Хозяйка ранчо

      После тяжелых похорон жизнь превратилась в череду унылых будней, тянувшихся день за днём. Все свидетели той ночи безмолвно замерли, прикрываясь работой.       Михаил съездил в город, чтобы нанять новых людей на ранчо Лены взамен убитых. Взял с собой Тайгаша для отбора: только индеец одним взглядом мог определить честность и надёжность человека. Тогда же порешали вопросы с шерифом, замяв всё-таки произошедшее. Город и сам вздохнул, избавившись от братьев, приносивших кучу проблем. Перед возвращением домой восполнили нехватку лошадей, продав несколько коров. Теперь земли соседей превращались в одно общее хозяйство: много работы и забот, мало времени на плохие мысли.       Белое облако уже через пару недель, практически восстановившись физически, каждое утро выезжала в поля, издалека наблюдая за пастухами, либо следила за кормовыми культурами, удобряя, пропалывая, обрабатывая землю. Освобождая свободные минутки, уделяла внимание заботе о животных. Первая покидала дом, уходя на раннюю дойку коров. Не щадила себя, уставая так, чтобы не оставалось времени на тяжёлые думы.       Виктор с помощниками строил новый дом между двумя границами, пытаясь успеть закончить до осени, когда прибавится ещё больше работы на ранчо. Кровать, как и обещал, сколотил в первую же неделю, заняв ей практически всё небольшое пространство комнаты Лены. Вот только они на ней просто спали, обнявшись, словно оказавшись в исходной точке до брачной церемонии в резервации. Синий ветер ждал и верил, что Белое облако вернется и станет прежней, но чувствовал, как и сам не может найти спокойствие, сдерживая напряжение. Порывистость свою топил в работе, лишь изредка позволяя отдых в разговорах с Тайгашем. Друг не просил слушать тишину и контролировать себя. Он, как никто, понимал необходимость выпускать эмоции и отвлекал Виктора мужскими занятиями: охотой, стрельбой из лука, тренировками силы.       Дольше всех физически восстанавливался Игорь. Михаил в итоге прислал со своего ранчо ухаживать за ним дочь одного из ковбоев, пока Мария занималась домом и людьми. Но, как только здоровье позволило, парень начал помогать Синему ветру со строительством. Дом стал их общей отдушиной, уводя от плохих мыслей, и каждый верил, именно новый семейный очаг вернёт всем прежнюю Лену.       Белое облако визуально казалась такой спокойной, словно всё пришло в норму, даже улыбалась, лишь изредка покрывая тенью зелень своего взгляда. Но Виктор каждую ночь успокаивал её, просыпающуюся от кошмаров. Никакие объятия не могли перекрыть ужас той ночи. Лена всё так же через силу позволяла дотронуться до своего тела, но не отгоняла, мелкими шажочками ломая стену. Однажды Игорь неосторожно прижал девушку к себе, поделившись радостной новостью о беременности сразу трёх коров. И только присутствие рядом мужа позволило быстро успокоить истерику, вспыхнувшую в глазах. Виктор с Леной негласно выработали ритуалы: можно и нельзя. Днём расходились по своим делам, встречаясь только вечером в доме. Синий ветер чаще всего находил жену в кровати, уже практически спящей, ложился рядом и крепко обнимал. В полудрёме они успевали обсудить прошедший день, и каждый прикрывался своим «всё хорошо».       Кроме Виктора, из мужчин Белое облако оставалась наедине только с Тайгашем, позволяя себе в редкие дни прогуляться с ним или посидеть у воды. Поначалу они просто молчали. Но с каждой новой встречей их диалоги разрастались словами.       — Для того, чтобы услышать себя, нужны тихие дни, — индеец дарил свои мысли.       — Ты, как всегда, прав, Тайгаш. Сейчас я мёртвая рыба, которая плывёт по течению.       — Душа Синего ветра болит за тебя.       — Знаю. Я пытаюсь вернуть ему себя.       — Ты разговариваешь с ним? Это важно.       Лена промолчала. Спустя затянувшуюся паузу, протянула руку Тайгашу, вложив в его ладонь.       — Разговариваю, но не так, как раньше. Ты хороший друг, Быстрая стрела.       Через пару дней Белое облако, изменив свой привычный распорядок, прискакала на стройку. Издалека долго наблюдала за работающим мужем, снявшим рубаху из-за жары. Виктор таскал брёвна, забивал гвозди, пилил, а Лена не могла отвести взгляда от его обнажённого торса. Чувствовала, как в ней просыпается желание, от которого она пряталась, избегая смотреть на Синего ветра вот так прямо все эти долгие дни. Только сейчас осознала: борясь со своими страхами, на одну линию с ними неосознанно поставила и Виктора, который так трепетно оберегал её, заглушая при этом свою боль. Подумала о том, как он, скорее всего, нагрузил себя бесконечной виной за произошедшее, вспомнив разговор между ними после той ночи. Пришло время вернуть их души друг другу.       Подъехав к стройке, Лена слезла с лошади и присела совсем близко на бревно напротив увлечённого делом Виктора. Подперев щёку кулачком и улыбаясь, продолжила смотреть на мужа, незамечающего её.       — Мой Синий ветер, — прошептала, а он, наконец, поднял тревожный взгляд, удивившись присутствию жены.       Подошёл ближе и пристроился рядом. Белое облако нежно провела пальцем по его щеке, спустилась к губам, задержавшись на них, но Виктор в ответ перехватил её руку и поцеловал ладонь.       — Как ты тут оказалась? — он уже привык встречаться с Леной только дома, когда солнце уходило к закату. — Что-то случилось?             — Пришла на тебя посмотреть. Я соскучилась, — коснулась взлохмаченных и влажных от летней жары волос мужа.       Виктор улыбнулся, ловя искорки огоньков во взгляде девушки, которые он ни разу не видел с того самого дня.       — Отвези меня на наше озеро, — пропустила пальцы через тёмные вихры любимого.       Синий ветер подскочил так, словно каждая потерянная секунда будет равна целому году.       — Игорь! — Виктор крикнул куда-то вдаль строящегося дома, заставив объявиться парня. — Лошадь Лены забери с собой. Мы отъедем, а после — сразу домой.       Друг широко улыбнулся, понимая, что лёд, наконец, тронулся.       — Ты же не против ехать со мной? — Виктор заволновался, всё ещё не веря.       — Не против, — Белое облако одарила его прищуренным взглядом.       Лена сама запрыгнула в седло, муж — следом, и оба окунулись в воспоминания о том дне, когда они вместе сидели на лошади в последний раз. И как были счастливы в те прекрасные мгновения, возвращаясь домой из резервации.       До озера добрались быстро. Их волшебное место всё так же поражало природной красотой, завораживая пейзажами синих шапок гор и сосновым лесом. Виктор спешился с лошади и тут же спустил Лену, принимая в кокон своих рук. Прижал к себе, чувствуя, как жена возвращается к нему и, наконец, спокойно реагирует на его прикосновения. Аккуратно поставил Белое облако на землю и обнял ладонями её лицо.       — Как же я соскучился по тебе, — голос его задрожал, а Лена в ответ приложила свою ладонь к его груди.       — Пойдём купаться, — отошла от мужа и тут же начала стягивать с себя одежду, лукаво поглядывая на любимого.       Виктор замер, словно юнец, ошарашенный от свалившегося на него такого долгожданного счастья. И глазом моргнуть не успел, как Лена русалкой нырнула в воду и поплыла от берега. Пришлось второпях догонять, сняв рубаху и запутавшись в штанах, которые никак не хотели покидать его тело по-быстрому.       Оказавшись рядом, Синий ветер протянул к жене руки, зовя к себе.       — Не достаёшь уже до дна же? — улыбнулся. — Иди ко мне.       Она позволила соприкоснуться их обнажённым телам и тут же панически задышала, снова под напором страхов ломая хрупкий мир своей души. Вроде бы сделан шаг вперёд, но тут же — три назад.       — Лена, смотри на меня, — он не позволил ей отпрянуть и сильнее сжал в объятия. — Лена, это я. Твой муж. Я никогда не сделаю тебе больно. Смотри на меня и дыши.       Не отводя взглядов друг от друга, словно смешивая краски синевы с зеленью, они окунулись в водоворот их общего дыхания: её паническое успокаивалось под его сдержанным. Выдох Виктора — вдох Лены. Время потеряло значение, возрождая влюблённых, а озеро давало новые силы и надежду.       Придя в себя, Белое облако расслабленно сама потянулась к губам мужа. Поцелуй в первые мгновения был таким осторожным, медленно-тягучим, распространяя нежность по их телам, а затем фейерверком разлетелся по венам, разгоняя желание. Синий ветер, осмелев и понимая, что любимая не оттолкнёт, дал волю рукам, запустив пальцы в волосы девушки, и тут же прижал её к себе так, что не смог удержать стон своей страсти, всё ещё терзая губы Лены. Она неожиданно для него всё-таки отпрянула. Виктор, боясь вновь увидеть страх, поймал взгляд девушки, но улыбнулся, столкнувшись с зелёным огнём.       — Я люблю тебя, Синий ветер, — прошептала, прильнув к его груди. — Держи мою душу и не отпускай.       Замерли оба в паузе уединения с сердечными ритмами друг друга, успокаивая возбуждённое дыхание. Но, спустя несколько минут, оба поняли бессмысленность промедления. Его руки энергией жгла кожа Лены, а её с каждым мгновением смелее блуждали по спине мужа. И в ту секунду, когда Белое облако поймала в себе невесомое ощущение того, что в мыслях всплывают только картинки их счастья, перекрывая волной все страхи, Синий ветер снова накрыл её губы поцелуем. И каждая секунда огнём сжигала плохие воспоминания в пламени их чувств. Сосны, горы и вода, словно безмолвные свидетели, ловили тающие в воздухе звуки имен, растворяющиеся на губах в стонах влюблённых. Атомы душ и тел соединились после долгой разлуки. ***       — Игорь, а где Лена с Виктором? Ты чего-то сегодня у меня один за столом побывал. Ночь почти на дворе, а ужинать никто из комнаты не вышел. Отнесу им еды, — запричитала Мария.       — Мама, не нужно. У них всё хорошо, — парень улыбнулся. — Не беспокой их.       — Чего хорошо-то? Работали весь день и голодные спать лягут теперь?       — Мама, — взял за руку женщину, отвлекая от суеты. — У них всё хорошо, — Игорь лукаво метнул искры взглядом, сделав акцент на слове «всё».       Мария, наконец, поняла и приложила ладонь ко рту, сдерживая радость, накрывающую осознанием того, о чём сын говорил намёками.       — Утром они, наверное, будут очень голодными. Кашу сварю, — возвращаясь к заботам, женщина вдруг засмущалась, покраснев от своих мыслей, но не смогла спрятать счастливую улыбку.