Когда ты проснешься

Утро началось с кофе, пролитого на рубашку, и долгого созерцания телефона в руке. Джокер вертел аппарат в пальцах, оттягивая момент. Монти, свернувшийся калачиком на подоконнике, наблюдал за ним с немым укором. — Ладно, ладно, звоню... Гудки казались неестественно громкими и долгими. Перед утренним кофе парнишка, следуя совету, как ни странно, психолога, хорошенько проанализировал вчерашние галлюцинации. Так сказать, на свежую голову. Пришёл ли он к выводу? Конечно, даже к двум. Первое — его галлюцинации ощущаются как сон, а значит, на всякий случай нужно придумать способ, который позволит понять, в реальности ты или не совсем. Второе — нельзя поддаваться искушению и провокациям. А вдруг то, что произошло вчера, не было бы иллюзией? Если бы он действительно кого-то убил, посчитав, что это чучело из прошлого, которого, возможно, уже и в живых-то нет. — Доктор Лэймс, — раздался наконец усталый голос с другого конца провода. Психопатик вздрогнул. Он едва не забыл, что ждёт ответа. Надо бы всё рассказать, ещё и в мельчайших подробностях. — Э-э... Это Джокер. Мне бы... проконсультироваться. Вы сейчас не заняты? На другом конце провода кто-то шуршал бумагами, вздыхал. — А, да-да, помню... А хотя, напомните, в чем проблема? Джокер сжал трубку. — Видите ли, вчера были... галлюцинации. Снова. Те самые. — М-да, — доктор явно отвлекся на что-то еще. — Вы же принимали прописанные таблетки? — Да, но... Курс закончился ещё около года назад. — А, точно, — создавалось впечатление, что великий психиатр совсем не слушает Джокера, а лишь делает вид. Обидно. — Социальная активность у вас есть? Хобби? Джокер посмотрел на Монти, который теперь вылизывал лапу с видом полного отсутствия иллюзий насчет человеческой глупости. — Ну, кот... — Кот — это не социум. Вам нужно общение, мистер Джокер. Волонтерство, кружки, может, даже знакомства... Ах да, и попробуйте дыхательные упражнения. Запишитесь через месяц, если не пройдет. Щелк. Джокер тупо уставился на отключившийся экран. Давненько его не заставляли почувствовать себя настолько ненужным. Подумать только — даже собственный психиатр не может уделить его проблеме достаточно внимания. И ведь парнишка обращается не по пустякам, это действительно важно. — Ну что, Монти, — пробормотал он, тоскливо осознавая, что в мире не существует никого, кому бы хоть немного были интересны его проблемы, — похоже, нам светит либо клуб любителей вязания, либо... Кот зевнул, демонстративно повернулся к нему спиной и уткнулся мордой в хвост. — Ну вот, и ты туда же. Джокер тяжело вздохнул и потянулся за пультом. Телевизор зашипел помехами, заливая комнату белым шумом. Монти приоткрыл один глаз, словно спрашивая: "Ну и?" — Молчи, — буркнул Джокер. — Я думаю. Но на самом деле он просто ждал — когда голос в голове снова станет слишком громким, когда тени в углу снова начнут шевелиться и когда всё станет настолько плохо, что захочется разбить голову об стену. А пока... пока можно было просто сидеть, и слушать ласковое мурчание. И действительно — через пару минут Джокера посетила интересная мысль. Точнее, не интересная, а жизненно необходимая. Вчера он так забегался, что не купил продуктов, и теперь перспектива умереть с голоду буквально маячила перед глазами, ибо выходить на улицу не хотелось. Выход один: воспользоваться услугами курьера, а именно заказать пиццу из местной забегаловки. Дешёво и сердито. Джокер ни разу не разочаровывался в этом чудесном сервисе. — Алё, пицца? Да-да, пепперони. Спасибо. Когда дело было сделано, художник вздохнул со спокойной душой. Он облокотился на диван, откидывая голову назад и вздыхая полной грудью. Может быть, действительно стоит социализироваться... Нужно начать, но не сегодня, конечно же, а завтра. Ну или с понедельника. Монти, словно услышав мысли хозяина, что-то мявкнул с подоконника. Это было последнее, что услышал Джокер, перед тем как провалиться в сон. Из царства Морфея парнишку вырвал резкий звонок в дверь. Он вздрогнул, смахнув со лба капли холодного пота — в этот раз ему не снились кошмары, но точно что-то неприятное. Такое, что забывается одновременно с открыванием глаз, но оставляет просто отвратительное послевкусие. Радовало лишь то, что совсем скоро его перекроет пленящий аромат свежеприготовленной пепперони. Джокер потянулся к дверной ручке, мысленно проклиная архитекторов за такое большое расстояние от дивана до двери. Пальцы коснулись холодного металла, повернули его немного в сторону и дверь распахнулась. На пороге стоял обычный непримечательный курьер в спецовке и с коробкой в руках. Он быстренько впихнул пиццу в руки Джокера и бегло улыбнулся. — Ваш заказ! Спасибо, что выбираете Ца-Врум. — Э-э, вам спасибо! Очень быстро.. доставили. Это говорил не он. Это говорила потребность в социализации. Поэтому в ответ курьер лишь сухо кивнул, ведь спасибо в карман не положишь, закинул коробок с заказами за спину и повернулся к лифту. Социализатор же быстренько закрыл дверь, и с довольным видом опустил глаза на пиццу. Пахло восхитительно. Даже Монти спрыгнул с подоконника и прильнул к ногам хозяина, активно виляя хвостом и с невероятной скоростью проходя туда-обратно между протезом и здоровой лодыжкой. — Сейчас-сейчас, хороший мой! Только п... А? Что это? Джокер настолько воодушевился пиццей, что только заметил, что на самом деле их было две. — Ах, блин. Это означало лишь одно: вторую пиццу нужно вернуть курьеру. Он же не бессовестная мразь, который втихую съест чужое лакомство и не подавится. — Постойте! — Джокер открыл дверь, шагая на лестничную клетку, но так и замер в проёме двери. Перед ним стоял Майк. Не в крови, не в тенях — настоящий. В том же пальто, с той же бесячей ухмылкой. От этого парнишка едва не уронил пиццу: своё последнее сокровище, не считая кота. Ебаный психиатр. Сучьи таблетки. Джокер в этот момент обматерил всё и всех, кого видел или слышал в последние дни. — Сюрпри-и-из! — растянул Майк Мортон, широко раскинув руки. Его фирменная шапочка с комично погнутым козырьком была узнаваема с первого взгляда. С неё всегда начиналось всё самое страшное, и вчерашний ужас тому подтверждение. — Я уж думал, ты коньки отбросил. Жить в таком-то доме посреди Лондона... Среди чужих людей.... Мм! Джокер вспомнил, о чем думал сегодня утром: не поддаваться галлюцинациям, чтобы они не накрыли его с головой. — Да пошёл ты нахуй, — и дверь перед Майком, эмоция которого мгновенно сменилась на недоумение, нагло захлопнулась. Джокер положил пиццу на соседний стул. Он готов был расплакаться прямо здесь и сейчас. Чёрт с пепперони, чёрт с этим курьером. Галлюцинации никогда не появлялись без триггера, неужели всё настолько плохо? Он скоро умрёт, задушив себя каким-нибудь шлангом от душа? Тупой, настойчивый стук в дверь продолжился, несмотря на захлопнутую дверь. У Джокера внутри всё похолодело. Этого не может быть. Это нереально. Что ему делать? Как избавиться от этого? — Ой, да ладно тебе, Джо! — голос Майка пробивался сквозь дерево, теперь уже без шутливого тона. — Ты серьёзно настолько меня ненавидишь? Джокер прижал ладони к ушам, но пальцы всё равно дрожали. — Съеби в страхе, пожалуйста, оставь меня в покое! Монти, вместо того чтобы прятаться, вдруг подскочил к двери и принялся царапать её, будто пытался впустить незваного гостя. Джокер в недоумении посмотрел на него. Сердце замерло после осознания. Если и кот начал видеть это, то... Он заразил мурлыку галлюцинациями?! — Видишь, даже твой кот хочет меня увидеть! — завопил Майк. — Открой, ёб твою мать, это срочно! Иначе я боюсь, что меня отпиздит бабка из твоего подъезда-.. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из грудной клетки. Ладони вспотели, пальцы дрожали — он сжал их в кулаки, но это не помогло. Джокер зажмурился, прижав ладони к векам, пока перед глазами не поплыли цветные пятна. Нереально. Он спит. Или сходит с ума. Задыхается от собственного страха. Очередной кошмар на яву, он прокрался в реальность и обхватил своими когтями горло, перекрывая доступ к кислороду. Вдох, выдох. Стук прекратился, голоса не было слышно. Оно ушло? Вдох, выдох. Нужно открыть глаза. Через боль, через страх. Открыть глаза, чтобы убедиться, что беда миновала. Рядом только кот, белоснежные холсты и мигающая в прихожей лампочка. — Ои-и-и!!! Джокер звонко взвизгнул, подлетая едва ли не до потолка. Монти зашипел от неожиданности и отпрыгнул в сторону, а шерсть на загривке встала дыбом. Перед ним стоял он — Мортон во всей его красе. С прежним дошираком на башке, в прежней дурацкой рубашке и шляпке. Почти такой же, каким был в тот день. Разве что, без привычной ухмылки. — Дверь была открыта, чудище, поэтому я вошёл, — Майк осмотрел Джокера, который вот-вот наверняка бы прошёл сквозь стену и оказался спиной в подъезде. На самом деле он не знал, что стена может выдержать настолько агрессивный напор. — Господи боже, не смотри на меня так, я смущаюсь! Но бедолага не мог. Мало того, что он перестал различать реальность и сон, так ещё и не мог пошевелиться. Джокер наверняка побледнел бы, если бы цвет его кожи и без того не сливался с отштукатуренной стеной. Воздух стал густым, как сироп. Каждый вдох давил на рёбра, каждый выдох обжигал лёгкие. Монти мяукнул где-то рядом, но звук дошёл до Джокера будто через толщу воды — глухо, искажённо. — Эй, земля вызывается! — Майк щёлкнул пальцами перед его лицом, и этот звук — резкий, как выстрел — заставил парнишку дёрнуться. Но тело по-прежнему не слушалось. Он сейчас сойдет с ума. Официально. Окончательно. Но вдруг — прикосновение. Горячее, обжигающе, как раскалённая медь. Майк неожиданно оказался чересчур близко: взял Джокера за подбородок одной рукой, поднимая голову на себя. — Да что с тобой? Очнись, наконец! Я не хочу после себя оставлять твой труп. Джокер заморгал. Мир резко встал на место — звуки, запахи, тактильные ощущения обрушились на него лавиной. А в следующую секунду он с размаху стукнул Мортона по голове пластмассовой ложкой для обуви, которая очень вовремя подвернулась под руку. — Ай, сука! — зашипел теперь Майк, следуя примеру кота. Боль хоть и не была сильной, но крайне неожиданной и неприятной. — Зачем ты.. Зачем ты пришёл? — голос прозвучал довольно сухо, даже сам Джокер испугался. Он отошёл на безопасное расстояние, продолжая сжимать в руках ложку. Кот крутился у ног незванного гостя, что-то мурлыча и мявкая. Предатель. — Тц... Ну, во-первых, ты мне должен 20 фунтов за то пари, — Майк не стал говорить про этот неожиданный удар, ведь уже понял, что у хозяина не все дома. Да и второй раз получить по голове тоже не очень-то хотелось. — А во-вторых... Он выдержал интригу и загадочно улыбнулся, потирая ушибленное место. — Цирк собирается снова. Нужен клоун. Ну ты понял. Только ты подходишь! Джокер резко отвернулся. — Уходи. Его жизнь и так была полнейшим цирком, куда ещё больше? — Мне некуда. Меня хозяйка из дома выгнала за долги, я жил некоторое время у Мурро, но сам знаешь.. С кабаном жить, по кабаньи выть. — Это не мои проблемы. Я тебе не мамочка и делать тебе тут нечего. Уходи. Монти, отойди от него! Кот не послушал. Он протестующе свернулся калачиком на ближайшем к Майку стуле и прикрыл сонные глазки. — Ну Джокер! Ну милень..Ай! — начал было Мортон подходить к бывшему коллеге, но вновь получил ложкой по морде. — Не приближайся ко мне!!! Сука, уйди по-хорошему, — Джокер сжал свое оружие крепче в руке и стал в боевую позу. — Всё-всё, я стою. Я не уйду! Ты не можешь меня прогнать! — С чего это? — Ну...э-э... Мы же столько работали вместе, были настоящими ЛП! Помнишь как я тебе цветочек подарил?? В груди что-то болезненно сжалось. Одно упоминание цирка заводило в Джокере пружину, которая была готова распрямиться в любой момент, уничтожив каждого, кто попадал в поле зрения. В том числе и его самого. — Прекрати. Это было давно. Вы меня оставили после всего, что произошло. Я не прощу этого. — Но ты сам ушёл, — с лёгким равнодушием подметил Майк, убирая руки за спину. — И ты решил меня найти спустя аж два года? Почти три! Я даже не хочу узнавать, каким образом. — Ну-у! Я так старался ради тебя, приехал в другой конец мира, понимаешь?! — Соседняя страна это не «другой конец мира». — И что? Я потратил на это последние деньги, теперь у меня точно ничего не осталось! — Майк поднял ладони в мирном жесте, как бы показывая, что у него действительно ничего нет. — А если ты мне откажешь, я буду спать в твоём подъезде и мешаться под ногами соседей. И винить они будут тебя! — Да пожалуйста. Секунды не прошло, как Майк уже стоял на лестничной площадке, а позади него как-то слишком по-агрессивному проворачивался замок. Отражение в грязном зеркале у лифта криво ухмылялось — будто и само не верило, что его вот так просто выставили. Тишина. Только капает где-то труба, да за стеной скрипит старый телевизор. Мортон потрогал свою шапочку — всё ещё на месте. — Ну и ладно, — пробормотал он пустому коридору. — Я подожду. А за дверью Джокер медленно сполз на пол, прижав ладони к глазам. Тик-так, тик-так — где-то тикали часы. Монти тыкался мордой в его колени, но хозяин не реагировал. Где-то внизу хлопнула подъездная дверь. Майк так и не ушёл. Он просто сел на ступеньки, достал потрёпанную колоду карт и начал медленно тасовать её, напевая под нос старую цирковую песенку. Он мог подождать. Он привык ждать.