Право победителя

Гарри проснулся от того, что у него затекла шея. Давненько такого не случалось, он обычно не спал сидя. Что? А почему он спал сидя? Следуя за мыслью, парень медленно приоткрыл один глаз. Сонный взгляд охватил комнату, все еще не до конца понимая, где он и что происходит. В попытках размять затекшие мышцы Гарри пошевелился и тут же ощутил необычную тяжесть на своих коленях. Так, как будто там сидел Живоглот. А… Аааа… Точно… Все, что произошло было настолько невероятным, что поначалу Гарри показалось, что это было частью сна. Но нет, голова Тома все так же лежала у него на коленях, а рука расслабленно покоилась рядом, мило сжимаясь. Тем не менее дыхание у него было гораздо более тихим, как будто он специально пытался сделать вид, что не проснулся. Гарри улыбнулся, иногда Том был просто невероятно милым. — Я тебя разбудил? — спросил парень, снова медленно проводя по волосах. — Нет, я проснулся раньше, — ответил Том, тем не менее в его голосе была та сладкая сонная нотка. Мерлин, теперь мужчина еще и звучал невероятно мило. — И просто не захотел вставать? — мягко поддел его Гарри, и к его абсолютному шоку уши Тома слегка покраснели. — Прости, я сейчас, — сказал он, начиная подниматься, но парень только сильнее надавил рукой. — Полежи еще немного, я уснул и недогладил, — с улыбкой сказал парень, и мужчина, застыв на несколько секунд, опустился обратно. Гарри улыбнулся. Мерлин, ну как же с Томом было трудно в некоторых моментах. — Я опять это сделал, — через несколько минут грустно сказал мужчина. — Что сделал? — Взвалил на тебя все это, — приложив руки к лицу, сказал Том. — Я хотел сделать нормально, но в итоге мы… здесь, — совсем тихо закончил он. — Ну, справедливости ради, это я на себя взвалил это, ты-то стремился уйти, — улыбнувшись, мягко сказал Гарри. — Слушай, если так, то ты переживай не за меня, а вон, за Рона с Герми, или за Джинни, или за Молли, — сказал он, и Том повернулся, непонимающе на него глядя. — Ну, ты взваливаешь на меня, а я потом взваливаю на них. После нашей ссоры я Джинни часа четыре мозги выносил. Так что с моей стороны вопросов нет, если за кого переживать, так это за них, — улыбнулся парень. — Гарри, — весело хмыкнув, сказал Том. — Они твои друзья, это нормально. — А ты мой друг, это нормально, — тут же ответил парень. Мужчина пораженно помотал головой. — Ты действительно планируешь просто проигнорировать всю историю между нами? — Всю историю, что ты не помнишь? — подняв бровь, поинтересовался Гарри. — Да, однозначно. — И увидев, что непонимание так и не пропало из красных глаз, продолжил: — Том, ты сейчас совершенно другой человек. Мерлин, ты даже ненавидишь то, что увидел! Как я могу злиться на тебя по этому поводу? — Как? — улыбнулся мужчина. — Ну, знаешь, берешь и злишься. Находишь там камеру в подвале, вспоминаешь пыточные заклинания, — шутливым тоном проговорил он. — Ха-ха, — абсолютно безэмоционально ответил Гарри. — На самом деле, я действительно хотел в начале поискать место в подвале, — признался он. — Но я только туда заглянул, увидел сколько там грязи и хлама и понял, что Волан-де-морт не стоит таких усилий, — легко хохотнул он. — Сказал человек, что уже потратил на меня месяц, — с ухмылкой сказал мужчина, но в его глазах отразилась заметная ранимость. — Том, ты сам мне сказал, что ты не он, — улыбнулся Гарри, закручивая пальцем кончики прядей. — Ты ведь понимаешь, что это бред, — сложив руки на груди, сказал мужчина. — Я точно не против, чтобы этот бред был правдой. Нас определяет не то, кем мы были, а то, кто мы есть сейчас. А иногда даже то, какими мы пытаемся стать, — с улыбкой ответил он, и глаза Тома на мгновение удивленно раскрылись прежде чем вернуться в норму. Он отвел взгляд и пролежал так добрую минуту, прежде чем снова посмотреть на парня и спросить: — Ты уверен? Я могу это отпустить. Мне выгодно это отпустить. Но тогда не жди, что сможешь увидеть это чувство вины, — неожиданно сказал он. — Разве тебе не хочется? — Нет, — твердо ответил Гарри, и Том снова пораженно на него посмотрел. — Какая в этом логика? Я вот могу, например, сказать тебе сейчас, что ты разрушил Лондон. Чего ты не делал, — тут же добавил он. — Придумаю тебе все детали, расскажу, как было страшно и сколько было жертв. И что? Это бред, — пожал плечами парень. — Но ты мне показал воспоминания. Это действительно было… — опустил глаза мужчина. — Во-первых, мы с тобой прекрасно знаем, что воспоминания можно подделать. Во-вторых, ну какая разница? — развел руками Гарри. — Как ты можешь пожалеть о том, чего не делал? И сейчас даже не понимаешь причин. Ты вернешь воспоминания, все обдумаешь, и тогда мы с тобой поговорим, — твердо сказал он. — А до этого, нет. Я не хочу, чтобы ты чувствовал вину за то, на что не мог повлиять, — добавил он, не преуспев полностью убрать боль из голоса. Он делал так постоянно, и даже после конца войны он винил себя во стольком. Ведь если бы он был решительнее, если бы он был смелее, если бы он справлялся лучше… Сколько бы жертв получилось избежать, сколько бы всего получилось защитить… Почему он не смог? Почему он не смог их спасти? Почему все эти люди должны были умереть за него?.. И только с помощью друзей и Майкла он наконец-то смог хоть как-то отпустить все это и принять, что он не виновен во всем. Что он действительно сделал все, что мог. Конечно, даже сейчас Гарри верил в это день через день, тем не менее оно явно не терзало его так же, как после войны. Когда он не хотел покончить с собой только по причине того, что понимал, сколько людей полегло, чтобы он продолжал жить, и было даже правильным жить дальше и страдать от того, что не смог их защитить… Это был очень длинный, трудный и откровенно плохой путь, Тому явно не стоило на него ступать. Мужчина снова повернул голову набок, подставляясь под касания, но в этот раз он еще и положил руку на колено парня, крепко сжимая. — Спасибо, Гарри, — тихо проговорил он. — Ты явно не представляешь, что это значит для меня. Спасибо… — еще тише добавил он, снова вжимаясь в ноги парня. Гарри мягко улыбнулся. — Пожалуйста, Том. Всегда пожалуйста. Они просидели так не меньше пятнадцати минут. Мужчина тихо лежал на коленях Гарри, время от времени сжимая и разжимая руку, а парень продолжал гладить его по волосам. — Прости меня еще раз за Грэйвена. Я теперь понял, насколько это было ужасно, — неожиданно заговорил он. — Том, послушай, война закончилась два года назад, ты же здесь всего месяц. И для меня все действительно полностью закончилось, ты же все еще не в самом лучшем положении… — Гарри планировал продолжить, но вдруг Том фыркнул и практически сразу же громко рассмеялся. — Ты шутишь? — сквозь смех спросил он. — Где мое так называемое плохое положение? Оно лучше, чем если бы я был свободен, — сквозь смешки продолжил он, и глаза парня округлились. — Что? — только и смог сказать он. Том повернул голову, глядя прямо на парня. — Гарри, ну вот представь на минутку, что я бы просто освободился. Я бы проходил все это же самое, только в одиночестве. Как думаешь, какой вариант проще? — подняв бровь поинтересовался он, его взгляд при этом был невероятно теплым. — Почему же сам? — мягко ответил Гарри. — Просто был бы кто-то другой, а не я. — Почему-то эта мысль отдалась явной грустью в груди. Том еще раз хохотнул. — Гарри, оставь эти розовые фантазии. Никто бы мне не помогал, и я бы никому не позволил мне помочь. Я бы сидел в этом сам, годами, если бы пришлось, и не факт что вообще восстановился бы до такого, — тихо добавил он под конец. — Спасибо, Том, — с улыбкой сказал парень, откидывая пряди его волос с лица. — За что? — удивился он. — За то, что доверился мне. За то, что делишься всем этим. За то, что позволил мне помочь, — тепло сказал он. — Это явно не стоит благодарности, — вздохнул Том. — А я считаю, что стоит. С твоим прошлым это явно было адски трудно, ты молодец, — с теплой и даже немного гордой улыбкой сказал Гарри. Том снова весело хмыкнул, пусть парень и не до конца понял почему. — Спасибо, Гарри. Спасибо, — добавил он, подставляясь под касания парня. — Так вот, то, что я хотел сказать насчет Грэйвена, — вернулся к прошлой теме парень. — Ты сравниваешь себя со мной, но забываешь, сколько для меня прошло времени и сколько людей вытаскивало меня из этого дерьма… — В которое я тебя и загнал, — тихо сказал Том. — Неважно, — покачал головой Гарри. — Важно, раз — то, что ты все еще в травме, два — без воспоминаний, и три — то, что даже если бы ты был готов, ты не можешь вернуться к нормальной жизни. Это нормально, что ты не можешь отпустить эту ситуацию. Это нормально, что тебе плохо. Это нормально, что тебе нужна помощь, — мягко проговорил он, и Том снова повернулся, глядя прямо в глаза парню. И сколько же в этом взгляде было одновременно доверия и ранимости. — Вот пройдет два года, и тогда можешь сравнить себя со мной сейчас. Не раньше. Том замолчал на несколько десятков секунд, прежде чем спросить: — Ты занимался с колдомедиком? — Нет, — помотал головой Гарри. — Хотя явно стоило. Но мне в то время никто не подсказал, поэтому я выносил мозг окружающим, — с улыбкой добавил он. — Я тоже выношу тебе мозг, — скривившись, сказал Том. — Ну вот видишь, я сделал то, что сделали когда-то для меня. Возможно, потом ты сможешь помочь кому-то следующему. — Это… — мужчина замялся. — Это очень странный подход к жизни. И я не могу поверить, что он у тебя действительно работает. Гарри весело засмеялся. Можно было понять затруднения Тома. Человека, что всю жизнь делал ровно обратное, вырывая себе каждое благо буквально из рук других. — Ну вот, может, тебе тоже понравится. — Не думаю, — с легкой улыбкой сказал мужчина. — Но я еще понаблюдаю, — неожиданно добавил он, и парень только пораженно покачал головой. Неужели Том действительно… менялся? То есть… серьезно, Том? Бывший Темный лорд был готов задуматься о том, что, возможно, делать благо другим — хорошая идея? Гарри не был уверен, слышал ли он когда-либо более безумную вещь. И он ничего не смог поделать с теплом, что сейчас чувствовал в сторону мужчины. Ведь значит, он тогда не был… злым?.. Не был… плохим?.. Может… Может, он просто не знал, не видел, как можно жить по-другому?.. В конце концов они все же встали, чтобы пойти за поздним обедом. Обедом, что взялся приготовить Том, не позволив Гарри даже помочь. Он буквально в приказном тоне сказал, что сделает это сам, и Гарри стоит просто сесть и подождать. Так что парню не осталось больше ничего, кроме как сделать то, что было сказано. Попутно они обсуждали прошлое Тома. Тот задавал уточняющие вопросы, казалось, буквально по всему, и в итоге Гарри уже не выдержал, со смешком говоря: — Если бы я знал, что тебе все это интересно, то слил бы тебе просто воспоминания всей жизни. — Это было бы очень интересно, — неожиданно сказал Том, перемешивая что-то в сковороде. — Серьезно? — удивился Гарри. — Ничего в моей жизни настолько удивительного не было. В ответ Том только весело рассмеялся. — Вот это, однако, «ничего удивительного». Гарри, о твоей жизни можно написать книгу, и к тому же явно не одну. Будет бестселлером. Тебе стоит задуматься, — пошутил он. — Ну, вот напишешь и принесешь славу этому своему имени. А то Скитер уже написала, и, честно говоря, уж лучше бы она продолжила меня поливать грязью, чем то, что она сделала, — закатив глаза, сказал парень. — А что там? — поинтересовался Том, оборачиваясь. — Да там такие дифирамбы, как будто я какой-то легендарный герой или спустившийся с небес святой, — снова закатил глаза парень. — Я сам не знал, что у меня, оказывается, все было настолько продумано. Я-то делал, как всегда, самый настоящий бред, он просто в итоге работал, вот и все, — фыркнув, добавил он. — Достанешь мне прочитать? — неожиданно попросил Том. — Что? Нет, фу, не читай такое! — тут же воскликнул Гарри, и ему показалось, что его лицо слегка покраснело. От одной мысли о том, что Том будет читать этот бред, где к его имени в каждый раз было подставлено как минимум три пафосных эпитета, становилось стыдно. Вот почему написала это безумие Скитер, а стыдно было ему? — Ты что? Сложится еще неправильное впечатление. — Гарри, вряд ли хоть какая-либо книга сможет переплюнуть то невероятное впечатление, что ты уже сложил сам, — улыбнулся Том. Парень тоже пораженно улыбнулся в ответ. Вроде бы в этой фразе не было ничего такого, но почему-то она ощутилась до поразительного глубоко… — Если тебе интересны события войны, то я могу достать тебе пару нормальных книг. Я точно помню, что были авторы, что описали все… сносно… Гермиона, наверное, целый месяц на интервью ходила, рассказывая это все. — Я буду очень рад, — сказал Том. — Но и ту я бы тоже прочитал, — с хитрой улыбкой добавил он. — Фу, просто фу, — скривился Гарри, и мужчина ему шутливо подмигнул. Ох уж этот Том… В конечном итоге их разговор все равно вернулся к воспоминаниям. Конечно же, мужчину интересовало очень много всего. Особенно тот факт, что парень был его крестражем. Но и Гарри не мог сказать много по этому поводу. Он сам узнал об этом в разгар Последней битвы, а объяснения Дамблдора никогда реальными объяснениями и не бывали. Тем не менее говорить об этом было довольно непросто. И парень думал, что это будет непросто, потому что ему будет сложно рассказывать об этих ужасных событиях, глядя на восторг в глазах напротив. А вышло, что это было сложно, потому что голос Тома буквально сквозил непринятием и чувством вины. То, как он отзывался о своих действиях, о своих решениях, показывало только тотальное непонимание и неодобрение. То есть как? Как это могло быть правдой? Гарри совсем не представлял, как подобное могло быть возможным, но это был неоспоримый факт. Мерлин, девятнадцатилетний Том осуждал действия семидесятилетнего себя же! Как это могло работать? Разве с его точки зрения он не был всегда прав? Тем не менее Гарри решил не закапываться в это. Гораздо проще было просто принять, что Том и Волан-де-морт были совершенно разными личностями, да и все, чем пытаться сделать из этого хоть какие-то выводы. Они уже отобедали и перешли к чаю, когда речь все же зашла о потере воспоминаний. Гарри ведь так и не рассказал что узнал, несмотря на то, что этот диалог они уже начинали. Парень хмыкнул. Он прекрасно помнил, чем именно этот разговор закончился. Но в этом плане Том был прав. Гарри ведь ничего ему не рассказывал, конечно, он не мог правильно понимать всю ситуацию. Явно нужно было признаться… Просто нельзя было дальше оставлять мужчину в таком неведении. — Я… Я просмотрел воспоминания Стивенсона, — со вздохом сказал Гарри. — Я пытался узнать у него, как вышло, что ты потерял память, он не отвечал, и я подумал, что он просто врет… Мужчина посмотрел на него, грустно закусив губу. — Я догадывался, — тихо сказал он. И правда, Том мог догадаться даже о подобном. Просто поразительно. — Прости, — извинился парень. — Что? — непонимающе спросил мужчина. — За что ты извиняешься? — Я не должен был это видеть, — покачал головой Гарри. — Это были даже не мои воспоминания, — криво улыбнувшись, сказал Том. — Как… Ты все просмотрел? — закусив губу, спросил он. — Мерлин упаси, нет! Нет! — тут же вскрикнул Гарри. — Да я бы с ума сошел! Только первое, последнее и те, что не вышло промотать. Все были еще до того, как ты потерял память. Неожиданно это почему-то порадовало мужчину. — Только до этого? — переспросил он. — Да, — кивнул Гарри. — И первый разговор после того, как это случилось, — прикусив губу сказал он. — Ты хочешь узнать что-то конкретное? — Прикидываю, как много ты увидел, — неожиданно признался Том. — Слишком много, — помотав головой сказал парень. — Я… Я чуть не убил Стивенсона. Рон меня остановил. Мужчина посмотрел на него действительно шокированным взглядом: — Ты… Ты… — Только с третьего раза у него вышло выговорить: — Но ты ведь не убил даже… даже меня… — очень тихо закончил он. — Мерлин, Том, ты… Ты никогда не делал такого! — Гарри многозначительно махнул рукой. — Да, ты убивал, ты пытал, ты даже меня пытал не раз, — сказал он, и мужчина опустил глаза. — Но… Но ты никогда не делал такого просто ради развлечения. Тем более над одним и тем же человеком. Ты… У тебя были хоть какие-то принципы, а не… это… Это. Это просто мерзко, честно. Я бы действительно убил бы его, если бы Рон меня не остановил, и явно бы даже не пожалел об этом. — Я бы пожалел, смерть — слишком простой выход для него, — криво улыбнулся мужчина. — Да-да, я уже понял, что сначала нужно запытать так, чтобы они молили о смерти, — закатил глаза парень. — Гарри, я не невинная ромашка и не хочу ей становиться, — неожиданно продолжил Том. Это было… неожиданно честно как для него. — То есть я — невинная ромашка? — подняв бровь, весело поинтересовался парень. — Нет, — сжав губы, вдруг ответил мужчина. — Ты не вписываешься ни в какие категории. Ты просто Гарри, и этим все сказано. — Голос Тома при этом был удивительно теплым. Парень хохотнул: — Смешно, но не один ты пришел к такому выводу. Мне кажется фраза «Это ведь Поттер», преследовала меня весь Хогвартс. У меня есть невероятная удача влипать в самые ужаснейшие неприятности и потом чистой удачей выпутываться из них, — с улыбкой закончил он. — Я уже заметил, — улыбнулся в ответ Том, и неожиданно комната опустилась в тишину. Прошло несколько десятков секунд, прежде чем он снова заговорил: — Я у тебя так и не спросил: ты узнал причину амнезии? Настроение Гарри, что до этого было таким легким и воздушным, резко упало на несколько пунктов. — Нет, — с тяжелым вздохом признался он. — К сожалению, все это ничего не дало. Я пошел погеройствовать, этим подставив Рона с Гермионой, саботировав следствие, сделав тебе плохо, и так ничего и не узнал, — глядя на свои руки, рассказал он. — Вы все трое были правы, я идиот, — самоуничижительно проговорил он. — Гарри, — неожиданно очень мягко сказал Том, и парень поднял на него взгляд. — Спасибо тебе, — сказал он, и глаза Гарри пораженно раскрылись. — Ты не мог знать, что с этого ничего не выйдет. А я тебя ведь даже не просил об этом! И ты не хочешь того, чтобы я возвращал воспоминания, но все равно пошел! Потратил уйму сил и времени, я… я даже не представляю как такое возможно, — хмыкнув, сказал он. — В любой другой ситуации я бы сказал, что это просто выдумка, но я знаю тебя уже слишком хорошо. Ты не врешь в таком, — абсолютно шокированным тоном сказал мужчина. Это… Это была правда? Честно, Гарри тронуло до глубины души. То есть… То есть Том реально ценил это? Он… Он не был против?.. Ему не казалось, что это излишне, что Гарри зря делает то, о чем его никто не просил?.. Будучи абсолютно захваченным врасплох, парень хмыкнул, говоря: — Представить не могу, что ты мне веришь. — Ты прячешь руку со шрамом, когда врешь, — неожиданно выдал Том. — Хах, — еще более шокировано выдохнул Гарри. — А удобно, однако, быть таким проницательным. — Ты мне сам рассказал, что он чешется, было бы слишком глупо не сложить два и два, — улыбнулся Том. — Я думал, что делаю это незаметно, — хохотнул парень, и Том только пожал плечами в ответ. Вместо этого он сказал другое: — Спасибо, Гарри. Ты честно не представляешь, что для меня это значит, — уже второй раз за сегодняшний день сказал он. — Я… — Том замялся, но сглотнув продолжил: — Для меня впервые делают что-то подобное. Я даже… Я просто не знаю, что сказать. Спасибо, — еще раз поблагодарил он и в его глазах действительно отразилась такой величины благодарность, что парень непроизвольно сглотнул. — Всегда пожалуйста, Том. Всегда, — с теплой улыбкой ответил парень. Мужчина тепло улыбнулся в ответ, а в его взгляде отразились тот же шок, доверие и ранимость, что были там чуть ли не весь этот разговор. Гарри, наверное, никогда не привыкнуть к таким взглядам Тома. Они промолчали не меньше минуты, прежде чем мужчина снова возобновил диалог: — И что ты думаешь? — О чем? — непонимающе переспросил парень. — О… О том, что увидел, — опустив взгляд, разъяснил Том. — Я, слава Мерлину, об этом больше не думаю! — чуть ли не вскрикнул Гарри. — Ты что? Меня дня три преследовали видения и еще так плохо было целую неделю! Я счастлив, что больше об этом не вспоминаю. Том бросил на него долгий взгляд, и Гарри сразу понял, что, похоже, Том спрашивал вообще не об этом. — Тебе не противно? — сглотнув спросил он. — Мне очень противно, — с кивком сказал Гарри, и Том снова опустил глаза, — что среди нас живут такие… существа как Стивенсон. — После того, что он увидел, он не мог назвать Стивенсона человеком, просто не мог. — Мне до одури противно, что прошел месяц, а его еще не посадили. И я просто в шоке, что… человек, — он буквально выплюнул это слово, — может априори делать подобное. Том поднял взгляд, и в его глазах было столько эмоций, что парень не мог распознать ни одной. — Я совсем не понимаю вопроса, да? — понял Гарри. Мужчина тепло улыбнулся: — Да. Но зато я уже понял ответ. — И не успел парень спросить что-то, как он продолжил: — Ты сказал, что не смог узнать, как вышло, что я потерял воспоминания, но… Но может, там было что-то полезное? Парень глубоко вздохнул. Говорить об этом точно не хотелось, но Том… Том имел право знать. — Как ты знаешь, Грэйвен поставил себе за цель сломать тебя. Он… Он действительно верил, что делает это для общего блага, он решил, что это единственный метод, как можно не допустить третьей войны. И… И, к сожалению, нельзя сказать, что он не преуспел, — тихо сказал парень. Неожиданно Том помотал головой. — Не преуспел. Прошел всего месяц, а ты уже уничтожил все его труды, — с саркастической улыбкой на последнем слове сказал он. — Ой, да пусть идет к чертям! Он ведь и мне умудрился это сказануть! «Не дайте моей жертве быть напрасной!» Пиздец, у меня чуть прямо там истерика не случилась, — абсолютно шокировано проговорил парень. — Не ищи в этом логики, — снова помотал головой мужчина. — Грэйвену просто это нравилось. — Я догадался, — скривился парень. — В общем, перед тем как ты потерял воспоминания… Да, я понял тогда, почему у тебя была такая проблема с именем… Он… Он… — Гарри пытался это сказать, но слова попросту не хотели выходить изо рта. Это было так жутко и… неправильно рассказывать жертве пыток о том, как именно ее пытали. Но Том явно хотел это знать. Том имел право это услышать. — Он пытался научить тебя называть его хозяином, — все же выплюнул Гарри. — Этот ублюдок хотел, чтобы ты посчитал пять ударов, благодаря за них. Он… Он сделал пятьдесят восемь ударов, — сказал парень, и глаза Тома шокировано округлились. Похоже, даже для него это было слишком много. Хорошо, значит, как минимум такое не повторялось! — При этом прекрасно зная, что некоторые не выживали после шестидесяти! И… И… — Эту часть было сказать еще труднее. Только не Тому, что собирал остатки своей гордости буквально по частях. — Он остановился только потому, что ты начал его умолять, — все же выдавил парень. — Прости… — тут же добавил он, опуская взгляд. На несколько секунд опустилась неловкая тишина. Том, казалось, вообще не шевелился и как будто даже не дышал. Но вдруг он отмер, мягко говоря: — Спасибо, что рассказал. Даже чем-то жаль, что причина, оказывается, настолько проста. — Что? Ты понял в чем дело? — поразился Гарри. Лично для него эта информация выглядела как самый настоящий тупик. Что вообще Том мог здесь понять?