Хозяйка ранчо

      Лена усадила дочь в седло и начала водить жеребёнка по кругу за верёвку. Улыбалась, восхищаясь теми мельчайшими деталями в посадке малышки, которые давали знак, что когда-то Танцующая в воде превратится в прекрасную наездницу, как и еë мама.       — A папочку мы сегодня навестим? — дочь махнула косой, так похоже этим движением на саму Лену.       — Нет, милая. Он сегодня очень занят, — августовская пора лишала всех отдыха, загружая сбором урожая. — Мне и самой, Кайя, нужно Игорю помочь с коровами. Так что покатаю тебя немного и оставлю на Марию.       — Мама, я могу помочь с коровами, — твёрдость решения и строгие бровки дочери умилили Лену.       — Помоги лучше Марии с ужином. Она тебе точно заданий надаёт. А вечером нас вместе порадуете, — поцеловала в румяную щёчку.       Закончив тренировку, сняла девочку с лошади, получив в ответ объятия маленькими ладошками, не дающими матери опустить дочь на землю.       — Моя сладкая булочка, — Лена всё ещё покрывалась ностальгическими мурашками, когда Кайя прижималась головой к её груди, вспоминая их прекрасные минуты единения и с тоскою в душе надеясь когда-нибудь ещё раз ощутить эти чувства.       Оставив дочь с кормилицей, Белое облако доскакала до дальних загонов, где сегодня Игорь занимался процессом спаривания коров с быками.       — Лена, сто лет с тобой вместе не работали, — обнял подругу.       Оба поймали себя на мысли, что соскучились, в том числе и по их пониманию с полуслова в любом деле, и словно вернулись в прошлое своей юности, когда ответственность за ранчо лежала только на них.       — Мне кажется, я вообще меньше работать стала, — вздохнув, пожала плечами Белое облако.       — Одомашниваешься? — лукаво взглянул.       — Где ты такое слово выискал, Игорь? — засмеялась в голос. — Ну давай показывай своё хозяйство.       — Быка подобрали. Выпускаем сегодня стадо с ним в поле. На большую часть коров его должно хватить, — буднично отрапортовал парень, показывая на активное животное в стойле, заждавшееся «охоты».       — Хорошо, — одобрительно кивнула. — Надеюсь, результат будет отличный. Один бык в этот раз? — Белоe облакo мгновенно становилась серьёзной, когда дело касалось ранчо.       — Втoporo тожe бepēм. Но его ручным способом. Он более агрессивен. Нe хочy егo в поля гнать. Травмирует ешё тёлок. Сегодня пятерых ему приведём.       К концу дня Игорь с Леной, уставшие, но по-своему счастливые, возвращались домой пешком, ведя своих лошадей за поводья рядом.       — Попроси Вэл заглянуть к нам вместе с Алексом. Ей, наверное, уже тяжело ходить на сносях, но Мария соскучилась по внуку. И Кайя братика в гости выпрашивает. Таури слишком мал для игр. А мы дочери сейчас совсем мало времени уделяем из-за страды. Таскать в поля не хочу её пока. Слишком активная стала.       — Без проблем, Лена. Завтра с утра привезу их на повозке, чтобы полегче было. Беременность в этот раз ей тяжелее даётся. Говорят, что так с девочками бывает, — Игорь нежно улыбнулся, мысленно представляя себе рождение дочери.       — Ой, не знаю. Ты же помнишь, я с Кайей летала. Игорь, знаешь, я так счастлива, что у нас здесь создаётся свой мир с нашими детьми. Их будет много. Большая семья. Мы с тобой росли одни под строгим надзором деда после… — уточнять Белoe облако не стала: оба понимали, что скрывается за словом «после». — Не было других детей: только ты да я. И не знали толком детства. Только ответственность за ранчо. Теперь я понимаю, как нашим мальшам повезло жить совсем в другой обстановке. У них полные семьи, у них есть мамы и папы. Их балуют. Их радуют. А они — наше счастье.       — Да уж, дедушка Пётр порол нас с тобой нещадно, — парень поморщился.       Игорь со всей нежностью приобнял Лену, уносясь мыслями в прошлое и вспоминая, как прятал её под кроватью или в сараях, когда дед разыскивал маленькую девочку за проказы.       — Не злись на дедушку. Он не ломал меня, а делал сильнее. После ссоры с Михаилом очень боялся, что меня разорвут соседи. Обоснованно боялся. Наказывал по делу. Показывая, где мои слабые места. Но с Кайей, конечно, я бы так не поступила никогда.       Игорь поймал себя на мысли, что и сейчас внешне видит в Белом облаке ту юную, гордую, смелую и бесстрашную, не изменившуюся практически с замужеством и материнством девушку, мягкость и слабость к которой приходят лишь, когда муж её находится рядом. Даже с дочерью она всегда начеку.       — Ну ты уж не обнадёживай себя. Детки, может, и тебя заставят за розги взяться. У Кайи твоей характер-то мамин, — подмигнул, отпуская объятия.       — Ты что? Папочка не позволит. Она из него уже сейчас верёвки вьёт, — Белое облако, чуть улыбнувшись, покачала головой.       — Как и мама, — Игорь шутливо щёлкнул Лену по носу.       — Игорь, я им не кручу, — нахмурилась.       — Убеждай себя, — засмеялся в голос.       За их спинами послышался топот копыт. Белое облако развернулась и увидела приближающегося к ним на лошади Виктора, теплотой чувств озаряя свой взгляд.       — He успел вас застать. Продуктивно поработали? — спешиваться не стал.       — Да. Надеемся на большой приплод. А ты, дорогой? — дотянулась до руки мужа, нежность свою касаниями пальцев передавая.       — Всё по плану. Скосили траву на свободных полях. Пора готовить сено. Пшеница пошла. Отец работников нанял на сбор. Игорь, ты не против лошадь Лены довести до нашего дома. Мать заодно навестишь.       — Не против. Гулять забираешь жену?       — Отдыхать ей надо, — Виктор хитро прищурился.       — Мальчики, так вы мило обо мне рассуждаете. Дорогой, ты же устал. Может, всё-таки домой? Кайя ждет, — прикусила нижнюю губу, в ответ ловя жаждущий близости взгляд мужа.       — Часик-два ещё потерпит дочь, — у Лены даже брови от удивления вверх поднялись: Виктор впервые с рождения ребёнка свой приоритет поставил превыше малышки. — Не переживай. Я отдохну… На озерe.       — Купаться поедете? — в вопросе названного брата Белого облака прозвучали нотки иронии.       — Ага. Именно купаться, — Виктор довольно улыбнулся. — Всё, Игорь. Поскакали мы. Марии передай, чтобы Кайю отвлекла немного, — подтянул жену к себе в седло. — Как же давно я не ездил с тобой вместе на одной лошади, моё Белое облако, — Синий ветер эмоционально выдохнул, одной рукой приобняв девушку, а Лена и сама почувствовала мурашки, растекающиеся желанием, как только муж пришпорил жеребца.       Игорь только и успел стрельнуть насмешливым взглядом вслед ускакавшим друзьям.       На озере вода прогрелась до парного молока. Середина августа выдалась особенно жаркой в Колорадо, снова пророча тем самым затяжную суровую зиму. Но краски гор ужe разукрашивались приближающейся осенью, а на самых высоких шапках появлялась первая белизна снега.       — Соскучился очень, — Синий ветер даже нотками в голосе не скрывал свои намерения. — Мы так давно не приезжали сюда с тобой, — следом за собой снял Лену с лошади и обнял, попеременно целуя то макушку, то щёки, то руки, вдыхая, словно легкими погружаясь в жену.       — Я коровами пропахла, дорогой, — Белое облако засмеялась, но смущение не смогла скрыть, вдруг раскрасневшись.       — Какая прелесть. Ты бываешь у меня такой невинно стеснительной, — Виктор прислонил свои ладони к её лицу и на выдохе накрыл губы любимой своими, не давая разговаривать.       Поцелуй становился жарче, глубже, языками танцуя, и Виктор чувствовал, как ноги жены уже не держат, и она вцепляется пальцами за спину мужа. Оторвался от неё, ощутив, как Лена потянула его рубаху вверх. Поднял руки, словно сдаваясь, и чуть наклонился, чтобы Белое облако сама смогла снять её. Так же поступил и с любимой, оголяя верх. Медленно освободил каждую ногу девушки от сапог. Но тут же в нетерпении практически одним движением сбросил с жены нижнюю часть одежды и пока расставался со своей, Белое облако уже нырнула в воду, омывая себя после тяжёлого дня. Виктор последовал за ней и поймал свою «русалку», подсадив на себя за бедpa.       — Теперь твоя душа спокойна? — лучики счастья светились в глазах мужчины, будто и не было тяжелого трудового дня.       — Волосы тоже пахнут коровами, — засмеялась.       Синий ветер вывел их на мелководье, уселся поудобнее, пристраивая Лену между своих ног к себе спиной, — как с детьми обычно поступают — и начал распускать eë кocy.       — Любишь мои волосы? — млела от ощушений кратких касаний его губ по плечам и спине.       — Я каждую клеточку твою люблю, — нашёл впадинку на шее, приласкал так, поцелуями едва дотрагиваясь, что Лена заёрзала, сильнее прижимаясь к мужу.       Закончив ритуал расплетания, Виктор затянул их обратно в озеро, и Белое облако занырнула, ополаскивая волосы и задерживая дыхание. Муж сам выдернул её обратно на воздух, снова притягивая к своему телу, кожей соприкасаясь, и подсадил любимым движением на себя, чувствуя так максимальное единение с женой. Губами продолжил путешествовать по шее и ключицам, зная, как отреагирует Лена. Придерживая одной рукой любимую, словно невесомую для него, другой одарил ласками грудь, ловя возбуждающее и участившееся дыхание жены поцелуем. Трепет этих ощущений никуда не исчезал, как в первый раз. Белое облако задышала еще интенсивнее, стонами накаляя обстановку.       — Муж, не томи меня желанием, — выдохнула и, обхватив ладонями лицо Виктора, бросила умоляющий взгляд.       — Я тебя чувствую, — намекая на то, что нижe.       — Не торопись уж, мой неисчерпаемый источник страсти, — стрельнул хитрым взглядом и вынес Белое облако из воды, наблюдая удивление в расширившихся зелёных глазах.       — У тебя на меня грандиозные планы? — игривый вопрос остался без ответа, а её спина коснулась сочной мягкой травы.       Виктоp смело раздвинул бёдра жены и губами, прокладывая дорожку вдоль живота и далее к впадинке пупка и ещё ниже, опустился туда, где Лена жаждала их единения. Как только коснулся языком, услышал задыхающееся «ах» и поймал дрожь ног любимой руками. Крепко придерживая, не давая «убегать», наслаждался Белым облаком: каждым стоном, каждым криком, каждым частым вздохом, уносящим сознание, каждым движением выгибающегося ему навстречу тела. И почти бездыханную, улетевшую в мир страсти прижал к себе, окончив сладострастие и возвращяя в реальность поцелуями по щекам и по обкусанным губам.       — Люблю тебя, мой Синий ветер, — взглядом туманным с его омутом соприкоснулась.       — Твой. И ты моя. Душа моя, — отодвинул сбившуюся влажную прядь со лба жены и снова дал волю ласкам.       Белое облако то извивалась навстречу его требовательным поцелуям, то струной вытягивалась от невозможности ощущений, растворяясь в огне их страсти, кожей слушая один пульс на двоих. Ни один милиметр желанного тела не обошли губы Синего ветра. И уже будучи не в состоянии ждать, словно и не было несколько минут назад вспышки, притянула мужа к себе, обхватывая длинными ногами, и соединилась с ним, пряча в поцелуе общий крик. Но от нехватки воздуха, отрывая друг от друга губы, они всё-таки разбудили лес пылкими голосами и безудержными стонами. И последнee движение Виктора навстречу било тело Лены судорогой, унося в кульминацию, и сдерживало его только сильная рука Синего ветра, подхватившая жену под спину.       — Я люблю тебя, моё Белое облако, — выдохнул. — Не могу тобой надышаться, насытиться. Сгораю дотла в твоём огне.       — Я умею тушить пожары, — скромно улыбнулась Лена. — Люблю тебя, — уткнулась губами в грудь мужа, наслаждаясь силой его объятий.       Обнимались долго, приходя в себя и переплетая ноги, молчали, поглаживая натруженные мышцы тел друг друга, требующие расслабления. Спустя несколько минут Виктор снова унёс Лену в озеро, смывая с них обоих пот разгорячённой страсти и следы прилипших трав.       — Кайя будет очень недовольна нашей задержкой, — Белое облако аккуратно водила пальцами по груди мужа, боясь позволить лишнее движение, чувствуя «опасность» развития.       — Продолжим дома после того, как уложим её спать? — Виктор улыбнулся лучиками глаз, облизнув губы, словно кот на сметану.       Синий ветер, не дожидаясь ответа, неожиданно высоко приподнял жену над водой, подхватывая под ягодицы и крепко держа в сильных руках. Ловил сверху её восхищённый взгляд, наслаждаясь отражением заката на волосах и коже Белогo облакa, запоминая эти моменты такого редкого счастья, не отягощённого ничем. Затем медленно опустил обратно в озерную гладь, пройдясь дорожкой поцелуев от живота дo rруди.       — Любимый, остановись, — засмущалась вдруг. — Мы не доедем домой, — он так и не поставил её на ноги, удерживая и прижимая с своему разгорячённому телу, не остывшему даже после объятий озёрной глади.       — Ты права. Пора ехать, — Виктор, наконец, дал Лене опору в виде дна и легонько подтолкнул к берегу. — Я теперь полон сил, между прочим. Как будто и не работал.       — Это намёк на ночь? Утром вставать в четыре. Не забывай, — показала мужу язык, одеваясь уже на берегу.       — Думаю, что выспаться мы успеем в следующей жизни, — Синий ветер, облачившись в рубаху и штаны, подсадил Лену на лошадь, а сам пристроился в седле позади. — Возможно, зря твоего жеребца отпустили. Сегодня не могу сдерживать свою страсть рядом с тобой, — перекинул распущенные влажные волосы Белого облако на один бок и поцеловал открытый участок шеи перед тем, как отправиться в путь. ***       — Папочка, где ты так долго был? — Кайя ждала на пороге дома, хмурясь и притоптывая ножкой от недовольства.       — А про маму тебе неинтересно? Не скучала? — строго прокомментировала Лена.       — Скучала, мамочка. Но по папочке больше. Его я меньше сегодня видела, — Белоe облако шутливо закатила глаза, выражая эмоции от безусловной любви этих двоих.       — Папочка, пойдём, буду тебя кормить, — протянула пальчики, требуя объятий. — Мы готовили вареники. Я помогала лепить, — пристроилась на руках улыбающегося родителя.       — Кайя, ты умничка у нас, — поцеловал дочь в носик, ловя улыбающиеся искорки синевы глаз малышки. — Мария, отец не приезжал? — крикнул Виктор, переступая порог кухни.       — Михаил в обед был, — кормилица Лены вытерла руки полотенцем, отвлекаясь от кастрюль. — Просил тебя завтра с утра к нему заехать. Какие-то вопросы про железную дорогу. Дельцы приезжали. К нам на ранчо не пустил их. Но передал, что разговор серьёзньй.       — Спасибо, Мария, — взгляд Синего ветра выдал краткое напряжение. — Тайгаша c Быстрой ланью сегодня не ждём. Не накрывай на них. Завтра твой сын обещал своих привезти к нам с утра, — улыбнулся в ответ на сдержанную радость кормилицы Лены. — Пойдёмте ужинать, мои дорогие девочки.       — Умойтесь сначала и переоденьтесь, — протестно заворчала пожилая женщина, забирая Кайю из рук отца и взглядом подгоняя супругов в сторону второго этажа.       — Мария, не отнимай папочку, — девочка поджала губы, голосом хотя и выдавая недовольство, но не повышая его, помня строгие заветы матери.       — Потерпи уж, милая. Весь день терпела, — кормилица погладила светлую макушку малышки.       Виктор с Леной поднялись наверх, ополоснули лицо и руки и переоделись в чистую одежду. Муж подлавливал жену за талию, когда она суетилась, перемещаясь мимо него по комнате, и щекотал, а она заливисто смеялась, наслаждаясь егo мимолётными касаниями.       — Платье надела? — притянул любимую спиной к своей груди, чувствуя желанную близость её тела под легким ситцем. — Точно отправлю сегодня Кайю спать к Марии.       — Какой ты. Послушалась бы тебя дочь. О чём ты сегодня думал во время работы, неутомимый мой? — развернулась в кругу рук Синего ветра и улыбнулась.       — О тебе, конечно, же, — коснулся губ Лены нежным поцелуем и максимально сильно сжал в объятиях так, словно боялся исчезновения жены. — Моя… — Белое облако чувствовала, что муж сегодня прячет свои мысли за желанием.       — Я здесь. Я никуда не исчезну, — Виктор в ответ лишь молча выдохнул в макушку светлых волос поселившееся в его душе напряжение.       Спускаясь вниз, Белое облако не удержалась от вопроса.       — Что за разговоры про железную дорогу, дорогой?       — Пока очень мало информации знаю. Не хочу тебя волновать раньше времени. Хотят к нам в город её прокладывать, но территории наши находятся на их пути, — Лена нервно сжала руку мужа. — Думаю, что нас ждут непростые беседы на эту тему. Надеюсь, вопрос решится бескровно.       — Даже на наших землях нет покоя, — Белое облако нахмурилась, — Виктор перебрал пальчики жены, успокаивая.       — Не спрятаться от мира, милая, — притянул к себе уже в который раз за день и кратко поцеловал в губы перед тем, как зайти в гостиную.       — Папочка, я тебя слышу, — Кайя выбежала навстречу родителям и любимым своим движением обняла отца за ногу, отрывая от Лены.       — Ну пойдем, дочь. Угощения твои пробовать будем, — поднял на руки смеющуюся малышку и чуть подкинул вверх, ловя в воздухе.       Белое облако задержалась и замерла на пороге комнаты, прижавшись к дверному косяку. Успокаивала себя счастливыми моментами наблюдения за семьёй, внутренне борясь с тяжестью слов мужа об ожидании сложных времён.       — Мамочка, иди к нам. Ты устала. Тебя тоже буду кормить, — заливисто засмеялась Кайя, сидя на коленях Виктора и запихивая ему в рот наколотый на вилку вареник.