Право победителя

Воспоминание продолжилось с ровно того же момента, на котором остановилось. Длинный темный коридор без каких-либо опознавательных знаков и рыжеволосый мужчина, медленно истекающий кровью на полу. Видение перемелькнулось, но, к удивлению, тоже было о жертве. Плечистая фигура мужчины с волнистыми каштановыми волосами корчилась на полу под очередным Круцио. Честно говоря, уже даже Тому надоело это заклинание. То есть, да, оно было самым удобным и эффективным, но пыточных ведь просто невероятное множество! Есть те, что заставляют кровь вскипеть, причиняя этим невероятную боль, есть те, что насылают самые кошмарные видения, буквально сводя жертву с ума, есть те, что вызывают судороги или нестерпимый зуд по всему телу, который не проходит, что бы ни делать. Если его альтер-эго все равно планировало убить человека после, зачем было жалеть его здоровье? Сам Том знал тысячи заклинаний, дальше эта цифра явно перевалила за десяток тысяч! Как при этом всем можно было обзавестись любимым заклинанием, еще и настолько банальным? Это попросту выглядело… жалко. Мужчина в воспоминании поднял голову, и Том ощутил, как что-то внутри охватил животный страх. Не его. Гарри. Но парень ведь пересмотрел уже столько пыток, почему он боялся? И буквально следующее воспоминание ответило на это: — Волдеморт схватил Сириуса, — Гарри сказал это с таким ужасом, как будто этот Сириус был кем-то невероятно важным. — Я вот о чем… Волдеморт знает тебя, Гарри! — резко заговорила Гермиона спустя несколько реплик. — Он забрал Джинни в Тайную комнату, чтобы заманить тебя туда, — такие уловки в его духе, потому что он знает: ты обязательно придешь на помощь. И с Сириусом то же самое — вдруг он просто пытается заманить в Отдел тайн тебя? Том на секунду замер, а его глаза шокировано раскрылись. Что Гарри ему рассказывал? На пятом курсе, Отдел Тайн, заманили и убили крестного. Это… Неужели это оно? Неужели Гарри только что смотрел на пытки своего крестного и, как он сказал, «единственного родного человека»? Том тяжело сглотнул. Это было плохо. Очень плохо… Неужели Гермиона действительно права? Неужели это все было западней? Мордред, если это было так, тогда не странно, что парень не верил вообще ничему из того, что показывал Том! Не странно, что не верил ни в доверие, ни в благодарность! Драккл, Том своими же руками вырыл себе яму. Как… Как Гарри вообще мог хоть в чем-то верить Тому? Как он мог продолжать не пользоваться узами, чтобы узнать, говорит ли мужчина правду? Как он мог позволять себя обмануть?.. Как?.. Почему-то от этого на душе стало одновременно тепло и горько. Это ведь была явная слабость, Гарри был просто слепцом, что давал шансы патологическому лжецу, который даже его обманывал не один раз. К тому же не просто обманывал, а буквально пользовался парнем. Но… Но почему-то это не ощущалось слабостью. И почему-то Том не был уверен, что сможет воспользоваться этим. Не был уверен, что готов сейчас действительно обмануть Гарри… Ведь Гарри не будет злиться, не будет негодовать, наоборот, он поймет, что не зря этого ожидал. Осознает, что мужчина… действительно… не заслуживал шанса… Том тяжело сглотнул. Действительно, ему никогда не рассчитаться за это… Ситуация стремительно развивалась. Гарри узнал у домовика, что Сириус не на Гриммо, они на фестралах пробрались в Министерство, и началось сражение. Мерлин, Гарри должен быть просто невероятным дуэлянтом! Если это то, что он делал в пятнадцать, то что он умеет сейчас? Сам Том сомневался, что был настолько хорош в свои пятнадцать, а он ведь был одним из лучших дуэлянтов школы! Хотя, Гарри противостоял Темному Лорду с приспешниками и умудрялся раз за разом выживать, пусть и отчасти по чистой случайности. Его действительно не стоило недооценивать. Драккл, в Томе явно говорила травма, ведь ну не мог Гарри быть настолько идеальным, каким он выглядел для него сейчас! Буквально единственной негативной чертой парня была его любовь к квиддичу и абсолютно необъяснимая принципиальность! Хотя первое было очень незначительным, а второе скорее плюсом, учитывая, как часто это играло на стороне самого Тома… Что было не так с мозгом мужчины? Где были действительно его мысли, а где драккловы реакции травмы?.. И закончилось все именно так, как и говорил Гарри. Лохматая женщина толкнула его крестного в Арку Смерти, Пожирателей начали оттеснять, и альтер-эго Тома пришел сам их спасать. К этому хаосу примешался еще и Дамблдор, и вдруг случилось неописуемое. Даже сквозь воспоминания Гарри Том ощутил отголоски нестерпимой боли. Она была настолько сильной, что уши мужчины заложило, а его самого согнуло пополам, и он даже не успел подумать о том, не отреагируют ли на это узы. Казалось, прямо в голове набатом отразился голос: — Убей меня, Дамблдор. Холодный и змеиный голос, исходящий изо рта Гарри! — Если смерть — ничто, убей мальчика, Дамблдор! — Нет! Нет! НЕТ! Ну почему их история была настолько ужасной?! Почему?! Зачем, просто зачем он заставил Гарри пройти через это все?! От бессилия хотелось выть. Это было его прошлое, но он ведь его не хотел! Он бы сейчас так не сделал! Почему он должен был смотреть на это? Почему он должен был видеть, как причиняет Гарри такую боль??? Он ведь… Он ведь не хотел!.. Ахах, «не хотел». А Гарри-то что с того? Исправит ли это его поломанную жизнь, убитых близких? Даже если Том этого и не помнит, это все равно… его… прошлое… Почему-то от этой мысли замутило еще сильнее, чем до этого. Том просто не мог поверить, что это был он. Не мог! Но ведь это явно было правдой, так почему? Почему картинка упорно не хотела вставать на место? Почему его мозг его же и обманывал??? Мужчина посмотрел на очередную агонию Гарри, и внутри что-то очень болезненно заныло. Как? Почему? Как Гарри смог не мстить?.. Как Гарри смог поддерживать? Как Гарри смог помогать? Как Гарри смог обнимать? Как… Том не понимал. Он бы никогда не простил! Он бы превратил каждую секунду существования этого человека в ад на земле и не остановился бы, пока тот не сошел с ума. Пока Том бы не уничтожил в нем каждую клеточку того, кем он был ранее, превращая в… ничто… Как Гарри мог не мстить?.. Ведь парень был прав, когда говорил, что он не рассказал и десятой части. Это было настоящим кошмаром. Кошмаром, в который мужчина превратил жизнь Гарри собственными руками. Жизнь единственного человека, что после решил помочь ему несмотря ни на что… Жизнь единственного человека, что действительно был готов принять Тома… Мужчина осел на пол, больше не в силах обрабатывать происходящее вокруг. Зрение плыло, и только моргнув несколько раз Том понял, что это из-за выступивших слез. Он просто не знал, что чувствовать, не знал, что думать. Ситуация была чудовищной — никак по-другому ее не назвать… Чудовищной. И он для Гарри был чудовищем. Явно и есть чудовищем… Он точно пропустил часть воспоминаний, но это было неважно. Какая разница, если он уже прекрасно понял, что именно там увидит? Дамблдора убили, и будь бы ситуация другой, Том бы явно обрадовался этому. Но сейчас… Сейчас он мог только стоять и мучительно прислушиваться к охватившему Гарри отчаянью. Это… Это было правильно. Он должен был прочувствовать хоть долю этой боли, хоть долю того, через что пришлось пройти парню по его вине. С каждой минутой воспоминания ухудшались. Свадьба — сорвана, Министерство — пало, Гарри — в бегах. Дальше без передышки шли воспоминания о том, как Гарри с друзьями слушает новости. Слушает… о потерях. О том, как все сдались… О том, как мир для него погиб… Том должен был радоваться. Это была его победа. Он ведь достиг всего! Министерство было его, Пожиратели подчинялись каждому слову, народ боялся назвать даже его вымышленное имя. Но все, что он мог чувствовать — огромную пустоту и мучительную боль. Он… Он не этого хотел. Он хотел добиться перемен. Он хотел сделать образование лучше, законы практичнее, Министерство прогрессивнее. Он хотел изменить застой перспективами, сделать правительство, где места получают по знаниям, а не по родословной. А в итоге… В итоге он портил жизнь прячущимся в лесу школьникам и считал это победой. Возможно, Том не мог судить здраво, возможно, так было только поначалу, а потом он хотел действительно продвигать хорошие и полезные реформы. Но… Но проливалась кровь волшебников. Сотни погибших. Сотни истребленных маглорожденных. Стоило ли оно того? Стоил ли год его власти столько крови?.. Да, ему не было жаль этих людей, но… Стоило признать, это попросту было нерационально. Были гораздо лучшие методы. И даже если на них бы ушло больше времени и усилий… Это бы стоило того. Честно, мужчина не хотел смотреть дальше. Он хотел увидеть себя на вершине, а увидел себя на дне и при этом мнившим себя богом. Он… Он даже не думал, что когда-то сможет упасть настолько низко. Настолько предать свои идеалы… Но здесь Гарри был частично прав. Он должен был просмотреть это. Должен был увидеть величину своей вины. Это вообще не было местью, как говорил парень. Наоборот, это действительно открыло ему глаза. Все это время Том пытался найти возможность отплатить парню так или иначе. Считал, что если сделает, что-то достаточно значительное — сможет погасить свой долг. Но правда была в том, что это попросту невозможно. Том в вечном долгу перед Гарри, его попросту нельзя погасить. Не после того, что делал мужчина, и тем более не после того, что сделал для него в ответ парень. То, что после ЭТОГО Гарри потратил месяц усилий, чтобы ПОМОЧЬ Тому — было попросту за гранью реальности. То, через что парню пришлось переступить ради этого. За такое невозможно рассчитаться, просто потому что этот случай сам по себе невозможен. Тому казалось, что он резко начал понимать в разы больше. Почему Гарри реагировал так, как реагировал, почему ждал от мужчины того, что ждал. Том и до этого считал свой проступок с Грэйвеном ужасным, но только теперь он осознал, насколько на самом деле он отвратителен. То, что делал Том… Оно было таким же, а то и хуже чем то, что делал Грэйвен. И при этом Том взял и накинулся на Гарри… И рассказал ему… такое… Парень был слишком мягким. Том заслужил наказание. Он буквально заслужил самое жуткое, что только можно было придумать. Он заслужил даже возврат в Азкабан… А Гарри не сделал… ничего. Хах, где ничего? Он успокаивал Тома и снова его поддерживал. Мужчина помотал головой. Сейчас, глядя на новые и новые события, он впервые подумал, насколько на самом деле честным было то, что он оказался в рабстве у Гарри. Он действительно испортил парню всю жизнь. Все детство, весь подростковый возраст, и вряд ли пройденная война и постоянные пытки не повлияли на его взрослую жизнь. Он испортил Гарри все, что только было возможно. Будет даже… правильным, если он посвятит остаток своей жизни на то, чтобы улучшить жизнь парня. Это будет попросту честно. Справедливо… Вот, оказывается, почему вообще существовало Право победителя… Воспоминания все продолжались и продолжались, но Том смотрел их с абсолютно отрешенным ощущением. Он принял решение. Гарри не хотел безмозглого раба, значит, мужчина не будет вести себя так. Но даже весь этот месяц он продолжал и продолжал отравлять жизнь парня. Том буквально постоянно создавал ему проблемы. Все. С этого момента его цель действительно будет тем, чтобы сделать жизнь Гарри хоть немного лучше. Неважно, что для этого нужно будет делать. Что бы парень ни сказал, так и будет. Гермиону пытали в Малфой-мэноре!!! Ту же самую Гермиону, что в первый же день их знакомства заверила Тома, что будет на его стороне и, если что, остановит Гарри. Ту же самую Гермиону, что должна была вбежать с криками не на Гарри, а на Тома и сразу же начать с пыточных. Ту же самую Гермиону, что вместо этого помогала Тому с его дурацким договором, где он просто боялся показать свои воспоминания. Сейчас это казалось таким глупым. Гарри и его друзья жили как ни в чем не бывало, несмотря на все… это! А Том… А Том просто продолжал усложнять им жизнь. С отдельной болью мужчина смотрел на осаду Хогвартса. Да, явно с годами он стал менее сентиментальным, но как бы там ни было, Хогвартс стал его первым и единственным домом. Было так… больно смотреть на то, как это все горит в огне. В пламени его прошлого, что он теперь не мог даже воспринять. Гарри пошел на верную смерть… Гарри пошел на верную смерть… Что??? Это не укладывалось в голове! Зачем только Гарри пошел к нему? Хогвартс был невероятно укрепленным местом, Волдеморт специально выманил парня просто потому, что это было в разы проще, чем вести осаду! Почему парень на это повелся? В снитче оказался Воскрешающий камень. Хах, а Том еще сомневался, что Гарри уничтожил все крестражи. Те два, что он помнит, уже видел, как были уничтожены, явно так же, как и все остальные… И странно, но эта мысль не отдалась грустью или болью. Нет, наоборот. Чувством какой-то… правильности?.. Что с ним было не так? Но гораздо больше что-то не так было с Гарри! Почему он даже не захотел бороться, спрятав палочку под одежду! Почему??? — Гарри Поттер, — мягко протянул Волдеморт. И пусть голос действительно был абсолютно спокойным от этого злобного шипения, казалось, кровь стыла в жилах. — Мальчик-который-выжил… Больше он ничего не сказал, только занес палочку, но Гарри так и остался неподвижно стоять, глядя прямо в ярко-красные глаза. На кончике палочки сформировалась зеленая вспышка, и Том подобрался в предвкушении. Именно сейчас ведь должен был быть Экспеллиармус Гарри, который обезоружит Волдеморта и положит конец войне! Ведь так? Ведь так??? Зеленая вспышка становилась только ярче, а Гарри так и не доставал палочку. Доставай! Доставай ты, идиот! Сражайся! Том даже не обратил внимания на боль от ошейника, настолько его переполняли эмоции, когда зеленая вспышка резко поглотила все, и мир вокруг исчез. Что? Что за Мордредова хрень творилась? Где то, что он рассказывал? Где Экспелиармус? Где конец войны??? Что за белый туман? Откуда Дамблдор? Почему Гарри так спокоен, он буквально хрен знает где?! Этот плачущий младенец на полу — осколок ЕГО ДУШИ??? Тому начало казаться, что у него сейчас начнется истерика. Что это было? Что??? И вдруг Дамблдор улыбнулся и заговорил: — Ты был седьмым крестражем, Гарри, крестражем, который он создал невольно. Волдеморт сделал свою душу до того хрупкой, что она разбилась вдребезги, когда он совершал эти несказанные злодейства — убийство твоих родителей, покушение на убийство ребенка. ОН ЧТО??? ЧТО ОН СДЕЛАЛ? Гарри был его крестражем??? Это… Это… Тому казалось, что он начал задыхаться. Это было неслыханно! Непреднамеренный крестраж? В ребенке? Как вообще такое возможно??? Это безумие! Такого не бывает! Но… Но… Но… И вдруг Тома осенило, и это осознание вылилось за шиворот ледяной водой. Так вот почему Гарри пошел на верную смерть… Вот почему он не сопротивлялся… Он… Он не смог бы победить Волдеморта, если бы не умер сам. И он… Он не знал, что выживет. Гарри продолжал и продолжал повторять вопросы о том, умер ли он… Это… У мужчины попросту не было слов. Он всю жизнь бежал от смерти. Он разорвал ради этого душу семь раз, если верить Дамблдору, он убил ради этого бесчисленное количество людей. А Гарри… Гарри был готов пожертвовать собой, просто ради… Ради мира? А если бы потом они не победили? А если бы они не справились? Парень ведь попросту не мог знать, что его жертва не будет напрасной! Они ведь могли сдаться, как только он умер!!! Нет, не могли… Даже сам Том это уже увидел. Люди на стороне Гарри были невыпустившимися школьниками, и тем не менее они готовы были стоять до последнего, они готовы были умереть ради своих убеждений. Война бы продолжалась, пока был жив хотя бы один из них. Кардинально противоположная ситуация к Пожирателям, одна из которых предала Волдеморта, как только Гарри очнулся. Просто чтобы узнать, что ее сын жив. Просто жив! Немыслимо! Она ведь была на стороне победителей?! Но тут поток размышлений Тома резко прервался следующим событием. Блядь… Мужчина так всадил ногти в ладони, что на коже болезненно отпечатались лунки. Это боль хоть немного отрезвила его, позволяя хоть как-то начать воспринимать происходящее. Волдеморт буквально попытался использовать Круцио на теле Гарри!!! Он считал, что Гарри мертв, и все равно!.. Все равно это сделал!!! Это… Это было попросту низко. Непозволительно в отношении врага, что храбро сражался с тобой столько лет. И вдруг Том ощутил в себе то, что бы никогда не подумал, что возможно. Жгучую ненависть к этому змеемордому лицу. Всепоглощающую ненависть к этим красным глазам с тонким зрачком. Неистовую ненависть к этому жалкому заклинанию. Как он мог так поступать?! Как он мог так поступать с таким как Гарри?! Он ненавидел Волдеморта! Он ненавидел то, что он делал! Он ненавидел то, чем он стал… Он… Но это ведь был он! Он ведь не мог ненавидеть себя?!.. Но это не он! Он бы никогда такого не сделал! Никогда! Но… Но это был он… Том окончательно осел на пол. Он искренне не мог понять, говорила ли в нем сейчас травма, или он реально так думал. Действительно ли он ненавидел себя в прошлом? Но как? Разве такое не невозможно? Почему, почему, почему его же мозг так его подводил?.. Последние воспоминания он просмотрел, не думая вообще ни о чем. Казалось, что в голове образовалась пустота. Мужчина просто не знал, что чувствует, не знал, что думает, он мог только сидеть и смотреть, казалось, даже не до конца осознавая происходящее. Но даже так он не смог сдержать внутреннего ликования от момента, когда Невилл убил фамильяра Волдеморта, и все превратилось в полнейший хаос. Гарри был таким… Гарри. У Тома даже прорезалась слабая улыбка, глядя на то, как парень безуспешно пытался указать Волдеморту на все его ошибки и предложить мир. Мир человеку, который пытался убить его десять минут назад. Мир человеку, который решил, что нормально пытать тело поверженного врага! Мужчина провел рукой по лицу. Гарри реально был неисправим… — Авада Кедавра! Экспеллиармус! — прозвучало одновременно. Заклинания столкнулись, золотое пламя взвилось ввысь, и палочка Волдеморта вылетела из его рук, практически падая в ладонь парня. На секунду все затихло. Казалось, как будто все: и атакующие, и защищающиеся — синхронно остановились. Гарри посмотрел прямо в глаза напротив, расширенные от удивления и изумления. Всего секунду назад они лучились превосходством и уверенностью, но сейчас… Сейчас в них поселился яркий страх. И Том довольно улыбнулся. Так ему и нужно было! Что за беда? Это ведь он же сам! В каком смысле: так и нужно было? Но Волдеморт делал такое! Гарри нужно было отомстить! Просто нужно! Зрачки Волдеморта задергались, и когда Гарри поднял уже новую палочку, мужчина сделал явное движение, пытаясь уйти от линии огня. Но парень был быстрее. Сделав глубокий вдох, он покрепче сжал палочку и даже как-то обреченно произнес: — Петрификус Тоталус. В тот же момент Том ощутил, как выныривает из воспоминаний.