Таверна на двоих

Матвей стоял с пустым ведром в руке, а Яна держала грязную тряпку. — Итак, план, — сказала Яна, нарушая молчание. Её голос был ровным, но чуть более высоким, чем обычно. Она говорила так, будто вела совещание по проваленному проекту, пытаясь голосом удержать реальность от окончательного распада. — Первое. Нам нужна вода и источник света. Второе. Нужно оценить наше имущество. Третье. Составить дорожную карту на ближайшие двадцать четыре часа. Матвей моргнул. — Дорожную карту? Яна, мы не в офисе. Мы, кажется, вообще не на своей планете. — Тем более необходима упорядоченность, — отрезала она. —  Начинаем с воды. Осмотри задний двор, если он есть. Я проверю здесь. С этими словами она решительно направилась в самый тёмный угол таверны, где угадывалась дверь, вероятно, ведущая в подсобку. Матвей, всё ещё чувствуя себя персонажем японского шоу, подчинился. Он толкнул тяжёлую заднюю дверь. Она поддалась с протяжным стоном, и в лицо ударил прохладный ночной воздух. За таверной был небольшой, заросший бурьяном дворик, окружённый высоким каменным забором. Посередине, словно древний идол, стоял колодец с прогнившим деревянным воротом. Матвей подошёл ближе. Внутри что-то глухо плескалось. Вода. Это была маленькая, но абсолютно реальная победа. Он нашёл ржавую цепь с привязанным к ней ведром и с грохотом опустил его вниз. Когда он вернулся, Яна уже нашла источник света. В подсобке обнаружилась связка сальных свечей и коробка с длинными спичками. Теперь на барной стойке горели три неровных огонька, отбрасывая на стены пляшущие, гротескные тени. Они делали убожество таверны ещё более явным. — Вода есть, — доложил Матвей, ставя полное ведро на пол. — Во дворе колодец. Не знаю, можно ли её пить. — Кипятить будем. Ищи очаг или что-то вроде печи. Я пока займусь столами. Следующие несколько часов они работали молча, погружённые в странный, почти медитативный труд. Яна, вооружившись тряпкой и ведром с водой, методично оттирала столы и лавки от многолетних наслоений грязи и липких пятен. Она разделила зал на квадраты и двигалась от одного к другому с упорством робота-пылесоса.   Матвей же, найдя в углу пару мётел, занялся полом. Он подметал, поднимая в воздух целые облака пыли, в которых кружились мелкие частицы прошлого. Его взгляд постоянно цеплялся за детали. Вот под лавкой он нашёл потёртую игральную кость с семью точками на одной грани. А вот в щели пола застряла странная монета с изображением кальмара. Он поднимал эти артефакты, рассматривал их при свете свечи, пока не ловил на себе строгий взгляд Яны. — Мы не в музее. У нас дедлайн в виде соляных шахт. Соберись! Он вздыхал и снова принимался за работу. Вскоре основной зал был приведён в состояние, которое Яна охарактеризовала как «минимально пригодное для использования». Они стояли посреди таверны, грязные, уставшие, но с чувством выполненной первой задачи. — Так, первый этап завершён, — сказала Яна, вытирая руки о платье. — Переходим к инвентаризации. Нужно понять, что у нас есть. Подвал и второй этаж. Куда сначала? — Давай верх, — предложил Матвей. — В подвале наверняка крысы и мрак. Хочется сначала найти место, где можно будет спать. Лестница на второй этаж скрипела под каждым шагом, угрожая развалиться. Наверху был короткий коридор и две двери. За первой оказалась небольшая комната, почти пустая. Старая кровать с комковатым матрасом, шаткий стул и сундук у стены. Окно выходило на ту же мощёную улицу. — Похоже, это спальня, — сказал Матвей. — Одна, — уточнила Яна, и в её голосе прозвучала нотка напряжения. Мысль о том, что им придётся делить это тесное пространство, была почти так же неприятна, как и долг в пятьсот золотых. За второй дверью оказалась комната побольше, заваленная всяким хламом. Старые книги, какие-то склянки с засохшими травами, сломанная прялка и несколько холстов, на которых были набросаны углем чьи-то портреты. Видимо, прадед Гедеон был не только трактирщиком. — Похоже на кабинет или мастерскую, — сказал Матвей, с интересом разглядывая склянки. На одной из них корявым почерком было выведено «Слёзы грифона. Не пить! Вызывают икоту и левитацию». — Ищи что-нибудь ценное, — скомандовала Яна, открывая сундук в спальне. Внутри оказалось лишь несколько комплектов поношенной, но чистой одежды из грубой ткани и пара тёплых одеял. Матвей тем временем перебирал книги. Большинство из них были старыми сборниками сказок или дешёвыми романами. Но одна, в толстом кожаном переплёте, без названия, привлекла его внимание. Он открыл её. — Яна, иди сюда. Посмотри. На первой странице тем же почерком, что и на свитке, было написано: «Заметки Трактирщика, или Как не отравить гостя и остаться в плюсе». Это был дневник. Или, скорее, рабочая тетрадь их прадеда. Яна подошла и заглянула Матвею через плечо. Страницы были испещрены рецептами, заметками и зарисовками. «Огненный Эль. Рецепт простой, как полено. Бочка светлого пива, корень имбирной саламандры, три щепотки драконьего перца. Главное — не переборщить с перцем, а то гость до утра будет дышать огнём. Проверено на сборщике налогов. Больше он не приходит». Ниже шла зарисовка корня, похожего на маленькую ящерицу, и перца в стручках. Они листали дальше. «Настойка «Тихий Шёпот». Для дам и шпионов. Успокаивает нервы, развязывает язык. Состав: лепестки луноцвета, капля росы с туманника, мёд сонных пчёл. Подавать охлаждённым. Помогает выведать, кто украл кур у соседа, и кто планирует заговор против герцога». «Закуска «Хруст Гоблина». На самом деле это просто сушёные грибы с солью. Но название продаёт лучше.» Яна и Матвей переглянулись. Это было… что-то. Не просто случайный набор вещей, а настоящее руководство к действию. — Это же… это наш шанс, — прошептал Матвей. — Мы можем попробовать готовить по этим рецептам. Мы можем запустить эту таверну. — Где мы возьмём корень имбирной саламандры? — скептически спросила Яна, хотя и её глаза горели интересом. — На рынке за углом? И что такое луноцвет? — Не знаю. Но это уже не «ничего». Это — информация. Активы, как ты говоришь. Она кивнула, признавая его правоту. — Хорошо. Нужно изучить этот дневник. Но сначала — подвал. Мы должны знать, что там. Спустившись вниз, они вооружились свечами и толкнули тяжёлую дверь, ведущую в подземелье. В нос ударил сырой, затхлый запах. Подвал был небольшим, с каменными стенами. Вдоль стен стояли несколько бочек. Матвей постучал по одной. Она отозвалась глухим звуком. — Тут что-то есть, — он нашёл кран и, подставив под него старую кружку, которую прихватил с собой, повернул его. В кружку полилась густая тёмная жидкость. Пахло она… странно. Хлебом, дрожжами и чем-то кислым. — Похоже, это то самое светлое пиво, — предположил Матвей. — Наверное, испортилось уже. — Не факт, — сказала Яна. — Эль может храниться долго. Отнеси наверх. Продегустируем. Только не ты, — добавила она, видя его энтузиазм. — Я. У меня организм крепче. Если что, ты меня откачаешь. — Очень обнадёживающе. Вернувшись в основной зал, Яна налила немного тёмной жидкости в кружку. Она понюхала. Посмотрела на цвет. — Выглядит как квас. Пахнет как брага. Она сделала крошечный глоток. Зажмурилась. Погоняла жидкость во рту и проглотила. — Ну как? — с тревогой спросил Матвей. — Не отвратительно, — вынесла вердикт Яна. — Кисло. Крепко. Вполне можно пить. Если ты очень хочешь напиться и у тебя нет выбора. — Значит, у нас есть основа для «Огненного Эля». Осталось найти два ингредиента. Они сели за один из оттёртых столов. Свечи догорали. За окном начинало светать, окрашивая небо в серые и розовые тона. Усталость навалилась разом. — Так. План на сегодня, — Яна снова взяла инициативу. — Первое. Нужно разведать обстановку. Понять, где мы находимся. Что это за город. Где рынок. Где можно достать эти… ингредиенты. Ты пойдёшь. — Почему я? — Потому что ты выглядишь более дружелюбно, — серьезно заявила Яна. — Ты можешь заговорить с людьми. Я же своим видом, скорее всего, спровоцирую их на агрессию. Я останусь здесь и изучу дневник. Составлю список того, что нам нужно, и попробую оценить затраты. Также нужно найти способ вскипятить воду и приготовить что-то съедобное. Матвей кивнул. План был логичным. — Деньги, — вспомнил он. — У нас почти ничего нет. — Значит, первая задача — не покупать, а узнавать цены. Искать возможность бартера. Или работы. Нужно заработать хоть какой-то стартовый капитал. Они проговорили до самого рассвета, составляя и обсуждая детали. Впервые за годы знакомства они не просто обменивались фразами, а разговаривали. Их объединила общая беда и одна на двоих цель — выжить. Утром Матвей, нацепив на себя одну из найденных в сундуке рубах, которая оказалась ему велика, и прихватив с собой мешочек с мелочью, вышел за порог. Яна осталась одна. Она нашла в очаге старый котелок, натаскала воды из колодца и, потратив полчаса, всё-таки сумела разжечь огонь. Пока вода закипала, она снова открыла дневник прадеда. На одной из последних страниц она нашла запись, сделанную другим, более небрежным почерком. «Долг Гильдии — 500 золотых. Глава местного отделения, некто Мортимер Крофт. Мерзкий тип, любит красивые вещи и быстрые деньги. Я ему не нравлюсь. Он мне тоже. Говорит, моя таверна портит вид на его новый офис через дорогу. Намекает, что с нетерпением ждёт, когда сможет прибрать её к рукам.». Яна подняла голову и посмотрела на дверь. «Офис через дорогу». Значит, Гильдия где-то рядом. В этот самый момент в дверь громко и настойчиво постучали. Три размеренных, властных удара. Это был не Григор-дровосек. Этот стук принадлежал кому-то, кто привык, что ему открывают немедленно. Яна медленно поднялась. Её сердце забилось быстрее. Она подошла к двери и, помедлив секунду, открыла её. На пороге стоял высокий, худощавый мужчина в дорогом, идеально скроенном камзоле тёмно-вишнёвого цвета. Его волосы были гладко зачёсаны назад, а тонкие губы кривились в вежливой, но холодной улыбке. В руке он держал трость с серебряным набалдашником в виде черепа. Его маленькие глазки цепко осматривали её с ног до головы, затем скользнули внутрь, оценивая убранство таверны. — Доброе утро, — его голос был мягким и вкрадчивым, как шёлк. — Мортимер Крофт, Гильдия Торговцев. Я пришёл поприветствовать новых владельцев «Последнего Глотка». И напомнить, что часики тикают.