Senator Edwards

Вечер был на удивление тих. Теплый ветер шевелил деревья у входа, стеклянные панели сияли отблесками заката. Кристиан шагнул в здание первым — в тонкой, элегантной рубашке, с пакетом в руке и отголоском усталости на лице. Габриэль шёл чуть позади, замыкая пространство. И тут — как удар молнии. КРИК. Звук бьющегося стекла. ВЫСТРЕЛ. Один. Второй. Третий. — Назад! — крикнул Габриэль, уже прикрывая Кристиана собой, отталкивая его к стене. В одну секунду он перешёл в боевой режим — диод на виске вспыхнул жёлтым. Снизу, с уровня ресепшена, взметнулись крики. Визг. Паника. Люди разбегались. Кристиан вцепился в перила, сердце грохотало в ушах — но он увидел лицо. Лицо андроида. Европейская внешность. Чёткая челюсть. Белые волосы. Глаза — не синие. Красные. Андроид стоял, словно молот, в залитом огнём холле. В руке — оружие, в глазах — осознанность. Они встретились взглядами. И тогда он исчез. В сторону лестничного пролёта. Не сбитый. Не ранен. Просто ушёл — как тень. Как предупреждение. Полиция Детройта приехала быстро. Коннор. — Садитесь в машину, — сухо сказал он, глядя уже не на Кристиана, а на Габриэля. — Нам нужно взять показания. И проверить логи вашей модели. Кристиан побледнел. Он будто снова оказался в том сне. — Зачем логи? Он меня спас! — голос дрожал, но он стоял прямо. Коннор слегка склонил голову. — Если он ничего не скрывает — ему нечего бояться. Пожалуйста, пройдите со мной. Штаб недалеко. Машина киберлайфовского отдела ехала в тишине. Габриэль рядом — спокойный, как всегда. Но в его глазах уже горел анализ. Оценка угроз. Стратегия действий. И Кристиан знал — этот взгляд не покинет его, пока он не поймёт, что это было и почему андроид смотрел именно на него. *** Штаб полиции был выстроен технологично — холодный свет, белоснежные стены, зеркальные поверхности. Кристиан сидел за стеклянным столом в допросной комнате. Его ладони дрожали, но он держал их сцепленными в замок на коленях. Прямо, как его учили — за ужинами, за переговорами, на приёмах. Но в этот момент — все эти уроки были пылью. Против него сидел Коннор. Взгляд — будто сканер пронизывает до костей. Улыбки — нет. Сочувствия — нет. Только оценка. — Итак, Кристиан. — Голос был слишком спокойным. Почти ласковым, но именно в этом и была угроза. — Вы заявили, что увидели лицо нападавшего андроида. Опишите. Кристиан открыл рот. Закрыл. Прокашлялся. Попытался говорить. — Он… он был… как человек. Очень. Красивый даже. Белые волосы. Стройный. Но… глаза. Они были… красные. — Красные? — Да. — Кристиан сжал руки сильнее. — Не просто красные — живые, как будто… как будто он видел меня. Не просто сканировал. Видел. Меня. — Как вы себя при этом чувствовали? Кристиан на секунду замер. А потом будто лопнула защита. Голос предательски дрогнул: — Я… Я не уверен, но мне показалось, что он пришел за мной — Почему вы думаете, что он пришёл именно за вами? — Коннор не отступал. — Потому что он смотрел так, как будто… анализировал… и сканировал И тут… слёзы. Без звука. Кристиан был напряжен еще со вчерашнего прихода Коннора. Бессоная ночь. Столкновение с Коннором в офисе. И теперь еще и нападение неизвестного андроида в том же районе в котором он живет. Он не спал, не ел, не дышал нормально — с тех пор как всё началось еще в том переулке. — Простите… — Кристиан вытер щёки тыльной стороной ладони. — Я не хочу казаться слабым… просто… я боюсь. Коннор смотрел. Долго. И, впервые за всё время, он чуть откинулся назад. Выражение лица стало… другим. — Страх — это нормально. Но знайте: если этот андроид действительно явился за вами — мы найдём его. И… — он сделал короткую паузу. — Ваш Габриэль. Он тоже внёс важную информацию. Тем временем — Габриэль. В другом зале. За другим стеклом. — В вашей памяти были зафиксированы изменения режима наблюдения в момент атаки. Вы перешли на боевой протокол без прямого приказа владельца. — Я спас его жизнь, — спокойно отозвался Габриэль. — Или вы предпочли бы отчёт о гибели сына влиятельной семьи? Офицер нахмурился. — Вы не обязаны проявлять инициативу. — Я не обязан, — отозвался Габриэль, — но я выбрал. *** Звук шагов по глянцевому полу штаба полиции глушился тяжестью усталости. Кристиан вышел из допросной, будто из морозильника. Всё внутри дрожало — и от холода, и от перенапряжения. Плечи опущены, глаза красные, пальцы дрожат. Он даже не сразу понял, куда идти. Коридор — длинный, прямой. Он шагнул вперёд и остановился. Звуки, шумы, разговоры агентов где-то далеко… но он словно в вакууме. Один. — Кристиан. Голос — ровный, чуть хриплый, знакомый до самого позвоночника. Кристиан резко повернулся — и выдохнул. Габриэль. Стоял у стены, как будто знал, где он выйдет. Темный пиджак, сдержанный взгляд, руки за спиной. Спокойствие статуи, уверенность бойца. Но в глазах — тепло. Не запрограммированное. Настоящее. Кристиан подошёл быстро. Остановился перед ним. — Я… всё нормально. Просто устал, — почти шепотом. — Прости, что… выгляжу… не как обычно. Габриэль протянул руку, дотронулся до плеча. — Ты выглядишь как человек, который многое пережил и всё ещё стоит на ногах. Это достойно. Он чуть склонился: — Как ты себя чувствуешь? — Ужасно, — честно. — Хуже, чем когда-либо. Хуже, чем экзамены в Академии. Хуже, чем когда отец впервые сказал, что я должен «вести себя как мужчина». Габриэль кивнул. — Пойдём домой. Тебе нужно восстановиться. И… поесть. Кристиан даже усмехнулся сквозь усталость. — Только если ты приготовишь. И только если ничего не будет напоминать мне о Конноре. Они вышли из здания вместе. В тишине, но в своей тишине. Машина ожидала у входа. Личный водитель открыл дверь. Габриэль пропустил Кристиана первым. — Домой? — уточнил водитель. — Да, — ответил Габриэль за обоих. — Домой.