Хозяйка ранчо

      Бандиты ждали на подступах к границам земель. Тайгаш бывал здесь раньше с Леной и знал, как можно попробовать подъехать максимально незаметно, обогнув реку на мелководье. Мгла способствовала «пряткам». Судьба должна была, наконец, смилостивиться в эту бесконечную ночь страданий. Жестами индеец перенаправлял людей. Удивительно, как спокойно реагировал Той, не подавая голоса, словно понимая значимость тишины, как понимала его хозяйка. Синий ветер общался с умным псом взглядом, придерживая его. Многочисленную охрану получилось обойти беззвучно так, чтобы не оказаться перед ними как на ладони в момент, когда началась жёсткая и беспощадная бойня.       Эффект неожиданности помог справиться с бандитами. Жаркая перестрелка закончилась быстро. Виктор, осмотревшись, порадовался, что большинство его ковбоев в порядке. Некоторые были ранены, в том числе и его самого задела лихая пуля в районе левого плеча. Но Синий ветер не чувствовал физической боли. Как только путь оказался свободен, погнал лошадь к ранчо Джонсонов, лишь кратко переглянувшись с Тайгашем. Тёмный взгляд индейца страданиями напомнил о том ужасном дне, когда вырезали их деревню. Оба друга думали о самом худшем. Второй раз они оказались не рядом с близкими в момент смертельной опасности.       Ветер скоростью обжигал лицо Виктора. Сердце гулом отстукивало ненависть. Он пытался представлять образ Лены, но никак не получалось: мысли бесконечно возвращались к тому, какой ужас мог ждать их впереди.       Тайгаш вернул друга в реальность, придержав его лошадь и показав жестом близость конечной точки: пришло время передвигаться максимально осторожно. Они надеялись, что банда практически в полном составе всё-таки полегла на границах. Ранчо Джонсонов на фоне соседских казалось совсем маленьким. Зависть накрывала братьев при каждой встрече с другими земледельцами. Она и явилась стимулом для жестокого преступления. Синий ветер понимал, на такой поступок они решились лишь из-за удалённости ближайшего города и отсутствия шерифа здесь, где каждый хозяин сам становился и судом, и палачом. Предполагали свою безнаказанность. Да и конфликт Кулёминых со Степновыми позволил бандитам почувствовать себя уверенными в том, что к соседям никто не придёт на помощь. Осознание этого ещё сильнее накрывало болью Синего ветра: у них с Леной так и не получилось вовремя всё исправить. Они, окунувшись в свои чувства, верили в добро и поплатились. Забыли жестокие законы этих земель.       Виктор дал своим людям знак: привязать лошадей и идти к ранчо пешком. Тайгаш вовсе решил обойти кругом, пытаясь попасть в логово врага с тыла.       Степнов взвел курок винтовки и зашёл на чужую территорию. Тут же выстрелами уложил двух бандитов. С остальными справились его люди. Ожидания оправдались. Практически вся охрана действительно встретила их на границе, и сейчас Джонсоны по сути остались без подмоги. Оба брата тут же, среагировав на выстрелы и прикрываясь колоннами столбов на входе, появились на пороге.       — Поговорим? — Виктор не отводил винтовку, но своим людям взглядом дал понять, что эту парочку следует окружить.       — Ты на моей земле, Степнов. Что тебе нужно? Я к вам не заходил. Тебя не должны касаться наши дела, — отозвался младший Джонсон.       — Ты знаешь, что мне нужно. Отпусти мою жену, — сдержанно, но с отзвуком стали в голосе, произнёс Синий ветер.       Кевин вдруг, как сумасшедший, истерично захохотал. И только старший брат, более вменяемый по жизни, взволнованно попятился назад, понимая всю серьёзность слов мужчины.       — Жену? Степнов, ты каждую прошмандовку так величаешь?       Синий ветер стрельнул в его сторону. Не попал, но заставил Джонсона-младшего замолчать.       — Документы показать? — сплюнул, сдерживая в голосе ярость. — Я прошу последний раз. Отпусти. Мою. Жену. — каждое слово будто чеканя.       — Ну так забери сам. Лежит там, — взгляд повернул ко входу. — Оприходованная.       В этот момент откуда-то с небес раздался воинственный крик Тайгаша, который, словно из воздуха появившийся, спрыгнул с крыши дома. Схватив за шею Кевина Джонсона, одним взмахом перерезал ему горло, закончив никчёмную жизнь ковбоя. Виктор дважды выстрелил в старшего брата, бросившегося на помощь младшему, ранив в плечо и в ногу.       Синий ветер подбежал к крыльцу.       — Где?! — резко дёрнул за куртку упавшего мужчину.       — В дальней комнате. Мы не тронули её. Не успели. Поигрались немного. Она сопротивлялась. Она просто без сознания. Не убивай меня. Это всё Кевин, — голос трусливо дрожал.       Виктор тяжело вздохнул и, не выдержав душевных мук, остервенело бросился бить старшего Джонсона, обрушивая всю силу своих кулаков и злость на него, пока Тайгаш не оттянул друга и, встряхнув, вернул в реальность.       — Ненависть забирает все чувства, не оставляя в сердце любовь. Иди к ней. Его будут судить, — индеец взял друга за руку, успокаивая.       — Зря ты так, Быстрая стрела, — Виктор позволил себя остановить, но не смирился.       Синий ветер нашёл Лену в углу комнаты, на которую указал Джонсон, лежащей без сознания на полу: белокурые волосы пропитались кровью, одна рука была явно вывихнута или сломана, на лице проступали синяки и ссадины, рубаха разорвана, голые ступни изрезаны. Прижал аккуратно к себе: почувствовал стук её сердца, уверенный, несмотря ни на что. Не смог сдержать слёз, касаясь губами лица Белого облака. Стянул с себя рубашку, лишь на мгновение отпустив жену, и предельно нежно одел любимую в неё взамен порванной. Медленно, стараясь не причинять дополнительную боль, взял девушку на руки и вынес из дома.       Тайгаш подогнал повозку Джонсонов, запряг в неё свою и Виктора лошадей. Тут же отдал распоряжение нескольким не пострадавшим ковбоям, постараться собрать угнанное стадо и привести к Кулёминым. Понимал, его друг сейчас был не в состоянии адекватно реагировать на реальность. Индеец помог ему разместиться в повозке. Туда же посадил Тоя, который всё это время находился рядом, а сам устроился управлять лошадьми. Подумал, что вернётся сюда позже за компенсацией убитых в конюшне животных. Виктор безотрывно стеклянными глазами смотрел на Лену, гладил её спутанные волосы и молчал.       Перед тем, как они отъехали, Синий ветер всё-таки смог поднять свой взгляд от жены и увидел повешенного на дереве старшего Джонсона. Тайгаш осудил его сам.       Добравшись, наконец, до ранчо Кулёминых, индеец помог другу слезть с повозки. Виктор ни на секунду не выпускал Белое облако из своих рук и никому не позволил дотронуться до неё. Девушка всё ещё находилась без сознания, но начала стонать, постепенно возвращаясь.       Мария, причитая, бросилась к ним, но Степнов-старший остановил её.       — Не трогай пока их. Приготовь всё, что попросит Тайгаш. Виктор сам обработает раны. Позовёт, если понадобится помощь. Занимайся сыном. Ему тоже сильно досталось.       Михаил поблагодарил своих людей и попросил не обсуждать извне произошедшее. Раненых отправил к Марии на перевязки. Степнов-старший знал, впереди предстоят разговоры с шерифом, и плохие вести сами быстро разнесутся по округе. Сейчас, пока хозяйка ранчо приходит в себя, нужно было помочь с организацией похорон. От всех этих мыслей сердце пронзилось иглами, несмотря на огромный жизненный опыт и давнюю привычку «не чувствовать».       Чуть позже кормилица Лены вместе с Быстрой стрелой принесли в комнату огромный чан с теплой водой, ткани для перевязок, мази и сорочку, чтобы переодеть девушку. Мария предложила помощь, но Синий ветер лишь покачал головой и закрыл перед ними дверь, оставшись наедине с женой и со своей душевной болью.