Не пиши «The End»...

«Мира думала, что Тор подарил ей удачу, но на самом деле он и был ее удачей. Тем, кто веселил ее и заставлял улыбаться, с кем она всегда чувствовала себя в безопасности и — главное — кто понимал и принимал ее такой, какая она есть. То, что начиналось как банальный интерес, желание подружиться, неизбежно вело к чему-то более трепетному и глубокому, чего они оба так долго не хотели осознавать и признавать» — Цитата из книги «Лети» Киры Климовой Комментарий пользователя Thunder in your city: Это она не хотела, он сразу всё осознал… Но вообще написано классно, вот бы у меня тоже была возможность выпустить свою красивую историю про любовь… Та не, бред какой-то, конечно ._. До кабинета истории, где у нас в тот день был второй урок, Макар удивительным образом так и не дошел. У него в целом имелись проблемы с дисциплиной, что я поняла уже тогда, когда историчка, дойдя до его фамилии в списке класса, смиренно вздохнула, окинув беглым взглядом присутствующих. Словно бы особо и не рассчитывала его увидеть. Зато мне она решила уделить отдельное внимание. — Ты ведь сестра Кристины Климовой, верно? — спросила она, и в классе послышалось негромкое перешептывание. Я мечтала достигнуть той стадии смирения, что и историчка касательно ситуации с посещаемостью Громова. — Что ж… она на моих уроках не блистала. — О… зато она светила звездой в других вопросах… Ой, я хотела сказать пиии… — Теплова за первой партой гаденько захихикала, прикрыв рот ладошкой. Я шумно вздохнула и начала мысленно считать до десяти. Один… — Уверена, ее сестренка не менее талантлива! — Надеюсь, речь идет о моем предмете, — фыркнула историчка, одарив девушку строгим взглядом. Она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Два… — О других талантах я не желаю даже и слышать. — Зачем слушать, если можно посмотреть! — парень, который пытался заговорить со мной на прошлом уроке, демонстративно достал телефон. В классе послышались смешки. Три… — Эй, новенькая, сестренка ведь показывала тебе киношку со своим участием? Она там секси, только жопа плоская… Четыре… Раздалось шуршание как при запуске любительских видео с низким качеством, и мне захотелось закрыть уши руками. На самом деле я и правда ни разу не видела это видео, обрывая общение с каждым, кто пытался мне его показать. Я знаю, что Крис пересматривала его несколько раз, слышала звуки, когда она ночью пряталась с телефоном под одеялом, думая, что уже сплю. Она словно бы пыталась таким образом выработать к нему устойчивость, перестать остро реагировать каждый раз, когда очередной придурок предлагал «посмотреть киношку с ее участием», но на деле всегда срывалась и рыдала в подушку. А я не решалась подойти к ней и успокоить, ведь сестра всегда боялась выглядеть слабой. Даже при мне. — Абрамов, выключи! — скомандовала историчка, но парень только сделал видео погромче. На весь класс раздались томные вздохи моей сестры. Пять… В сторону парня полетел мой дневник. — Климова, прекрати! — Психичка, — буркнул одноклассник, потирая ушибленную голову. Но видео не выключил. Шесть… — Завидуешь популярности сестренки? Хочешь, и с тобой такое снимем… Готов быть твоим помощником и даже оператором. — Фу, Миш, она наверняка заразная! — поморщилась Теплова, повернувшись к нам со своей первой парты. В проходе снова показались ее идеальные стройные ноги, и у меня в голове пронеслась садистская мысль, что я с удовольствием подпортила бы такую красоту. Семь… — Что еще ждать от этой семейки? Отец алкаш, мать бомжих… Восемь… Договорить одноклассница не успела, потому что я вскочила с места и бросилась к ней, чтобы вцепиться в ее роскошные густые волосы. Она завизжала, резко дернувшись назад, и в следующий момент мне преградила путь историчка, которая как раз встала, чтобы забрать у Абрамова телефон. — Климова, да уймись же ты! — закричала учительница, грубо встряхнув меня за плечи. Все цифры тут же вылетели из головы. — К директору, живо! Не хватало еще, чтобы мой кабинет превратили в боксерский ринг! На перемене выяснять отношения будете! Не говоря больше ни слова, я забрала рюкзак и направилась в сторону выхода. Внутри всё жгло от злости и обиды, и я не могла дождаться, пока этот отвратительный день закончится, и у меня будет возможность спрятаться под одеялом и прореветься в подушку. — А я что? — послышался за спиной обиженный голос Тепловой. В следующий момент мне в спину прилетел мой дневник, но я не обернулась, понимая, что снова сорвусь. — Бешеная! Таких на цепи надо держать! Дверь с грохотом захлопнулась за спиной, и я закинула на плечо рюкзак, чтобы направиться к лестнице. Кабинет директора располагался на первом этаже за дверью с потертой латунной табличкой, на которой большими черными буквами было выбито «Кудякова Елена Сергеевна». Как описывала ее Крис: «Грымза неопределенного возраста, заправляющая этой школой еще со времен СССР и возомнившая, что обладает неограниченной властью». Я же ее почти не помнила, ведь училась в этой школе еще совсем малышкой. — Елена Сергеевна на совещании, — дребезжащим голосом сообщила секретарша, когда я заглянула в приемную. Седая женщина в огромных очках с толстыми стеклами выглядела еще древнее, чем директриса. Казалось, что она сейчас рассыплется прямо у меня на глазах. — Ожидайте. Она кивнула на стулья в дальнем углу, и я с удивлением заметила на одном из них Макара. При виде меня он отложил в сторону телефон и кивнул мне. Вздохнув, я сняла с плеча рюкзак и села рядом с ним, устало откинувшись на спинку. — За что замели? — спросил парень полусерьезно-полушутя, окинув меня внимательным взглядом. Я фыркнула. — Да так… воспользовалась твоим советом и решила поколотить выскочку-одноклассницу, — ответила полушепотом, бросив взгляд в сторону секретарши. Но она громко стучала клавишами старенького компьютера, не обращая на нас никакого внимания. — Передай тренеру, что его техника не помогает… Меня сорвало на восьмерке. — Даешь… — Гром ухмыльнулся, глядя на меня со смесью изумления и чего-то, отдаленно напоминающего уважение. Я отвела взгляд, смутившись. — Побила мой рекорд. Меня впервые отправили к директору только на третий день в первом классе. Разбил мячом окно в спортзале. Я улыбнулась. Кристина рассказывала про этот случай, ведь тогда они еще учились вместе. На самом деле окно разбили толпой, перебрасывая друг другу мяч, пока учитель вышел поговорить по телефону, но вину взял на себя Громов. Другие боялись, что их заругают родители, а ему вроде как и терять было нечего — остался сиротой еще совсем мальчишкой и с тех пор мотался по родственникам, которые передавали друг другу как эстафетную палочку. Дольше всех задержался у бабушки с дедом по материнской линии, но уже с пятнадцати жил один — сестра пару раз бывала на тусовках в его квартире. — А сейчас тебя за что сюда отправили? — спросила, удобнее устраиваясь на стуле. Судя по тому, что секретарша напрочь про нас забыла, стало понятно: мы здесь надолго. — А… да завуч спалил за курением, — фыркнул Гром, отмахнувшись. Я перевела на него многозначительный взгляд, ведь он вроде как говорил, что ему можно курить везде. Понтовался? — Отправил на профилактическую беседу. Это у нас стандартная схема. Накатывает иногда на старика… Ты же есть хотела, да? Махнем в буфет? — А директор? — шепнула я, снова покосившись на секретаршу. Она только громче застучала клавишами компьютера. — Вдруг проблемы будут? — Угораешь? Ты уже в этой школе! Реально думаешь, что можно оказаться в еще большей заднице? — усмехнулся Макар, вставая со своего места. Секретарша даже не повернулась в нашу сторону. Парень протянул мне руку. — Идешь? Я кивнула, решительно вложив в нее свою ладонь. По телу прошлись мурашки от холода его кожи, но руку я не отдернула, задержав касание чуть дольше, чем требовалось, чтобы подняться со стула. Когда я все же отстранилась, Макар продолжил смотреть на меня, и это заставило щеки вспыхнуть. — Елена появится — наберите! — крикнул парень секретарше, направляясь к двери, из-за чего я аж пригнулась, приготовившись выслушать гневную тираду с ее стороны. Но она не отреагировала, полностью поглощенная происходящим на мониторе. — «Косынку» раскладывает, — доверительно произнес Громов, открывая передо мной дверь. Я выскользнула в холл. — Думаю ей «Доту» посоветовать, уверен, в этой тщедушной бабульке прячется настоящий боец. Я захихикала, чувствуя, как все негативные эмоции отходят на второй план. С Макаром было легко, весело, спокойно, и я искренне не понимала, за что Крис его так недолюбливает. За весь этот бесконечно тяжелый день он оказался единственным человеком, который не смотрел на меня как на прокаженную, и уже за это я была ему благодарна. — Чай не бери, они его бадяжат, — сообщил мне Макар, едва мы переступили порог столовой. В разгар урока в ней не было никого, кроме уставшей буфетчицы, готовящей столы к приходу малышни на обед. — Компот тоже. Лучше сок из пакетиков, хоть он и отдает какой-то химозой. О… и колбаса в бутербродах просроченная. — Знаю, — тихонько отозвалась, вспоминая наставления Крис. Мы подошли поближе к окошку буфета, оглядев весь скудный ассортимент. — Давай я возьму то же, что и ты. — Сечешь. Доверься профессионалу, птичка, я отсюда еще ни разу голодным не уходил, — говоря это, он подозвал буфетчицу, которая при виде нас вымучено вздохнула. Парень тем временем достал из рюкзака наличные. — Нам, пожалуйста, два пирожка с капустой, две булочки с маком, два сока… Ну и «Сникерс» дайте. Я сглотнула, подумав о том, хватит ли мне денег, но с готовностью достала свою заначку, ведь отказываться было уже как-то неловко. Макар тем временем расплатился с буфетчицей и вручил мне ровно половину своего заказа, направившись к подоконнику, чтобы присесть, ведь все стулья предназначались младшеклассникам, которые вот-вот должны были прийти. — Сколько я тебе должна? — спросила, надкусывая пирожок. Он показался мне немного жестковатым, но вполне съедобным. На самом деле я была настолько голодная, что готова была съесть, что угодно. — Вроде если пополам разделить, то сто тридцать получается. — Забей. Угощаю, — отмахнулся Гром, распаковав «Сникерс», одну часть которого протянул мне. Я нахмурилась. Оставаться его должницей по-прежнему не хотелось. — Ладно тебе, птичка, могу же я хоть как-то подсластить твой паршивый день? Типа «добро пожаловать» и все такое… Помедлив, я все же взяла шоколадку, одарив его благодарной улыбкой. Следующие несколько минут мы ели молча, изредка обмениваясь взглядами, из-за чего мне каждый раз становилось неловко. Не хотелось, чтобы он подумал, что я пялюсь на него. — У тебя там мелочь упала, — заметила, кивнув на монетку на полу, которая лежала прямо у ног Макара. Он наклонился, чтобы ее поднять. — Какая странная… — Старинная, — хмыкнул парень, повертев в ее руке. Я удивленно заморгала. — Не выпала, посеял кто-то. Но говорят, если найти монетку, это приносит удачу… Возьми. Тебе нужнее, — с этими словами он протянул мне находку, и я рефлекторно подставила ладонь. Поверхность была прохладной, что напомнило его прикосновения. От этой мысли я сжала подарок в кулаке. — Спасибо, — пробормотала смущенно, пряча монетку в карман. Гром улыбнулся. — Если поможет, верну ее тебе. Удачей нужно делиться. Раздался звонок с урока, и уже через пару минут в столовую начали стекаться толпы шумных младшеклассников, чьи кабинеты как раз были расположены на первом этаже. Ор стоял такой, что приходилось прикладывать усилия, чтобы обменяться хоть парой слов, поэтому мы, не сговариваясь, направились к выходу. — Ай! — вскрикнула я, когда в меня с разбегу влетел какой-то особенно активный мальчишка. Удар был таким сильным и неожиданным, что я невольно оступилась и полетела бы вниз, если бы Макар не удержал меня за талию, не забыв при этом ухватить первоклашку за капюшон. — Что сказать надо? — обратился он к мальчишке, перекрикивая шум в столовой. Тот дернулся из хватки, но стоило поднять глаза и увидеть хмурый взгляд Грома, тут же затих. — Ой… простите, — забормотал он, что я поняла больше по губам и по тому, как виновато заблестели его глаза. Макар разжал хватку и снисходительно фыркнул, после чего мальчишка поспешил затеряться в толпе. — Да ты прям… гроза района, — усмехнулась я, когда мы вышли в менее шумный коридор. Кожу немного покалывало в том месте, где ее коснулась его рука, даже несмотря на то, что в тот момент нас разделяла плотная ткань толстовки. — Всё еще не оставляешь попыток произвести впечатление? Я сказала это больше в шутку, чем всерьез, но сердце всё равно забилось быстрее. Мы остановились друг напротив друга, и мне показалось, что глаза парня лукаво блеснули. На его губах появилась уже знакомая ухмылка, и я ощутила, как щеки предательски покраснели от мысли, что я снова так нагло его рассматриваю. — Раскусила, — хмыкнул он, доставая из кармана черных спортивных штанов сигареты. Я скептично приподняла брови, припомнив, что всего несколько минут назад его сослали за это в кабинет директора. Но Макар лишь подмигнул мне: — Мне можно. Он закурил, выдохнув горький дым, который взметнулся вверх к потолку. Парень зажал сигарету между губами и прислонился к стене, лениво наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц, и я невольно залюбовалась им, смущенно прикусив нижнюю губу, когда он поймал мой взгляд и вновь усмехнулся… — Громов, ты опять за свое?! — резкий возглас нашего пожилого завуча вывел меня из состояния оцепенения и заставил вздрогнуть. Макар, наоборот, даже не дернулся, только медленно выдохнул дым, словно бы испытывая терпение. — Марш в кабинет директора! — Да твою ж налево! — выдохнул парень, взъерошив пальцами темные непослушные волосы. Завуч, казалось, вот-вот закипит от гнева. — Я дойду хоть до какого-то урока сегодня, а? А вы еще гоните на мою успеваемость! — Громов… — с нажимом проговорил мужчина, которого, как я позже выяснила, звали Сергеем Ивановичем. Он вел у нас обществознание и был помешан на дисциплине. — Вы бы хоть барышню постыдились! — Иду я, иду! — закатил глаза Макар, быстро докуривая и выбрасывая окурок в стояющую рядом урну. Он поправил рюкзак на плече и повернулся к завучу. — Вы бы тоже, Сергей Иванович, постыдились отчитывать меня при даме… Вот вы когда к нашей химичке подкатывали, я вам не мешал. Завуч открыл было рот, но тут же осекся, словно бы внутри него резко разрядилась батарейка. Я всерьез испугалось того, что его немолодой организм не выдержит такого напряжения, поэтому решила вмешаться. Подхватив Макара под руку, потащила его в сторону кабинета директора, чему он ничуть не сопротивлялся. — Ты чего? Сейчас его еще приступ хватит, потом отвечать придется! — запричитала, оттащив Громова за угол. Когда обернулась, заметила, что он смеется. — Переживаешь, птичка? — спросил, скользнув по моему лицу внимательным взглядом, словно бы считывал малейшие изменения в эмоциях. Я зарделась и тут же одернула руку. — За Иваныча… или за меня? — За себя, — буркнула, скрестив руки на груди. Он выгнул бровь, показывая, что счел мой ответ неубедительным. — Не хватало еще в первый день стать свидетельницей преступления! Идем лучше у кабинета еще посидим. Может, директриса вернулась. Громов не возражал. В молчании мы дошли до нужной двери и заглянули в приемную, где секретарша, не отвлекаясь от компьютера, сообщила, что Кудякова еще не пришла. Вздохнув, я плюхнулась на свободный стул, уже решив для себя, что проведу под кабинетом директрисы остаток дня, а может, и всей жизни… Компания Макара делала хоть немного ярче мое бесперспективное будущее. — Громов, снова ко мне? — устало вздохнула директриса, появившись в тот момент, когда я уже начала устраиваться поудобнее, чтобы немного поспать. При виде нее Гром нехотя поднялся, и я последовала его примеру. — Что на этот раз? — Да Сергей Иваныч снова с сигаретами спалил… — отозвался парень, закатив глаза. Женщина, возраст которой и правда было непросто определить, шумно вздохнула. — Ну вы же проведете со мной воспитательную беседу? — А смысл? Ты ее уже наизусть знаешь… Уйди с глаз моих, Громов, — процедила Елена Сергеевна, устремив на него усталый взгляд. В следующий момент она заметила меня, из-за чего помрачнела еще больше. — Это кто? Ты совсем обнаглел? Уже девиц ко мне в приемную водишь?! — Нет, Елена Сергеевна, она по другому вопросу, — сообщил Макар прежде, чем я успела ответить. Кудякова поджала губы. — Новенькая она. Сегодня только перевелась, а уже встряла в паршивую ситуацию… Учителя на нее взъелись, управы на них нет. Целый день девчонку гоняют. Это что еще за беспредел, Елена Сергеевна? Я перевела на парня изумленный взгляд. Всё ведь совсем не так было. Меня отправили к директору из-за моего поведения на уроке. Уже открыла рот, чтобы возразить, но парень жестом остановил меня. Его взгляд по-прежнему был направлен на директрису. — Разберусь, — бросила Кудякова, выдержав борьбу взглядов и снова устремив взор на меня. Я инстинктивно расправила плечи. — Добро пожаловать, надеюсь, тебе у нас понравится… а то и так закроют скоро из-за недобора. Ну а ты, Громов, заканчивай играть в героя, не твое это. Не тянешь ты на защитника обиженных и оскорбленных. Свободны! После этого она резко развернулась на каблуках и скрылась за дверью кабинета, бурча себе под нос, что в школе развели бардак. Я проводила ее взглядом, испытывая смятение и легкую растерянность. В моей старой школе директор пользовался непререкаемым авторитетом, и разговаривать с ним таким тоном, как Макар, а уж тем более указывать на ошибки, считалось чем-то из ряда вон выходящим. — Покурим? — предложил Громов тем временем, потянувшись за сигаретами. Я бросила взгляд в сторону секретарши и схватила его за руку, останавливая. Он засмеялся. — Все-таки ты забавная, птичка… Ладно, пошутил. Давай во двор выйдем, а то дышать нечем. На этот раз я кивнула, поскольку и мне самой словно бы не хватало воздуха. Но едва успели выйти на крыльцо, как стало не по себе, ведь прямо посреди школьного двора затормозила скорая помощь. В голове уже мелькнула жуткая мысль о том, что Сергей Иванович после общения с Макаром все же заработал сердечный приступ, но именно в этот момент он выбежал навстречу врачам собственной персоной. Следом за ним на крыльцо потянулись еще несколько школьников, решивших поглазеть на карету экстренной помощи. — Ну вы чего так долго? Давайте скорее сюда! — заговорил завуч нервно, спеша открыть массивную дверь перед двумя женщинами в белых халатах. Я с изумлением наблюдала за происходящим. — Че там случилось? — поинтересовался тем временем Громов, поймав за локоть одного из выбежавших за завучем ребят. В отличие от меня, одноклассник держался спокойно. — Да Маринка Теплова из одиннадцатого А ногу сломала, — отозвался он, и я от неожиданности вцепилась в локоть Макара. Сердце заколотилось с удвоенной силой. — Вроде поскользнулась на чьем-то дневнике и бахнулась со всей дури. Ржака, конечно, жаль пропустил! — Работает, — пролепетала я одними губами, нащупав в кармане монетку и крепко сжав ее в кулаке. На секунду показалось, что она обожгла кожу. — Обалдеть… «В моменте я утонул в ее глазах… Больших, красивых, зеленых… Я бы придумал какую-нибудь охрененную метафору, про зелень там, про футболки игроков «Локомотива», про «Балтику 2», но всё будет не то, да и я в них не умею, она скажет лучше. А я просто… поплыл, пацан, короче, и этому не было объяснения. Стоял и смотрел на нее, лыбясь, будто снова пропустил двоечку и зашивали под спиртом, потому что наркоза не оказалось… Птица думала, что подарил ей монетку на удачу, но на самом деле моей удачей оказалась она… а я ее так глупо потерял». Исправления: «В моей жизни случались серьезные удары и травмы, после которых я переставал думать головой». Комментарий к исправлениям: «Что за ересь ты пишешь? Какая «Балтика»?! А вдруг тебя будут читать дети?» *Новое сообщение в «Телеграм» от Мудака-бывшего* «Не, детям такое не надо читать» Сообщение от Томной писательницы: «Я думала, ты этой книгой хочешь замотивировать подрастающее поколение! Это же автобиография именитого спортсмена, многие купят ее, желая повторить твой путь… А не почитать про то, как тебя там под спиртом зашивали» Сообщение от Томной писательницы: «О, и про монетку… Не стоило отдавать ее Каю. Она твоя». Сообщение от Алкаша несчастного: «Теперь твоя. И моим читателям нужно знать не только про преимущества, но и про недостатки профессии. Ну и про то, что глаза у тебя охрененно зеленые, конечно. Ты это тоже оставь» Сообщение от Той-что-не-понимает-моих-намеков: «Это… лишнее. Давай по делу. Ладно… оставлю, что ты был в нее влюблен» Исправления 2. Дополнено: «Но и любовь в моей жизни тоже случалась, правда, так уж случилось, что я ее потерял» Комментарий к дополнениям: «Лучше?» — Да зашибись ты тонко уловила ход моих мыслей… Ладно, пляшем от этого столба. Главное ведь не то, что потерял… а что нашел… Сообщение от Алкаша несчастного: «Огонь».