Поэзия на льду/Poetry On Ice

      Энт Декер       Прошло несколько часов после игры. Я вернулся домой, слегка навеселе от пары банок пива, всё ещё на волне эйфории от победы. Я лежу в кровати, мысли несутся с бешеной скоростью, и я бездумно листаю ленту, чтобы мозг хоть немного успокоился.       Я в TikTok, пролистываю ленту «Для вас», как только появляется новое видео. Стараюсь не обращать на это внимания, но полностью игнорировать не получается. Я знаю, что делаю. Я ищу что-то. Видео кое-кого.       Я видел его пару недель назад: Робби Макгвайер в ванной отеля — ванной, которую мы делили, — с обнаженным торсом, в серых спортивных штанах. Я знаю, что это глупо — листать ленту в поисках этого видео. Во-первых, я его уже видел, и вряд ли приложение покажет мне то же самое снова.       Тем не менее моя тупая задница скроллит с таким энтузиазмом, что будет чудом, если я не заработаю себе туннельный синдром. И всё потому, что я слишком труслив, чтобы зайти на его страницу. Ну серьёзно, насколько это тупо? У него, наверное, тысячи людей заходят туда каждый день. Уверен, это было просто невезение, что он заметил меня в прошлый раз. Уверен, это не повторится.       Уверен.       Я одной рукой ввожу его имя в поисковую строку, другая уже в штанах.       Я нахожу пост моментально. Это его самое популярное видео. Комментарии просто безумные.       Я не знал, что голубые стены — это фетиш… но теперь знаю.       Ничего себе у тебя там хозяйство.       Я хочу, чтобы этот мужчина разрушил всю мою жизнь.       Я люблю тебя, Робби.       Пожалуйста, проверь личку. Ты получил моё последнее?       Видео снято в его обычном винтажном стиле. Немного зернистое. Верхний свет яркий, отбрасывает резкие тени под его грудными мышцами и подчёркивает кубики пресса. Он смотрит на себя в зеркало, слегка запрокидывает голову и одаривает зрителя лёгкой улыбкой.       Мудак.       Он доволен собой.       Ему нравится то, что он видит.       Как бы мне ни хотелось осуждать его, я не могу. Мне тоже нравится то, что я вижу. Мой член пульсирует в руке, ненавязчиво напоминая, что ему нужно внимание.       Я начинаю дрочить, сам того не заметив.       На видео Макгвайер наклоняет голову и грубо вытирает полотенцем волосы, трясёт головой, как собака. Его движения замедляются, и крошечные капли воды рассыпаются по экрану.       Видео заканчивается и начинается снова.       Чёрт возьми.       Клянусь Богом, это почти невероятно, насколько этот парень горяч. Его тело. Его лицо. То, как он двигается. Это слишком. Такое нужно запретить. Я сжимаю хватку и увеличиваю скорость, дрочу жёстко и целенаправленно, пытаясь побыстрее кончить, чтобы сделать вид, будто этого никогда не было.       Мой телефон вибрирует, пугая меня так, что я чуть не роняю его. Я отдёргиваю руку от члена, будто обжёгся, и озираюсь по сторонам, как будто кто-то может за мной подглядывать.       Чёрт, ненавижу, как возбуждение влияет на мой IQ.       Сообщение от Макгвайера, что никак не помогает успокоиться. Я дважды колеблюсь, а затем нажимаю на него.       Это скриншот. Множество маленьких чёрных букв на белом фоне.       Он выделил текст, обведя его криво нарисованным красным сердцем.       TheAntDecker просмотрел ваш профиль.       Чтоб меня.       Всё тело мгновенно вспыхивает жаром. Он поднимается по груди, шее, заливая щёки румянцем. Я не из тех, кто краснеет, но сейчас я красный как рак. Это чертовски неловко. Возможно, самое неловкое, что со мной случалось.       Макгвайер только что поймал меня, когда я лазил по его соцсетям.       Что мне теперь делать?       Серьёзно, что?       Пока я лихорадочно пытаюсь решить, что делать, появляется ещё одно сообщение.       Я всё ещё жду свой сувенир.       Господи Иисусе. Этот парень.       Если бы я думал ясно, возможно, я бы этого не сделал, но я не думаю, так что делаю. Я создаю для него имя пользователя и пароль и отправляю ссылку на приложение для фотосейфа. Он сразу же отвечает.       ?       Это приложение для личных сообщений, его сложно взломать. Фото и видео исчезают через сорок восемь часов. Их нельзя сохранить или скачать, а если попытаешься сделать скриншот, я получу уведомление, что ты извращенец.       Он ставит сердечко на сообщение, хотя, по-моему, тут можно было бы обойтись и лайком. По какой-то идиотской причине я начинаю глупо улыбаться экрану.       Pussyboy? Серьёзно? Ты сделал мой ник Pussyboy?              Оу, спасибо, ВВ, ты же знаешь, я обожаю это дерьмо ;)       Я улыбаюсь, потому что выпил. Вот почему.       И именно поэтому я не могу остановиться.       Это точно не потому, что, хотя я начал так разговаривать, чтобы оскорбить и разозлить Макгвайера, я случайно споткнулся и упал лицом вниз в свою новую любимую фетиш-игру.       Погоди. Ты Ringwrecker? Я хотел предложить Douchecanoe для тебя… …но, думаю, Ringwrecker тоже сойдёт.       Он добавляет к этому строку сердечек и смайлик с воздушным поцелуем. Я бы сказал ему завязывать, если бы не тот факт, что моя рука снова в штанах, а мысли немного замедлились.       Я уже посмотрел видео с «сувениром» раз шестьсот за этот вечер, и это скромная оценка. Я не могу смотреть его снова. Не могу. Мой голос в этом видео такой невменяемый и возбуждённый. Слышать его — всё равно что забить гвоздь себе в пазуху.       Это ужасно.       И я не могу снова зайти на его профиль. Моя гордость не позволит.       Можете представить, если бы он получил ещё одно уведомление?       Боже, нет. Не могу.       Я вхожу в приложение для фотосейфа и отправляю ему видео, которое он просил.       Вот. Всё. Готово.       Пора выходить.       Но я не выхожу. Я на взводе. Мысленно отмечаю, что завтра первым делом нужно записаться к ветеринару. Мне нужна седация. Транквилизатор для лошадей.       Я беру телефон и снова его кладу.       Открываю приложение и быстро закрываю.       Макгвайер всё ещё в сети. Он смотрит это чёртово видео, где из его задницы вытекает моя сперма, и он слышит мой ебанутый голос.       Я снова открываю приложение и позволяю пальцам зависнуть над экраном.       Слушайте, если у вас есть идеи, как попросить у кого-то нюдсы, не звуча при этом как криповый тип, дайте знать. Просто скажите, что написать, и я это сделаю, потому что у меня нет идей. Ни одной.       Пришли нюдсы.       Иисусе, нет. Удалить.       Пришли фото.       Нет. Это, возможно, ещё хуже.       У тебя есть что-то для меня, Prettyboy?       Отлично, просто отлично. Проблемная порнозвезда вернулась.       О, чёрт!       Я случайно нажимаю «отправить». Удалить! Удалить! Чёрт, я не знаю, как отозвать сообщение в этом приложении!       Две розовые галочки появляются рядом с моим сообщением. Он его увидел.       Я с ужасом смотрю на экран несколько минут, и, когда он не отвечает, встаю, иду в ванную и перерываю аптечку в поисках транквилизатора для лошадей.       К сожалению, я ничего не нахожу. Из чистого отчаяния я принимаю мультивитамин и запиваю его полным стаканом воды. Сегодня была адская игра. Я, наверное, обезвожен. Это, вероятно, часть моей проблемы.       К тому времени как я возвращаюсь в кровать, у меня есть уведомление из приложения.       Входящих: два.       Я делаю такое странное лицо, когда разблокирую экран, что телефон меня не узнаёт, и приходится вручную вводить пароль. Затем входить в это чёртово приложение. Вся эта безопасность меня убьёт.       К тому времени как первое сообщение открывается, я на волосок от того, чтобы швырнуть телефон через всю комнату.       Приложение делает эту тупую штуку с обратным отсчётом перед открытием картинки. Цифры мигают, меняя цвет. 3 2 1       Изображение разблокируется.       Это не его член. И не его задница. И даже не грудь или пресс.       Это его лицо. Его безумно красивое лицо с огромной глупой улыбкой. Его волосы касаются скул неопрятными волнами, а глаза выглядят немного сонными, почти как будто он моргнул, когда делал фото. Его губы широко раскрыты, оттянуты так далеко, что я вижу коренные зубы.       Это не та фотография, которую я ожидал, и у меня перехватывает дыхание. Настолько, что я забываю, что он отправил мне два снимка.       Когда я прихожу в себя, открываю второе.       Это та фотография, которую я ожидал, и даже больше. Он совершенно голый и стоит. Фото в профиль. Отлично виден идеальный изгиб его задницы и крутой изгиб эрекции. Его член тёмно-розовый, напряжённый, с тонкой серебристой нитью предэякулята, стекающей с кончика. Изображение обрезано от уровня чуть выше груди до середины бедра. Он стоит боком, слегка скрутив торс, подчёркивая талию.       У меня кружится голова.       И я болтлив. Слишком болтлив.       Такая шлюховатая талия у тебя, принцесса.       И красивый член.       Он для меня течёт?       Да. Я мокрый для тебя.       Ты дрочишь?       Да, я трогаю себя. А ты?       «М-м, да, я тоже», — говорю я вслух. Чёрт, ненавижу, как я из-за него тупею.       Мне удаётся написать и отправить почти разборчивое сообщение.       Да.       А потом я теряю контроль.       Я переключаюсь туда-сюда между фоткой его члена и снимком его лица, пока моя рука работает с полной отдачей. Использую фотку члена, чтобы возбудиться, и фото его лица, чтобы замедлиться. Глубокое, ровное давление находит меня и атакует со всех сторон. Голова покалывает, и я набухаю, становясь ещё толще в руке. Я пытаюсь замедлиться. Переключаюсь на фото его члена. Это слишком. Слишком хорошо. Давление и обещание удовольствия неотразимы. Я уже твёрд, как сталь, но каким-то образом становлюсь ещё твёрже. Я снова переключаю фотки, и мой разум пустеет.       Удовольствие извергается из меня густыми, горячими волнами. Я кончаю так сильно, что чувствую себя опустошённым.       Только после того, как я убрал беспорядок на груди и натянул одеяло, я понимаю, что кончил не от вида задницы Макгвайера или изгиба его члена. Не от его груди или мускулистых бёдер.       Я кончил от вида его лица.