Касание яда

В Ливерпуль граф со своей демонической свитой добрался ближе к вечеру. Город встретил их туманом, криком чаек и запахом гнили от портовых складов. Рабочие в доках отводят глаза, когда слышат вопросы о пропавших детях. Один сказал, что слышит здесь постоянно детский смех, другой навел на контрабандиста, который слышал, что детей вывозят морем. Одним словом - ничего путного выяснить не удалось. Стоя на причале, Элис закрыла глаза и глубоко вздохнула: —Чувствуешь? —обратилась к Себастьяну.— Здесь кто-то есть. Не человек. Себастьян, лениво, но с тенью интереса произнес: — Возможно, Но в отличии от тебя, я предпочитаю подтверждать догадки фактами, а не... инстинктами падальщика. —Продолжай, и мы проверим как долго ты будешь отращивать новый язык. —Резко обернувшись, произнесла ведьма. Она давно привыкла к такому отношению от демонов, но сейчас хотелось быстрее покончить с этим, а не выяснять кто "круче". Дворецкий сухо усмехнулся, приблизился к ней, и чуть наклонившись, произнес: — И все же ты не решишься. Не потому что боишься меня, а потому что... не захочешь упустить возможность спрятаться за моей спиной, когда станет по-настоящему опасно. — За твоей спиной? Прости, я не люблю, когда перед глазами маячит черный фрак и напыщенное эго. Морской туман стелился по узким улочкам, впитывая запах гниющих досок и дешёвой смолы. Вдалеке орали матросы, перегружая бочки с рыбой. Себастьян шагал впереди, и каждый его шаг звучал так же уверенно, как и холодный тон голоса: — Постарайтесь хотя бы сейчас не мешать делу, мисс Падальщица. Элис прищурилась, едва заметно скривив губы. — Могу сказать то же самое, но боюсь, что задену вашу... хрупкую гордость. Он остановился, обернулся — слишком близко. Туман обвил их, скрыв от случайных глаз. — Здесь всё будет так, как скажу я, — тихо, но с хищной мягкостью. — Вы ведь не хотите, чтобы господин узнал, на что вы на самом деле способны? Элис сделала шаг вперёд, пересекая опасно короткую дистанцию. — Не угрожайте мне, Себастьян. Это... утомляет. Он заметил, как свет от фонаря скользнул по её глазам, и в них мелькнуло что-то — не только вызов, но и тень усталости. Почему-то это зацепило его. Себастьян тут же отвёл взгляд, будто отмахиваясь от мысли. — В таком случае, держитесь ближе. И — не отставайте. Элис усмехнулась, но всё же пошла за ним. В это время Сиэль находит кровавые следы, ведущие в старый склад. Воздух был пропитан сыростью, гнилью и чем-то еще... чем-то сладковатым. —Свежие. Минут тридцать, не больше. — сказал Себастьян, глядя на пол. —Кровь принадлежит маленькой девочке, чуть младше тебя.— Элис сильнее принюхалась и чуть закатила глаза. Демон повернулся к ней с ленивой улыбкой. — Осторожнее, Элис. Ты выглядишь так, как будто готова броситься и вылизать пол. — Вы оба, соберитесь. Мы расследуем возможное убийство, а не... Они не слушали его. —Ты говоришь так, будто знаешь как контролировать голод.— Элис начинала злиться, ей порядком это надоело. — Знаю — Себастьян делает шаг ближе к ней — И всегда контролирую. Но ты... достаточно немного подтолкнуть и ты не сможешь держать себя в руках, твоя маска милой овечки слетит и расколится на мелкие кусочки. Очень хочу это увидеть. —Попробуй. — Я сказал хватит!— граф тоже был на пределе. — Да господин.— отозвался дворецкий. На последок Элис шепотом добавила: — Знаешь, я хотя бы не прыгаю перед едой на задних лапках.

***

Троица разошлась по разным углам склада. Каждый пытался найти хоть какую-то зацепку. Элис села на пол, достала из сумки черную свечу и мешочек с солью. Пламя свечи горело красиво, слегка потрескивая. Ведьма закрыла глаза, и проводя рукой над огнем, шепотом произнесла маленькое заклинание на латинском языке. В помещении стало прохладней. Настолько, что Себастьян отдал графу свой плащ. Элис не реагировала ни на что, сидела на коленях как статуя, держа руку над свечкой. Прошло минуты три, Сиэль все это время не отрывал от нее взгляд. Придя в себя,Элис начала: — Я видела мужика. Огромный, средних лет. На все лицо огромный шрам, а на плече татуировка с тигром, седой. Он нес на себе девочку в легком платье. Она укусила его за ухо, а тот швырнул ее на пол. Вся была в крови. — Элис потерла висок, вспоминая видение дальше.—Мужик связал ее и запихал в мешок. Она кричала, очень громко, никто не пришел. Взяв мешок в руки, он пошел... —Она встала и словно пошла его шагами.—пошел...сюда. След оборвался. Она встала прямо на против стены, закрытой деревянными ящиками. Подумав всего секунду, она резко опрокинула эти ящики. За ними небыло ничего, кроме символа на стене. Нечто подобное она видела впервые. — Они исчезли здесь. —Мы не сможем пойти за ними?—Спросил Сиэль. - Нет, Тут видимо нужно заклинание или тому подобное. Себастьян, наблюдая за этим все время, задумался. Эта символика ему не знакома. — Что будем делать, господин? —Я не знаю. — Впервые графу было нечего ответить.

***

Карета движется обратнов особняк. Внутри - полумрак, только слабый свет фонарей за окном. Сиэль дуал о чем-то своем. — Вы двое... странно себя ведете. — В каком смысле? —Невинно спросила Элис. Граф переводил вгляд с одного на другого. —Словно ведете свою игру. И не факт, что она совпадает с моими интересами. — Милорд, вы слишком много пытаетесь прочесть между строк. — Спокойно произнес демон, подавляя легкую усмешку. — А я привык так делать. Ведьма подала голос: —Возможно мы просто... плохо ладим. — " Плохо ладите?". Это было похоже скорее на то, что вы готовы перегрызть друг другу глотки. — Господин, я просто приглядываю за ней. — Вы оба будете у меня под присмотром. Я не намерен допустить, чтобы ваши... личные конфликты помешали делу. Карета качается на кочках. Внутри становится тише, но Сиэль продолжает украдкой наблюдать за ними, а в глазах мелькает недоверие.

***

Вечер. Себастьян готовит своего господина ко сну. Прошло чуть больше двух часов после возвращения домой, глаза у графа уже слипались. Выйдя из покоев господина, дворецкий спустился в низ. Он видел, как около часа назад, ведьма куда-то ушла. Надо будет обьяснить нашей гостье, что нельзя просто так в любое время покидать дом, особенно ближе к ночи. Через некоторое время Элис вернулась в особняк. В коридоре тускло. Она идет по каменным плитам, будто скользит. Черный плащ волочится за ней, как тень. В руке перчатка, испачканная в крови. Ее глаза светятся неестественным блеском. На пол пути к своей комнате она сталкивается с Себастьяном. Он появился из темноты, как всегда - без звука. —Гуляешь? Или ужинала? Ведьма поднимает взгляд. Легкая, еле заметная ухмылка играет на ее губах. — Я бы предложила тебе откусить кусочек...но ты ведь не ешь с пола, правда? Он сжимает челюсть. Глаза вспыхивают красным, на мнгновение - хищно. Она делает шаг ближе. Тело Себастьяна напряжено, но он не двигается. —Падальщица. Элис мягко, почти мурлыча: — Я предпочитаю "адаптированная". Это звучит благороднее. И между прочем, я не убивала, лишь немного припугнула одного мерзавца. Он вглядывается в нее. Она стоит слишком близко. От нее пахнет кровью, землей и чем-то пряным. Почему-то он не может отвести взгляд. —Что же ты такое... —Боишься? Он с усмешкой склоняет голову. —Я не способен бояться. Она проходит мимо, специально чуть задевая его плечом. В воздухе остается шлейф крови, ночи и чего-то магического. Себастьян остается стоять как статуя. Он чувствует как внутри что-то...щелкнуло? —Что ты такое?—повторяет свой вопрос тихо, сам себе. Их-за угла раздается ее голос- ленивый и дразнящий: —Спроси, когда действительно захочешь знать.

***

Этой ночью Элис плохо спалось. Она не могла выкинуть из головы тот символ на стене. Решив немного проитись по дому, она встала с кровати, накинула на себя обьемную мужскую рубашку, явно не ее и вышла в коридор. Рубашку ей принесла Мейлин еще утром, после, как ей показалось, очень странной просьбы от новой жительницы дома. Элис поделилась с ней тем, что в больших рубашках очень удобно спать и спросила, нет ли у кого-нибудь из жителей поместья ненужной или старой вещицы. Мейлин вспомнила, что как-то давно случайно испортила рубашку Себастьяна, на что тот велел ее выкинуть, но у горничной не поднялась рука это исполнить. Тем белее повреждение было почти не заметным. Особняк Фантомхайв спит. Почти весь. На кухне приглушенный свет. Элис босиком, в одной белой рубашке, что достает ей до колен, роется в ящиках в поисках чая. Дверь скрипнула и на пороге появился Себастьян, уже не в парадном, а в темной рубашке, растегнутой у горла. Он замер в дверях. — Надеюсь, вы не воруете ингридиенты для ваших зелий или тому подобного? Элис оборачивается, лениво облокачиваясь на столешницу. Один край рубашки соскальзнул с плеча. — А если и так? Себастьян приближается. Их разделяет несколько шагов, но в тишине - каждый звучит как выстрел. — Вы надели мою рубашку. — Да, похоже на то. Мейлин сказала, что она вам больше не нужна. Или вам жалко? — Жалко будет, если я решу забрать ее обратно прямо сейчас. — сказал он холодно, но голос дрогнул. — Так бери. — Эта фраза прозвучала очень двусмысленно. Они снова слишком близко. Элис поднимает на него глаза, дерзкие и блестящие. Рядом кипит чайник. Атмосфера – как этот пар: горячая, обволакивающая и слишком опасная. Он уже практически нависал над ней, как хищник над добычей. Только вот добыча с зубами, так просто не поймаешь. И вдруг крик: —СЕБАСТЬЯН! Не думая ни секунды, дворецкий бросился к мальчику в комнату. Элис побежала следом. На кровати сидел граф, тяжело дышав. Бедолаге просто приснился кошмар. Увидев Себастьяна, Сиэль успокоился. А увидев Элис – смутился. Все-таки она была одета слишком открыто. — Оу, прошу меня простить. Если моя помощь вам не нужна, я не буду вам мешать. Сиэль коротко кивнув, пожелал спокойной ночи. Девушка вернулась в покои, легла на кровать. Рубашка была пропитана запахом демона. Так она и уснула.