Расстрел

Мостик в парке был пуст. Луна отражалась в воде, создавая длинные, мерцающие полосы на поверхности пруда. Дженна шла впереди, сжатые кулаки выдали напряжение, а Эмма шла рядом, пытаясь уловить хоть малейший знак, что Ортега готова к разговору. — Ты чертовски упрямая, — выдохнула Дженна, поворачиваясь к Эмме. — Почему ты всё время лезешь в мои дела? — Потому что я хочу помочь! — голос Эммы дрожал, но она держалась стойко. — Ты одна, Дженна! И всё время пытаешься всё решить сама, хотя я рядом! Ты сначала делаешь, а потом звонишь мне. Ты сначала открываешь, а потом снова закрываешься! — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня! — её голос сорвался, в нём была смесь ярости и боли. — Я люблю тебя, черт возьми, Эмма, и именно поэтому держу тебя подальше от этого дерьма! Эмма замерла, её дыхание прерывисто. Сердце словно подпрыгнуло: впервые Дженна произнесла это вслух. — Ты… любишь меня? — почти шёпотом переспросила она. — Да! — выкрикнула Дженна. — Люблю и хочу, чтобы ты не пострадала! — Ты в ссоре матом посылаешь далеко пойти… — Эмма приблизилась на шаг. — А всё равно нам по пути. Между ними повисла напряжённая тишина, в воздухе чувствовался запах приближающегося дождя и травы. Эмма сделала решительный шаг, положив руку на плечо Дженны. Та мгновенно замерла. И в этот момент произошло то, что они обе ждали, но боялись признать: их губы встретились. Сначала мягко, осторожно, как проба на прочность, потом жарко и настойчиво, будто старались заполнить все пробелы в недосказанности. Дженна обхватила Эмму руками за талию, прижимая к себе, а Эмма провела руками по плечам и шее Ортеги, ощущая каждый изгиб и тепло её тела.

***

Дверь за ними закрывается тихо, но с отчётливым щелчком замка. Дженна прижимает Эмму к стене, пальцы обхватывают талию. Поцелуи становятся медленными, исследующими, почти дразнящими. Эмма дрожит, не в силах сопротивляться. — Хочешь, чтобы я остановилась? — Нет… — выдыхает Эмма, сжимая Дженну за плечи. — Я хочу тебя… полностью. Их тела сплетаются, губы, руки, пальцы, дыхание — всё сливается в жаркой, бесконтрольной близости. Дженна ощущает, как Эмма мягко прижимается, тело реагирует на каждое движение. Поцелуи становятся глубже, руки скользят по спине, шее, плечам. Эмма тихо стонет, дрожь усиливается, каждый вдох — как электрический заряд. Дженна медленно развязала ремень Эммы, пальцы скользили по коже, вызывая волну мурашек. Поцелуи становились длиннее и горячее, руки не могли удержаться от касаний. Эмма тихо стонала, когда Дженна провела губами по её плечу, потом спустилась к ключице, оставляя влажные светло розовые следы. — Ты ими разрисуешь всё моё тело, — прошептала Эмма. — Ты знаешь, что я могу это делать бесконечно, — прошептала Дженна, спускаясь ниже. Их страсть взорвалась, они слились в телах, не думая о времени, только о близости. Каждое прикосновение, каждый вздох были настоящей необходимостью, словно они пытались навсегда слить свои души в один момент.

***

На следующий день Дженна снова была на охоте за прошлым, но уже не одна, а с Майерс. Её шаги по старым улицам, где когда-то крутились тайные игры, были быстрыми и уверенными. Каждый взгляд на людей в толпе заставлял сердце биться быстрее — ей нужен был старый знакомый, единственный человек, кто видел всю правду о событиях, которые разрушили её семью. В конце концов она нашла его в заброшенном здании на окраине, где когда-то проводились подпольные турниры. Тонкие лучи света от фонарей освещали его измождённое лицо, но глаза были живыми, острыми, будто он видел всё насквозь. — Дженна Ортега… — начал он с едва слышимой усмешкой. — Ты, наверное пришла искать правду. Я ждал тебя. — Говори. — Дженна подняла пистолет, не скрывая угрозы. — Всё, что я хочу знать, — это то, что произошло между моим отцом и Агаром. Старик вздохнул, но не испугался: — Тогда слушай внимательно. Между твоим отцом и Агаром была серия игр. Каждая игра была рассчитана до последней карты, до последнего броска кубиков. Твой отец выиграл всё — его состояние, его контроль. И за это заплатил жизнью. Меня он тоже не обделил, но я выжил. Агар… он не прощает проигрышей. И теперь, Дженна, он, наверное, хочет сделать то же самое с тобой. Мой тебе совет: не показывай ему свои слабые места. — Ханг кинул взгляд в сторону Эммы. Слова прозвучали как приговор, но внутри Дженны возникло странное спокойствие. Она знала: игра неизбежна. Эмма стояла рядом, держала её за руку, ощущая силу и решимость, которая исходила от Дженны. — Эмма… — тихо сказала она, — всё будет хорошо. — Да, — шептала Эмма, сжимая руку Дженны, — мы же вместе.

***

Прошла ровно неделя с того момента, как Ортега узнала правду. За эти семь дней она старалась жить настоящим, оставляя прошлое на заднем плане, но тень старых игр всё ещё висела над ней. Дженна снова была в поисках информации, но на этот раз рядом была Эмма, поддержка которой давала уверенность. Казино дышало своим привычным шумом: гул игровых автоматов, звон фишек и тихие голоса игроков создавали странный, почти гипнотический фон. Дженна шла впереди, решительно, держась за сумку, а Эмма шла рядом, ощущая её напряжение и готовность к битве. — Агар снова прислал сообщение, — тихо сказала помощница, наклонившись к Дженне. — Он хочет новой игры. — Значит, игре быть, — коротко ответила Дженна. — Идём. Эмма сжала её руку, и в этот момент между ними возникло тихое, но твёрдое чувство единства: несмотря на угрозу и азарт, они были вместе.

***

Агар сидел в полутёмной комнате, его взгляд пронзал пространство, словно мог видеть сквозь стены. Он наклонился к своему телефону и коротко произнёс: — Эмма должна присутствовать. Дженна скривила губы, чувствуя, как внутри поднимается раздражение и страх одновременно. — Ты не можешь заставить её прийти. Она не будет здесь. И ты ничего с ней не сделаешь, — сказала она твёрдо. — Посмотрим, — холодно ответил Агар. — Её приведут. Ты увидишь. Эмма даже не успела осознать, что происходит. Через несколько минут охранники Агара уже стояли у её двери, без объяснений, без шансов на сопротивление. Их руки были сильны, движения точны. Прежде чем Эмма смогла сказать хоть слово, её уже ведут по тёмным коридорам казино. — Дженна… — выдохнула она, отчаянно, когда увидела, что её ведут к залу, где ждёт игра. — Я… я не хотела… Дженна наблюдала со стороны, неподвижная, почти безэмоциональная. Сердце билось чаще, но снаружи она не выдавала ни дрожи, ни страха. Она знала: паника Эммы только усилит её внутреннюю решимость. — Останься спокойной, — сказала Дженна тихо, почти себе, но Эмма услышала. — Я всё контролирую. Агар сидел напротив Дженны, его охрана расставлена вокруг, создавая непробиваемый коридор. Эмма стояла сбоку, привязанная к роли наблюдателя, её глаза широко раскрыты, дыхание прерывистое. — Ты видишь, Дженна, — сказал Агар, глядя на Эмму, — я предупредил тебя. Она будет здесь. Ты сможешь выиграть, пока она смотрит? Дженна спокойно положила руку на карты, её взгляд был холоден и сосредоточен: — Я выиграю. И ничто с ней не случится. Эмма пыталась удержать себя от паники. Её руки сжимали край стола, глаза следили за каждым движением Дженны. Она понимала, что сейчас она — лишь зритель, но каждый её вдох был наполнен страхом. Карты разложены, ставки сделаны. Дженна внимательно следила за каждым жестом Агара, каждым движением пальцев, каждой микровыраженной эмоцией. Она не позволяла себе дрожать, её сердце действовало как метроном внутренней сосредоточенности. — Ты готова проиграть, как твой отец? — холодно сказал Агар. — Он не проиграл, — уверенно ответила Дженна. Эмма стояла рядом, словно в оцепенении. Она чувствовала, как каждое движение Дженны — это борьба за жизнь, за справедливость, за всё, что разрушил Агар в прошлом. Каждая карта Дженны была рассчитана, каждый шаг продуман. Агар терял терпение. Эмма видела, как его глаза сужаются, губы поджимаются. И вдруг Дженна делает последний ход. — Победа, — произносит Дженна спокойно. — Ты проиграл. Снова. В глазах Агара вспыхнула ярость, словно вспышка молнии. Он резко встаёт, а охрана подходит к Дженне. — Не может быть! — шипит Агар. — Ты не понимаешь, что это значит! Но Дженна остаётся спокойной, внутренне собирая всю свою силу, хотя адреналин бился в венах, а страх внутри скручивал живот. Прежде чем Дженна успела осознать, что происходит, на её голову надет черный мешок, руки связаны. Эмма зажмурилась от страха, когда охранники подошли к ней и силой схватили, тоже надев мешок. Их ведут по тёмным коридорам казино, шаги эхом отражаются от стен. — Дженна! — кричит Эмма, пытаясь вырваться, но охрана непреклонна. — Я умоляю не надо! — Всё будет хорошо, — шепчет Дженна Эмме сквозь мешок, стараясь придать голосу уверенность, хоть сама ощущает страх. — Держись. Они быстро вывели их из казино, посадили в черный микроавтобус. Тишина внутри была гнетущей, только дыхание и удары сердца разносились эхом.

***

Микроавтобус останавливается. Дженну и Эмму выводят, руки всё ещё связаны. Охранники ведут их в помещение, где тусклый свет лампы выхватывает полузаброшенные стены, облупившуюся краску и запах сырости. Агар стоит в центре, его глаза сверкают от злости и азартного возбуждения. — Добро пожаловать в новый раунд, Дженна, — сказал он. — Это игра «Всё или ничего». Каждая ставка теперь не просто деньги. Каждое твоё действие — на кону. Дженна снимает мешок. Внутри её разум работает максимально чётко, тело готово к любому движению. Она видит холодное выражение лица Агара, его охранников, их готовность к любому приказу. — Мы начнём, — говорит Агар. — И Эмма будет наблюдать. Эмма ощущает холод по коже, но остаётся рядом. Она сжимает руки Дженны, передавая ей часть своей силы. Дженна раздаёт карты, оценивает позиции, видит слабости противника. Агар напрягается, пытается скрыть эмоции, но Дженна читает каждое движение, каждый взгляд. Внутренне она вспоминает методы отца, добавляя свои собственные стратегии. — Ты думаешь, что сможешь выиграть снова? — шепчет Агар, пытаясь выбить Дженну из равновесия. — Я выиграю, — твёрдо отвечает она. Карты ложатся на стол, ставки растут. Каждый ход Дженны просчитан, каждое движение Агара предсказуемо. Эмма наблюдает, видя, как Дженна сохраняет спокойствие, как уверенность наполняет её тело, глаза сверкают решимостью. — Каре, — выдыхает Дженна, кладя последнюю карту. Агар белеет от злости. — Невозможно! — кричит он, но это лишь подтверждение мастерства Дженны. Агар, вне себя от ярости, указывает охране забрать Дженну и Эмму. Черные мешки снова на голове, руки связаны. Их ведут через коридоры заброшки. Агар шепчет Дженне сквозь шум: — Ты выиграла бой, но впереди ещё целая война… Твои ставки только начинаются.