Та самая фотка.

− Всем спасибо, все свободны. – На удивление бодрый голос Феликса оповестил всю съемочную группу об окончании смены. И все люди сразу же разбежались тараканами кто куда. Конкретно Женя с Сережей пошли в сторону общей гримерки. Хотя в понимании Шварца шел только Сережа. Он сам плыл по течению бренного мира, освещая собой путь простым смертным душам. − Скажите мне, мой милый граф. – Лисья ухмылка растянулась на божественном лике, пока Гилёв как−то устало перевел измученный, но всё такой же покорный взгляд на своего императора. Хотя в понимании Сережи Женя был скорее…заигравшимся мальчишкой. Ну и пусть пока играется. – Не хотите ли вы составить своему великому и прекрасному императору компанию на этот вечер? Угощу вас вином и позволю любоваться собой. Женя облизнул губы, положив руку на чужое плечо. И Сережа может бы и смутился. Или даже обрадовался бы. Если бы не одно маленькое "но". Он бы и без приглашения пришел к Жене. И завтра пришел бы. И послезавтра. Это их общая, мать его, квартира. Но игру продолжать надо было, иначе мальчик обидится и его хрупкое ЧСВ разрушится как карточный домик. Да и не то чтобы Гилёв сильно рвался перечить Шварцу. Что−то в подчинении привлекало его. Ну и что что мужику под полтинник? Кто−то вообще, извините меня, носы чужие обсасывает. И ничего. − Да, Ваше величество. Для меня честь составить вам компанию. – Сухой тон Сергея только больше раззадорил Женю. Ведь он знал, что на самом деле Гилёв так−то тоже любит эти игры. И от этого напускное равнодушие заводило только больше. − Прекрасно! – Женя тут же хлопнул в ладоши, хитро щурясь. Тогда нам стоит поторопиться! Император ждать не будет. После этих слов Женя ушел, виляя своей императорской задницей. Сережа неспеша последовал за ним. Слова о нетерпеливости Жени звучали вполне убедительно, да только каждое второе его высказывание можно было смело делить на два, ибо правды там как гандонов в женском монастыре. Переодевались они где−то полчаса. Гилёв сменил одежду минут за пять максимум, спасибо его прошлым местам работы, где это требовалось. Всё остальное время он откровенно и не очень культурно залипал на Шварца, который «Не, ну это я или картина Микеланджело? Сереж, ты только посмотри на эти ноги! Зачем мне вообще одежда? Хотя да, такую красоту надо показывать лишь достойным вроде тебя!». За рулем сидел всё ещё не затыкающийся Шварц. Очень уж хотелось ему обсудить их великолепную игру и как же классно Женя двигается, поёт, думает, да и вообще существует в этом жалком мире. Дайте ему кто−нибудь уже роль злодея, пусть там о своем превосходстве разглагольствует! Сережа просто поддакивал, иногда добавляя «Ваше величество». Он просто хотел домой. И дачу в какой−нибудь всеми забытой деревне, чтобы только он и помидорки наслаждались прекрасными летними комарами. − Не, ну Юра мог конечно и чуть эмоциональнее это сказать. Но что уж поделать, такая у него игра. – Женя в три погибели расшнуровывал свои кроссовки, пока Сережа уже шел в душ смыть с себя всю грязь, накопившуюся за смену. Что что, а порядок для Жени был на втором месте после него самого. Спасибо хоть драит всё сам, не доверяя Гилёву тряпку. Тот и не против, у него есть плита, кастрюли, продукты и он рад этому. Разумеется, если ещё на съёмочной площадке было упомянуто то самое любование красотой, то дома чья−то задница точно будет растянута. Осталось только понять чего хочет это «божественное создание» и подготовиться к любому исходу. Сергей вышел из душа достаточно быстро, по пути натягивая на себя домашние серые штаны. Тут же он встал как вкопанный, ошарашенно смотря на кровать. К такому он готов не был. К такому он вообще никогда не готов. Женя сидел на краю кровати, широко расставив ноги. Из одежды на нем была только бордовая шелковая распахнутая рубашка. Одна рука чуть сдавливала шею, вторая же медленно водила по торсу и бёдрам, намеренно игнорируя вставший член. И всё бы ничего, если бы у них в спальне не висело огромное зеркало прямо напротив кровати. В него-то Женя и смотрел, очевидно красуясь собой...для себя... ...У вас когда-нибудь было ощущение что вы встречаетесь с Басковым? – Ох, mon cher comte, вы уже вышли из душа? – Заметив Серёжу, Шварц облизнул губы. Ещё и французский вставил, как будто изучает его лет десять, а не просто загуглил одну фразу. – Что-то вы долго? Неужели готовились созерцать такого великолепного меня? – Oui, mon empereur. – Коротко выдохнул Гилёв, подходя чуть ближе. Шварц всё так же вырисовывал рукой узоры на своём теле, однако глаза его теперь были устремлены только на Серёжу. Этот чарующий взгляд из полуприкрытых век не мог не заставить подчиниться. Но уставший мозг в упор не хотел пасть под чужим контролем. Хотелось...добавить огня. Разозлить, обидеть мальчишку. Попробовать сказать ему что не всё в нем идеально. Как минимум - сам Серёжа.– Мне стоит лицезреть ваше великолепие издалека? Или вы вновь захотите меня использовать как аксессуар к своему возбуждающему образу? Глаза напротив сверкнули недобрым огоньком обиды. Женя даже на секунду перестал трогать себя, ехидно ухмыльнувшись. – Ну что вы, граф? Вы - самый главный элемент в моей картине. Без вашего участия, каюсь, композиция не настолько прекрасна. Одного меня недостаточно здесь. – Женя преувеличенно досадно вздохнул, мило заламывая брови и сморщив нос. – И своим грубым заявлением вы меня, признаться, обидели! Как же такой как я могу выбирать себе в партнёры человека, что ниже моего уровня? – Приношу глубочайшие извинения, мой император. – Гилёв коротко поклонился и встал по стойке смирно, с неким удовольствием глядя в глаза напротив. Приятно когда человек такого мнения о себе делает тебе искренние комплименты. Даже если ты за это потом заплатишь. – Тогда я постараюсь выполнить все ваши приказы и как можно органичнее вписаться в ваш акт самолюбованием. И снова эта скрытая насмешка. Не подумайте, Серёжа не хотел как-то обидеть Женю, нет. Но хотя бы для вида пару раз проявить сопротивление нужно было. – Как вы смеете так открыто насмехаться надо мной? – Чужие губы искривились в отвращении. А говорят от слов нельзя блевать. – Граф Бенкендорф, мне казалось вы всеми силами держитесь за свое место! – Ну так покажите мне... – Сережа нагло перебил Шварца, чуть наклоняясь вперёд, чтобы быть на одном уровне с ним. Голос пробила хрипотца, а член в штанах уже начинал наливаться кровью от такой красивой картины возмущенного мальчишки. – Покажите. Мне. Моё. Место. Мой император. Игра началась. И сейчас Женя либо сдастся, обижено отступая на свою половину кровати или вообще уходя на диван в гостиную, либо- – Сидеть. – Метал в голосе заставил Серёжу невольно дернуться. – Как у цепного пса только смелости хватило гавкать на хозяина? Сидеть я сказал. Гилёв самодовольно ухмыльнулся, мягко опускаясь на колени. В его возрасте конечно такие упражнения немного не в кайф, но что поделать, если хрупкое эго Жени надо восстановить? – Теперь уже хозяин? Мне так называть вас, ваше величество? – Сергей наклонил голову вбок, с довольным прищуром наблюдая как шея и грудь Жени цветут красными пятнами от злости. Всё, больше язвить нельзя. Взорвется и объясняй потом соседям откуда пожар. – Лучше "мой император". Тебе больше идёт роль слуги, чем стереотипного омежки. – Евгений опёрся одной рукой о матрас, второй подзывая своего графа ближе. – Я хоть и милостивый император, но самодурства не потерплю! Ко мне, граф. Будешь вину свою заглаживать. Сережа послушно подполз ближе, усаживаясь между ног Шварца. Он мягко положил ладони на чужие бедра и тут же тихо зашипел от боли, когда по ним звонко ударили. – Не касаться! Любые действия через приказ или разрешение. Трогать себя я пока не разрешал. – Женя надменно вздернул подбородок. – Как прикажете ваше величество. – Сережа покорно отстранился, не сводя глаз с лица Шварца. Тот лишь сглотнул, ухмыляясь. – Отлично. Медленно возвращаешь себе звание хорошего мальчика. А теперь возьми мой член в рот. Без рук. – Шварц рукой зарылся в короткие пряди, чуть надавив на затылок. Гилёв тут же приблизился к Жене, медленно проводя языком по всей длине. – Мгх. Я кажется приказал отсосать мне. Пальцы на затылке сжались в кулак, принося дискомфорт. – Прошу прощения, мой император... – Жаркий шепот опалил нежную кожу. Серёжа тут же обхватил губами головку, позволяя Шварцу, себя контролировать. – Меньше...слов. – Женя начал двигать рукой, откровенно залипая на то, как сексуально Сергей сжимает губы на его члене и втягивает щеки. Как глаза его смотрят прямо в душу, как бы извиняясь. – Ах, ты такой красивый. Аж сфоткать захотелось. Шварц тут же потянулся за телефоном что лежал неподалеку. Как раз для таких случаев. Для них подобные фотосессии не были чем-то странным или из ряда вон выходящим. Скорее обыденность. На телефоне каждого было минимум пятьдесят фото где они очень уж красиво по мнению Жени трахаются. И страха за слив никто не испытывал. Случайно бы не получилось, ибо фото хранятся в скрытых папках, а умышленно не хотелось. Они бы и сами подставились, выстави кто-нибудь такое фото. Так что Серёжа просто продолжал размеренно сосать, теперь уже глядя в камеру. Женя сделал пару фото со своего ракурса, где видно было только его бедра, и собственно самого Гилёва, по-шлюшьи глядевшего в камеру. После он перевел камеру на зеркало, подбирая ракурс и закусывая нижнюю губу. – У тебя... шикарная спина. – Шварц отбросил телефон в сторону, начиная ускорять темп Серёжи. С губ его то и дело срывались тихие стоны. Спустя пару движения Женя сам толкнулся, заставив Серёжу взять чуть ли не полностью, и кончил с высоким стоном. Гилёв медленно отстранился, сглатывая и собирая языком остатки семени. – Молодец. Хороший мальчик. – Шварц мягко убрал мокрые от пота прядки волос со лба Серёжи. Оргазм его слегка остудил. Он чуть потупил взгляд в зеркало, явно над чем-то задумавшись. После тихо хмыкнул и про себя кивнул. – А теперь давай-ка я тебе объясню почему ты не имеешь права оскорблять мой вкус и себя. Встать. Снова этот стальной тон, не терпящий возражений. Знал бы Женя как от него ведёт Гилёва... Серёжа покорно встал, стараясь не касаться Жени. Ему после таких игр нужен будет Алмаг и разогревающая мазь... – Отлично, а теперь сними с себя...это. – И снова эта царская жопа морщит нос, пальчиком брезгливо указывая на обычные серые треники, которые профессионально скрывали Сережин стояк. Принцесска блин. – Как прикажете, ваше величество. – Гилёв снял с себя штаны, сложил и отложил на полку шкафа. В отличие от Жени, который готов был всю свою природную красоту хоть на весь мир по камерам транслировать, Серёже нужны были хотя бы трусы, чтобы чувствовать себя увереннее. Щеголять по дому в чем мать родила он не хотел. Некомфортно, неудобно, и даже чуть-чуть стыдно. Ламинат холодом обжигал босые ступни. От изучающего взгляда со стороны щеки слегка покраснели. Нет, они и раньше занимались сексом и видели друг друга в абсолютно разных позах и ракурсах. Но вот так просто стоять нагишом Гилёв был мягко говоря не готов. – Какой послушный мальчик. – Шварц мягкой карамелью тянул гласные, хитро ухмыляясь. – А теперь сядь ко мне на колени. Как сегодня утром. – .....Что!? – Если бы они жили в дешёвой азиатской комедии, то от Гилёва бы уже пошёл пар. Даже утром, будучи одетым и сонным, Сережа смущался как школьница и старался не двигаться. Сейчас же они вряд-ли будут просто сидеть и рассказывать друг другу все новости и сплетни. – В смысле? – Я погляжу тебе не нравится когда тебя просят. Зубки показываешь. – Женя только шире улыбнулся, чуть отворачивая голову в сторону. – Сядь. Ко мне. На колени. Лицом к зеркалу. Что сложного? –....Ничего.. – Ну если не учитывать тот факт что ножки до пола не достают. И что на себя смотреть Серёжа категорически не хотел. Зеркало вообще для Жени установили. Пусть сам смотрит. Гилёв всё же залез на колени к Шварцу, в упор не желая смотреть на себя. – Молодец. – Снова руки сковали живот. Снова этот жаркий шёпот в самое ухо и чужой подбородок на плече. – Чего же ты не смотришь? Только глянь на это тело... Аристократичные пальцы медленно поползли вверх, очерчивая грудь и ключицы. Сережа честно не хотел смотреть. Ему и касаний по всему телу было достаточно. – Ваше величество... – Сбивчивый шепот едва не срывался на скулеж. – Мы можем...поменять позу? – Только когда ты увидишь эту красоту. – Женя развел ноги шире, заставляя парня буквально лечь на него. – Смотри же. Смотри кем я восхищаюсь и кого хочу восхищать. Кому отдаю всего себя и кого беру без остатка. Ты такой же прекрасный как и я, почему ты не видишь этого? Ладони ожогами прошлись по всему торсу и бёдрам, едва ли задевая кожу. Серёжа выгнулся, тихо, мыча куда-то в шею Шварцу. – Я кажется попросил... – В мякгом шепоте крылась бесконечная власть Жени над Серёжей. Сейчас он мог сделать что угодно и Сережа вряд-ли бы отказал. Знает ведь что больно не будет. – Смотри в зеркало. Не отводи взгляд. Не отворачивая голову. Любуйся собой, граф. Зубы игриво сомкнулись на плече Гилёва, чем вызвали тихий вздох. Сергей, скорее на автомате, чем осмысленно, поднял голову, туманным взглядом скользя по своему отражению. Его фигура не была чем-то запредельно красивым или наоборот ужасным. Просто....просто Сережа. Просто мужчина, что сейчас едва ли не хнычет от касаний. Но для Шварца он почему-то искусство. В отражении на него смотрел такой же мужчина, полный желания и смущения одновременно. Хотелось кончить, но не хотелось чтобы тот Гилёв из зеркала это увидел. А Женя лишь смотрел за таким потерянным графом, продолжая пальцами водить по его телу, иногда чуть сжимая плоть. – Видишь какие у тебя шикарные плечи? А какая линия груди, ммм... – Женя пальцами нашел вставшие соски Сережи, сжав их. Ответом на это послужил очередной вздох. – Посмотри на этот живот, на эти бедра....на твои великолепные ноги. Только глянь как кожа краснеет, если поцарапать.... – Же...ваше вели...Мгх... – Мысли смешались в одну кучу. Диссонанс в Сережиной голове всё никак не мог уйти. Он не видел себя. Не видел ни кожи, ни мышц, и себя самого. Он видел только эти музыкальные пальцы, что плавали в пространстве так правильно, что не хотелось прерывать этот момент. Хотелось прервать только себя. – Чшш... – Шварц оставил короткий поцелуй на загривке, сразу же прижимая Гилёва ближе к себе. – Смотри. Молча. Он оставил ещё пару поцелуев на плечах, одной кистью мягко обхватывая член, второй осторожно разъединяя и так приоткрытые губы Серёжи. Последний тут же впустил пальцы себе в рот, судорожно смачивая и чуть прикусывая их. Рука на члене задала медленный темп, с каждым движением ускоряясь. Сережа словно загипнотизированный смотрел как в отражении рука самого дьявола надрачивает ему, пока он абсолютно грязно вылизывает чужие пальцы. – Видишь какой ты красивый, когда хочешь кончить? Видишь как волшебно капельки пота скатываются по твоему телу? – Женя протолкнул пальцы глубже в податливый рот. – Я хочу чтобы ты увидел себя моими глазами. Посмотрел на себя как на что-то священное. Увидел что мы вместе словно ожившая картина. Красивы, элегантны, божественны. – Жень...я... – Серёжа выгнулся в немом стоне, руками бездумно цепляясь за единственную опору - Шварца. Сперма крупными каплями скатывалась по стволу, попадая на бедра, живот и Женины руки. Гилёв часто-часто задышал, находясь на грани сознания. – Умница. – Шварц поднес перепачканную руку к своему лицу, совсем уж пошло и нагло слизывая семя. – Надеюсь больше у тебя сомнений по поводу моего шикарного выбора партнёра нет. – Да никогда...не было. – Кое-как отдышавшись, Гилёв на дрожащих ногах сполз на пол, еле доходя до шкафа чтобы взять пижамные шорты. На помыться сил уже нет, но и голым спать как-то не очень. Шварц же выпорхнул в душевую. Негоже ведь ангельскому лику в земном поту да пыли спать. Одевшись, Гилёв дошагал до кровати, тут же падая на подушку. Ему сейчас вот вообще ничего кроме сна не нужно. Через полчаса выйдет из душа Женя. И увидит как Серёжа сладко посасывает на боку. Умилится, пойдет закроет шторы и выключит свет. Только после этого ляжет рядом. И никто не узнает что этот самовлюблённый мудак осыпал мягкими поцелуями лицо Серёжи. И никто не увидит как Серёжа улыбался во сне.