Хозяйка ранчо

      — Лена, корова разродиться не может, — Игорь выловил на улице подругу, провожающую в поля ковбоев для оценки первой травы.       Хозяйка ранчо и сама бы с удовольствием ускакала на лошади, но в нынешнем состоянии не могла уже позволить себе такого риска. Да и запрыгивание в седло без посторонней помощи превращалось в непосильную задачу. Работа Лены в последнее время сводилась исключительно к контролю.       — Не можешь без меня? — ехидно улыбнулась.       — Ты лучшая же. Ни одного телёнка ещё не потеряла, — и это не было лестью.       — Буду тебя учить, — во взгляде отражалась усталость, всё чаще накрывающая Белое облако в последние дни.       Войдя в загон, девушка подошла к мучающейся корове и погладила её.       — Ну что, матушка, помочь тебе нужно? Игорь, он неправильно лежит. Я покажу, что нужно сделать. Но придётся тебе самому.       Когда через долгие минуты, после всех процедур, телёнок был вытянут живым ножками вперёд, все радостно выдохнули. Белое облако, поддержав Игоря, провела рукой по его вихрам, поздравляя.       — Мне можно уходить на покой, — пошутила Лена.       — Я тебе уйду! Сама первая не выдержишь и поскачешь в поля, как родишь. Но спасибо за помощь. Извини, обнять не смогу. Нужно помыться, — засмеялся.       — Скоро и я окажусь в положении этой коровы, — ухмыльнулась девушка.       — Надеюсь, что у тебя всё пройдёт спокойнее, — где-то на подсознательном уровне слова Лены отозвались у Игоря тревожностью.       Во взгляде Белого облака отразилась грусть. Последние недели она окуналась в чувство нарастающего от неизвестности волнения. Ожидание родов всё сильнее пугало. И сегодняшний тяжёлый отёл коровы лишь усилил это состояние. Лена осознанно больше времени проводила с Тайгашем, уединяясь вдвоём с ним y пруда. Друзья по большей части просто молчали. Другого и не требовалось. Лена не понимала, как это работает, но его спокойствие передавалось и ей.       Виктор замечал, что жена всё меньше разговаривает с ним, уходя в свои мысли, но чаще обнимает, успокаиваясь тактильно. Понимал её страхи, хотя она ни разу не озвучила их вслух. Вызвать единственного доктора из города во время родов — не хватит времени. Поехать туда заранее самим — слишком тяжелая дорога для Лены. В целом, такие естественные процессы, хотя и редкие на их землях, обычно проходили без вмешательства специалистов. Многие годы женщины справлялись сами с помощью других женщин, в том числе и Марии. И сейчас, пусть и не обсуждая тревожность друг с другом, влюблённые не понимали, откуда в их душах поселилось предчувствие чего-то неизбежного. И сегодняшний день только усилил егo. ***       Май вступил в свои права, сменив, наконец, декорации холодов и подарив невероятное для этих краёв тепло, плавно переходящее в жару.       Мужчины на весь день разъезжались по работам, которых весной всегда хватало в избытке. Вэлари с Игорем ещё в апреле вернулись жить в маленький дом. В один из дней Лена пешком догуляла до обители своего детства: пришло время разобрать комнату дедушки. По дороге через поля девушка рвала первоцветы, радовалась словно ребёнок яркому солнцу, наконец, сбросив тёплые одежды. Мария пошила для неё лёгкие платья, позволяющие чувствовать себя свободнее. Сегодня Белое облако, как никогда, тянулась к «отчему» дому.       — Вэл, я пришла. Примешь гостью? — положила букет цветов на стол.       Подруга занималась готовкой. Вытерев руки от муки, девушка обняла Лену.       — Ты всё растёшь, дорогая?       — Расту до необъятных размеров, — встала в позу «сахарницы», улыбаясь. — Я хочу сегодня разобрать вещи в комнате деда.       — Гнездуешься? — засмеялась Вэлари.       — А что это значит? — растерянно удивилась Белое облако.       — Обычно будущие мамочки перед самыми родами активно готовят дом к приходу ребёнка. Но тебя почему-то потянуло именно сюда. Видимо, незавершённые дела.       — Наверное, ты права, — взгляд Лены выражал меланхоличную задумчивость. — Там у нас гнездуется Виктор, — Белое облако засмеялась через паузу. — Он уже сколотил кроватку. Мария что-то вяжет и шьёт. А я всё никак. Ты вернулась сюда, и никто нe заставляет меня заниматься одеждой для малыша. Работать не могу. Устала от своей беспомощности, — смутилась.       — Все разные, Лена. А к работе вернёшься, не переживай. Виктор ещё и отгонять будет. А ты будешь верёвки вить из новоиспечённого папочки, — засмеялась в голос.- Я приду к тебе в комнату чуть позже. А пока закончу с едой, а то мой муж останется без ужина, — ухмыльнулась Вэл.       — Я сама. Не переживай. Но после твоего переезда мне не хватает наших бесед. Как закончишь, приходи, конечно.       — Мне есть, что тебе рассказать. Кажется, и я дождалась своего чуда, — Вэлари прикоснулась к животу.       Белое облако счастливо улыбнулась во весь рот и взяла подругу за руки.       — Как и пророчила Быстрая лань. Я очень рада.       Через пару часов хозяйка закончила готовить, но не успела заглянуть к Лене: та сама вернулась на кухню.       — Вэл, из меня что-то потекло? Это оно? — взгляд Белого облако отражал страх, и её подруга подумала, что ранее никогда не видела девушку такой ранимой.       — Лена, оно, — улыбнулась успокаивающе, подошла и обняла. — Мы сейчас с тобой медленно пойдём к Марии. Ничего же пока не болит?       — Болит. Не постоянно. Нo…       — У тебя всё по жизни быстро, — по-доброму съязвила Вэлари. — Пока дойдём, может участиться. Будем останавливаться и пережидать. Я с тобой. Не бойся. Виктор знает, что ты сегодня у нас?       — Мария знает. Я неожиданно решила прогуляться, — Белое облакo сложилa руки нa груди, будто защищаясь, кусала губы.       — Значит, не потеряют. Кого-то, возможно, встретим по дороге. Первые роды обычно длятся много часов. Но ты у нас особенная, — ухмыльнулась Лера.       — Вэл, я к мужу хочу, — во взгляде Белого облако проступила растерянность.       — Всё будет хорошо, Лена, — обняла еще раз подругу для поддержки.       Девушки медленно шли через поля, время от времени делая паузы. Белое облако не чувствовала какой-то слишком сильной боли, но понимала: минуты идут, и ощущения медленно нарастают, каменея внизу живота и учащаясь. Подобное Лена испытывала всю последнюю неделю, но Мария успокаивала, что такое состояние — лишь предвестник. Обычный недолгий путь до большого дома растянулся уже до второго часа: слабость в ногах делала шаги Лены медленными. Но Вэлари поддерживала подругу, заставляя останавливаться и отдыхать, и никуда не торопила. В минуты схваток позволяла девушке вцепляться пальцами в свою руку и просила отпускать страхи через дыхание.       Ha горизонте высокого холма, который им требовалось перейти, Лена первая увидела Быструю стрелу на лошади. Друг практически мгновенно оказался рядом. Понял всё по болезненному взгляду Белого облака.       — Я отнесу тебя. Вэлари, с лошадью моей справишься? Доскачешь?       — Конечно, Тайгаш.       Индеец словно пушинку подхватил Лену на руки.       — Ты дрожишь. Боги с тобой, Белое облако. А твоё сердце теперь знает страх, — улыбнулся индеец.       — Шутишь всё? — ухмыльнулась, но почувствовала уходящее волнение, так легко отступившее в присутствии друга. — Тебе не тяжела моя ноша?       — Белое облако, ты самая лёгкая ноша в моей жизни.       Когда Тайгаш добрался с Леной до дома, Мария уже волнительно суетилась на улице. Тут же находилась и Быстрая лань. Индеец передал подругу женщинам, и они отвели её в комнату, приготовленную для родов. Сам Быстрая стрела ускакал в поля за Виктором. Тот, занимаясь починкой ограды, удивился нежданному другу.       — Что-то случилось? Лена прислала? Я заканчиваю уже. Пора домой.       — Синий ветер, время пришло.       — Тайгаш, ты о чём? — недоумение лишь на секунду повисло в воздухе, и тут же пришло осознание. — Рано же ещё?       — Небо само решает, — подытожил индеец.       Виктор отвязал свою лошадь и, вскочив в седло, умчался к дому вместе с Тайгашем. Воздух сгущал сумерки, заканчивая день и опускаясь ночью на земли. Спешившись и влетев в дом, Синий ветер волнительно попытался сориентироваться, в какой из комнат могла находиться Лена, не обнаружив никого ни в спальне, ни в гостиной. Поймал себя на мысли, что по какой-то неведомой причине, как в тот день, когда захватили ранчо, он будто потерял связь с Белым облаком. Замер, вспоминая заветы друга о тишине, прислонил ладонь к своему сердцу, и, наконец, понял, куда идти, услышав голоса. Открыл дверь и увидел свою жену: в длинной сорочке, с распущенными волосами, казавшуюся сейчас такой маленькой и потерянной. Она держалась руками за спинку дубового стула и часто дышала, но, увидев мужа, улыбнулась.       — Ты пришёл? Обними меня, пожалуйста, — потянулась к нему.       Просьба была исполнена мгновенно. Синий ветер прижал к себе Белое облако, гладил по волосам, отдавал ей свою энергию, чувствуя, как она в ответ, обхватив его ладонями, выдыхала и расслаблялась.       — Bcē! Теперь можешь идти, — Лена резко изменилась, словно собралась внутренне. — Я дальше сама.       — Даже не подумаю. Как ты мне говорила недавно, помнишь?       — Hy-y-y-y.       — Это не обсуждается, дорогая. — Виктор, Лена верное дело говорит. Она тебя ещё сто раз позовёт. Не переживай, — разрушила их идиллию на двоих Мария.       И тут же Быстрая лань с кормилицей, подталкивая к выходу, буквально выставили мужчину за дверь. Ухмылялись, улыбались, давая понять, что тот теперь в меньшинстве, а они главные. Пришлось Синему ветру остаться за порогом. Уселся ждать прямо на полу, опираясь спиной о стену. Отмерял про себя минуты, подгоняя время, удивляясь отсутствию звуков вокруг. Знал, что если услышит хотя бы стон Лены, то ворвётся в комнату без разрешения. Неожиданно дверь открылась, и Быстрая лань, явно волнуясь, выскочила наружу и побежала вниз по лестнице. Виктор постучал, но, не дожидаясь ответа, зашёл внутрь.       — Что-то случилось? — взгляд жены, уже лежашей в кровати, как ни странно, не выдавал ни волнения, ни даже усталости, а только ощущение принятия своего состояния.       — Ребёнок лежит неправильно, — голос Марии прозвучал тревожно.       — Это опасно? — подошёл к Лене и присел рядом, погладил её волосы, ловя себя на мысли, что они совершенно мокрые и, наверное, мешают сейчас.       — Дорогой, всё хорошо. Быстрая лань поможет кормилице. Это как с коровами. Просто будет больнее.       И тут же лицо Быстрого облака исказила мука от новой схватки, что заставило мужа интуитивно дать свою руку, позволяя вцепиться в неё, пережидая вместе. Но ни одного звука Лена не издала.       — Мария, это опасно? — на свой повторный вопрос Виктор так и не получил ответа, но по лицу женщины понимал, что он положительный. — Мне нужно поехать за доктором?       — Ты всё равно не успел бы. Не суетись. На всё воля Божья.       — Мария, какая воля?! Моя жена не может быть отдана на усмотрение чьей-то воли?! — попытался прижать к себе Лену, словно испугался, что её у него отнимут.       — Муж, не кричи, пожалуйста, — спокойно на контрасте отреагировала Лена. — Иди к Тайгашу. Он тебе всё объяснит про твоё поведение. Я тоже боюсь. Но всё будет хорошо, — Белое облако отодвинулась от любимого, но взяла его за руку, успокаивая.       Она будто светилась силой, смотря на мужа серьёзно, но в то же время так невозможно безмятежно. В комнату вернулась Быстрая лань, заставив Синего ветра подскочить, ища у неё подсознательно помощи.       — Виктор, я помогу. Я умею, — индианка взяла мужчину за руки и вложила их в свои ладони. — Тайгаш попросит небо. Пока тебе нужно оставить нас. Мы позовём.       Девушка снова выставила мужчину за дверь, а он не понимал, почему сейчас так безропотно подчиняется женскому составу. Спустился вниз и вышел на кухню, где Вэлари кормила вернувшегося с работы Игоря. Тут же под столом туда-сюда перемещался Той, которого запустили в дом по случаю особенного дня, а он будто и сам чувствовал всё, что происходит с хозяйкой, поскуливая время от времени.       — Мы сегодня с вами, Виктор. Хочешь перекусить? — обратилась к нему девушка.       — Нет, Вэл. Спасибо. Игорь, а где Тайгаш, не видел?       — На улице он. На тебе лица нет. Что-то пошло не так? — заволновался друг.       — Я и сам не понимаю пока. Они меня выгоняют всё время, — ухмыльнулся Синий ветер. — Говорят, что ребёнок лежит неправильно.       — Ну что ты нервничаешь? Это же как с коровами, — засмеялся Игорь.       — И ты туда же? Не смешно. У коров тоже бывают неудачные роды. Но за попытку поддержать — спасибо, — хлопнул по-дружески по спине парня.       Оба улыбнулись, понимая, что волнение действительно нужно пытаться сдерживать. Впереди самые тяжелые часы.       Синий ветер вышел во двор, окунаясь в темноту ночи, и увидел то, что отозвалось в его сердце и благодарностью, и новой тревожностью. Тайгаш был раздет по пояс. Тело и лицо окрасились красным цветом. Вокруг себя индеец очертил огнём круг, в котором молился вслух на своём языке, не реагируя ни на что извне. В это мгновение Виктор в полной мере осознал истину: действительно только боги решают, как всё сложится. Вспомнил учения друга и непростой путь любви к Лене. Синий ветер словно попал под гипнотическое влияние голоса Быстрой стрелы, не замечал время, унёсся мыслями в прошлое, наблюдая и повторяя про себя слова, которые произносил Тайгаш. Очнулся, когда за плечо его тронул Игорь.       — Виктор, пора. Она зовет.       — Уже? — вздрогнул, возвращаясь в реальность.       — Ты не заметил, как пролетело время?       — Видимо, нет, — почувствовал страх от того, что «бросил» Белое облако.       Взлетел по лестнице наверх, уже слыша звук плача, но все ещё не осознавая, что его ребёнок родился. Ворвался в комнату, где на кровати лежала раздетая Лена, накрытая лишь в районе ног простыней, с ребёнком, припавшем к груди матери. Пряди светлых волос девушки прилипли к лицу, взгляд выдавал измученность последних часов, на щеках застыли слёзы, но она улыбалась так, как никогда, словно сама стала солнцем.       — Я пропустил всю твою боль. Прости, — он медленно подходил к кровати, а женщины тихо покинули комнату, оставляя влюблённых наедине. — Тайгаш будто заколдовал меня, — горько усмехнулся.       — Ты слишком много моей боли видел раньше. Так было нужно. Только твоя любовь во мне, и никакой боли, — взгляд светился. — У нас родилась здоровая сильная девочка, — ребёнок, будто почувствовав отца, «отпустил» грудь матери.       Лена аккуратно передала младенца Синему ветру, а тот вдруг ощутил подступивший к горлу страх и дрожь в руках, не понимая, как держать такую малышку.       — Она такая маленькая. Наша дочь. Спасибо, — глаза заблестели, покрываясь слезами счастья.       — Наша дочь, — Лена не переставала улыбаться. — Я хочу, чтобы Тайгаш дал ей имя. В благодарность за всё. Ты не против?       — Нет, конечно, — присел рядом и вернул ребёнка матери, перед этим поцеловав малышку в лоб. — Я тебя очень сильно люблю, моё Белое облако, — кратко коснулся губами искусанных болью губ жены.       — Я тоже очень сильно люблю тебя, мой Синий ветер.       Чуть позже, когда Мария привела Лену в порядок, переодела и отвела в спальню, где её ждал муж вместе с дочерью, туда же пришёл и Тайгаш, озаряя светом своей души всю семью. Он взглядом попросил разрешения подержать малышку.       — Спокойная, — в руках друга она смотрелась совсем крошкой.       — Тайгаш. Мы просим тебя дать имя нашей дочери, — почтительно обратился к нему Виктор.       — Новое имя. Новая жизнь. Кайя — маленькая, но мудрая. Она научила вас принимать неизбежное, — всегда внешне невозмутимый Быстрая стрела прослезился от оказанной ему чести.