Право победителя

Том зашел в указанную хозяином комнату, закрывая за собой дверь. Он все еще не понимал вообще ничего из происходящего, но приказ «принять душ» был очень даже понятным, так что он поспешил его выполнить. Хозяин вел себя, мягко говоря, странно... Не сильно концентрируясь на этих размышлениях, Том снял с себя лохмотья и огляделся. Ванная комната была абсолютно обычной. Аккуратная белая плитка с красивым узором, большая раковина с тумбой из дуба, унитаз и душевая кабина с гранитным поддоном и раздвижными дверьми. Ну, как обычной... Последний раз Тому приходилось видеть хотя бы подобие душа еще в Министерстве, где вдоль стены просто крепилось множество кранов. Скорее всего, обычно заключенных запускали туда всех вместе, но, так как он был далеко не простым заключенным, его заводили туда, когда там было абсолютно пусто. Ну, конечно, если не считать как минимум двоих, а то и четверых, постоянно конвоирующих его авроров. В Азкабане же, когда конденсата натекало достаточно, чтобы умыться, — уже было хорошо. Хотя Стивенсон время от времени и приносил ведро воды, бывало даже теплой, но, понятное дело, стоила она так дорого, что удовольствия приносила мало. Том помотал головой, снова отгоняя непрошеные мысли. Сейчас он здесь, а не там, и хозяин дал ему приказ, нужно было его выполнить. Он не представлял, как получилось, что его пронесло после выходки в гостиной, но не стоило ожидать, что так будет всегда. Сейчас, наоборот, нужно было максимально собраться и постараться угодить хозяину, пусть он и не совсем понимает, чего тот хочет. Ничего, он разберется, не впервой. Том залез в душ, включая воду, и как только первые капли теплой воды попали на его кожу, он буквально застонал. Пусть за последние два года он и привык к этому слою грязи и запаху, но ничуть не забыл, как прекрасно ощущалось быть всегда чистым и чувствовать омывающие капли воды на коже. Как же это было восхитительно! Но внезапно Том осознал другое. Он ведь был совсем грязным, и вряд ли хозяин этого не заметил. Но он все равно положил его на кровать?! На застеленную чистым бельем кровать! В этом Том был уверен, ведь успел ощутить от нее приятный запах порошка. Сам факт, что хозяин положил его на кровать не с целью получить удовольствие, граничил с безумием, а теперь так вообще. Том снова понял, что абсолютно ничего не понимает. Его мысли поскакали дальше к тому, что рассказал ему парень. Оказывается, дышать было так трудно не из-за страха, а потому что развилась пневмония. Неудивительно, конечно, учитывая условия Азкабана и то, что Грэйвен несколько раз забавлялся и пытками с водой. Но хозяин действительно планировал его вылечить? Вот в это верилось с большим трудом. На прощание Стивенсон с радостью сказал, что Том отправляется к своему заклятому врагу, чтобы он мог отомстить за то, что мужчина сделал во время войны. Так что не так уж и странно, что Том потерял сознание, едва поздоровавшись, последнее время это случалось довольно часто, когда он сильно нервничал. Но каким образом лечение может быть местью? Это выглядело прямо противоположным! И тут Тома осенило. Его месть состояла в том, чтобы вылечить его достаточно, а потом вернуть обратно в Азкабан, где охранники смогут развлечься, снова ломая его и снова доводя до того же состояния, в котором он есть сейчас. Ведь действительно, если бы они продолжили в том же духе без лечения, то он бы умер в течение года. А так можно будет спокойно продолжать, не опасаясь последствий. К тому же, как бы его ни пытали, разум Тома практически не пострадал. Да, ему казалось, что он мыслил не насколько хорошо, как раньше, тем не менее он все еще мог пользоваться своей гениальностью, чтобы справляться с охранниками. Но сейчас он четко осознал, если вернется в Азкабан полностью здоровым и его начнут ломать заново, вряд ли он сможет это сохранить. Почему-то сил на страх больше не хватало, поэтому Том просто горько, но тихо заплакал. И тонкие струйки слез стекали вместе с водой грязными каплями на темный гранит. Он думал, что уже привык к боли, что сможет вытерпеть, выдержать, сколько будет нужно. Но почему-то мысль о том, чтобы вернуться назад полностью исцеленным, снова пройти весь этот путь, буквально ломала его изнутри. Хотя это был хороший вопрос: осталось ли в нем еще что-то, что могло сломаться. Теперь он понимал, это действительно была идеальная месть. Но горевать возможности не было, вода уже текла, и хозяин явно не оценит ее излишние траты. Все равно, что бы Том ни сделал, как бы себя ни повел, отговорить хозяина от его плана не выйдет, а непослушанием он только сделает весь этот процесс более болезненным для себя. Была причина, почему он по возможности старался избегать колдомедиков. Из-за знания человеческого тела и того, как на него можно повлиять, они иногда были гораздо более опасны, чем любой адепт Темной магии. Но, несмотря на ужаснейшую ситуацию, Том получал искреннее удовольствие от мытья. Даже боль в ранах на спине и ступнях, когда туда попадало мыло, не омрачала это действо. В душе даже нашлась губка, и на свой страх и риск Том взял ее, натирая кожу практически до крови в попытках избавиться от грязи, запаха и особенно от воспоминаний о том, как его касались охранники. Вышел Том в гораздо лучшем настроении, чем он был за последние два года, и все же принял непростое решение: по максимуму насладиться этой неделей перед тем, как снова вернуться в ад. Да, проще сказать, чем сделать, но если ему суждено прожить нормально только одну неделю, то он проживет ее так, чтобы не оглядываться потом с сожалением назад. А для этого главной задачей было ничем не разозлить хозяина. У того, похоже, не было такой жажды к пыткам и насилию, как у охранников, а все приказы он озвучивал ясно и четко. Похоже, Тому действительно наконец-то улыбнулась удача. Пусть и завернутая в еще большее количество страданий. Но, возможно, как минимум эту неделю он сможет прожить действительно хорошо и спокойно. Конечно, было еще слишком рано делать выводы, но надежда уже разгорелась таким пламенем, что у Тома не было сил ее тушить. К тому же, он не очень-то и хотел. Поводов для надежды последнее время было слишком мало, так что он был готов наслаждаться ей, даже четко зная, что потом ее втопчут в грязь. Довольствоваться малым, не так ли? Слегка обсохнув, Том начал искать глазами полотенце. И довольно быстро наткнулся на него, висящего на крючке. Вот только… Мерлинова борода, оно было белым! А даже вода в душе, после того как перестала течь грязевыми ручьями, была заметно розового цвета из-за ран на спине. Так что вытереться нормально был точно не вариант. Стянув полотенце, Том очень аккуратно промокнул волосы и места, в которых он был уверен, что не было ран. Вытерев после себя лужу на полу, он остался доволен, полотенце сохранилось таким же белоснежно-белым, каким было и до. Подождав немного, чтобы больше обсохнуть, он решился дернуть дверь. Она оказалась незапертой. Что же, видимо, ему было разрешено войти в комнату. Пусть Том так и подумал, на сердце у него было неспокойно, так что он очень быстро пересек комнату, планируя опуститься на колени возле кровати. Но замер, не дойдя всего пары шагов. На кровати лежала одежда! Штаны, рубашка и даже трусы! Он не мог вспомнить, когда в последний раз надевал что-либо, кроме невероятно длинной тюремной робы. Но, может, это не для него? Технически это, конечно, было возможно. Даже гораздо более логично, чем предположить, что она действительно была для него. Но учитывая, что хозяин уже был одет и, если бы хотел переодеться, вряд ли выкладывал бы так одежду, уходя непонятно куда, а никого больше Том не видел, наверное, это все же было для него. Уже за это и за душ Том был готов расцеловать ему руки и предложить все что угодно абсолютно добровольно. Торопливо он натянул трусы и штаны, с сожалением глядя на рубашку. Как бы ему ни хотелось закрыться полностью, раны на спине кровоточили больше всего, и он не рискнул запачкать одежду кровью. Да, возможно, хозяин накажет его за то, что он не оделся до конца, но это наказание явно будет менее серьезным, чем за пятна крови на рубашке. Именно об этом думал Том, стоя перед кроватью, когда сзади послышался тихий стук в дверь, после чего она открылась. Мужчина уже начал поворачиваться, чтобы опуститься на колени и поприветствовать хозяина, когда услышал полузадушенный вздох: — О, Мерлин! *** Сигнальные чары сработали всего через пятнадцать минут, но Гарри уже успел приготовить легкий бульон. Все же магия творит чудеса. А идея расспросить Молли о бытовых чарах была невероятно удачной. Парень сделал это, чтобы отвлечь ее от мыслей о смерти Фреда, но в итоге получил невероятно полезные уроки. Перелив еду в миску, он поставил ее на небольшой поднос вместе с несколькими кусочками хлеба и кувшином воды. Судя по всему, Том регулярно недоедал, так что сейчас нужно было что-то очень легкое. А вот в воде ему, похоже, все же не отказывали, что на самом деле было очень хорошо. Последствия от нехватки воды всегда были куда серьезнее. Поднос он поднял руками, все же для магии нужно было слишком сильно концентрироваться. И не пожалел об этом. Подойдя к выделенной Тому комнате, он легонько постучал и открыл дверь. И только благодаря тому, что он держал поднос в руках, а не левитировал магией, тот не упал, расплескивая все содержимое. — О, Мерлин! — только и смог выговорить Гарри. Спина Тома выглядела просто… кошмарно. Для этого было невозможно подобрать слов. Вся спина, начиная от шеи и до самой поясницы, была испещрена перекрестными ранами от хлыста. Но это было еще не худшей частью. Крупная часть проходила по слегка зажившим рубцам, а даже там, где сейчас не было ран, кожа была покрыта старыми следами и шрамами. На его спине буквально не было живого места. Едва Гарри зашел в комнату, Том тут же вздрогнул и повернулся, опускаясь на колени. Как бы парню ни хотелось запретить ему это делать, он понимал, что изменения нужно вводить постепенно. — Это просто ужасно, — сказал Гарри, ставя поднос на стол, а когда повернулся, Том уже снова был в распростертом положении, открывая этим еще больший обзор на свои раны. — Простите, Хозяин, мне очень жаль, — испуганно проговорил Том. «Мерлин и Моргана, дайте мне сил», — мысленно взмолился Гарри. — Все в порядке, Том, ты не виноват, — сказал он, и мужчина почему-то странно дернулся. Но Гарри решил, что если он будет обращать внимание на каждый жест мужчины, то это точно не приведет ни к чему хорошему. По крайней мере, пока что некоторые моменты лучше всего просто игнорировать. — Том, поднимись и сядь на кровать спиной ко мне, — приказал Гарри, и мужчина тут же повиновался. Он снова как-то странно отреагировал, но Гарри решил отбросить эти мысли. Вид спины вблизи был еще хуже, чем издали, и Гарри невольно подумал, что не пройди он курс на колдомедика, его бы явно стошнило от этого вида. А он ведь прошел через войну! Но так он только достал палочку, поочередно накладывая заклинания, которым их учили в академии. После чего парень призвал аптечку, доставая оттуда мазь. — Я сейчас нанесу мазь, не пугайся, она может быть немного холодной, — предупредил он, зачерпывая горсть. Том ничего не ответил, так что Гарри оставалось только надеяться, что он все услышал и осознал. Но, учитывая, что Том лишь слегка дернулся, когда рука Гарри прикоснулась к его израненной спине, видимо, как минимум частично слова он осознавал. Некоторые из ран воспалились, так что над ними пришлось еще дополнительно поколдовать и промыть несколькими зельями. — Возможно, это не лучшее время, чтобы сказать, но, боюсь, от некоторых останутся шрамы. У меня есть мазь от шрамов, но ее действие все равно ограничено, — с сожалением сказал Гарри. Действительно было очень жаль. Нужно было поискать, возможно, были какие-то другие методы, с помощью которых можно было убрать более старые следы. — Это неважно, Хозяин, спасибо за беспокойство, — неожиданно сказал Том. — О, ты разговариваешь! — обрадовался Гарри. — Я уже начал думать, что только выдаешь заученные реплики. Это очень хорошо, — добавил он, побоявшись, что мужчина воспримет это как-то неправильно. — Простите, Хозяин, — снова заученно ответил он, и Гарри в очередной раз с трудом подавил вздох. Закончив наносить мазь, он магией намотал тонкий бинт, закрепляя его еще одним заклинанием и накладывая защиту от влаги. Он еще ни разу не был настолько благодарен Гермионе за совет по выбору профессии. До сих пор казалось странным, что все остальные предлагали ему идти на аврора. Да, у него было много качеств хорошего аврора, но больше всего в жизни он любил именно помогать людям. Где же еще это делать, как не в медицине? — Так, это готово, можешь надевать рубашку. Есть ли еще раны, что нужно срочно обработать? — спросил он, после чего спохватился и продолжил: — Под срочными я имею в виду открытые или очень болезненные. Отвечай честно. — Учитывая, как Том относился к ранам на спине, скорее всего, даже их он не считал срочными и серьезными, что тогда говорить о других. У Тома, похоже, перехватило дыхание, по крайней мере, ответить с первого раза у него не вышло, но Гарри терпеливо ждал, пока тот соберется с духом. — У меня… У меня есть раны на ступнях, Хозяин, — все же смог выговорить он и сразу же сжался, как будто готовясь к удару. Гарри снова мысленно вздохнул. Он и до этого понимал, что будет сложно, но не представлял насколько. — Хорошо, покажи мне. Незамедлительно Том развернулся боком, пододвигая ноги к краю кровати. К счастью, стопы были далеко не в таком плохом состоянии, как спина. Ран там было гораздо меньше, инфицированных не было, и они сами по себе были тоньше и меньше. Шрамы тоже присутствовали, но по сравнению со спиной — это было ничто. Хотя Гарри предполагал, что болели они, наверное, даже больше. Ведь Тому приходилось ходить. Быстро обработав, он наложил несколько заклинаний, что должны были уменьшить чувствительность, хотя, понятное дело, чтобы полностью избавиться от боли, придется пить зелье. — Готово, — сказал Гарри, закончив. — Есть еще? — Нет, Хозяин, большое вам спасибо! — тут же ответил Том. — У тебя больше нет никаких отрытых ран или ничего, что бы сильно болело, верно? — решил переспросить Гарри. — Да, Хозяин. — Ладно, — почему-то Гарри казалось, что Том недоговаривал, но давить сейчас было бессмысленно. — Я оставлю мазь здесь, но сам не снимай бинты. Они влагостойкие, с ними можно мыться. Если будет болеть, чесаться или что-либо еще, сразу же говори мне, хорошо? — Да, Хозяин, — снова, казалось, абсолютно бездумно ответил Том. — Держи, можешь надеть, — сказал Гарри, подавая мужчине рубашку. — Спасибо, Хозяин, — ответил мужчина, принимая одежду. Честно говоря, Гарри уже начинала напрягать эта ситуация. Что бы он ни делал, что бы ни говорил, в ответ получал только заученную реплику. И даже те пару раз, когда проскользнуло что-то похожее на прямую речь, нельзя было гарантировать, что это она и была. Складывалось впечатление, что он говорит в лучшем случае с роботом, в худшем — со стенкой. Но он попытался максимально подавить свое раздражение. В этой ситуации оно бы явно не привело ни к чему хорошему. Пусть Том уже надел рубашку, но ее рукава были далеко не такими длинными как у тюремной робы, так что Гарри наконец-то смог рассмотреть подавляющие магию браслеты, о которых говорили невыразимцы и Кингсли. На самом деле, не знай он, что это, в жизни бы не догадался. Они выглядели как обыкновенные плотно облегающие браслеты, он не раз встречал такие у маглов. И единственным, что наталкивало на мысли о необычности, было то, что они, похоже, не двигались ни на дюйм и выглядели абсолютно симметрично. А так они не светились, не сковывали и вообще не казались ничем особенными. Гарри снова поразился возможностям артефактов в мире магии. — Сядешь за стол или будешь есть в кровати? — спросил Гарри, не сильно рассчитывая на ответ. В конечном итоге, ему, похоже, самому придется принимать все такие решения. Но неожиданно Том ответил: — Простите, Хозяин? — И в этот раз в его словах слышался явный вопрос. Гарри обрадовался. Это было уже гораздо лучше, чем все до этого. — Я принес тебе суп, ты сядешь поесть его за стол или останешься на кровати? — терпеливо объяснил он. Почему-то этот вопрос вызвал у Тома явный страх. Его взгляд заметался, и он, похоже, совершенно не знал, что ответить. В этот раз, видимо, просто ждать не поможет. Но что можно было сказать в этом случае? Он явно боялся, боялся чего? Скорее всего, выбрать неправильно. Боится почему? Из-за боли, пыток… наказания! Вот оно! — Не бойся, скажи то, что думаешь, я не буду тебя наказывать, — сказал Гарри, с замиранием сердца ожидая реакции Тома. Был шанс, что его догадка была на противоположной стороне от правильности. Но, кажется, все сработало. Тем не менее даже с этим заверением Тому понадобилось несколько попыток, чтобы все же выдать ответ: — Спа… Спасибо, Хозяин, но… но я ведь могу поесть на полу? — Похоже, это должно было быть утверждением, но в итоге фраза приобрела оттенок вопроса. Сначала Гарри хотел возмутиться. Он не должен был есть на полу. Никто не должен был есть на полу, разве что сам захочет этого! И то, он бы, наверное, был против, учитывая состояние здоровья мужчины. Он уже собирался настоять на том, чтобы Том выбрал один из предложенных вариантов, но в последний момент передумал. Тот с трудом нашел силы, чтобы возразить ему, если он откажет, не создаст ли это неправильное впечатление? К тому же из вариантов — чтобы он поел и не сидел на полу — гораздо важнее был именно первый. Гарри все же не смог сдержать вздох, тем не менее сказал: — Как тебе будет удобно, — после чего взял поднос, опуская его на пол возле кровати. — Я пока переберу лекарства, — добавил он, отходя к призванной аптечке. — Приятного аппетита. По началу он думал, что просто выйдет из комнаты, но видя, как развиваются события, решил, что нужно остаться и за всем проследить. Никто не знает, что мужчина может сделать в таком состоянии. Аккуратно спустившись с кровати, Том опустился на колени перед подносом, протягивая дрожащую левую руку к тарелке. Но, несмотря на переживания Гарри, тот очень быстро и аккуратно ел. Видимо, его кормили не настолько редко, как показалось поначалу парню. Поскольку с этим не возникло новых проблем (слава Мерлину!), Гарри действительно сосредоточился на переборе склянок с зельями и записей, какие с какими можно мешать и какими они должны идти дозами. Несмотря на дрожащие конечности, Том съел все невероятно быстро. Настолько быстро, что Гарри успел сделать только половину работы. Но поскольку тот продолжил абсолютно неподвижно сидеть на коленях, Гарри решил, что он сможет немного подождать, и довел дело до конца. Но, как только он повернулся, Том опять вытянулся, касаясь головой пола: — Большое спасибо за еду и лечение, Хозяин! Как я могу вас отблагодарить? — проговорил он очередную заученную фразу. Отличать их становилось все проще и проще. Если при настоящих словах он зажимался, пугался и у него едва ли выходило выговорить их с третьего раза, то заученные пассажи получались абсолютно легко и без тени волнения. Так, как будто мужчина был уверен, что делает все абсолютно правильно. — Можешь отблагодарить меня тем, что вернешься в кровать и выпьешь все зелья, что я сейчас тебе дам, — снова пришла гениальная идея Гарри. Действительно, по началу было бы неплохо подвязать все к той системе ценностей, что есть у мужчины сейчас. И только потом постепенно показать, что еда — это ни в коем случае не то, за что нужно так благодарить. — Да, Хозяин, — даже если Том и удивился этому запросу, это было не понять за очередной заученной фразой. Мужчина поднялся и сел на самый краешек кровати. Так не пойдет. — Нет, ложись полноценно в кровать под одеяло. Твоему организму нужно восстановиться, так что ближайшие дни большую часть времени ты будешь проводить в постели. К тому же из-за зелий ты, скорее всего, почувствуешь сонливость, так что можешь спокойно ложиться спать, — объяснил он, и Том никак не отреагировал, но послушался, залезая под одеяло. По очереди Гарри начал откупоривать и подавать зелья, которые Том безропотно выпивал. В итоге парень оказался прав. Последнее зелье Том выпил, уже с трудом открывая глаза, и, как только вернул пузырек, его голова непроизвольно опустилась на подушку, и веки полностью закрылись. Убрав лекарства, Гарри еще несколько минут понаблюдал за Томом, но тот спал абсолютно спокойно. Одним из зелий было обезболивающее, так что как минимум на двенадцать часов покой ему был обеспечен. А дальше будет видно. Ему срочно нужно было поговорить с друзьями. И особенно с Гермионой. Ведь если он отложит этот разговор хотя бы на день, то, когда увидит ее в следующий раз, точно взорвется. Он и сейчас не был уверен, что сможет обойтись без обвинений, но постарается приложить все усилия. Да, сначала нужно было выслушать, что она скажет. Гарри вышел из комнаты, тихо закрывая за собой дверь и запечатывая заклинанием и сигнальными чарами. Вроде бы мышление у Тома не было нарушено, тем не менее рисковать не стоило. Люди в таком состоянии могут прийти к очень и очень идиотским идеям.