Огонь, Вода и медные трубы

– … Но я тоже хочу пойти с Аангом и остальными. Почему нельзя? – жалобно сложила бровки домиком Кима. – Потому что ты больше будешь нужна после вылазки. Сама подумай: я без магии, ты - все еще плохо обращаешься с боевой магией и к серьезному противостоянию не готова, – объясняла Эми, помогая остальной команде со сборами. – Но я не совсем уж бесполезная… – Ты - нет. Я - балласт. Считай, что ты будешь исцелять меня, если мы попадем в заросли дикого шиповника. – … Ладно, – смирилась Кима, все же немного приуныв. Первый же огромный город на ее пути и такой расстраивающий результат… Девушка вздохнула, провожая троицу глазами побитого щенка. – Не расстраивайся так, Кима, мы принесем тебе что-нибудь интересное из города, – попыталась утешить беловласку Катара. – Сокка попытается найти что-то. Да, Сокка? – слабо пихнула брата под ребра локтем девушка. – А? Д-да! Я принесу тебе самое лучшее… что-нибудь, – пообещал Сокка, воодушевившись. – Ладно. Возвращайтесь невредимыми, – улыбнулась Кима. – Я очень расстроюсь если вы сильно пострадаете, так что удачи вам. – Вернемся самыми здоровыми! – перебил Аанга парень, глупо улыбнувшись, резковато махнув рукой на прощание. – И… Да. Хах… Спасибо, за удачу. Эми скептично выгнула бровь, провожая компанию долгим взглядом. – … Сокка, кажется, в тебя влюбился, – хмыкнула рыжая, уперев руки в бока. – Чего? – растерялась Кима, наклонив голову набок. – В меня? Да нет, такого быть не может, – посмеялась она. – Я ему просто нравлюсь, как и он мне, вот и все, – подытожила беловласка. – Я странная для обычного человека. Как я могу кому-то понравится в этом плане? Это не смешная шутка, Эми. – Я не шучу. Я видела, как выглядят влюбленные глаза на вечно отрешенном лице, – усмехнулась рыжая, перехватывая посох другой рукой. – Идем. Найдем какой-нибудь перевал. Мне нужно потренироваться, а то я совсем забуду, как пропускать через себя энергию. – Хорошо! – кивнула Кима, после чего задумчиво глянула в сторону Омашу. – … Не знаю. Почему-то я уверена, что меня нельзя любить в привычном понимании, – выдала она, явно глубоко задумавшись над словами подруги. – А даже если и можно, то могу ли я это? Я не уверена в этом, потому что ничего об этом не знаю… – Любовь, это не что-то, что нужно уметь. Если ты любишь, то любишь невольно, вопреки. Любовь - столь же ощутимая материя, как и энергия Ци, – слабо улыбнулась подруге Шайлу, на ходу затягивая рыжие волосы на свой родной манер. – Но обычно люди не могут четко ощущать все оттенки Ци. Например, духовную Ци обычные люди не видят, – возразила Кима. – Всему нужно учиться. И любовь тоже не исключение. Шайлу вздохнула, останавливаясь за высокой скалой перевала. – Ты нравишься Сокке - это я способна понять… Знаешь, до того, как меня сослали в осаду, на флот, я дружила с девочкой, которой нравился мой жених, – начала издалека рыжая. – … Оу… – странно скривилась Кима. – Нет-нет, я, в частности, из-за этого женишка и выбрала скитания. – … Он был так ужасен? – Да. Инфантильный маленький козел с раздутым самомнением, – припечатала Шайлу, тихо фыркнув. – Единственное положительное, что у него было - это его родословная и отличный родственник по отцовской линии, который был другом нашей семьи со времен, когда мой отец был еще совсем юным новобранцем, – шумно выдохнула через рот девушка, принимая стойку. – Да… Я бы тоже не хотела выйти замуж за козла, – выдала Кима без задней мысли, сев на валун рядом. – Вот и я о чем. Так что я оставила своего жениха своей подруге. Все в плюсе, как ни крути, – прикрыла глаза Шайлу, принявшись плавно выводить линии в воздухе. – … Видела когда-то огненное дыхание вблизи? – … Ну, как бы да, но это было не самое приятное зрелище… Шайлу вновь шумно вздохнула, виновато поджав губы. – Да, прости. Народ Огня и у тебя отобрал семью, – опустила руки рыжая, отведя взгляд. – Тебе не за что извиняться. Все хорошо, – покачала головой Кима. – Это же не ты виновата. – Не знаю, – честно призналась Шайлу. – Все твердят, что народ Огня плохой просто потому что Лорд Огня развязал войну и охотится за Аватаром. Мой генерал додумался прикончить духа! И я понимаю эти настроения, оттого мне еще более стыдно и страшно. – Зато я знаю. Я очень хорошо видела кто конкретно был виноват… – Кима покосилась на окарину у себя на груди. – Все хорошо. Тебе нет нужды винить себя в ошибках своего генерала или своих соплеменников. Ты ведь не такая, – слабо улыбнулась девушка. – Все в порядке. Шайлу слабо улыбнулась. – Спасибо. Я рада знать, что хотя бы один человек в этом мире за меня. Ради этого стоит жить, – стала улыбка той чуть шире. – Мы же друзья. Как иначе? – улыбнулась Кима. После чего сняла окарину с шеи. – Хочешь я покажу тебе как она звучит, пока ты тренируешься? Это мамина. Я не так часто на ней играю, но все еще помню как это делать… – Если тебя не испугает много огня в воздухе, – кивнула Шайлу, выпуская короткие потоки пламени в скалы друг за другом, словно из очереди. – Я планирую повторять все: от основ, до самых искусных приемов. – Я боюсь огня, но совсем немного. И я не боюсь тех кто его использует. Я боюсь плохих людей. Это ведь просто тренировка, так что… тренируйся, сколько захочешь, – кивнула Кима, аккуратно поднеся окарину к губам, извлекая из той приятный звук, чем-то напоминающий звук ветра в прибрежных скалах, прикрыв глаза. После чего из инструмента полилась тихая спокойная мелодия, что удивительным образом совпадала с ритмом приемов и дыхания Шайлу. Музыка настраивала. Она переливалась из кончиков пальцев и макушки в центр сердца, медленно опускаясь к желудку, сплетаясь единым канатом разогретых чувств и энергий. Биение сердца становилось все чаще, в такт ударам, разогревающим тело и все нутро. Разум Шайлу был чист. Открыв глаза, она ощущала и видела каждую деталь и всю картину целиком, погружаясь в мгновение, давая энергии проходить через все тело свободно. Каждое движение, каждое выпущенное пламя, было ради самого движения, лишенное высшей цели, разделяя мирские переживания вины, грусти и ярости, с поднебесным чистым и открытым восхищением красотой каждого момента, ценностью каждой секунды жизни. Не было ничего вокруг, кроме неё самой, и все существовало одновременно с ее телом и разумом, как неотделимое, но отделяемое в мыслях. Вдохнув жар в легкие, девушка сделала резкий выпад в сторону камня, намереваясь разрезать тот. Однако, пылающего оранжевого не последовало. Вместо него, закрывая дневное белое солнце, грубую породу опалил поток, сжигающий само пространство на своем пути к цели. К пустоте: в мыслях, в чувствах и в душе. – … Ого. Белый огонь, – чуть вздрогнула Кима, глянув на оплавленный булыжник. – Круто… Шайлу вдохнула знойный воздух, схлопнувшийся вокруг марева, стоило ей одернуть руки, резко прерывая поток энергии. Прожженная в камне дыра шипела, будто кошка, вставшая на дыбы, что никогда не осмелиться напасть первой. Рыжая зажмурилась, закрывая глаза руками, пытаясь избавиться от пляшущих алых и черных пятен от солнечной вспышки. – Кажется, ты переутомилась? – спросила Кима. – Я… Я не думала… – чуть заторможено произнесла Шайлу, вновь взглянув на свои руки. Ладони покраснели, как в самые первые дни тренировок на отцовском дворе. – Ты не думала, и? – наклонила голову набок шаман. – … Я всю жизнь стремилась к освоению все новых, более искусных техник, – рыжеволосая обернулась, показывая пульсирующие от ожогов ладони и замешательство в глазах. – Молния - холодный огонь был пределом моих мечтаний, но это… Я не знаю, что думать. Будто бы на эти пару минут я держала в своих руках само Солнце, понимаешь? – поднесла руки к подруге Шайлу, глядя на ожоги благоговейным неверящим взглядом. – Понимаю. И вижу что мне придется тебя лечить, – хмыкнула та. – Твоя музыка мне помогла, – стала чуть шире невольная улыбка рыжеволосой. – Я запомнила все. Каждой клеточкой тела, то расслабление и движение в одном единственном направлении… – Это очень хорошо. Но это была не моя музыка. Музыка моей мамы, – улыбнулась Кима, мягко погладив окарину большим пальцем. – Мама была очень умной и много всего умела. Я не знаю даже половины того, что умела она… Но я рада что смогла тебе помочь найти свой ритм, – взглянула на подругу она. – И прежде чем ты снова попытаешься его найти, позволь я вылечу ожоги, хорошо? – Конечно. Изучение молнии может и подождать до лучших времен. Когда… мне не придется скрываться и скрывать свою силу, – кивнула Шайлу, ожидая лечения. – Кима. – Что? – аккуратно принялась за лечение ладоней подруги беловласка. – Я хочу найти тех, кто отобрал у тебя семью. Возможно, этого не хочешь ты, и я пойму, если ты скажешь мне, что тебе этого не надо. Но если согласишься… Мне хочется помочь тебе, ведь ты моя подруга… Первая настоящая подруга, – взглянула на девушку рыжеволосая, сверля ту взглядом. – … Я… буду рада, если ты поможешь мне их найти, – взглянула на подругу Кима, тихо вздохнув. – Я не хочу никому смерти, но я очень хочу спросить их… – девушка поджала губы, сжав окарину чуть крепче. – Я ни слова не говорила про месть, – понимающе кивнула Шайлу, накрыв ладонь подруги здоровой рукой. – Если скажешь мне, что желаешь им смерти - я убью их. Если хочешь спросить - спросишь сама, когда я приволоку их тебе под ноги. Я вольна делать то, что пожелаю, а единственная моя цель - помощь тем, кому я хочу помогать. Помнишь? – … Спасибо, – взглянули на ту со слабой, слегка болезненной улыбкой. Первый раз за все время их общения у вечно улыбчивой Кимы оказалось подобное выражение лица. Всегда спокойная и отрешенная от всего мирского шаманка, сейчас была как никогда честна сама с собой, переживая боль, которую каждый раз чувствовала вспоминая о том злополучном дне, когда на ее же глазах, с особой жестокостью у нее забрали единственного родного человека. – Скажешь спасибо, когда я выполню свое обещание, – Шайлу резко дернула подругу вперед, заключая в теплые крепкие объятия. – Мы с тобой одиночки, что обрели друг друга и новых друзей. Если хочешь горевать - горюй, хочешь плакать - плачь. И, я верю, что когда-нибудь, ты поймешь, что значит “любить”. – … Спасибо, – только и смогла тихо повториться Кима, зажмурившись, обняв подругу в ответ. – Все в порядке. Я буду в порядке… Мне просто немножко грустно, вот и все… Я очень рада, что мы с тобой подруги, Шайлу. – Я тоже безумно этому рада, Кима. Я верю, что вскоре мир изменится к лучшему. Так, чтобы в нем нашлось место каждому - и нам с тобой в том числе, – погладила по волосам подругу Шайлу. – В этом мире все смогут грустить, когда грустно, и радоваться, когда весело. Где несчастье будет существовать лишь для ощущения счастья. – Звучит и правда хорошо, – подняла взгляд на темноволосую Кима, чуть потерев сухие глаза. – Да, звучит просто прекрасно, – улыбнулась шире Шайлу, взяв ладонь подруги в свою. – В нашей команде - Аватар! Для нас это не просто пустой звук, а тот мир, которого мы можем добиться. – Да… Да, ты права, – слабо улыбнулась Кима, слегка приободрившись. – О, ты когда-нибудь пила чай, с добавлением корицы, точно заваренным трижды? – Нет. Чай на севере довольно дорогое удовольствие, – покачала головой та. – Я насобирала по пути несколько трав, так что я обещаю заварить тебе чудный чай, как только мы найдем чайный набор. – Здорово! Хочу попробовать! – закивала Кима, улыбнувшись подруге. – Значит, наша ближайшая цель - отыскать чайный набор во время путешествия! – потянула светловолосую за собой в сторону Шайлу, дотягиваясь до посоха. – В царстве Земли это будет сделать довольно просто. – Правда? Это очень хорошо! Значит я совсем скоро попробую твой чай! – просияла беловласка. – Но сначала нужно подождать возвращения наших друзей из Омашу. Сокка обещал мне что-то интересное! – Ох, точно. Сокка, – слегка поумерила вдохновенный пыл Шайлу, вспомнив просто его существование. – Этот парень свободно изъясняется, только когда дело не доходит до влюбленности. Мне его даже жалко иногда. – Почему? – не поняла Кима. – Он так мнется под твоим взглядом, потому что не знает, как подступиться. Ты ведь даже намеков не понимаешь, потому что прожила в изоляции лучшие подростковые годы, – вздохнула Шайлу, покачав головой. выводя подругу из расщелины на тропу. – … Я не понимаю намеков?.. Тогда подсказывай мне, пожалуйста! Ты же понимаешь, да? – пришла мысль в голову девушки. – Хорошо. Запоминай. Когда вы в следующий раз останетесь наедине - не отстраняйся. – … Но это смущает… – И его тоже, будь уверена. Это нормально, когда ты впервые с кем-то встречаешься. Уж поверь моему опыту. – Ладно. Не буду, – легко согласилась Кима. – Отлично. И когда он принесет тебе подарок - обязательно поцелуй его в щеку в знак благодарности, – продолжила инструктировать подругу рыжая, ведя за собой. – Прямо обязательно?.. – Да. Это необходимо для плодотворной почвы в отношениях. – О, ладно. Я запомню, – закивала Кима, серьезно сосредоточившись. – Мне еще что-то нужно будет сделать? – Ну… – Шайлу задумалась. – На первых порах - достаточно. Но большего ему не позволяй, – целомудренно направила подругу рыжая. – Поняла, – закивала Кима, наивно глядя на ту. – И помни - любовь пробивает любые стены. Даже если ты не знаешь, что такое любовь и где находятся стены, – мудро заключила Шайлу. – О… Хорошо. – А теперь давай-ка соберем корешков. – Да! Ура чаю!

***

– Помнишь, что я говорила про поцелуй в щеку? – скептично взглянула на подарок Шайлу. – Угу, – кивнула Кима, с интересом глядя на маленького осьминога у себя в руках. – Забудь. Он должен постараться чуть лучше, чтобы завоевать твое сердце. – Но мне нравится осьминожка… Он такой миленький, – улыбнулась Кима, почесав осьминога, заставляя того скрутить щупальца. – Правда? Тебе нравится? – неловко улыбнулся Сокка, образовавшись сбоку, по другую сторону. – Правда! Спасибо, Сокка, он очень милый, – привстала на носочки девушка, аккуратно чмокнув парня в щеку по научению подруги, вернув внимание на осьминога, принявшись рыться в сумке, чтобы найти что-нибудь съестное для “подарка”. Сокка замер, медленно превращаясь в расплавленное нечто, дотронувшись до места поцелуя. По томным вздохам и мечтательным глазам было ясно - парня уже не спасти - он погряз в пучине собственных фантазий и домыслов с головой. – Не сметь выпадать из реальности перед оккупированной территорией! – жестоко вернули темноволосого в реальность точным подзатыльником, вбив витающий дух обратно в тело. – Ауч! За что?! – В следующий раз найди украшение или платье. В крайнем случае - какую-нибудь выпечку принеси! – отчитала парня Шайлу. – … Интересно, его можно съесть? – выдала Кима с гастрономическим любопытством глядя на осьминога. – Можно! – в мгновение переключился на девушку Сокка, закивав головой. – Я могу приготовить его специально для тебя. – Вам его совсем не жалко?.. – выпал в осадок Аанг. – Ты же сама сказала что он миленький. – Да, сказала. Мне просто стало интересно, потому что осьминогов я не ела никогда. Но, думаю, и не буду. Выпущу его в пруд какой-нибудь, – улыбнулась Кима. – Спасибо за предложение, Сокка, но мне будет грустно если твой подарок я просто съем. А так он будет плавать на свободе. Может даже семью себе заведет какую-то… осьминожью, – выдала девушка, улыбнувшись парню. – Да… Осьминожья семья это круто… – глуповато посмеялся Сокка. – Что вы узнали про ситуацию в городе? – забралась на Аппу Эми, глядя на Аанга и Катару. – Мы вывели оттуда беженцев, но сам город все так же захвачен людьми Огня, – заключила Катара. – А еще, царь Буми отказался от освобождения. – … Так мы продолжим искать учителя для Аанга? – поняла основную цель дальнейшего пути рыжая. – Да, придется искать дальше, – кивнула темноволосая. – … Кажется, ты все-таки объяснила все Киме, пока нас не было, да? – Да, – не стала отпираться Эми. – Мне стало жалко Сокку. Он так отчаянно пытается добиться внимания Кимы, а она совсем ничего не понимает, – развела руки в стороны девушка, упав на сумки в привычной позе. – Да, выглядело это немного печально, – согласилась Катара. – Зато теперь нам придется смотреть на его выражение лица, – протянул Аанг со скепсисом. – Даже не знаю что из этого хуже, – согласно кивнула Катара, негромко посмеявшись. – Но, для брата так будет лучше. – Для Кимы - тоже. Я ей подруга, это верно, но ведь и со мной может что-нибудь случиться, – легкомысленно пожала плечами Эми. – В нашем мире постоянно что-то с кем-то случается. Вероятность того, что это что-то произойдет со мной никогда не равна нулю. – … Мы этого не допустим, – заметил Аанг, чуть посерьезнев. Катара кивнула, подтверждая слова монаха. – … Не надо было мне это говорить, – протянула рыжая, не оценив высокопарного порыва товарищей. – Как бы его назвать? – протянула Кима с интересом разглядывая осьминога. – Назову его Пакку. В честь ворчливого старого деда, который не хотел меня учить драться, – выдала она, посмеявшись. – Они даже выражением лица похожи. Смотри, – продемонстрировала мордашку осьминога Сокке девушка. – Пх. И правда - один в один, – посмеялся тот в ответ, поглядывая на осьминога лишь изредка. Все его внимание было поглощено лишь девушкой перед ним. – … Ты - куда лучше его… – М? – отвлеклась от животного Кима. – Лучше Пакку? Или осьминога? – весело улыбнулась она, глядя на темноволосого с веселыми искорками в желтых радужках. – Вообще лучше всех, – универсально выдал Сокка, помогая девушке забраться на бизона. – Быть лучше всех невозможно, – посмеялась Кима, принимая помощь, привычно сев между парнем и подругой. – Для меня - возможно… – Нам нужен чайный набор, – прервала воркование приятеля Эми. – Вы пили настоящий чай? – Судя по твоим словам он как-то отличается от обычного чая? – выгнула бровь Катара. – Именно! – щелкнула пальцами рыжая. – Я могу устроить вам настоящую чайную церемонию, по всем правилам народа Земли. – Э… Думаю, не нужно… – протянул Аанг. – Нужно-нужно! Чай - это искусство столько тонкое и изящное, как и владение Ци. Один раз попробовав настоящий чай, вы не хотите больше пить листья залитые кипятком, которые многие зовут чаем. – Да, ты точно дочь торговца… – вздохнула Катара. – Узнаю формулировки. – Кима хочет попробовать этот чай, к слову, – надавила на определенную аудиторию Эми. – Да, очень хочу! – закивала Кима. – Эми говорит, что он очень вкусный! – Мы ищем чайный набор! – поддержал большинство Сокка, серьезно кивая. – В пути надо попробовать все. – … Не верю что говорю это, но меня сейчас стошнит… – выпал в осадок Аанг. – Да, раньше было лучше… – скептично пронаблюдала за братом Катара. – По крайней мере, не так безнадежно. – Ура вкусному чаю Эми! – весело улыбнулась Кима. – Жду не дождусь когда смогу его попробовать, – заключила она, аккуратно положив осьминожка себе в сумку. После чего улыбнулась парню. – Еще раз спасибо за подарок, Сокка! Он мне правда очень понравился, – аккуратно потянулась к парню Кима, осторожно погладив того по макушке. – Хех. Рад слышать, – смиренно наклонился к ласке девушки Сокка, широко улыбаясь. – В следующий раз я принесу тебе что-нибудь красивое. Ты любишь украшения? Мы можем сходить вместе по магазинам - я люблю ходить на рынки. – Хорошо, – кивнула Кима. – Значит в следующий раз сходим вместе на рынок за чем-нибудь красивым!.. Хех. Ты похож на маленькую утку-черепашку, – улыбнулась она когда парень подставился под поглаживания, млея от чужих прикосновений, тем самым невольно умиляя шаманку. – Значит теперь я буду уткой-черепашкой по имени Сокка, – протянул парень, уткнувшись в плечо Кимы. – В моем детстве, подруга моей подруги кормила уток-черепашек в своем пруду просто бросая в них огромные куски хлеба, – протянула Эми. – Я однажды целиком кинула ей огромную булку… – пронаблюдала за братом Катара. – Как же стыдно ему будет когда он уже попривыкнется… – Для этого только и стоит наблюдать за этим театром двух актеров, – Эми потянулась, позволяя Момо устроиться на своем животе. – Я, пожалуй, стану декорацией. Хм… Буду кустом. – Предпочту быть камнем, – посмеялась Катара, устраиваясь на сумках. – Я тогда чур деревце, – весело откликнулся Аанг. Кима наклонила голову набок с недоумением наблюдая за шутливой перекличкой друзей, аккуратно опустив плечо, позволяя Сокке и себе немного отдохнуть, устроившись поудобнее. И чего они смеются? Утки-черепашки ведь миленькие. – О, не обращай на них внимание. Они просто завидуют, – показал язык рыжей свертнице тот, не убирая головы с плеча Кимы. – Ладно, – легко согласилась та, задумчиво глянув на окарину, что привычно покоилась на кожаном прочном шнурке, задумавшись о чем-то своем. – И какой у нас план? У нас же он есть?.. – Наш мозговой центр сейчас на твоём плече без единой светлой мысли в глазах, – припечатала Эми. – Я все слышу, – недовольно буркнул Сокка, все же подняв голову. – Полетим дальше, в направлении ближайшего города. Может, нам повезет там и мы найдем учителя для Аанга. А если не найдем, то отдохнем и пополним запасы. – Ясно, – приняла как должное Кима. – Тебя что-то беспокоит? – заметила несвойственную шаманке отстраненность Катара. – Да, я думала о том где бы мне самой найти учителя, – кивнула Кима. – Шаманы обычно редко живут в крупных городах, как это было со мной. Мы стараемся жить как можно ближе к местам обитания духов. Поэтому я задумалась о том, смогу ли найти кого-то. – Ну… Не попробуешь - не узнаешь, верно? – слабо улыбнулась той Катара. – Да, ты права, – кивнула девушка, чуть улыбнувшись в ответ, машинально погладив Сокку по макушке. Странно, но это немного успокаивало и помогало собраться с мыслями. – Ну все, хватит. Ты что, не видишь? Он же сейчас растечется, как подтаявшее желе, – протянула Эми, наблюдая, как покорно парень принимает поглаживания. – Бери карту, стратег, и говори, куда нам двигаться. – Я могу руководить процессом и отсюда. – Если тебе нужен Сокка, тогда отдай Момо, – требовательно потянула руки к Эми Кима. – Мне лучше думается когда я глажу что-то пушистое… – … Что ж, по крайней мере, для Кимы ты действительно на уровне утки-черепашки… – выпала в осадок Катара. – … Но ведь его правда приятно гладить, потому что он пушистый… – не поняла шаман. – Да пожалуйста, – подняла лимура со своего живота Эми, перекладывая того в руки подруги. – Вперёд, Сокка. Работай, пока солнце ещё высоко, – закинула руки за голову девушка, упав обратно. Парень недовольно фыркнул, разворачивая карту. – Нам надо двигаться на Запад. Ближайший город покажется примерно завтра днём. Если мы, конечно, не вляпаемся опять в какие-то проблемы, – уточнил Сокка. – Это будет легко. В воздухе проблем практически нет, так что и переживать не о чем, – улыбнулась Эми, прикрыв глаза. – Вообще-то в воздухе проблем бывает достаточно… – заметил Аанг. – Будем надеяться, что нас они не коснуться, – высказалась Катара.