Глава 36
11 сентября 2025 г., 21:22
— Леночка… — слова рассыпались в воздухе. — Чем я могу помочь? — Виктор придерживал распущенные волосы жены, сидя рядом с ней на полу у кровати: она, отдавшая уже всё из своего организма железному тазу, и он, пытающийся не волноваться, ранее никогда не сталкиваясь с таким состоянием у Белого облака.
— Муж, как ты умудряешся делать детей так, чтобы именно зимой я превращалась в бурёнку? Знаешь же, что претит мне вся эта капустность на животе, — снова наклонилась над тазом, хотя ещё пять минут назад верилось в передышку.
— Лена, ты пытаешься шутить? — растерянность Виктора в паузе облегчения заставила девушку хмыкнуть. — Почему тебе так плохо? — дотянулся рукой до стоящего у стены комода и достал из ящика первую попавшуюся одежду, чтобы вытереть пот со лба любимой.
— Так бывает. С Кайей не было. Но это нормально, — наконец, отодвинулась от таза и спиной упала в объятия мужа.
— Точнo? — Синий ветер отводил от её лица и шеи влажные прядки волос, чувствуя, как тело Лены покрылось испариной, мокрой сорочкой прилипая к нему.
— Точно, дорогой. Думаю, что всё случилось в поездке, в июле. В конце марта к нам придёт малыш. Ещё месяц, наверное, будет такое состояние, — голос её оставался спокойным.
— Именно такое?! — повернул Белое облако к себе, пугая и её потемневшей синевой своих глаз. — Ты же не встанешь на ноги.
— Быстрая лань придумает что-то, чтобы я могла есть. Не волнуйся, пожалуйста, — прижалась щекой к груди мужа, а он сильнее укутал её коконом рук. — В этот раз всё будет хорошо, — прошептала почти про себя, но Виктор услышал.
Гладил светлые пряди обессиленной любимой, свернувшейся кошкой у его колен, ждал рассвета с надеждой, что какой-нибудь отвар, приготовленный утром Марией, всё-таки поможет облегчить муки жены.
Они вот уже несколько дней каждый вечер уговаривали дочь поспать в одной комнатe вместе с кормилицей Лены, чтобы не будить малышку в те моменты, когда на её мать накатывала тошнота, не подчиняющаяся никаким графикам. Кайя в качестве компенсации упрашивала усыпительных ритуалов на руках отца, только так соглашаясь покинуть спальню родителей. И Виктор без всяких условий дарил ей эти краткие минуты заботы, понимая, что Танцующей в воде не хватает сейчас материнской ласки.
Тайгаш с Игорем контролировали всю работу на ранчо, которой в начале осени всегда было в избытке, пока Синий ветер «охранял» Белое облако. Лена поначалу пыталась рваться в поля, чтобы не отвлекать запертого с ней мужа от важных дел, но сама же и сломалась под гнётом выматывающего состояния. Очень мало ела, в основном по крошкам впихивая в себя хлеб, испечённый кормилицей, но именно рядом с Виктором чаще всего действительно становилось легче, и даже просыпался аппетит. В редкие минуты просветления засыпала в нежных объятиях Синего ветра, чувствуя сквозь грёзы поцелуи и касания.
Последние пару недель вышли напряжёнными для всей семьи. В городе объявился бизнесмен, скупающий земли и намеревающийся проложить железную дорогу. Частными «рельсами» постепенно окутывалась вся Северная Америка, притягивая не только прогресс, но и лишая хозяев территорий так же, как когда-то индейцев. И пока для магната, поселившегося в этих краях с явным намерением задержаться, рабочие строили дом, который по слухам, долетавшим от ковбоев, напоминал дворец и не соответствовал уровню Форт-Коллинса, делец осваивался и пробивал почву в отношении мешающих его планам фермеров. Ник Роджерс — богатый и безжалостный, готовый на всё ради своего материального блага — столкнулся с оградой в виде семьи Степновых, ещё даже не познакомившись лично, лишь дважды прислав своих людей, чтобы пробить почву. Ему нужен был участок, который захватывал земли Лены. Казалось, можно попробовать договориться: никто по его опыту не отказывался от денег. И если первая встреча Михаила и представителей за столом переговоров оказалась обычным знакомством, то вторая оголила все чувства: «чужих» просто выставили за пределы границ, как только они обозначили свои намерения. А вечером свёкор крайне несдержанно поделился с Виктором впечатлениями так, переходя на крик, что невестка, собравшись внутренне и игнорируя истощённое состояние, спустилась вниз к мужчинам и строго утихомирила его сама. Белое облако не терпела, когда эмоции били через край, никогда не опускаясь до истерик, и считала, что только холодная голова помогает решить проблемы. В том числе и за это её очень ценили и муж, и Степнов-старший. Но Лена помнила себя в прошлую беременность, которая так отличалась от новой, и тогда Кайя, ещё находясь в животе, время от времени расшатывала спокойствие матери, заставляя терять себя. Однако в этот раз девушка, сломленная физическими проявлениями, несмотря ни на что, чувствовала, как креп её дух.
Белое облако понимала всю опасность волнений семьи, но максимально могла фокусироваться только на своём состоянии, опасаясь потерять ребёнка. Полностью отдавала бразды правления Синему ветру и его отцу, не спрашивая ничего у мужа о проблемах, если он не рассказывал сам. Однако каждый вечеp находила минуты тишины для Виктора, обволакивая его объятиями в постели, притягивая к себе так, чтобы сливаться сердечными ритмами.
— Папочка, подними меня ещё раз, — Танцующая в воде перемещалась между родителями в кровати, как во младенчестве, выпрашивая у отца, чтобы он на вытянутых руках отправлял её в высоту.
— Дочь, не мучай папу. Он устал после работы, — Белое облако прижалась ближе к мужу, лежа на боку.
— Мамочка, ты скоро поправишься? — малышка, пролезая между родными, «разлучая» их, обняла ладошками лицо Лены и поцеловала её, надувая губки.
— Скоро, милая, — Белое облако услышала, как муж тяжело вздохнул.
Виктор перекинул дочь себе на грудь так, что Кайя черепашкой улеглась на него, раскидав ножки и ручки, а Лену снова притянул к себе под бок, давая её голове пристроиться рядом с дочерью.
— Папочка, я слышу твое сердце, — малышка ещё сильнее обняла отца, а он в ответ погладил Танцующую в воде по спине, окунаясь в воспоминания младенческих ритуалов.
— Это очень хорошо, дочь, — ухмыльнулся Виктор. — Мои любимые девочки, — произнёс со всей нежностью, переплетая свои пальцы с пальцами жены.
После первого «совещания» с покушающимися на их ранчо, они более не слышали ничего о Роджерсе, за исключением редких доносившихся до их мест новостей о продолжающемся строительстве дома и того факта, что соседний участок Джонсонов, пустующий после их смерти, бизнесмен прибрал к своим рукам, максимально приближаясь к землям Лены. Михаил, приезжающий вечерами, беседовал с сыном и невесткой, если та всё-таки находила силы на общение, анализируя необходимость усиления охраны, проговаривая личность каждого ковбоя, работающего на них, во избежание диверсий. Радость Степнова-старшего от ожидания внука или внучки омрачалась темнотой незримого присутствия нового врага на их территориях. Все понимали, что с приходом зимы, никто сюда не доберётся. Снег уже лёг на горы. Но в низине пока стояла тёплая золотая осень, непривычная для конца октября. На ежегодные сборы в Форт-Коллинс отправили Тайгаша и Игоря: тех, чьё доверие не оспаривалось. Но никто не знал, что делец, подпитываемый желанием наживы, продолжал строить планы, как захватить нужный ему надел. Затихорился. Готовился к войне, о которой на ранчо и не подозревали. Ему очень хотелось, чтобы бдительность хозяев, а заодно и всех, кто мог помочь Степновым, притупилась, а он за несколько месяцев придумает, как избавиться от этой семьи. Жестокие законы земель Колорадо стучались в двери, не спрашивая желания: каждый сам и закон, и суд.
Недели бежали, отвлекая от сложностей и действительно притупляя осторожность. Незаметно подошло время родов Вэлари, и она, практически не мучаясь, очень быстро родила девочку, о которой так мечтал её муж. Новое дитя назвали Анной. А Белое облако только к этому моменту понемногу начали отпускать муки начала беременности, хотя по предполагаемым расчётам да и по подрастающему животу заканчивался уже четвёртый месяц. Все тяжёлые недели борьбы Быстрая Лань снабжала Марию целебными травами, помогающими девушке ненадолго приходить в себя. Хозяйка ранчо исхудала, будучи и так достаточно хрупкой. На лице будто одни глаза остались, но взгляд её все эти дни светился яркой зеленью счастья от долгожданного ожидания малыша, и для мужа всегда находились объятия, позволяющие немного снизить градус его волнения из-за самочувствие Лены.
Практически каждый вечер приезжал Тайгаш, а позже и вовсе переселил семью из вигвама обратно в дом, объясняя это суровой зимой на подходах к Колорадо. Но индеец чувствовал, что Белое облако, хотя и не просит в открытую, очень нуждается сейчас именно в его силе, боясь своих страхов, в исчезновении которых любимый муж не помогал, неосознанно окутывая девушку своими. Вечерами, возвращаясь после рабочего дня, Быстрая стрела придумывал ритуалы тишины для подруги в минуты, когда слабость не сгибала её. Он что-то напевал на своём языке, пока Лена отдыхала у камина в кресле, и она улетала под его голосом в состояние гипнотического транса, отключаясь и засыпая на время, пока Тайгаш не возвращал обратно одним касанием руки. И эта дружба годами укрепляла связь, в самые сложные времена подпитывая Белое облако силами для того, чтобы она могла передать их своему мужу и дочери. Словно ткали из тишины нить энергии, выводящую из лабиринта проблем.
— Один палец не может поднять камень, — говорил Тайгаш, и оба понимали важность этих слов для их большой семьи.
Ноябрь принёс холода, но снег, так необычно для этого времени года, пока нe лёг на землю, морозами промерзая её, но не питая. Белое облако, выполняя в минуты облегчения лишь простую работу в конюшне рядом с домом, сегодня и вовсе решила не выходить на улицу, устроив себе «детский день». Виктор уехал на охоту: лисы меняли шубу, и их мех в это время был особо ценен и красив. Лена с лёгкостью отпустила его с Тайгашем в сопровождении Тоя, но не знала, что на полдороги посыльный от Михаила попросил Быструю стрелу помочь с раненным лосёнком, заблудшим в поля. Друзья разошлись по разным сторонам земель, но Синий ветер обозначил, что уйдёт в горы, дабы жена не волновалась, если он задержится, и знала, где искать. Игорь всё ещё возвращался с ковбоями из Техаса после ежегодного перегона скота для производителей мясных продуктов, переселив Вэл и детей на время своего отсутствия в большой дом. Ждали его со дня на день, надеясь, что успеют прибыть до сильных снегопадов.
Лена забралась с ногами в кресло и, кутаясь от прохлады дома, натянула на ладони рукава шерстяного свитера, так заботливо связанного кормилицей. Сегодня она впервые за эти изматывающие осенние дни чувствовала себя свободной от проблем беременности, наконец, вздохнув и понимая, что пришло долгожданное улучшение. Мимо неё носились Кайя с Алексом, играя в догонялки и заставляя улыбаться Лену от ауры непосредственности малышей. Время от времени дочь подбегала к матери и дотягивалась до неё поцелуем. Тут же рядом Быстрая лань водила за ручки малыша Таури, который только-только начинал делать первые шаги. Вэл с уснувшей на её руках дочерью «спряталась» от детских голосов на кухне, наблюдая как Мария творит яства на большую семью.
— Мария, сейчас Анну отнесу к Лене и помогу тебе. Ты одна с нами не мучайся. Быструю лань тоже позову. Пусть наша хозяйка за детским садом пока последит. Да и дочь привыкнет засыпать с шумовыми эффектами, — засмеялась Вэл.
— Доченька, не суетись. Справлюсь без вас. Наслаждайтесь малышами своими. А мне в радость смотреть, какие дети у вас счастливые, — кормилица подошла ближе к Вэлари и умилилась спящей на руках внучке.
— Мария, кто-то чужой подъезжает, — Белое облако залетела на кухню. — Охрана почему-то пропустила. Детей в погреб уведите с Быстрой ланью и Вэл. Придумайте для малышей что-нибудь, отвлеките пока.
— Девочка, одна что ли выйдешь? — заохала женщина. — Да как можно-то?
— Мария, быстро уведите детей! — Лена повысила голос, напоминая о прошлом и о том, что такие приказы не требуют обсуждения.
Накинула парку, схватила оставленную у порога «про запас» винтовку и, не застёгиваясь, вышла на крыльцо, поймав на своём лице залп ледяного, обжигающего ветра. Двое всадников приближались к дому. Белое облако выдохнула, заметив блеснувший значок на груди у одного из них, но прицелилась, не теряя бдительности. И только тут осознала весь ужас того, что мужчины её семьи не подумали наперёд, пока сама Лена мучилась в своём беременном состоянии. Отправляя Игоря с Тайгашем последний раз в город, не предупредили Роберта o вражеских намерениях нового горожанина, и тот мог «случайно» привезти недруга на их землю, так как охрана спокойно пропускала шерифа через границы.
— Роберт, кто с тобой?! Я не опущу винтовку, — мужчина поймал напряженный взгляд Лены и, повернув голову к «соседу», с удивлением заметил на лице того довольную улыбку победителя.
Роджерс несколько дней упрашивал служителя закона под его надзором совершить прогулку по окрестностям, объясняя это лишь простотой передвижений и надобностью изучения незанятых наделов. К Степновым практически случайно напросился, когда они проезжали мимо границы, «ради знакомства» с семьёй, о которой был наслышан. И вся эта присказка казалась Роберту такой естественной, пока он не услышал в голосе Белого облака злость и не увидел хищный взгляд дельца: понял, что его просто использовали, чтобы подобраться ближе.
— А вы и есть та самая Елена? Позвольте представиться, — поймал гнев в глазах хозяйки ранчo.
Мужчина лет пятидесяти, так похожий на коршуна из её ночных кошмаров. Он всем своим видом липким страхом вдоль позвоночника почему-то возвращал Белое облако к жутким воспоминаниям о чужих руках из прошлого.
— Можете не удосуживаться, — Лена перебила мужчину. — Я догадываюсь, кто вы. Шерифа использовали, чтобы попасть к нам на земли?
— Вы крайне догадливы и умны. Слышал, что вы здесь всё решаете, а не мужчины, — захохотал. — Может, пообщаемся, Елена? Очень уж нужен мне ваш участок. Железная дорога как раз неплохо бы прошла через ваш дом, — в голосе звучали нотки угрозы. — Опустите винтовку.
— Уезжайте и не возвращайтесь! — бесстрашно вышла ближе, одним движением головы отбрасывая назад волосы, развевающиеся на ветру, распахнувшем паркy девушки так, что мужчины сразу заметили подросший и обтянутый свитером живот, и выстрелила под ноги Роджерсу. — Роберт, вспомни нашу первую встречу! — чувствовала, как шериф напряжённо сжал поводья с желанием помочь Лене.
Белое облако очень надеялась, что тот поймёт её без лишних слов и спрячет сейчас свои эмоции злости, не выдавая расположения к их семье и особенно к ней, чтобы Роджерс всё-таки доверял Роберту, дабы позже тот смог узнать о планах дельца и вовремя предупредить, когда опасность станет максимально неминуемой. Фраза, произнесённая Леной, должна была напомнить о том, как они вместе осматривали земли, долго обсуждали нападение Джонсонов, и как его можно было предотвратить, и мужчина дал обещание защищать их территории в лице представителя закона. Хозяйка ранчо верила, что Роберт не просто так проложил эту особенную связь между ними тогда, и всё предопределено свыше.
— Елена, какая вы! Мы ещё обязательно поговорим. Умолять меня о пощаде будете! На колени поставлю! Шериф, не суетись. Не трогаю её пока… — одернул мужчину, потянувшегося за оружием. — Мы же с тобой обязательно сработаемся. Думаю, что тебе эта семейка тоже поперёк горла после твоих с ними историй, — удивил присутствующих своей осведомлённостью. — Деньги любят все, — в нём сжигающим огнём била уверенность. — Малышка-то наша ещё и беременна. Муж то, знаешь, где твой сегодня? — Роджерс перевёл довольный взгляд на Лену. — Ha охоте, да? — с удовлетворением отметил мимолётный страх в глазах девушки. — Я наблюдаю за вами, даже если вы этогo не знаете.
— Убирайтесь! — Белое облако быстро перезарядила винтовку и ещё раз выстрелила в ноги, чувствуя боль холода на обветренном лице, отвлекающую от той, которая пронзила сердце.
Она понимала, что могла прямо сейчас попробовать убить дельца, и, возможно, решить все вопросы, но предполагала, что этот шаг продуман Роджерсом наперёд, иначе бы тот не рискнул прийти сегодня к ним один. Предвосхищал её действия, в том числе и фразой про мужа.
Всадники развернули лошадей, и «коршун», снова от души захохотав, ускакал впереди шерифа. Роберт через плечо напряжённо посмотрел на Белое облако, словно сканируя её состояние и тут же со всей нежностью прося взглядом прощения за то, что позволил быть использованным врагом. Перед тем, как пришпорить коня, одними губами прошептал «я помогу», в ответ получив кивок и вздох облегчения девушки, давая ей понимание их безмолвного договора.
Белое облако забежала в дом и спустилась в погреб, вход в который прятался в полу, сталкиваясь с волнующими взглядами женщин.
— Я поскачу к горам. Захвачу с собой кого-нибудь по пути с границ из охраны, — девушка автоматически потёрла свои виски пальцами, избавляя себя от напряжения.
— Леночка, господи, что случилось? Ты на лошади-то сможешь? — кормилицa схватилась за сердце, но под серьезной зеленью глаз девушки собралась.
— Смогy, Мария. Я сейчас всё смогу. С мужем моим беда, кажется, — Белое облако побледнела. — Чувствую вот здесь, — приложила руку к груди. — Сегодня чужих больше не должно быть, но, если что-то услышите, прячьтесь. Я охране передам информацию на границе, а они — остальным, — кормилица перекрестила девушку. — Вэл, не волнуйся, — заметила налившиеся слезами глаза подруги. — Кайю мою береги, — наклонившись, поцеловала в макушку дочь, испуганно и молчаливо прижавшуюся к ногам матери. — Быстрая лань, Тайгаш, судя по всему, не с ним, — обречённо выдохнула перед тем, как выйти наружу.
Лена застегнула парку и выскочила из дома, бросившись к конюшне, расположенной в тридцати метрах. Вывела лошадь, надев седло и сбрую, и тут же с облегчением в душе увидела на горизонте скачущего к дому Быструю стрелу, словно через расстояние ощутившего сгустившиеся над родными тучи.
— Белое облако, что случилось? — индеец спешился.
— Тайгаш, Синий ветер ушёл охотиться один? — не ответила на вопрос друга, сразу обозначив главное.
— Да. Михаил в последний момент попросил о помощи. Что-то произошло? Моя женa и ребёнок в порядке? — глаза друга кратко покрылись темнотой волнения. — Ты бледна.
— Приезжал враг. Но всё закончилось хорошо. Не переживай, — ладонь свою вложила в его.
— Как попал сюда? — Тайгаш резко притянул Белое облако к своей груди, обнимая и будто чувствуя свою вину за то, что подруга один на один боролась с бедой.
— Роберта привлёк обманом. Наша ошибка, что в октябре не предупредили. За счёт него проник через границы. Он был один. Так бы, конечно, не пустили.
— Белоe облако, ты зачем лошадь взяла? — чуть отпрянув, взглядом чёрных глаз столкнулся с напряженной зеленью подруги, покрывающейся водой сдерживаемых слёз.
— Он что-то сказал про моего мужа, словно знал, где тот сейчас. Я чувствую беду, Тайгаш. Нужно его найти. Он же на свободные земли охотиться ушел, да? — она старалась контролировать свой голос.
— Белое облако, тебе хватит сил? — не стал отвечать, сразу понял всю обоснованность волнения девушки.
— Хватит, Быстрая стрела. Ради мужа я и взлететь смогу, — сомкнула дрожащие ладони на спине друга.
— Поскакали. Аккуратно только. Не скрывай от меня, если станет плохо. Помни о ценности внутри тебя. В этом мире только невидимое имеет силу — и это любовь. Синий ветер жив, — Тайгаш с такой непередаваемой уверенностью произнёс последние слова, всё ещё не отпуская Белое облако из своих сильных объятий, что и она снова почувствовала эту нить связи с мужем, пульсом отбивающую в её сердце надежду.
Друг накинул на голову Лене капюшон парки, при себе оставляя все нравоучения, осознавая, что о холоде она и не думает, и помог забраться на лошадь, оценивая всю скованность состояния беременной девушки. Взгляд его потеплел, когда поодаль он увидел Быструю лань, вышедшую на крыльцо.
— Белое облако, успокою жену и вернусь, — подбежал к индианке и обнял её ладони своими. — Не мёрзни. Иди в дом. Моё сердце всегда с вами, — Тайгаш сдержанно попрощался, поцеловав руки любимой, и вернулся к лошадям, на ходу запрыгивая в седло.
По дороге к границам друзья передали охране весть для Михаила, ожидая, что их догонит помощь, а сами ускакали к горам, мысленно обращаясь к богам за поддержкой, не давая страху вырвать из их душ тишину и отгоняя от себя плохие думы. Списывали своё волнение за Синего ветра лишь на излишнюю осторожность Белого облака после встречи с врагом.
