Воин Камбуза

Промозглая сырость ночных коридоров корабля стала обыденностью и привычной, в общем-то, средой для Ло. Её каюта с кабинетом находились в углу судна: девочка решила, что готова пожертвовать умеренной влажностью ради собственного душевного спокойствия. Теперь истошные крики хирург семьи слышал только в своей операционной, а не 24/7. Правда, была в её досягаемости одна единственная каюта, в которой, к радости девочки, проживал немой Донкихот-младший. Замечательный сосед, но иногда казалось, что он даже ходит без единого звука, что было довольно жутко, с его-то ростом. Он был словно призрак: огромный и бесшумный, он просто появлялся, оставлял какие-то послания от старшего и исчезал в темноте. Так что Ло взяла в привычку иногда заглядывать в приоткрытую дверь Коразона, чтобы убедиться, что этот неуклюжий тип не расшиб себе затылок при очередной попытке что-то куда-то переложить. Вот и сегодня, в особенно поздний час, когда даже на палубе не слышно криков почтовых пеликанов и чаек, Ло решила заглянуть в приоткрытую дверь каюты, проверив последний набор стерильных инструментов. Каково же было ее удивление, когда до слуха донёсся мелодичный мужской голос. Девочка сначала приняла услышанное за странный диалог ночного гостя с незадачливым Коразоном, но когда перед глазами предстал сам блондин без своего “боевого раскраса” с ден-ден-муши в руках, Ло начала задумываться о том, что Янтарный Свинец, должно быть, достиг ее мозга, и теперь у нее появляются зрительные и слуховые галлюцинации. – А… – только и смогла вымолвить девочка. Блондин, явно заслышав звук, резко застыл, обернувшись на щель в дверном проеме. После чего резко бросил трубку, попытавшись встать. Попытка, правда, успехом не увенчалась. Бедолага запнулся за собственное перьевое боа и кувырком покатился к дверному проему, впечатавшись в стенку напротив собственной каюты, болезненно скривившись, тихонько заскулив. – Я… Могу объяснить… – сипло выдавил он, пытаясь проморгаться и избавиться от искр перед глазами. – Объяснить… – повторила будто в трансе Ло, в шоке кивая. – Правда могу… – все же принял более-менее нормальное положение в пространстве парень, болезненно шикнув, потерев ушибленный затылок. – Угх… Мысли бились в лихорадке по внутренней стороне черепной коробки, оставляя на белесых болезненных пятнах в костях выстрелы от вопросов. Это точно не галлюцинация. Значит, он все это время мог разговаривать… Значит, лгал. Значит, тот, кому он звонил - знает, что он может разговаривать, в отличие от розового психа. Пожалуй, расскажи она ему о таком… – Так, спокойно, – схватили девочку за шиворот, не позволяя убежать. – Давай-ка поговорим для начала, ладно? – воровато огляделся парень, прежде чем юркнуть обратно в комнату, но уже с девочкой, прикрыв за собой дверь, выдохнув с облегчением. – Я закричу! – начала активно брыкаться Ло, уже набирая в грудь побольше воздуха. – Да ради бога. Тебя все равно не услышат, – припечатал блондин, опустив ту на ноги. – Успокойся, я же тебя не убивать собрался… Вот поэтому я и не люблю детей, – вздохнул он. – Откуда мне знать? За такое и убить можно, к тому же, мне и так недолго осталось, – девочка быстро отбежала к столу, приготовившись, если что, оперативно забиваться в дальний угол. – Ты врал! Врал боссу! С чего бы мне верить тебе сейчас? – обвинительно ткнула пальцем в парня Ло, озадаченно хмурясь. – Притворялся больным, а сам говоришь! Да ещё как говоришь - лепечешь не хуже любого дипломата семьи! – Послушай, я не то чтобы прошу мне поверить, – потер переносицу блондин. – Я просто хочу с тобой поговорить, а там сама решай сдавать меня брату или нет. Ты еще ребенок, так что постараюсь объяснить ситуацию вкратце, чтобы ты поняла. Дофламинго - не самый лучший пример взрослого. С этим трудно поспорить, верно? Во-первых, он бандит. Во-вторых - он жестокий и страшный человек. Не верю что ты об этом не задумывалась. – А кто тогда хороший пример взрослого? Может, дозор, который спалил мою родину? О, должно быть, мои мама и папа? Ах, да… Их ведь тоже убили ни за что солдаты из Правительства! – сжались маленькие слабые руки девочки до синеющей белизны костяшек. Слова вылетали абсурдным несвязных логикой полотном. Да с чего он вообще решил, что Дофламинго для нее - пример?! – Я тебе не ребёнок, чтобы на кого-то полагаться! Дофламинго даёт мне еду и кров, он пообещал помочь, и я готова отплатить ему абсолютной верностью! – ложь, но под гнетом страха, паники и лёгкого укола предательства, Ло готова была поклясться в верности хоть Сатане (от которого, по мнению девочки, Дофламинго недалеко ушел), лишь бы обеспечить себе хотя бы какую-нибудь, пусть и мнимую, эгиду. – Тихо, тихо… Он много кому чего обещал, – вздохнул парень. – Я с ним знаком куда дольше тебя. Поверь, у меня есть причины не верить ни единому его слову… Серьезно, не трясись так. Хотел бы я тебе хоть как-то навредить, мы бы сейчас не разговаривали, – справедливо заметил блондин. – К тому же, ты не дала мне договорить. Как я уже сказал, Дофламинго - жестокий бандит, а таких должен наказывать закон. Я не стану перед тобой выгораживать дозор или тем более правительство. Я знаю насколько отвратительны те кто стоит над дозорными… Но этот человек - хуже. В любом случае, я понимаю что ты надеешься на помощь брата. Ты не хочешь умирать Ло и это чертовски видно… Как бы ты ни пыталась доказать обратное. Но он не станет тратить время на то что можно заменить. Его главная стратегия - использовать и выбросить. И не мне тебе об этом рассказывать. Ло смолкла, чуть осев. Она запуталась окончательно. Да, пока Дофламинго даёт ей все необходимое для выживания, подчиняться ему - логично. Но его обещание… Конечно, в него Ло не верила. Это не больше, чем манипуляция доверием: то же самое делали “колдуны” с больными терминальной стадией рака. И все же, оказавшись в ситуации не лучше, она клюнула, пусть и частично. Коразон был прав: она боится смерти, ведь знает, каково это - умирать. – И какая у меня альтернатива? Если говоришь так, значит у тебя есть, что предложить? – Ну… Не то чтобы есть. Я не брат и обещать что смогу тебе помочь не стану, – заключил блондин, неловко потерев шею, задумавшись. – Но я могу пообещать, что сделаю все возможное, чтобы тебе помочь. Сойдет?.. – … Внушает больше доверия, – медленно успокоилась Ло, расслабив напряженные мышцы, ощутив знакомую болезненную крепатуру. Время неумолимо отражалось на ее лице и руках пятнами, что теперь было не скрыть за панамой и длинными рукавами рубашек. Девочка утерла тонкую струйку крови у носа, отведя взгляд. Теперь стресс незамедлительно действовал на организм. Блондин окинул ту взглядом, после чего тяжело вздохнул. – Ладно уж. Иди отдохни у себя… Как я уже говорил, можешь рассказать обо всем брату, если захочешь. Мне до этого дела нет. Я же и правда немой в каком-то смысле, в конце концов, – усмехнулся блондин. – Так что тебе вряд ли поверят, – слабо ткнули ту в лоб. – Но обещание я сдержу. Поэтому кончай хмуриться. Станешь старше - морщины появятся, – выдал парень. – Не стану, – натянула панаму на лоб девочка, болезненно поморщившись. – Не трогай пятна. Они болят и чешутся, – буркнула Ло, юркнув за дверь. На что она вообще надеется? Время почти истекло - шел третий год, а значит, через месяцев шесть-семь Янтарный Свинец закупорит кровеносные сосуды, потом откажут печень и почки, и к тому времени, как заблокируются клапаны в сердце, центральная нервная система уже помашет ручкой на прощание, а кости начнут рассыпаться в труху, превратив ее тело в бесформенный ком плоти. После первого инсульта придется своими руками ввести нифедипин внутривенно, предварительно очистив организм от отходов жизнедеятельности. Как хирург Ло знала, что смерть - это вовсе не романтично. Это страшно и грязно. Блондин проследил за девочкой, тихо вздохнув. И почему его вообще беспокоит ее судьба?.. Но глядя в эти настороженные глазенки, что ждали удара в спину буквально от каждого, он не мог отвернуться. В конце концов, когда-то он и сам был не лучше… Нельзя оставить этого маленького ребенка со смертью один на один. Для нее это слишком короткий срок.

***

– … В общем, поэтому ты плывешь со мной. Я подумал, что одиночное задание будет отличным поводом поискать для тебя врача или способ лечения. И поскольку я был уверен что ты будешь брыкаться, я забрал тебя пока ты спала, – глубокомысленно выдал блондин. – Поэтому хватит пытаться укусить меня за руку. Пожалуйста. – Ты украл единственного врача у семьи. Вдруг за нами будет слежка? Я не хочу умирать вместе с тобой! – Никого я не крал. Я написал Доффи записку, так что угомонись, – шикнул блондин. – Господи, как же тяжело иметь дело с детьми… Помолчи пару минут, – ткнули девочку в лоб. – А! Да чтоб тебя Морской Король сожрал! – схватилась за лоб Ло, однако с изумлением обнаружила, что звук изо рта не вылетает. – Что за… Эй! – попыталась крикнуть громче девочка, но ничего не вышло. – Ну вот, наконец-то тишина… – выдохнул с облегчением парень. Ло нахмурилась ещё больше, пнув похитителя по ноге, после чего демонстративно отвернулась, сев в углу судна. – Ауч! Никакой благодарности. Я вообще-то ради тебя стараюсь. Могла бы и спасибо сказать, мелкая заноза, – фыркнул блондин. “Спасибо.” – жестами вывела девочка, завершив все перевернутым восклицательным знаком в виде среднего пальца, с красноречивым взглядом указав на алеющий тычок на лбу. – А ну нечего мне тут пальцы тыкать, – отвесили той подзатыльник вполсилы. – Понахваталась… “Я УМРУ ТАК ЕЩЕ БЫСТРЕЕ!” – экспрессивно пожестикулировала Ло. – Вот тебе стимул меня лишний раз и не провоцировать, – припечатали ту, показав язык. – Не я же это первый начал. Девочка от такой наглости поперхнулась воздухом. Псих. Натуральный псих, как и его старший! Мало того, что сам похитил ее из теплой уютной кровати в собственной отдельной комнате, так ещё и праведному гневу выйти не даёт, переводя стрелки на её возраст. Вот паразит! Розовый психопат и черный социопат! Мозги все в рост ушли! Ло скрестила руки на груди, наконец закрыв рот. Делать нечего. Она уже в одной лодке с Коразоном - как фигурально, так и буквально. – Ну вот. Можешь же когда хочешь… – снова слабо стукнули ту по лбу. – А то я уже начал опасаться, что твои вопли привлекут Морских Королей… – Я просто в крайней степени возмущена. Если бы мне было на десять лет больше, я тоже возмутилась бы, – заворчала Ло, после чего в несколько неловких движений продвинувшись ближе к черному боа, старательно не глядя в глаза парню. – Ага. Мне свезло что ты все ещё малявка… Чего такое? Боишься? – усмехнулся тот, заметив телодвижения девочки. – Ничего мне не страшно, – совсем уж по-детски прозвучало возмущение хирурга. – Ага, конечно, – хлопнули ту по макушке. – А я - красотка с двумя арбузами вместо груди. – Фу, – скривилась Ло, потянув за край перьевой накидки. – То-то же… – вздохнул блондин, чуть отодвинув ту, флегматично прикрыв девочку перьями. – Не кисни. Мы плывем на остров, который славится своими врачами. Авось они что-нибудь придумают или посоветуют. Эти идиоты в халатах явно поумнее нас с тобой в этом плане будут… Ло тихо вздохнула, поджав колени. Вряд ли, конечно, врачи даже возьмутся за неё, когда узнают о Янтарном Свинце, но энтузиазм и надежда на лучшее в голосе Росинанта подкупала. – … Коразон, а ты… правда предатель? – тихо спросила девочка, не глядя на парня. – Ты из дозора, да? – … Ну, чисто технически я никогда не клялся в верности Доффи, – выдал блондин. – Но, наверное, да… – Тогда… Почему дозорные Так обошлись с моими родителями? – отвела взгляд в сторону Ло, ощущая, как давно забытая, похороненная под потоком взрослых не по возрасту мыслей обида и ненависть пробивается ростками бамбука через грудную клетку. Как она могла позабыть о том ужасе? Почему… эти болезненные воспоминания просто… забылись на долгих два года? Это ведь важно. – … Понимаешь… – Росинант вздохнул. – Дозорным не то чтобы нравится творить такое с островами. Точнее, не всем. Есть… Есть и неплохие люди среди дозора, – блондин замолчал, тяжело вздохнув, аккуратно приобняв ребенка за плечи. – Многие дозорные вынуждены подчиняться тенрьюбито. Это потомки драконов, из которых состоит Мировое Правительство. Скорее всего… В приказе что уничтожил твой остров виноваты именно они. – … Значит, Морской Дозор - просто оружие в руках Мирового Правительства и Тенрьюбито? – стал жёстче голос Ло. – По крайней мере, адмиралы - точно, – кивнул блондин, вздохнув. – Не буду говорить, что они все - хорошие люди. Многие из них очень своеобразные… – парень замолчал. – Но есть и те кто действительно добр. Когда мы разлучились с братом, меня как раз подобрал один из таких. – А как вы с ним разлучились? – полюбопытствовала девочка, наклонив голову набок. – … Я ушел, – отвел взгляд блондин. – Доффи становился старше и с каждым годом - все более жестоким. Я не мог жить с ним рядом, потому что понимал, что каждой клеточкой боюсь этого человека… В какой-то момент это перешло все границы и я решил, что мне будет лучше исчезнуть, – заключил Росинант, глядя на море. – Но он ведь тебя любит до сих пор. – … Нет. – Тогда зачем прикрыл от пули? – нахмурилась Ло. – Он?.. – удивленно глянули на ту. – Ты шутишь? – … Я, наверное, перепутала, – медленно отвела взгляд девочка. В голове набатом прозвучали слова розового психопата за дверью: “только никто не должен знать”. – Хах… Да, это была шутка… такая. – … Ладно. Все что я могу сказать на его счет, так это посоветовать не обманываться. Брат никогда и никого не любил. Ни в детстве, ни сейчас, – вздохнул парень, доставая из-за пазухи сигареты, флегматично закуривая. – Этот человек не способен любить. – Он назначил тебя Корой. Буквально - сердцем, – скептично выгнула бровь Ло. – … Коразон… Коразон! Огонь! – А? А!!! Горю!!! – сбросил в воду несчастный плащ парень. – Твою ж м… Угх… – проглотил ругательство он, вытаскивая промокшее боа из морской воды. – Теперь сушить его… – парень тяжко вздохнул, выдохнув дым от злосчастной сигареты, раскладывая плащ. – В любом случае, как я уже сказал, не обманывайся. Мой брат - харизматичный гаденыш и за ним тянутся люди. Но на этом его с ними взаимодействие заканчивается, – хмуро заключил он, вновь пыхнув сигаретой, зажав ту зубами, сев обратно, рядом с девочкой, окинув взглядом перья. – … Человек, что убил собственного отца - не способен на любовь, – высказался он после недолгого напряженного молчания. Девочка молчаливо вздохнула, понимающе сосредоточив серьезный взгляд на лице Росинанта. Теперь ясно, отчего он так относится к старшему брату. Поступок и впрямь - отвратительный. – Я до сих пор не понимаю как у наших родителей вырос мой брат… – мрачно высказался голубоглазый. – Этот человек… Иногда мне кажется, что он и не человек вовсе. – Человек он. И внутри у него обычная красная кровь, – опустила головку на руку того Ло. А перед глазами встала пара уставших лимонных радужек и белесые кости. – Кто знает… У монстров кровь тоже красная, – заключил Росинант, выдохнув дым, замолкнув, размышляя о чем-то своем. – … А как тебя зовут полностью? Мы с Деткой и Баффало открывали имена друг друга, вот я и вспомнила… – Донкихот Росинант, – высказался блондин после минутной паузы. – Красиво звучит. Очень аристократично… А меня Трафальгар Д. Ваттер Ло. – … У тебя есть инициал “Д”? – удивленно глянул на ту парень. – Надеюсь, ты не говорила об этом никому из семьи. – Только Детке и Баффало… а что? – насторожилась девочка. – … Тогда ладно. Они забудут или не придадут значения. Но лучше не говори об этом никому… Люди с инициалом “Д.” в имени… Ходят слухи, что они способны изменить мир и являются природными врагами тенрьюбито, – заключил Росинант. – Поэтому тебе нельзя допустить чтобы Дофламинго узнал о твоем полном имени. Как только узнает - убьет. – То есть, Дофламинго - тенрьюбито? – оперлась щекой о кулачок Ло, продолжая допрос с пристрастием. – Бывший, – кивнул Росинант. – Мы с братом покинули Мариджоа еще когда были совсем детьми… Ты запомнила, что я сказал на счет твоего имени? Никому не говори о нем. Это небезопасно. – Хорошо, – понятливо закивала желтоглазая. – Значит, я и для тебя опасна? – Нет, конечно. Это просто поверье. Но зная брата - он перестрахуется, – высказался блондин, чуть дернув уголком губ. – Ну ладно, все. С потоком откровений на сегодня мы закончили. Перевари для начала хотя бы то что я уже рассказал тебе, любопытная моська. – … Ладно. Буду сидеть и переваривать, пока не достигнем острова. Но потом ты ответишь на другие мои вопросы. – А у меня есть выбор? – посмеялся такому парень, осторожно похлопав ту по плечу. – Отвечу. Нас с тобой ждет долгое путешествие, так что мы должны узнать о друг друге хоть что-нибудь, – улыбнулся он. Ло тихо угукнула, прикрыв глаза. Она начала слишком быстро уставать и это начинало пугать. – … Тише… Ложись поспи. Тебе нужно экономить силы, – вздохнул Донкихот-младший, наблюдая за девочкой. – Только… не загорайся… пока я сплю… – пробормотала Ло. – Я не настолько неуклюжий, – придержал ту парень, позволяя опереться на себя поудобнее, слабо улыбнувшись. – Отдыхай, мелочь и ни о чем не думай… Девочка тихо выдохнула, быстро осев под спокойные заверения того. Теперь в его голосе не было презрения и раздражения. Возможно, они даже смогут поладить?..

***

Безнадежно. Таков был диагноз очередного доктора, что осмелился пустить “прокаженную” в свой кабинет, после добровольно-принудительной просьбы Росинанта. Прошло три месяца бесплодных путешествий, и за это время Ло все больше ощущала, как ее силы тают, как кусочек масла в жаркий летний день. Ежедневная ломота в мышцах уже стала привычной, а кровавый кашель сопровождал почти при каждом приеме пищи. Пищевод не справлялся, еда не переваривалась. Собственная иммунная система медленно добивала её. – Кха… Чертовы придурки. Есть и другие больницы… Другие варианты. Мы сможем их найти… – приложился к бутылке Росинант, мрачно глядя на морские волны. – Не сможем… – тихо прошептала Ло, больше укутываясь в теплые перья боа. Жёлтые глаза затянула серость, заходя на красные белки, покрывая паутиной всю склеру. – Никто не знает… Они не знают… даже о… не заразности Янтарного… Свинца… Кх-кха… – закашлялась в который раз девочка, хватаясь за горло. На глазах невольно заблестели слезы - непроизвольная реакция слабого тела на боль, пронизывающую каждую клеточку. Они смешивались с кровью из носа и рта, часто капая просто так. Смерть дышала ей в спину, ласково готовя мягкую постель для панихиды. – К-Кора-сан… Больно… Мне так… больно… – судорожно дыша, сжала ткань в районе груди Ло, хватая ртом воздух. Парень стиснул зубы, чуть ли не до скрипа эмали, зажмурившись. Чертовы бесполезные ублюдки из госпиталей… Месяцы плавания не дали ничего, лишь отобрали у несчастной малышки больше времени… Блондин покосился на ребенка, что страдал от боли, чуть сжимая кулаки. Что он вообще может сделать, чтобы хоть немного помочь этой девочке?.. Действительно глупый и бесполезный идиот… Приступ самобичевания прервал звонок улитки, с розовым боа. Блондин поднял трубку, ожидая слов брата. – Как там ваше плавание? – протянул знакомый голос Дофламинго. – Учитывая что вы еще не вернулись, полагаю, результатов у вас немного… Ну да ладно. Мне одна птичка нашептала здесь о кое-каком фрукте, который может подарить бессмертие с помощью одной маленькой операции… Я подумал, что это могло бы заинтересовать тебя, – протянула улитка в знакомой, чуть издевательской манере. Блондин взглянул на вновь потерявшую сознание Ло. Другого им не остаётся. Кто бы мог подумать, что ниточку к спасению этого ребенка даст тот человек, от которого он этого ожидал меньше всего…