Big in Umag

      Несмотря на своё согласие, Марко успел несколько раз передумать о решении взяться за заказ Векослава. Переносить в срочности ближайшие сеансы оказалось весьма хлопотно, тем более, что они с Яном не могли предполагать, насколько затянется их командировка и когда они вернутся в Загреб, а перед постоянными клиентами и вовсе пришлось стелиться и прогибаться. Этого Бошняк делать не любил, но терять наработанную базу клиентов он любил ещё меньше.       Пока он собственноручно не подписал договор, Марко не верил, что заявленная Векославом сумма оплаты реальна, а не выдумана из-за желания набить себе цену и повысить собственную важность. В пункте об условиях выполнения заказа была прописана бессрочность, возможность его одностороннего прекращения, сроки и сумма аванса, также внушительная. Убедить Бошняка подписать договор смогли только искренние обещания Розмановски, что они вернутся в Загреб после второй неудачной попытки поиска книги — Марко сам не простил бы себе, сдайся они после первого же провала.       Они отправились в Умаг на машине Яна. Марко пребывал в ужасе от перспективы пятичасовой тряски в автобусе или, что ещё хуже, от семичасового рейса на поезде. Три часа в машине, пусть и через Словению, казались реальным вариантом. Тем более, что Ян был совсем не против сесть на водительское место, даже не намекая на смену ролей.       Навигатор ответственно направлял их по маршруту, лёгкое инди из коллекции Розмановски играло в магнитоле, из кондиционера обдувало приятной прохладой — вся обстановка так и располагала к отдыху, но Марко не мог расслабиться. Пессимистичные мысли роились в голове, изменялись в формулировках, но оставались пустыми, не приводили к каким-то конкретным выводам. Заказ был подозрительным, отдавал нехорошим душком: им нужно было найти мифическую книгу, получить за поиски несоизмеримо большую плату, а ещё Умаг. Почему именно в Умаге?       Ян был воодушевлён от заказа. Марко понимал причину этому: его самого привлекала сумма оплаты, в голове уже роились идеи, куда бы он мог отправиться в отпуск после, но для Яна, который уже пятый год мечтал выбраться из их тесного офиса в просторное современное помещение, деньги были решающим фактором, последним компонентом для счастливой жизни.       — Скоро заправка, — прокомментировал встреченный знак Ян, нарушая тишину. Марко хотел раздражённо зашипеть: незачем было комментировать каждый поворот, но Розмановски предложил: — Остановимся?       Марко закусил губу — он никогда не путешествовал с Яном. Чёрт возьми, он вообще ни с кем не выезжал из города просто даже на выходные. А потому чувствовал себя скованно в новой ситуации, не зная, как принято поступать и что обычно делают на стоянках на заправках. И от этого только больше раздражался.       — Как хочешь, — буркнул Марко, но заметив потухший взгляд Яна, смягчился: — Я бы размялся и взял себе кофе.       — Не сомневаюсь, — прокомментировал Розмановски и тут же поспешно добавил: — Я про размяться. Конечно, про это, а не про твою зависимость от кофе.       Но Марко без уточнений понял, что его подкололи только из дружеских побуждений. Мерзкий осадок осел где-то в глубинах души, но искренне хотелось расслабиться, выйти из замороченной головы, почувствовать себя простым парнем, отправившимся с другом в небольшое путешествие на пару дней. Марко посмотрел на Яна: он надеялся, что к завершению заказа они не поубивают друг друга. Ну или хотя бы не наведут взаимные порчи.       На стоянке Марко разрешил себе немного подурачиться на камеру, отодвинув в дальний угол своей черепной коробки беспокойства из-за возможных стычек в ближайшем будущем с Охотниками и работы, которая высосет немало сил. Рядом солнечно улыбался Ян, мурлыкал под нос мелодию трендовой песни, которая звучала в торговом зале заправки, и жмурился от полуденного солнца, оставив в машине чёрные очки. Стаканчик холодного кофе приятно охлаждал пальцы и щеку, к которой Марко его прислонял. Яркие и живые кадры совместных селфи сохранили этот редкий момент спокойствия и умиротворения.       — Как ты сейчас? Твоё настроение получше? — Ян посмотрел на него с теплотой, а в голосе звучала неподкупная забота. Марко стало стыдно: так эта остановка была сделана для него?       — Спасибо, мне и правда лучше, — пробормотал он. Было тяжело благодарить даже хорошо знакомого человека, как Ян, с которым он проводил большую часть своего времени. Остальные люди получали от него ещё меньше благодарности. Розмановски подошёл к нему и потрепал по локонам на макушке. Бошняк молча приобнял его за плечи в ответ. Стало легче дышать, будто железные оковы спали с души.       — А теперь давай доедем до Умага, заселимся, подадимся на регистрацию и отметим наш первый совместный выезд из Загреба бокалом вина, — вкрадчиво предложил Ян. Марко не мог отказать такому заманчивому предложению.       — И всё же, — Марко первым завёл неспешную беседу в машине, — как ты понял, что мне нужно кофе и немного взбодриться?       — Ты молчал почти полтора часа. Согласись, это вызывает настороженность, — Ян не отрывался от дороги, но был вовлечён в диалог. Марко посмотрел на парня. То есть он мог всё это время поговорить с напарником? — Тебя волнует заказ, как я понимаю, — продолжал Розмановски. — Меня не меньше. Я не знаю, какую игру затеял Векослав и какова наша роль в ней, но обещаю, сделаю всё возможное, чтобы воспользоваться этим шансом для нашего агентства. И для нас.       — Я не собираюсь отсиживаться, — попытался протестовать Марко, не желая быть пассивным наблюдателем.       — Ну конечно, у тебя будет возможность проявить себя, твои карты и ловкость твоих пальцев, — Розмановски повернулся к нему и подмигнул. Марко откинулся в кресле, пытаясь спрятать довольную улыбку.       Ян сверился с картой и выехал на объездную дорогу мимо Умага.       — Мы же доехали, разве нет? — обеспокоенно спросил Марко, оборачиваясь к пролетающим мимо видам в окне.       — Наш дом в пригороде, ближе к лесу, подальше от людей. Этот вариант и потише, без толп туристов под окнами, и местным не примелькаемся, — смущённо оправдывался Ян.       — И вариант дешевле, — хмыкнул Марко, успокоившись, прекратив крутиться в кресле.       — На самом деле Векослав внёс депозит на жильё. Не хотелось, впрочем, наглеть и просить дорогой вариант.       — А Векослав прямо не жалеет денег на нас? Так, глядишь, привыкнем к тому, чтобы взрослый мужчина нас обеспечивал и закроем агентство, найдя себе по спонсору, — мечтательно вздохнул Марко.       — Тебе наскучит быть ручной зверюшкой через неделю-другую, — с сомнением протянул Ян. Марко бросил искоса на него заинтересованный взгляд — Розмановски был чертовски прав, но признаваться в этом не хотелось.       — Тебе откуда знать? Может, лёгкие деньги меня приструнят? — попытался справоцировать Яна Марко, подразнивая. Тот обернулся, оглядываясь в заднее окно, чтобы припарковать машину на стоянку, и рассудил:       — Все твои отношения длились считанные дни, в которых ты позволял любить себя. А плохое отношение к себе ты не за какие деньги терпеть не станешь. Так мне кажется. Ну а можешь считать, что так мне говорят духи твоих предков, — сделал круглые глаза Ян, заглушая мотор.       Марко вылез из машины и повесил на плечо спортивную сумку с самыми необходимыми вещами. Ян взял свой компактный чемодан, предназначенный для ручной клади в самолётах, но для командировки в Умаг он тоже пригодился. Бошняк рассматривал их будущее жилище, пока Ян разговаривал с собственником дома на пороге.       Дом из красного кирпича был двухэтажный, разделен на два подъезда и состоял из четырёх одинаковых квартир. С такими апартаментами Марко был знаком, пусть они и отличались от квартиры в коробках многоэтажек Загреба, в которых он жил. Огромные окна, завешенные лёгкой тканью тюли, создавали иллюзию воздушного пространства внутри. Что выглядело не так плохо, как рисовало его пессимистичное воображение.       — Марко, пойдём, — окликнул его с порога Ян. Бошняк поздоровался с молодым парнем, который явно не был хозяином квартиры, скорей, младшим родственником или просто агентом недвижимости. На такие мелочи Марко было всё равно, он даже проигнорировал заинтересованный взгляд, которым его удостоили — всё равно он не собирался задерживаться в Умаге ни на один лишний день. Два дня на выполнение заказа — и достаточно.       Внутри апартаменты полностью оправдали ожидания Марко: было много дневного света в светлом помещении. Хоть он и был гадателем и по долгу своей работы был обязан создавать определённый мрачный образ, но внутри он тяготел к чему-то чистому и простому.       — Мне нравится, — сказал он Яну. Тот улыбнулся и кивнул парню.       — Мы согласны на этот вариант. Значит, пока мы оформляем договор на двое суток, но потом в случае необходимости продлим срок аренды. Вас это устраивает, господин Булатович?       — Вполне, — кивнул парень, которому совсем не шла своя фамилия: он был щуплым, с изящными руками, ростом ниже, чем Марко с Яном. Марко присел на серый диван, который стоял в центре гостиной, Розмановски тем временем заполнял и подписывал бумаги, переводил по телефону остаток оплаты. Бошняк поморщился: на его глазах происходили какие-то взрослые дела, право делать которые он предоставил Яну, как главному в их агентстве.       — Хорошего отдыха, — пожелал им на прощание арендодатель, закрыв за собой дверь.       — Кому отдых, а кому работа, — потянулся вверх Марко, сцепив ладони в замок. Ян облегчено простонал, так же разминая затёкшие мышцы.       — К слову про работу. Я предлагаю освежиться в душе, выбраться в город, податься на регистрацию в Управление и закупиться в магазине. Всё равно, пока регистрацию завтра не получим, мы не имеем права применять в этом городе дар, — Ян предложил чёткий план. Всё звучало логично, Бошняк кивнул. — Тогда я первый в ванную, выбирай из двух спален свою комнату, — предложил Розмановски и, достав из сумки дорожный нессер, отправился в душ.       Марко прошёлся по апартаментам. Квартира была не просторная, но светлый цвет в интерьере создавал ощущение дополнительного пространства. Спальни были практически одинаковые, с большими двуспальными кроватями и компактными шкафами. Марко выбрал ближнюю к кухне — Ян любил поспать подольше, а сам он предпочитал в ранние утренние часы варить кофе, напевая и пританцовывая под музыку в наушниках. Не хотелось отказывать себе в утренних ритуалах, боясь помешать соседу.       Марко развесил одежду, как Ян окликнул его:       — Марко, я всё!       Бошняк взял свои необходимые для душа вещи и зашёл в ванную. Ян промакивал короткий ёжик волос полотенцем. Марко с наслаждением зашёл под дождик прохладной воды. Она остужала разогретое поездкой тело, приносила облегчение забитым отекшим мышцам.       Когда освежившийся Марко вышел из душа, Ян уже хозяйничал на кухне, заглядывая в нависные шкафчики.       — Я думал, мы заедем в магазин, — недоуменный увиденным сказал Марко. Розмановски кивнул:       — Обязательно. Я решил проверить, что в нашем распоряжении, чтобы не купить ничего лишнего.       Марко, недолго думая, решил, что это было верным решением. В силу своего отсутствия опыта в путешествиях и съема жилья, он всецело доверял Яну, присоединяясь к его небольшой ревизии. Ян сделал несколько записей в заметки телефона.       — Дай мне пять минут высушить волосы, и мы отправимся в город, — проговорил Ян, с задумчивым видом разглядывая свои записи, будто сверясь со списком в своей голове.       В этот раз Марко сам сел за руль, позволяя отдохнуть Яну. Навигатор был нужен, чтобы ориентироваться в городе, но до самого Умага Бошняк с лёгкостью доехал, ориентируясь по указателям.       Его не обманули — Умаг действительно ощущался курортом. Море цвета яркой бирюзы соблазняло своими видами, виднеющимися в городе. Узкие улочки создавали ощущение итальянских городов. Хоть Марко никогда и не был в Италии, но представлял себе именно такие древние здания, мощенные тратуары и резкие повороты дорог.       — Я припаркуюсь здесь, — предупредил Бошняк, останавливая машину невдалеке от центральной площади. — Ближе к Управлению стоянок нет. Придётся идти пешком.       — Ничего, я даже рад прогуляться, — Ян был в прекрасном расположении духа. Казалось, что напарник пребывает мысленно в отпуске. Марко и сам ощущал себя почти таким же туристом, которые безмятежно прогуливались рядом с ними. Только необходимость вставать на временную регистрацию как одарённые возвращала на землю, напоминая, кто он и зачем он здесь.        Несмотря на то, что они шли по самому центру города, вокруг не было привычной для Загреба суеты. Приморский воздух ощущался свежо, со своим специфичным запахом. Вокруг раздавались разговоры на хорватском языке, привычном английском, необычайно часто — на итальянском.       Ян начал припоминать, что когда-то давно, в детстве, они семьёй со всеми его многочисленными братьями и сестрами ездили отдыхать на берег Балтийского моря. Марко не имел подобных светлых воспоминаний о своём детстве, потому лишь слушал неспешный рассказ Яна, который порой перескакивал с детали на деталь, сменялся тихим смехом и отдавал ощущением семейного тепла, которое Розмановски хранил все эти годы в себе. Бошняк твёрдо решил:       — Мы обязательно должны провести день на море.       — Если всё пойдёт по плану, то для этого нам придётся продлить аренду.       — Не думаю, что всё пойдёт по плану, — засомневался Марко.       — Это говорят твои карты?       — Это говорит моё предчувствие, — хмыкнул Бошняк и понял, что Ян отстал на пару шагов от него. Обернувшись, Марко увидел, как Розмановски встал напротив здания, вход которого был накрест перетянут лентами.       — Ты чего? — не понял причины такой резкой остановки Бошняк.       — Это здание продается, — пояснил Ян. — Мне кажется, в нем идеально было бы разместить наше агентство, — мечтательно вздохнул Розмановски. Марко окинул взглядом так заинтересовавший Яна дом. Пыльные большие окна, в которых виднелись какие-то склянки и даже череп на полке, вдалеке была лестница на второй этаж, а около входа стояло потрепанное деревянное колесо. Место выглядело запустелым, забытым. Даже ценник в триста тысяч евро показался насмешкой.       — Ян, оно стоит чересчур дорого, — покачал головой Бошняк и развернулся, чтобы продолжить путь в Управление.       — Но ведь триста тысяч… — не понял Ян, но направился за ним.       — Если ты его купишь, то тебе нужно будет остаться в Умаге, — покачал головой Марко. -Это непомерно большая цена помещения для агентства.       Управление Одарённых Умага ничем не отличалось от аналогичного в Загребе и даже в Мостаре, где он провёл детство: такие же гнетущие коридоры, такая же безумная очередь, которую не могли искоренить даже современные аппараты для выдачи талонов, те же анкеты, фотографии у белого полотна и те же оскорбительные сборы биоматериала: мазки слюны и отпечатки пальцев.       Освободились Марко с Яном только спустя три часа. Им назначили время на завтрашний день, чтобы забрать заветные карточки временной регистрации одарённых, остаток дня они были свободными.       — Итак. Мы можем пойти на пляж, пройтись по городу или придумать, как ещё убить время до завтра, — рассудил Розмановски.       — Насколько я помню, на заправке кто-то предлагал отметить нашу первую командировку, — лисом улыбнулся Марко. Ян сделал вид, что хлопнул себя ладонью по лбу.       — Ну как я мог позабыть!       — Мой дорогой напарник, про такие вещи я не позволю вам забыть, — подхватив парня под локоть, Марко направил его в сторону машины. Он не так сильно устал, чтобы проводить скучный вечер с алкоголем дома. Будь он в иных обстоятельствах, то обязательно прогулялся бы по клубам, чтобы вкусить яркую ночную жизнь курортного городка. Но он приехал в этот город с договором, а ещё с сомнениями и подозрениями, а потому не мог как следует расслабиться. Ян его поддержал в этом.       Закупившись в магазине, они вернулись в свои апартаменты. Потратив на приготовление закусок пятнадцать минут, пока охлаждалось вино, они устроились за уютным столом маленькой кухни.       Сперва они обсудили всех фриков, которые встретились им в Управлении. Потом Ян снова вздыхал про здание, которое присмотрел для агентства. Марко не мог взять в толк, что же в нём нашёл Розмановски, но больше отговаривать его он не хотел. Вино его расслабило, а в душе засела сентиментальность.       — Ты ведь не жалеешь, что согласился взять этот заказ? — Ян с отчаяньем заглянул ему в глаза, выискивая честные ответы.       — Ещё не успел. Мне, конечно, не нравится эта затея и неизвестность, как именно мы всё сделаем, но пока мне спокойно, — задумавшись, ответил Бошяк. Отпив немного вина, он задал встречный вопрос: — А ты не жалеешь, что пригласил меня, склочного и ворчливого, в своё агентство?       Ян растянул губы в улыбке, посветлев лицом.       — Никогда. Я, конечно, упустил горячую ночь с тобой, но зато приобрёл нечто гораздо ценное, — Ян приблизился к нему и заговорил чуть тише, чтобы ни соседи, ни духи не услышали его признания. Бошняк сглотнул и сделал предположение:       — Бизнес?       — Дружбу, — Ян протянул ему ладонь. Марко вложил свои пальцы в чужие и осторожно переплёл. В голову ударил стыд за своё поведение в ночь их знакомства, когда гораздо более пьяный и ещё несовершеннолетний Марко пытался соблазнить Яна, который со своими длинными кудрями и ласковым взглядом выглядел будто герой романтических романов. Марко был отвергнут, тогда он от отчаянья полез на рожон в компанию из четырёх парней. И видят боги, чем бы закончилась та ночь для Бошняка, если бы Ян не вмешался в их нелепый диалог и не вытащил поплывшего Марко, отвезя к себе. Вместе с похмельем утром голову Марко атаковали предложения Яна о совместной работе и организации агентства.       — А как ты понял, что я одарённый? — все пять лет их знакомства эта нестыковка ломала ему голову.       — Ну ты же сам предлагал мне минет от настоящего стопроцентного гадателя, — рассмеялся Ян, прикрыв ладонью рот.       — И где бы я тогда его нашел, не представляю, — пробурчал Бошняк, смущенный своим нелепым подкатом.       — Я так же удивился. Но когда ты той компании нагадал, что им судьбой начертано пустить тебя по кругу, и требовал исполнить волю судьбы, то я понял, что тебя нужно вытаскивать.       — А я всегда был занозой в заднице, — резюмировал Бошняк, допивая вино в бокале. — Хорошая была вечеринка.       — Сейчас таких не проводят, — Ян качнул головой, соглашаясь.       Слова Яна сидели в груди Марко. Остаток вечера он рассеянно слушал душеизливания Розмановски и взвешивал, будет ли он мудаком, если проигнорирует признания Яна и не скажет ничего в ответ. И когда они расходились по спальням, решил, что Розмановски должен знать, что его отношения к нему взаимные.       — Я рад, что у меня есть такой друг, как ты, — пошатываясь у косяка двери в спальню Яна, признался Марко.       — Ого. Так ты не настолько бездушный, каким хочешь казаться? — Ян уже лежал в постели, но всё же привстал на локтях в притворном изумлении.       — Ты ничего не слышал, — вздохнул Марко и оторвался от вертикальной поверхности. Пора было и ему ложиться спать.       — Марко Бошняк, я всё слышал! Ты мой самый лучший друг! — пьяно кричал Ян ему вслед.       Марко кусал губы от неловкости, но в груди теплело. Только на расстоянии от дома, в непривычных декорациях он понял, что Ян давно стал ему близким человеком, пусть романтики между ними сложиться уже не могло.