Глава 3
31 августа 2025 г., 18:00
Ночь на удивление была прохладной. Лёгкий летний ветерок проникал сквозь открытое окно и ласкал открытые бёдра девушки, которая скинула на пол одеяло во время сна. Каштановые волны раскинулись по подушке, а лицо было расслабленным от приятных сновидений. Даниэла видела во сне красивые поля, которые внезапно превратились в магазин столов, и оттуда вышла женщина-кошка. Необычного вида дама предложила ей купить у них траву, на что Даниэла не согласилась и поспешила выйти из магазина. Странно? Возможно, но это ведь сон. Но в следующую секунду что-то изменилось. Обычный странный сон внезапно стал тёмным. Персонажи её сна замолчали и отошли подальше от неё. На шее Даниэла почувствовала прикосновение чего-то острого, холодного, словно нож. В этот момент она испугалась и поспешила проснуться.
Сонные ото сна глаза видели картину мира слегка размытой, но ей хватило двух секунд, чтобы испугаться и почти закричать. Над ней нависла тень с белыми, как соль, волосами. Даниэла сразу узнала в этой тени Чана, но его красные глаза не предвещали ничего хорошего. Его когтистая рука обхватила шею девушки, слегка надавливая, из-за чего коготки неприятно впились в кожу. Только Даниэла хотела закричать и позвать на помощь, как он сразу же надавил одной рукой сильнее, а второй прикрыл ей рот. Видя настоящий ужас в глазах девушки, он получал истинное удовольствие, его выдавала хищная улыбка. Милые ямочки на щеках были обманом, ведь Чан вовсе не был милым.
— Я уберу руку, а ты будь паинькой, веди себя тихо, — томным и низким голосом проговорил он. — Ты ведь не хочешь, чтобы твои подружки нас услышали, верно?
Даниэла в ответ активно закивала головой. Она боялась возможных последствий, которые произошли бы при её отказе. Она всё ещё не знает, на что способен Чан, но и испытывать судьбу не горит желанием.
Чан осторожно убрал руку с её лица, и когда понял, что Даниэла действительно не пытается закричать, а смирно лежит, еле хватая воздух, окончательно убрал руку. Хватку на горле он расслабил, однако острый коготь прошёлся по чувствительной коже девушки. Даниэла даже затаила дыхание, боялась нечаянно пораниться.
— Зачем ты здесь? — осторожно задала вопрос Даниэла. Изначально она подумала, что он передумал сохранять ей жизнь, поэтому пришёл убить, но он что-то не торопился.
— Поиграться хочу, — тон его голоса стал безразличным, но черти в глазах выдавали, как он наслаждается моментом. Даниэла боялась задать вопрос, какого рода игры он задумал.
— Ты боишься смерти, Дани? — шепотом спросил он и надавил когтем на артерию, которая билась в бешеном ритме.
— Да, боюсь, — Даниэла решила не строить из себя смелую героиню фильмов и ответила честно. Её ответ позабавил Чана.
— Мне нравится чувствовать твой страх, — каждое сказанное им слово ужасало её ещё сильнее. Её сердце отбивает чечётку и скоро совсем забудет, как правильно надо биться, а ему, кажется, мало этого. Чан продолжает пугать хищностью в глазах.
В какой-то момент Даниэла совсем перестала дышать. Она боялась, что неверное движение может дать Чану зелёный свет на её убийство или ещё чего хуже. Он был бомбой замедленного действия, и только от неё зависело, выживет она или нет.
Его коготь пополз вниз к ключицам. Он оставил небольшую красную дорожку, поцарапав кожу.
— Посмейся, — внезапно потребовал Чан. Даниэла не сразу поняла, о чём он, и тупо уставилась на него.
— Что? — изумлённо спросила она.
— Посмейся, — повторил он. — Так сложно, что ли?
— Зачем? — удивление и абсурдность ситуации вытолкнули часть страха из её груди. Чан, кажется, совсем с ума сошёл.
— Хочу попробовать и другие твои эмоции на вкус, — слегка раздражённо пояснил он, но Даниэла продолжала смотреть на него с вытаращенными глазами. Да он истинный псих!
— Нет… — неуверенно сказала она.
— Что значит нет? — брови Чана нахмурились, а рука обратно поползла вверх к шее. Чан снова навис над ней, словно сама смерть пришла за ней.
— Не стану я смеяться, — всё так же неуверенно заявила Даниэла.
Азарт и баловство испарились с его лица, вместо этого появилось заметное раздражение.
— Это ещё почему? — вполне себе серьёзно задал вопрос Чан.
— Это… — Даниэла чувствовала напряжение, растущее между ними, и понимала, что ей следует придумать правдоподобный ответ. — Это не даст никакого результата. Я не стану счастливой, прикрываясь фальшивым смехом. Это просто не сработает.
Чан нахмурился ещё сильнее, но хватка его ослабла. Даниэла сделала правильный выбор.
— Согласен, звучит логично, — парень вновь отстранился от неё, но руку так и не убрал. — Но мне надоело постоянно чувствовать твой страх.
— Тогда перестань пугать, — с явным упрёком сказала ему она и бросила взгляд на его руку. Чан снова усмехнулся и навис над ней.
— Не могу, это очень весело, — произнес он, оказавшись в опасной близости.
— Лучше расскажи о себе, — неожиданно предложила Даниэла.
На лице Чана мелькнуло удивление, но секундного замешательства было достаточно, чтобы Даниэла набралась смелости. На этом поле битвы Чан был её противником, а если желаешь победить, тогда изучи его слабые стороны.
— Если мы станем друзьями, я смогу испытать хотя бы немного радости рядом с тобой, — продолжила она.
— Мы не станем друзьями, — холодно отрезал Чан и покинул её личное пространство.
— Хотя бы просто расскажи, как ты стал таким, — всё никак не унималась Даниэла. Она знала, что идёт на риск, провоцируя его, но любопытство своё остановить не могла.
— Не смогу, — Чан отвернулся к окну и уже готов был уйти, когда бросил последнюю фразу. — Я просто не помню.
Его тень растворилась в ночи, прежде чем Даниэла успела вскочить с кровати.
***
Прошла минута, за ней вторая, третья, и вот Даниэла уже час не может заснуть. Пронзительный холод, который оставил Чан после себя, пробирается под кожу и морозит мысли, спать просто невозможно. Даниэла пыталась отогнать от себя все тревожные мысли, но никак не получалось. — Дани! Внезапно в комнате раздался женский шепот. Девушка тут же села на кровати, оглядывая темную комнату, но никого нет. Эйприл мирно спит на соседней кровати, а Джо не видно через стеллажи, но Даниэла точно знает, что она спит. Пребывая в страхе, она быстро нащупала настенный фонарь и включила его. Жёлтая лампа осветила комнату приятным теплым светом, отчего Эйприл недовольно заерзала на кровати. Тогда Даниэла решила обойти всю комнату, но так никого и не нашла. Девушка была уверена, что слышала чей-то шепот, ошибиться она не могла. Подойдя к входной двери, она осмотрела шкафы и даже заглянула в глазок, но везде было пусто. Даниэла уже готова была списать это всё на очередные игры разума, когда заметила маленький лист бумаги на полу. Кажется, кто-то просунул его через дверную щель и оставил тут. Развернув послание, Даниэла прочла: "Я знаю, что ты ищешь, приходи в северный читальный зал прямо сейчас." Послание выглядело странным, да и опасно гулять ночью где попало, но ей нужны были ответы, и лишиться единственного источника она не могла. Даниэла взяла с собой заряженный на всякий случай телефон, ручку, которой при желании можно проткнуть горло, и небольшой перцовый баллончик, приобретенный на особые случаи. Что ж, видимо, особый случай и наступил.***
На часах больше трёх часов ночи. Все жители академии давно видят десятый сон, за исключением одной студентки, которая на цыпочках крадётся по коридорам. В северном крыле она бывала редко. Кабинеты там давно не использовались, так как были оснащены устаревшими материалами. Академия давно планирует сделать реставрацию в этой части здания. Ориентируясь по карте на стене при входе, Даниэла повернула за очередной угол и дошла до конца коридора. В конце располагалась большая дубовая дверь. Металлические вставки добавляли двери античности, а свет свечей, стоявших рядом, делал атмосферу таинственной. В воздухе летала пыль и чувствовалась тень прошлого. Ковры, повидавшие жизнь, тонули в пыли, но Даниэлу это не страшило. Девушка уверенно схватилась за ручку двери и потянула на себя. Противный скрип разнёсся эхом по помещению. Даниэла замерла на секунду, боясь, что кто-то из смотрителей проснется и придет на звук. Но секунд десять стояла тишина. Тогда Даниэла схватила ручной фонарь и направилась вверх по каменной лестнице. Проход был небольшим, он вёл в большую залу, где были расставлены столы и стулья. Через большие окна лился лунный свет, окуная всё в волшебное серебряное сияние. Небольшая лестница вела на мезонин в стиле прошлых веков с каменными перилами. Глянув вверх, она заметила чью-то фигуру, но стоило ей направить фонарь, как неизвестный скрылся. — Кто вы? — громко спросила Даниэла, но ответило ей лишь её собственное эхо. — Вы подбросили ту записку? Любопытство вновь взяло над ней верх, и девушка осторожными шагами направилась к лестнице. Её напрягала тишина, стоявшая в помещении, но отступать было нельзя. На всякий случай она подготовила перцовый баллончик, но в душе молилась, чтобы его не пришлось использовать. Осторожными, медленными шагами она направилась на второй этаж. Она сквозь носки чувствовала прохладу каменных плит под ногами. Фонарь в её руке освещал второй этаж, но Даниэла не успела его разглядеть, как услышала шум снизу. Находясь ровно посередине лестницы, Даниэла обернулась, и очень даже зря. У подножья лестницы стояла черная фигура, которая не имела четких очертаний. Недолго думая, Даниэла вскрикнула и поспешила взобраться наверх, подальше от этой бесформенной тени, которая успела сделать первый шаг к ней. Стоило ей обернуться и подняться на три ступени выше, как она видит перед собой ещё одну такую же тень, вот только эта находилась явно ближе. Даже фонарь в её руке не показал истинные формы этого существа. Даниэла перепугалась ещё сильнее и инстинктивно отступила назад, но не нашла опоры под ногами. Падение оказалось очень болезненным. Девушка чувствовала ноющую боль во всех частях тела, а на глазах была пелена. Каменные ступени больно впивались в её бёдра, когда она пыталась встать. Голова неприятно загудела, а тени внезапно исчезли. Слабыми движениями она попыталась отодвинуться назад, но острая боль в ноге не дала ей этого сделать. Девушка застонала от боли и обессиленно рухнула на каменную кладку. Пыль плясала в свете фонаря, а пространство плыло перед глазами. Где-то сбоку она услышала скрип двери. Ей оставалось лишь молиться о помощи, что в целом она и сделала, крепко зажмурив глаза.***
– Повезло, что я оказалась рядом, – заботливо, но с ноткой тревоги сказала мисс Айзенберг. Даниэле действительно повезло. После падения она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание, боль в лодыжке была адской. Но внезапно в помещение вбежала медсестра Академии и обнаружила попавшую в беду Даниэлу. Мисс Айзенберг помогла Даниэле дойти до лазарета, а после осмотрела лодыжку. Падение оказалось не совсем удачным, и она заработала себе вывих, но медсестра быстро оказала первую помощь. Хоть мисс Айзенберг и дала таблетку от головной боли, это не спасло её от самобичевания. Вот надо было ей идти туда? Ночь на дворе, а она бродит по заброшенным комнатам Академии. Даниэла чувствовала себя воплощением глупости. – Что же ты забыла в северном крыле? – поинтересовалась медсестра, когда закончила перевязывать ногу Даниэле. – Мне очень нужны были ответы на один вопрос, – тихим и безжизненным голосом ответила девушка. Сейчас она понимает, что её же любопытство и погубило её. Да, ей нужны были ответы, но было очень опрометчиво идти на поводу этих чувств. Из-за этого она чувствовала себя очень подавленно. – Могу узнать, что за вопрос? – обернувшись через плечо, спросила мисс Айзенберг, но Даниэла промолчала. Это тайна, и если она попытается сказать хоть слово о Чане, то может легко лишиться жизни. – Хотела узнать прошлое одного человека, чтобы лучше его понять, – завуалированно ответила Даниэла после минуты обдумывания верного ответа. Мисс Айзенберг вернулась к ней с некоторой мазью в руках. На губах медсестры расцвела нежная улыбка. – Помню, мне однажды рассказывали, что в стенах Академии живет некий призрак, который может показать тебе абсолютно любое прошлое, стоит только попросить его, – начала рассказывать медсестра, попутно нанося мазь на царапины Даниэлы. – Но стоит быть осторожной, ведь с призраками шутки плохи. Он просит один день из твоей жизни за оказанную услугу. – Вы когда-нибудь встречали этого призрака? – уже более воодушевленно спросила Даниэла. – Я не верю всем этим легендам, милочка, – хихикнула мисс Айзенберг. – Но зачем-то запомнила рецепт призыва. – А можете, пожалуйста, рассказать? – стеснение за собственную глупость ушло на второй план, и Даниэла вновь ожила. Она с лёгкостью могла пожертвовать одним днём из своей жизни, если это даст ответы на её вопросы. – Ты же не думаешь, что это сработает? Это ведь просто одна из легенд Академии, – мисс Айзенберг бросила на неё взгляд, пропитанный тревогой и недоверием. – Конечно нет, – соврала Даниэла. – Мне просто интересно… Мисс Айзенберг явно не поверила ей, но смиренно опустила голову к мазям и начала рассказывать: – В зале трофеев имеется особая шкатулка, которая принадлежала первому студенту Академии. Он умер трагичной смертью в стенах Академии и с тех пор знает все тайны этого места. При жизни он очень любил свою музыкальную шкатулку. Для призыва нужно капнуть своей крови на шкатулку и сказать на латыни "Жертва первой крови, призываю тебя". Мисс Айзенберг закончила свой рассказ, а Даниэла впитывала каждое слово будто губка. Она попыталась запомнить каждое слово, сказанное ею, чтобы не упустить ничего. – Спасибо, очень интересная история, – фальшиво улыбнулась Даниэла. Мисс Айзенберг бросила на неё недоверчивый взгляд, но промолчала. Медсестра чувствовала, что зря рассказала эту легенду, но пути назад уже нет.***
В закрытое помещение попадали теплые солнечные лучи, но сквозь толстый слой стекла пробиться было сложно. Даниэла в очередной раз застряла в библиотеке в поисках нужных ей книг. Ночь выдалась сумасшедшей, из-за чего девушка очень хотела спать, но не могла. Слова, сказанные мисс Айзенберг, никак не выходили у неё из головы. По прибытии в общежитие Даниэла сразу же записала на листок специальные слова призыва. Но сейчас ей стоило сосредоточиться на предстоящем экзамене. Одну книгу за другой она брала с полки и ставила обратно, когда понимала, что это не то, что ей было нужно. Сонное состояние не давало обдумать информацию быстро. Девушка зевнула, прикрыв рот рукой, и вновь вернула книгу на место. — Что читаешь? — раздался над её ухом низкий голос Чана. Резко обернувшись, она чуть было не столкнулась с ним. Парень стоял слишком близко к ней, оперевшись одной рукой о стеллаж позади Даниэлы. Быстро окинув его взглядом, Даниэла отметила, как идеально на нем сидят белая накрахмаленная рубашка, рукава которой были закатаны из-за жары, и приспущенный галстук. Лёгкая небрежность создавала особый шарм вокруг его персоны. Как бы сильно Даниэла не боялась его, она не могла отрицать его красоту. В частности, Даниэла понимала, почему большая часть студенток вздыхают по нему, но эти глупые девчонки не знали той правды, которую он скрывал. — Домашнюю по археологии делаю, — призналась Даниэла, при этом пытаясь выглядеть уверенно перед ним. — По археологии, значит, — загадочно протянул Чан, а потом его взгляд метнулся куда-то вниз, к юбке девушки. Её уверенность треснула и рассыпалась на мелкие кусочки. — Может, вместо этого займёмся биологией? Его рука нахально коснулась открытых бедер девушки и стремительно поползла вверх. Даниэла ахнула и поспешила перехватить его руку. — Ты что творишь?! — злобно зашипела она на него. — Давай, Дани, будь добра, покажи мне остальные свои эмоции, — хватка Даниэлы не удержала его руку, и он забрался ей под юбку, уверенно схватив её за бедро. — Остановись сейчас же, — запротестовала девушка и попыталась оттолкнуть его, но результата ноль. Пальцы Чана впились в ягодицы девушки, а сам он прижимался всё теснее и теснее. В какой-то момент Даниэла сдалась и густо покраснела от смущения. Она впервые ощущала чужие прикосновения в столь интимных местах, и это не могло не остаться незамеченным. — Ты стесняешься, — констатировал факт Чан. — О нет, что же это? Неужели это удовольствие? Тебе это нравится. Даниэла покраснела ещё сильнее и снова схватила неугомонную руку Чана. — Заткнись и убирайся отсюда, — продолжила ругаться на него Даниэла, но её слова пролетели мимо его ушей. Что он вообще творит? Девушка пребывала в жутком замешательстве. Неужели, не добыв радость от неё сегодня ночью, он решил прибегнуть к таким методам? Признаться честно, это работало. Она более не ощущала страха. Всё её тело заполнилось смущением, каплей злости и негой предвкушения, когда Чан наклонился к её шее и оставил там поцелуй. Что-то вспыхнуло внутри неё, когда он прошёлся своими мягкими губами по её пульсирующей артерии. Даниэла была так шокирована его действиями, что даже застыла на пару секунд. — Я вижу, тебе понравилось, — сказал Чан. Даниэла узрела его хищную улыбку, когда он немного отстранился от неё. Увидев такую счастливую физиономию, Даниэла хотела со всей дури вмазать ему в челюсть, но сдерживалась. Он продолжал извращенно касаться её под юбкой, что вызывало нежеланный табун мурашек по коже. — Отвратительно, — наконец ожила Даниэла и снова нахмурилась. — Ты отвратителен. — Но тебе нравится, — серьезно сказал Чан и сделал глубокий вдох, будто в этот самый момент впитывал её эмоции. — Я чувствую это. Её смешанные эмоции не укрылись от Чана, и Даниэла вновь покрылась краской. — Хватит, — взмолила она. — Ты получил, что хотел, теперь отпусти меня. Очередной толчок в его грудь не дал желанного результата. Чан наоборот приблизился к ней ближе со смешком на губах и вновь наклонился, чтобы продолжить её дразнить. Его пальцы сильнее сжались на ягодицах и притянули девушку ближе. Пытаться отвоевать своё личное пространство стало бесполезным. Чан смаковал её шею, вызывая странный ворох чувств, который скапливался теплом в низу живота. Даниэла усердно пыталась подавить это инородное чувство, но сопротивление было слишком сильным. Особенно, когда Чан обхватил Даниэлу за талию второй рукой. — Перестань, — тихо захныкала девушка, чувствуя, как она растворяется в объятиях этого демона. Но чем дольше он целовал её, тем слабее она чувствовала злость. Тонкая нить её эмоций оборвалась, и она окончательно перестала испытывать эту эмоцию. Широко распахнув глаза, она поняла - Чан посредством поцелуев забрал её эмоцию. — Упс, не вовремя, походу, — раздался чей-то голос с другого конца ряда. Даниэла резко пришла в себя и отскочила от Чана, который наконец дал ей выпутаться из своих сетей. — Не обращайте внимания, развлекайтесь, — с похабной улыбкой подмигнул им этот парень, но в следующую секунду потерял все эмоции. Его расслабленная поза изменилась на стойку смирно, а лицо с отвратительной улыбкой сгладились. Больше не проронив ни слова, их свидетель развернулся и ушел. Вернув взгляд на Чана, Даниэла заметила, как внимательно он наблюдал за этим парнем. — Что с ним? — спросила она. — Пусть прогуляется, — бесстрастно ответил Чан. От былого похотливого настроения не осталось и следа. — Это ты с ним сделал? — Даниэла догадывалась, что сам он просто так не ушел бы. Она бы не удивилась, если бы узнала, что у Чана помимо высасывания эмоций есть ещё некоторые способности. — Неважно, — коротко ответил он и уже собирался уходить. — Почему я не чувствую злость? — Даниэла внезапно вспомнила про странную пустоту внутри себя. Ещё пару минут назад она хотела ударить его, но теперь это чувство испарилось. — Потому что я забрал её у тебя, — улыбнувшись лишь уголками губ, сообщил Чан. — Что? — паника захватила девушку. — На совсем? Верни мою эмоцию! — Не беспокойся, — спокойно ответил Чан и направился на выход. — Через три часа вернётся. — Козёл! — Даниэла зашипела себе под нос, но Чан её услышал. Ну и ладно, пусть слышит, он заслужил. В душе было странное спокойствие. Даниэла очень сильно хотела разозлиться на Чана, но не могла. Она ничего не чувствовала, кроме смущения и ещё одной неизвестной ей эмоции. Что же Чан творит с ней? Даниэла не могла дать точный ответ на этот вопрос, но зато могла точно сказать, что ей пора быстрее разобраться с прошлым Чаном, возможно тогда она сможет найти нужный рычаг давления и использует его в нужный момент.
