевидный факт Макс. — Что сложного в том, чтобы съехаться? — Нет... что... — у Джорджа закружилась голова. — Зачем нам жить вместе? — Я думал, что женатые люди должны жить вместе. — Когда это мы поженились? — едва слышно произнёс Расселл. — Двадцать четвертного ноября прошлого года, — тут же ответил Макс. — В Лас-Вегасе, разве не об этом мы говорим? — Да, но это... — Джордж вцепился в свои вьющиеся волосы. — Это ненастоящий брак.       Лицо Макса сковало холодом. Он внимательно посмотрел на Джорджа и спокойно спросил: — Почему? — Ты нарочно меня провоцируешь. — Нет, — сказал Макс, — послушай, у нас есть свидетельство о браке. Мы проводим много времени вместе, у нас есть общие друзья, мы никогда не дрались... и у нас отличная сексуальная жизнь. Разве не таким должен быть брак?       Джордж широко распахнул глаза. — Боже мой, я только что подсчитал, что после Лас-Вегаса у нас был секс не больше трёх раз, и это ты называешь отличной сексуальной жизнью? — О, ты жалуешься на частоту секса? Разве это не напоминает типичную жалобу в браке? — Дело не в этом! — Джордж чуть не крича добавил: — Это просто смешно. Общие друзья, проводим время вместе... Разве у вас с Шарлем не то же самое? Или с любым другим гонщиком в паддоке! — С Шарлем я не ебусь, — пожал плечами Макс. — У тебя ведь были девушки, — со вздохом начал было Джордж, — мы все о них знаем, и у меня тоже... — У нас с ними не было свидетельства о браке, — перебил его Макс. — Понимаешь? А у нас с тобой есть.       Джордж взял чашку и сделал два больших глотка. — Глубокий вдох! — сказал он себе. — Ты ведешь себя неразумно, — заметил Расселл.       Макс помолчал немного, а затем проговорил: — Да, бывает.       Джордж не знал, что ответить, а потому мог лишь смотреть в голубые глаза Макса. — Я знаю, что этот брак — прикол, случайность. Мы слишком много трахались и слишком много пили.       В ответ голландец взглянул в серо-голубые глаза британца. — Знаю, я наговорил глупостей. Настоящий брак не таков. Мы все видели настоящие браки, хорошие и плохие. Брак моих родителей был не самым удачным, но они точно знали, какую одежду носят дома. — Вот видишь? Поэтому я и сказал, что нужно развестись, — тихо пробормотал Джордж. — Но меня возбуждает сама мысль о том, чтобы попытаться жить с тобой в браке, — Макс потянулся к Джорджу. — Ты понимаешь, о чём я?       Джордж долго молчал, потом шепотом ответил: «Понимаю». Макс улыбнулся, и его лицо пересекли морщинки. — Значит, договорились? — О чём договорились? — Джордж снова широко раскрыл глаза от удивления. — Будем жить вместе в Монако, и дальше так и будет, не будем прятаться, а команда сама разберётся с пиар-подробностями. — Нет! — Джордж повысил голос. — Я не соглашался! И хочу сказать тебе, что это плохая затея!       Лицо Макса снова вытянулось, и он откинулся назад. — Я тебя правда не понимаю.       Джордж стиснул зубы. — Я тоже тебя не понимаю. Давай ещё раз обмозгуем. Я пойду спать, — он протянул руку и жестом указал: — Гостевая комната там, — с этими словами он встал и взял чашку. — Если ты считаешь, что жить вместе в Монако — плохая идея, может, попробуем спать в одной постели, когда появится такая возможность? — окликнул его Макс снова. — Что думаешь?       Джордж остановился и посмотрел на Макса сверху вниз. Макс глядел в ответ серьёзно, как на дурачка. — Ладно, — вздохнул Джордж. — Ладно, хорошо, почему бы и нет?